Иначе

Раскрасневшаяся и запыхавшаяся, я смахнула ладонью пот со лба. Мышцы гудели от напряжения, сил, казалось, не было и на шаг, и я уже понятия не имела, как после такого смогу еще отправиться в школу на занятия. Мои ноги однозначно этого не выдержат. Уверена, что после такой нагрузки мышцы и вовсе превратятся в трясущееся желе. Хотелось закрыться в своей комнате и провести целый день в постели. Слава Всевышнему, что мне, по крайней мере, не нужно идти на работу вечером. — Давай, Белла, еще немного! — не унимался Эдвард, но я даже слова вымолвить в ответ не могла. Лишь красноречиво посмотрела в его искрящиеся глаза. Это раздражало. Словно ему доставляло удовольствие видеть меня такой: потной, разгоряченной, выбившейся из сил. Дыхание становилось тяжелым, и с каждой минутой казалось, что такой долгожданный финиш, о котором так часто напоминал мне вампир, только удалялся от меня. — Ну же, приложи ещё немного усилий! — подбадривал он, за что я наградила его злым взглядом. Лучше бы молчал. Эти попытки поднять мой дух совсем не придавали сил, которых я лишилась уже некоторое время назад, а лишь действовали мне на нервы. Я вообще не хотела этого делать, так почему теперь из-за инициативы Эдварда должна страдать?! И как давно это уже продолжается? Полчаса? Час? Я знала, что, скорее всего, намного меньше, но это действительно было невыносимо! Я изнывала от усталости. Струйка пота скатилась с шеи вдоль позвоночника, но я постаралась абстрагироваться от реальности и в своих фантазиях перенеслась в тот миг, когда наконец смогу расслабиться, развалившись поперек кровати. Своей теплой, мягкой, удобной кроватки… У меня чуть слюни изо рта не потекли, если бы Эдвард не прервал моих мечтаний своим мягким бархатным баритоном. Конечно, ему-то никакая физическая нагрузка нипочем! А вот я мучаюсь… — Еще полкилометра и можно возвращаться, — в который раз поощрил меня вампир, и я не выдержала. Остановилась и, уперев руки в колени, попыталась отдышаться. — Ты смерти моей хочешь? — я очень надеялась, что он пошутил и скажет об этом, но Эдвард выглядел вполне серьезным, остановившись рядом со мной. Я, вообще, была поражена, как он умудрился поднять меня в такую рань. Ведь когда неделя перевалила за середину, и я с ужасом начала осознавать, что осталось всего девять дней до нашей поездки на концерт и десять до визита Джеймса и Виктории в Форкс, то снова начала принимать снотворное, боясь под воздействием стресса начать болтать лишнее во сне. — Всего лишь следую предписанию врача. Утренние пробежки полезны для человеческого здоровья. Ну же, мы бегаем меньше пятнадцати минут! Я недоверчиво нахмурилась, оттого что у меня даже не было с собой часов, чтобы проверить, не соврал ли он насчет продолжительности этой экзекуции. Но обессилено простонав, я выхватила из его рук бутылку с водой и, залпом выпив почти половину, всё же продолжила бег. Но злиться и раздражаться так и не прекратила. Мало того что Эдвард разбудил меня ни свет ни заря, так еще и сослался на мнимое предписание врача! А словно в довершение своего издевательства, этот мерзавец, не чувствующий ни тяжести в теле, ни упадка сил, ни изнуряющей усталости, переодевшись в спортивный костюм, бежал рядом. Иногда ему хватало наглости, обогнав меня, развернуться и бежать спиной вперед. — Это нечестно. Ты вообще не устаешь! — сердито упрекнула я. — На самом деле это достаточно неудобно и утомительно придерживаться твоего темпа, — скучающим голосом возразил неутомимый вампир. Я фыркнула. Тоже мне, скучно ему! — Серьезно, чувствую себя словно улитка. Знаешь, обычно я бегаю чуточку быстрее, и это всегда доставляет мне огромное удовольствие — проникнуться скоростью, мощью, мчаться на пределе собственных возможностей, рассекая порывы встречного ветра… Я перебила вдохновенную тираду Эдварда, зло заскрипев: — Ну уж простите! Тебя никто не просил бежать со мной! Точнее, нет, не так. Это ты — тот, кто затеял это! — Не ворчи, это для твоей же пользы. И ты совершенно неправа — я просто не мог не отправиться с тобой, ведь ты имеешь склонность падать даже на абсолютно ровной поверхности. Снова фыркнув, я побежала в обратном направлении, пропустив мимо ушей комментарий о том, что нам надо преодолеть еще пару сотен метров. Сменив бег на шаг, я протянула руку в сторону Эдварда, и он вложил в мою раскрытую ладонь бутылку. — Спасибо, — буркнула я, возвращая практически пустую тару, а мгновеньем позже, как зачарованная, наблюдала за каплями, стекавшими с бронзовых кудрей на лоб и за шиворот Эдварду, когда он вылил себе на голову остатки воды. Я несколько раз удивленно моргнула и прокашлялась, прежде чем вернула дар речи. — Зачем ты так сделал? — Ну я же бегал. Разве я не должен был вспотеть? — усмехнулся Эдвард. — Ты не пахнешь потом, — возразила я. — Ну будем надеяться, что шеф Свон не станет ко мне принюхиваться, — он подмигнул, открыв для меня входную дверь, и мы прошли в прихожую. — Ноги не переломала, Белла? — Чарли вышел из кухни с чашкой горячего кофе. — Как пробежка? — Отлично, — проворчала я. — Пойду в душ. — Я переоденусь дома и вернусь за тобой через полчаса, будь готова, — крикнул Эдвард, когда я уже топала по лестнице. — Всего доброго, шериф, — послышалось снизу, но я уже захлопнула за собой дверь. *** Весь путь до школы я ворчала и ныла по поводу того, как устали мои ноги, руки, спина, и о том, что левый мизинец я, кажется, натёрла неудобными кроссовками и, вообще, не выспалась. Этот же негодяй, обрекший меня на все вышеупомянутые муки, только ухмылялся своей бесподобной улыбкой и молчал. Практически одновременно с нами на стоянку въехал кабриолет Розали. Блондинка чуть улыбнулась мне в знак приветствия, и я была польщена столь редким для Роуз знаком внимания. — Привет, Белла! — мой любимый эльфик подскочил ко мне. — Карлайл просил передать, что гордится тем, как ты безукоризненно выполняешь предписания врача. — Я, — я хотела возмутиться, возразить, ведь всю дорогу до школы мои мысли были лишь о том, насколько это было ужасно. Я с трудом стояла на ногах, все мышцы теперь болезненно ныли, и я думала, что никогда больше не выйду утром на пробежку. Но слова Элис меня остановили. — Он и правда гордится мной? — Да-да! Так он и сказал! — закивала коротышка с улыбкой до ушей. Я засияла ярче рождественской ёлки. Знать, что Карлайл, которого я уважала и любила практически как родного отца, гордился мной и одобрял мои действия, было восхитительным чувством. Плутовка Элис, она наверняка всё подстроила, зная, что теперь я буду, как послушная девочка, каждое утро пробегать хоть по три мили. Джаспер понимающе улыбнулся и кивнул мне в знак приветствия. Я махнула ему и всем остальным рукой, прежде чем отправиться на урок. — Ах да, Белла, — я обернулась, чтобы узнать, чего еще хотела от меня всезнающая Каллен. — Веди себя благоразумно, — дала мне свое наставление Элис и ушла, на что я лишь пожала плечами. Когда это я вела себя иначе? *** День шел своим чередом. Длинные скучные уроки перемежались со скоротечными встречами с Эдвардом на переменах. И весь день я вела себя более чем благоразумно: писала конспекты, правильно отвечала на вопросы преподавателей, вежливо улыбалась одноклассникам. Тем более что теперь, когда школьные танцы стали главной темой обсуждения среди молодежи и я всё реже и реже чувствовала на себе косые взгляды, мои улыбки становились более искренними. Во время большой перемены мы с Эдвардом, ощущая острую нехватку времени, проведенного наедине, сидели отдельно от остальных Калленов за нашим с ним столиком. Конечно, это уединение было мнимым, ведь нас окружал целый зал галдящих обедающих подростков и Каллены, которые даже на таком значительном расстоянии могли прекрасно слышать все наши разговоры, но это было лучше, чем ничего. За несколько минут до начала урока я сложила пустую посуду на поднос и стала ждать, когда Эдвард соизволит подняться со стула. — Ты идешь? — я сузила глаза, пристально глядя на него, но Эдвард покачал головой. — Нет, я, пожалуй, не пойду. Так будет безопаснее для всех, — улыбнулся мне он и подмигнул: — Знаешь, иногда полезно прогуливать. Несколько секунд я продолжала буравить его своим взглядом, пока меня не осенило. — Группа крови! — я взмахнула руками, чуть не опрокинув со стола поднос. — Сегодня лабораторная по определению группы крови! — Да, но откуда ты знаешь? — удивился он, но я в наглую проигнорировала вопрос. Да и чего объяснять-то? Я могла бы услышать об этом от кого-то из одноклассников, мы не первый класс, который будет сегодня выполнять эту работу. — Я туда не пойду! — заявила я, скрестив на груди руки. — Ну же, Белла, ты должна идти, — уговаривал меня Эдвард, не имея и малейшего понятия, о чем просил. — Нет! Ни за что! — Белла, — голос любимого звучал с той самой интонацией, с которой учитель наставляет своего нерадивого ученика. — Ты должна пойти на занятия. — Но я не могу, — нехотя призналась я. — Это еще почему? — искренне удивился он. — Там кровь, — чуть слышно прошептала я. — Я искренне верил, что здесь вампир я, а не ты, — прыснул Эдвард, и я поняла, что мне следует кое-что разъяснить. — Это не смешно. Когда девушка в кинотеатре разбила себе висок, только благодаря бешеному выбросу адреналина я не грохнулась в обморок. Я не переношу кровь, со мной так всегда было… Я открывала ему душу, а Эдвард звонко засмеялся: — Значит, не выносишь вида крови? — спросил он. Происходящее искренне его забавляло, и я обиженно насупилась. — Причем вида чужой крови! — не унимался Эдвард, смакуя каждое слово. — Нет, совсем не так! Просто меня тошнит от её запаха. — Запаха? — Эдвард посмотрел на меня, как на умалишенную. — Люди не чувствуют запаха крови! — отмахнулся он. — Только не я. Она пахнет ржавчиной… и солью, — я сморщила нос, вспоминая неприятный запах. — По мне, так она пахнет очень сладко и вкусно… — перегнувшись через стол, Эдвард склонился ко мне и втянул носом воздух. Я закатила глаза. Как пахнет кровь для вампира, я тоже помнила отлично. Ни с чем не сравнимый по притягательности аромат. Так странно было иметь воспоминания о том и о другом варианте восприятия одной и той же вещи! — Неважно, всё равно я туда не пойду, — уперлась я. — Тогда предлагаю сбежать отсюда. У тебя ведь следующий урок физкультура? — уточнил он. — Думаю, на сегодня хватит с тебя физических нагрузок. Мне определенно нравился этот вариант. Меньше школы — больше Эдварда. Я воодушевленно кивнула. — Куда поедем? — Эсми думает, что ты про неё совсем забыла. Ты не появлялась дома с воскресенья. «Дом» — это слово, слетевшее с уст Эдварда, согревало мне сердце. Не о чем было раздумывать — закинув на плечо сумку и подхватив под руку Эдварда, мы сбежали из школы. *** — Ты не хочешь мне ничего рассказать? — сдвинув брови, спросил Чарли, стоило мне только закрыть за собой входную дверь. Я провела прекрасный день вместе с Калленами. Эсми научила меня печь булочки с корицей, и это было невероятно мило и забавно, что кто-то, кто в принципе не ест, давал кому-то мастер-класс по кулинарии. И всё стало до абсурда комично, когда Эммет присоединился к нам, с явным желанием улучшить свои навыки приготовления пищи. Одетый в белый фартук и поварской колпак, с ног до головы покрытый мукой, этот добродушный качок выглядел невероятно нелепо и смешно. Эдакий сюрреализм на кухне Калленов. Но это однозначно не было тем, о чем мне следовало бы рассказывать Чарли. Однако судя по всему, Чарли с нетерпением ждал от меня каких-то объяснений. Скинув с ног обувь, я непонимающе уставилась на отца, пытаясь понять, в чём могла провиниться. — Не думаю… — я звонила Чарли в участок, чтобы предупредить о том, что побуду немного у Калленов, но его не было на месте. Марк, заместитель Чарли, обещал передать ему мое сообщение при встрече, а также написать записку. Не моя вина, если он вдруг этого не сделал. — Мне звонили из школы, — я всё равно ничего не понимала, ведь это даже никак не относилось к Калленам. — И что? — Почему ты снова прогуляла уроки? — голос отца был спокоен и строг. — Ох! — только и выдавила из себя я. Я уже и успела забыть про биологию с этой отвратительной лабораторкой по определению группы крови. Я опустила сумку на пол, так и не найдя подходящих слов в свое оправдание. — Так, юная леди, как я и обещал, с этого дня вы под домашним арестом! Я с трудом припомнила давний разговор с Чарли в день, когда поругалась с Лорен и прогуляла занятие, тогда отец грозился наказать меня, если я прогуляю уроки снова. — Надолго? — подавленно спросила я, не желая ссориться и еще больше расстраивать отца. — Я пока не решил, — смутился от моей покорности Чарли. — Снова та девочка? — Нет, просто не хотела, чтобы мне тыкали в палец иголкой. До меня дошли слухи, что мы будем проверять группу крови, вот я и решила… Ты ведь знаешь, что я не переношу кровь… — промямлила я свое единственное оправдание. — О! — усы Чарли забавно дернулись, когда он попытался сдержать свою ухмылку. — Но почему бы тогда было не подойти и не отпроситься у преподавателя? — Я сглупила, — вздохнула я. Слова Элис вдруг обрели смысл. — Ладно, я понял твой мотив. Но чтоб больше такого не повторялось, договорились? Будь благоразумной, девочка моя. И наказание я не отменяю. — Хорошо, я заслужила это, папа, но… как же моя поездка?.. — грустно спросила я, присев на краешек дивана. — Поездка, поездка… Ладно. Так и быть, но ты под арестом вплоть до этого вашего концерта. Выходить можно только в школу, на работу и… пробежки, — Чарли победно улыбнулся на последнем слове, но ничто не могло омрачить моего настроения теперь. Даже необходимость бегать по утрам. — Спасибо, папа! — просияла я. — Я люблю тебя! Извини меня. — Я тоже люблю тебя, дочка. Но постарайся в дальнейшем обойтись без глупостей! — примирительно улыбнулся он. — Да уж… впредь я буду вести себя более благоразумно, — буркнула я себе под нос, поднимаясь в свою комнату. Эдвард уже ждал меня там, удобно разместившись в кресле-качалке. — Я не ослышался? Отец и правда посадил тебя под домашний арест? — он распахнул для меня свои объятья, в которые я, не задумываясь, юркнула. — Да… Видимо, об этом и предупреждала Элис. Но все не так уж и плохо… — Коротышке следовало бы изъясняться яснее, — недовольно проворчал Эдвард. — Не её вина, что я поступила опрометчиво. — Это я виноват, — Эдвард вздохнул и взъерошил рукой свои волосы. — Мне не следовало увозить тебя из школы. А ведь у меня были планы для нас на эти выходные… — Какие? — Ну, будет солнечно. Я думал сводить тебя в одно особенное место. Но теперь это придется отменить — не хочу обманывать Чарли. — Не переживай по этому поводу. Мы немного подождем, надеюсь, будут и другие солнечные дни в Форксе?.. А эти выходные мы можем провести и здесь, все не так уж и плохо, верно? — Ты права, главное, что ты будешь рядом, а где — неважно. — Солнце… ты ведь не будешь ходить в школу?.. — грустно заметила я. — Я буду рядом. Всегда рядом. Стоит тебе взглянуть на ближайший тенистый участок леса, и можешь быть уверена — я буду там, наблюдать за тобой и оберегать. — Обещаешь? — Обещаю, — клятвенно произнес он, заглядывая мне в глаза. Я улыбнулась и положила голову на твердое плечо. — К тому же это просто необходимо, — добавил он минуту спустя. — У Элис было видение: в понедельник к нам приедут… гости. — Г-гости? — я похолодела с ног до головы. Этого не может быть… Я ведь точно помнила, что кочевники должны были прийти в следующее воскресенье. Что заставило их изменить свои планы? Почему они решили прийти раньше? Чувствуя мелкую дрожь моего тела и учащенный пульс, Эдвард крепче сжал меня в кольце своих рук: — Белла, не бойся, я не дам тебя в обиду, к тому же они из дружественного клана. Они не тронут тебя. Но также, я клянусь, что прослежу, чтобы они и близко к тебе не подходили. — Друзья? — это слово принесло долю облегчения, но я всё еще не могла перестать переживать, зная, что клан вампиров будет находиться в городе. В конце концов, я до сих пор человек и собираюсь оставаться им ещё некоторое время. — Кто они? — уточнила я, втайне надеясь, что это тоже вегетарианцы. Возможно, кто-то из Денали решил погостить? — Их зовут Питер и Шарлотта — давние знакомые Джаспера. Если хочешь, можешь спросить у него и он расскажет тебе историю их знакомства. Питера и Шарлотту я хорошо знала. Также хорошо я знала, что эти двое ничего не слышали о самоконтроле и практически не умели сдерживаться. Это не было очень хорошей новостью до тех пор, пока я являюсь основным блюдом их диеты, но с другой стороны, я была рада знать, что у них всё хорошо. Будь хоть единая возможность, я с радостью бы с ними встретилась и поболтала. Жаль, что подобная ситуация на данный момент полностью исключена. — Я обязательно поговорю с Джаспером позже, — согласилась я, зная, что это будет нелегкий для Джаса разговор. Ему всегда было тяжело вспоминать о своем прошлом, — у меня ведь еще куча времени до понедельника, чтобы задать ему все свои вопросы. — Не уверен, что у тебя появится такая возможность… — Это еще почему? — Завтра с обеда они с Эмметом хотят поехать куда-нибудь на вылазку в горы. — В горы? — я задумалась, вспоминая, почему это казалось мне чем-то знакомым. — Тебе тоже надо отправиться с ними, если ты действительно намерен не отходить от меня на следующей неделе. Твои глаза чернее ночи. — Не забивай свою красивую голову всякой ерундой, я могу потерпеть денек-другой, — отмахнулся от моих слов Эдвард. — Это не ерунда, — я ласково провела пальцами по его потускневшим холодным губам. — Я всего лишь пытаюсь заботиться о тебе, а сейчас ты голоден. — Не то чтобы очень… — Эдвард сдавался. — Как давно ты был на нормальной вылазке? — Мне необязательно далеко уезжать… здесь поблизости много лосей и оленей… — Да какое от них удовольствие? — с досадой вымолвила я, тяжело вздохнув. Эдвард затрясся от смеха. И тут я вспомнила. — Скалы к югу от горы Ренье! — чуть ли не подпрыгивая на его коленях, протараторила я, наконец-то припомнив, почему упоминание о горах казалось мне таким знакомым. Именно туда ездили Эдвард и Эм на охоту в «прошлый» раз. Помню, еще Чарли уверял меня, что я, должно быть, что-то перепутала, ведь скалы в это время не лучшее место для турпоходов. — О да! И Эммет будет счастлив! Злые мишки гризли как раз вылезли из своих берлог! Может, и ты парочку горных львов выследишь! Эдвард удивленно смотрел на меня, прекратив хихикать. — Что? — Иногда ты меня пугаешь!.. Я не понимаю, как ты так просто об этом говоришь. Я посмотрела на него и залилась смехом. — Ох! Я пугаю тебя, Эдвард? Никогда не говори об этом своему медведеподобному братцу — он будет смеяться над тобой целую вечность! — доверительно прошептала я. — А если серьезно… Если тебе от этого станет легче, мы можем обсудить с тобой мою любимую лазанью и способы приготовления яичницы. Я не вижу ничего ужасного в обсуждении пищи. Ты знал, к примеру, что я предпочитаю готовить яйца вкрутую? — Кровь, Белла. Я пью кровь. Не просто пища. — А я ем мясо. Стейк, бифштекс, шницели… м-м-м… очень вкусно! Кровь — это всего лишь одна из составляющих рецепта, так почему меня должно это пугать? — Я убиваю. — Ради меня убивают, — безразлично пожимая плечами, парировала я. — На фермах каждый день убивают животных, части которых становятся моим обедом или ужином. Я бы стала лицемеркой, начни это отрицать. — Ты невозможна! — И это говорит мне ожившая легенда!