Silver Butterflies

      «Какого черта ты в моём сне?!»       Се Лянь сжал глаза, стараясь справиться с острыми болями в груди.       «Откуда я знал?» голос звучал спокойнее первого.       Осторожно открыв глаза, Се Лянь огляделся. Он замер, когда почувствовал давление на талии. Хуа Чен все еще обнимал его, лицо без эмоций, но сила хватки говорила о его беспокойстве. Застенчиво опустив глаза, Се Лянь заметил две фигуры.       Фэн Синь и Му Цин.       Почему они появились в его сне? И почему Хуа Чен тоже был в его сне? — Сань Лан, — было начал говорить Се Лянь, но тут же начал сильно кашлять.       Хуа Чен быстро подошел, чтобы помочь Се Ляню, осторожно помогая ему сесть. Когда приступ кашля закончился, кровь капала из уголка его рта. Хуа Чен нахмурился и вытер кровь рукавом. — Ваше Высочество! — воскликнул Фэн Синь, направляясь к Се Ляню, — Ваше Высочество, с Вами всё в порядке?       Внезапно в груди Се Ляня вспыхнул огонь, и он издал придушенный крик. Фэн Синь и Му Цин застыли. Всё кружилось, и, надеясь остановить это, Се Лянь закрыл глаза. Но это, кажется, усугубило ситуацию.       Слишком много красного. Почему я вижу так много красного?       Он попытался открыть глаза, но они были будто склеенными.       Отрубленная рука лежала на снегу, от плеча тянулась красная полоса. Около фунта от нее в луже собственного красного цвета покоилось тело владельца. Туловище было почти разорвано. Дыра тянулась от грудины до диафрагмы. Лицо было залито в крови из улыбающегося рта.       Сань Лан.       Там не было воздуха. Се Лянь чувствовал, как задыхается. Он чувствовал, как его сердце разрывается.       Сань Лан лежал на снегу, его глаза были закрыты, а губы приоткрыты. Бледный Сань Лань с открытой раной в груди. Кровь из зияющей раны Сань Лана стекала на снег. — Нет, — несчастно прошептал, — Сань Лан.       Губы Сань Лана синели. Грудь Сань Лана переставала подниматься. Руки становились холоднее. У Се Ляня скрутило живот.       «Сань Лан!»       Хуа Чен резко повернул голову на зов Се Ляня, когда у него изо рта потекла кровь, глаза Хуа Чена расширились. — Гэгэ?! — Хуа Чен схватил лицо Се Ляня, его голос дрожал от страха, — Гэгэ, открой глаза.       Се Лянь начал дрожать в объятиях Хуа Чена, по его лицу текли слезы. Фэнь Син опустился на колени рядом с Хуа Ченом, а Му Цин стоял сзади, пытаясь разбудить Наследного Принца. Через несколько минут Му Цин безэмоционально сказал: «Собиратель цветов, попробуй поцеловать его».