Излечи мою бессонницу

Последние дни в Подземном мире были особенно насыщенными. На объявленный приём и следующий за ним бал из соседних королевств съезжалась разномастная знать. Многих интересовали ресурсы, которые здесь добывались и производились, иные же желали заручиться поддержкой высокорейтингового короля и великого Ордена. Даже попросту побывать в столь закрытом королевстве было честью для преобладающего большинства. Открытие пути в Подземный мир значило для его повелителя лишь забитый график и постоянные приёмы, которые выматывали хуже самых интенсивных тренировок. Безусловно, польза от подобных личных встреч была колоссальной. Каким бы самодостаточным королевство ни было, иметь союзников оставалось важным. Вершиной же напряжения для короля стало планирование бала, которое началось задолго до основного приёма. Стоило отдать должное его ближайшим подчинённым и, в особенности, Деспе, который взял на себя всю организацию, не считая сверки бюджета и требований всё большего количества свободных рук, что по крайней мере эта головная боль обошла правителя стороной. В честь этого события рыцари Ордена так же были на подъёме, активно готовясь к охране и патрулям, хоть половина больше ожидала кутежа во время крупного праздника. Для придворных лекарей же стояла задача в пополнении запасов на случай, если что-то пойдёт не так, и подготовке дополнительных помещений для отдыха потенциальных пострадавших. Всем нашлось дело, и Лея исключением не была. С большего ориентируясь на содействие коллегам, она не забывала поприсутствовать на тренировках Ордена, дабы убедиться, что те не переусердствовали, как это частенько случалось, оттого график у женщины был не менее насыщенным. Сильного расстройства постоянная занятость у волшебницы не вызвала хотя бы потому, что она строила грандиозные планы на бал, которые просто не могли не сбыться. В день торжества тронный зал и ближайшие помещения стали главным местом для танцев, фуршетных столов и нескончаемого потока тут и там снующих фигур. Как никогда раньше замок был переполнен людьми, и это не могло не раздражать короля Десху. На момент бала его нервное напряжение достигло своего пика, и любой диалог с каждым желающим начинал вырывать из него куски здравого рассудка. Потому он был благодарен высшим силам, которые избавили его от шумных компаний, стоило начаться танцам. Хотя бы здесь чужеземные гости не настаивали отнимать частички его душевного равновесия, которые ещё остались. Взяв для приличия тарелку с явствами, на которые он даже не обратил внимания, мужчина стоял в стороне от общего шума, насколько это вообще было возможно, оставаясь всё в том же помещении. Как бы голоден он сейчас ни был, в горло и куска было не запихнуть. – Ваше Величество, ещё немного, и кто-то из толпы подумает, что вы ищете кандидата для спарринга, – женский голос раздался с правой стороны, и этот шутливый тон с кем-либо перепутать было невозможно. – Если это заставит их держаться подальше, – вопреки сказанному, его черты слегка разгладились, возвращая на лицо привычную усмешку, в этой компании ему можно было быть откровенным. Ответив улыбкой на ожидаемые слова, Лея остановилась рядом, наполовину разворачиваясь в сторону основного скопления людей. Редкое зрелище предстало перед глазами повелителя Подземного мира: заклинательница надела закрытое бардовое платье с минимальным вырезом на спине, её волосы были аккуратно уложены, а небольшой пучок скреплял золотистый гребень. Её строгий образ покорял не столько самим нарядом, сколько уверенной улыбкой и обезоруживающим взглядом насыщенно синих глаз. Сегодня король так же был в своём праздничном наряде, не изменяя при этом любимой палитре из чёрного, фиолетового и золотого. Выбор одежд говорил о несомненном достатке, сидя по фигуре и привлекая внимание драгоценными украшениями. Однако чувствовал король себя неуютно в выбранных Деспой одеждах и куда менее уверенно, чем женщина рядом. Вероятно, его тяжёлый взгляд всё же выдал лишнего вкупе с молчанием, заставив улыбку на лице заклинательницы стать шире. Она была первой, кто отвёл взгляд в сторону зала, чтобы разбавить накаляющуюся обстановку, и Десха, ощутивший жар ушами, был ей за это крайне благодарен. – Не представляю, как ты вымотан всей этой болтовнёй, – её взгляд блуждал по гостям, будто выискивал кого-то конкретного. – У меня от пары бесед с прибывшими уши порядком завяли, – она коротко посмеялась. Не беспокоясь, что их маленькую беседу кто-либо подслушает, Лея перешла на неформальный тон, который был ей привычнее после всех этих помпезных диалогов с иноземной знатью. Целенаправленно выудив момент, когда главная личность этого праздника окажется свободной, женщина абсолютно точно собиралась брать от ситуации всё. Привычный к её манерам и давно позволивший подобное, Десха был только рад, что его не душат горой обращений и титулов. – Это ты ещё не выслушала тысячу речей об идеальной партии в лице чьей-то дочери, – он помрачнел, даже просто упоминая об этом. – Могу предложить в обмен кавалеров, как на подбор разговаривающих о своих подвигах и богатстве, – тихий смех не заставил себя ждать. – Думал, сегодня будут пытаться подкупать только золотом? – она кинула в сторону собеседника двусмысленный взгляд, тут же вызывая усмешку. – Надеялся, что всего этого фарса, устроенного Деспой, будет достаточно, – тяжёлый выдох был крайне красноречив. – Он куда лучше подходит быть центром для подобного цирка. – Для цирка ты слишком красиво одет, – подметила женщина, более пристально всматриваясь в кого-то вдалеке. – Кто бы говорил, – отмахнулся он так, будто то был не очевидный комплимент вовсе. В ненадолго возникшую паузу они пересеклись взглядами, вызывая друг у друга улыбки и вновь отворачиваясь, будто оба знали, на ком из всех присутствующих в зале стоит заострить внимание. В разгар вальсирования, когда музыканты отдавали свои души льющимся ритмам, две фигуры, отделённые от общей толпы, казались совершенно непримечательными. И для обоих из них это было лучшим стечением обстоятельств. Когда настал перерыв и гости постепенно формировали группы по интересам, Лея снова подняла взгляд на короля, тут же встречаясь с его глазами, которые всё это время пристально за ней следили. Пусть вслух заклинательница и старалась не подмечать этого, но ей бесконечно льстило подобное внимание от него. – Как вы смотрите на танцы, Ваше Величество? – начала она вкрадчиво, вызывая мимолётное вопросительное выражение на его лице. – С принуждением, – невесело хмыкнул повелитель Подземного мира, прямо отсылая к своему текущему положению. – Не помню, когда в последний раз танцевал. Здесь он позволил себе небольшую ложь, о которой собеседница не узнает. В его воспоминаниях чётко рисовалась картина приёмов ещё при правлении Сатуна. В те времена ему приходилось в нервном напряжении кружиться вместе с девушками, что были похожи одна на одну, ведь на их лицах так одинаково застывал страх, тщетно прикрываемый кривыми улыбками. Так же ясно он помнил и попытки Деспы научить его правильно улыбаться, смотреть на спутниц и следить за движениями, чтобы со стороны это не казалось пыткой для обоих. Впоследствии его старания ни к чему не привели, а надобность в подобном стёрлась по прошествии лет. – Разлей, – в твёрдом шёпоте произнесла заклинательница, смотря вглубь зала. Послышались возмущённые мужские крики, которые и вырвали короля из мыслей о прошлом окончательно. Переводя взгляд с накаляющейся ситуации на свою спутницу и обратно, Десха в конце концов остановился на женщине рядом, которая выглядела довольнее любого пакостливого ребёнка. Правителя Подземного мира посетило смелое предположение о том, что молодой мужчина в испорченном костюме, сейчас краснеющий от гнева, был одним из тех неназванных назойливых кавалеров. Однако более всего короля позабавила удовлетворённая улыбка на лице Леи, из-за которой он с трудом мог сдержать смех, пусть и положение обязывало. – Что за постыдное ребячество для придворной заклинательницы, – нарочито официозно произнёс он, но скрыть улыбки, глядя на разворачивающийся конфликт, попросту не мог. – Он должен быть счастлив, что это только ребячество, – коротко и совершенно неприкрыто гадко посмеялась женщина, добавляя: – Такого напыщенного пернатого я давно не встречала. – Я бы поспорил, – есть у мужчины на уме один особенный пернатый, любящий красное и звон монет, чьё имя даже озвучивать не пришлось для общего понимания. Молчаливый взгляд, в котором явно читалась усмешка, был ему приличным ответом. Оба были довольны тем, что разделяли тот тип юмора, который третьей стороне слышать или осознавать необязательно. Тем временем, произведя достаточный фурор своими громкими речами, оскорблённый аристократ вместе со своим другом-подхалимом, который и выступил инструментом для пакости, покинул зал. Гости Подземного мира вернулись к привычным обсуждениям только что произошедшего, ведь жизнь их однообразна достаточно, чтобы цепляться за каждый нонсенс. Взгляд синих глаз скользнул по скоплению людей, останавливаясь на сцене, где с большего отсутствовали музыканты, и эта деталь дала ей намёк на следующую тему для разговора. Убедившись, что никто не предпринимает попыток составить королю или ей самой компанию, Лея обернулась на своего спутника, тут же привлекая к себе ненадолго переключённое внимание. – Не принуждая, – начала она с заговорщической улыбкой, – есть ли у меня надежда, что ты согласишься на следующий танец? – Ты приглашаешь меня? – с неверием усмехнулся Десха, натягивая на лицо улыбку лишь для того, чтобы скрыть внезапно возникшее волнение. – Конечно, – без запинки ответила заклинательница, ставя руки на талию, в шутливой манере придавая своей фигуре убедительности. – Честно говоря, я планировала это с момента, как объявили о проведении бала, – уголки её губ ползли вверх, и поражало в этом знаке то, насколько воодушевлённой колдунья выглядела. Нервное напряжение слишком красноречиво заиграло в его чертах, стирая и тень улыбки. Это было глупо – он человек войны, не человек танцев и балов. Среди присутствующей знати всех положений и сортов он, вальсирующий вместе с остальными, будет выглядеть откровенно глупо. В конце концов сама Лея будет смотреться с ним в паре нелепо. Ей в партнёры подошёл бы кто-то с приятной улыбкой и мягкими чертами лица – Оукен к месту попал королю на глаза, только укрепляя в мыслях своей солнечной аурой. – Там, – волшебница выбила его из череды мыслей, указывая за специально оборудованную для музыкантов сцену, – ведь пустая комната. Упомянутое помещение использовалось для хранения фуршетных столов и всевозможных инструментов до начала бала, за ним же был выход в одно из крыльев замка. Идеальный вариант для побега от духоты бального зала. Однако будучи в полном смятении мужчина не сразу уловил, к чему клонит его спутница. – Если Его Величество решит согласиться, я буду ждать там, – и после короткого кивка-поклона, не дав сказать и слова в ответ, удалилась в отмеченном направлении. Чувствовать себя ведомым в какой-либо ситуации было для него непривычным настолько, что Десха даже не успел указать женщине на её прямолинейную наглость. Да и как бы он указал, когда после каждого такого случая на его лице появляется улыбка, а с плеч падает камень сомнений, которые он не разрешил бы самостоятельно. Следя за тем, как исчезает среди толпы, а после и за заветной дверью бардовое платье, правитель Подземного мира даже не обдумывал свои дальнейшие действия. То было и ни к чему, ведь он в очередной раз оказался под властью её заклятия без желания сопротивляться. Когда музыканты заняли свои места, а благородная аудитория делилась на пары, оглашая шёпотом предложения руки и компании, ведущая фигура вечера скрылась в условленном направлении. И как абсурдно было отметить ускорившееся биение собственного сердца от настолько ребяческой авантюры. Ощущение, словно он снова подросток, сбегающий с братом под покровом ночи из замка, чтобы пощекотать нервы вероятным наказанием. Вот только за дверью перед ним нет треплющей нервы неизвестности, наоборот, его беспокоит знание о том, кто его там ждёт. В пустом помещении тусклый свет лился с настенных свечей, что заботливо менялись бдительной прислугой. Десха поймал себя на мысли, что ему стало бы легче, столкнись он с абсолютной темнотой. Закрыв за собой дверь и не забыв про защёлку на случай чьего бы то ни было любопытства, он остановился у входа, тут же сталкиваясь взглядом с синими глазами. Укол неловкости почувствовался особенно сильно при виде ликования на чужом лице. – Не боишься, что я испорчу тебе платье? – в попытке подбодрить самого себя и наконец сдвинуться с места, мужчина растянул губы в улыбке, которая с трудом скрывала нервозность. – Пусть, я не против маленькой жертвы, – её радость чужому согласию была непреклонной. Медленно сокращая расстояние, они остановились в паре шагов друг от друга. За стеной послышались первые ноты всем известной композиции, и какие-либо шансы отказаться от затеи растворились. Смирившись со своей участью ещё до того, как открыл дверь, Десха с небольшим поклоном протянул заклинательнице руку. Плавный реверанс был ему ответом, а затем её ладонь легла в его. Длинные женские пальцы ощущались хрупкими, он сжал их с осторожностью, приближаясь на ещё один шаг и кладя свободную руку на талию, по-началу едва касаясь. Её прикосновения были более уверенными, следом ладонь легла на его плечо, а пальцы правой руки сжались в воодушевляющем жесте. Пересечение взглядов послужило отмашкой для первого шага. Начальное движение – и они уже выбились из ритма, ступая с опозданием, синхронность была единственным спасением. Подстраиваться под сбитый темп у Леи получалось на удивление хорошо, казалось, её вовсе не волновало то, насколько они соответствуют течению мелодии. Женщина следила за партнёром, давая ему вести, несмотря на допускаемые ошибки, и не забывала улыбаться. В его действиях она видела не столько долгое отсутствие практики или неумение, сколько желание сделать из первого за множество лет танца образец педантичности, когда всё откровенно валилось из рук. – Немного медленнее, – заглядывая ему в лицо и ощутимее сжав пальцы в его ладони, обратила на себя внимание Лея. Напряжённый взор был ей ответом, тем не менее, вслушавшись в мелодию, король сделал более плавный шаг, попадая в темп не прекращавших литься нот. Каждое последующее движение получалось всё легче, и в конце концов Десха нашёл тот спокойный ритм, который даровал ему чувство уверенности. Перестав обращать внимание на что-либо, что не являлось его спутницей, он позволил себе просто вальсировать по комнате, что стала их личным бальным залом. На лице Леи застыла умиротворённая улыбка, не имевшая ничего общего с тем, что повелитель Подземного мира привык вспоминать. Она стирала собой неприятные воспоминания, заставляя думать только о том, как мягко поднимаются и опускаются пряди её волос и как блестят бездонные синие глаза. Вновь забывшись в пелене собственных мыслей, мужчина не заметил, с какой мягкостью улыбался в ответ этому будто бы призрачному образу. – У тебя очаровательная улыбка, – произносит она невзначай, следуя за каждым его шагом. – У тебя дурная привычка нести чушь, – глядя ей в глаза с настолько близкого расстояния и не имея возможности абстрагироваться, он абсолютно терялся. Правда была в том, что Десха не мог обвинить её во лжи или шутливом уколе, ведь проблем с чтением людей у него не было. Лея всегда была с ним откровенной, хоть он и не мог назвать верной причины ни её терпению, ни доверию с первых шагов их знакомства. Он прекрасно знал себя и свой характер, потому всё то, что делала она, не вязалось со здравым смыслом. Именно поэтому мужчина не знал, как реагировать на её искренние комплименты. Собственное смущение было абсурдным, попросту ребяческим, однако признание этого оставляло его всё таким же бессильным перед её словами. – Мне особенно нравится видеть тебя расслабленным, – хоть в данный момент её слова и не вязались с реальностью, заклинательница желала поставить точку в озвученном. – Следишь за мной, значит? – он усмехнулся, решив поставить собеседницу в неловкое положение и немного сместить с себя центр напряжения. – Наблюдаю иногда, – её улыбка говорила лишь о том, что ставку он сделал неверно, дав целительнице возможность развить их откровенную беседу. – Например, сейчас. – И что ты видишь? – если не получается противодействовать, остаётся только плыть по течению. Однако воды этого устья тёмные и кажутся королю опасными своей неизведанностью. Он не человек чувств или путанных бесед, он человек действий. И сейчас ему казалось, что он поскользнётся на мокрых камнях и погрузится с головой в то, к чему готов не был. Нельзя давать кому-либо слишком большой контроль над собственными эмоциями, тем не менее слова заклинательницы сейчас имели силу выбить землю из под его ног и контролировать скорость его сердцебиения. – Человека, с которым приятно танцевать и без музыки, – тёплые огни настенных светильников плясали смешинками в её глазах, дополняя воодушевлённую улыбку. Не поверив чужим словам, повелитель Подземного мира сначала вслушался в происходящее за запертой дверью. Постепенно на место льющихся нот пришёл шум голосов, никак не поддерживающий идиллию, которую пара разделила между собой в бесконечном вальсе. Отпуская Лею теперь, Десха чувствовал себя последним идиотом, краснея то ли от абсурдности ситуации, то ли от того, что позволил этому обсуждению зайти так далеко. Смотреть в синие глаза напротив теперь было попросту невозможно. От его торопливых, но достаточно аккуратных движений, заклинательница с трудом сдержала смех, решив, что одного эмоционального удара будет достаточно для одного вечера. Отступив на пару небольших шагов, она по-прежнему не отводила взгляда от его лица, находя искреннее смущение обворожительным и крайне ценным для себя. – Я искренне рада, что ты согласился, и не отказываюсь от своих слов, – улыбка на её лице не давала соврать. – Но какое право я имею отнимать короля у гостей дольше, чем позволяет приличие. Хотел бы ей Десха ответить, что был бы рад пропасть в её компании на весь оставшийся бал, растворившись в моменте, где нет ни мелодии, ни посторонних фигур, только они и ритм, что движется вместе с кровотеченьем. Решившись снова перевести взгляд на женщину напротив, он выдохнул несколько громче, чем хотелось, возникшее напряжение. Король всегда ценил способность Леи разряжать атмосферу, когда он сам с этим не справлялся. Тем не менее, не ослабь она хватку, быть может, вытянула бы из повелителя Подземного королевства нечто большее, чем привычные защитную ухмылку и недосказанность. – Спасибо за перерыв, – вернув себе самообладание, он всё же решил вновь почтить всех собравшихся своим присутствием, но прежде, чем окончательно уйти, добавил, больше не пересекаясь с ней взглядами: – Вышло лучше, чем я думал. Открывая заветную дверь, мужчина всё же услышал за спиной тихий короткий смех целительницы, и, выходя, не смог сдержать более широкой улыбки. Пусть ближайшие часы и обещают вытянуть из него остаток душевного спокойствия, он был благодарен вырванной паузе. Те же противоречивые чувства, что он ощутил в процессе, забудутся в какофонии из предвидящихся разговоров и – он надеялся – не настигнут его после в момент одиночества.