Яд, который лечит.

Утро 22.06. Будильник предательски промолчал. В спешке Саша ничего не успевал. Еле одевшись и вывалившись из квартиры, он пошёл, скорее побежал, на работу. Он немец-поэтому работу он нашёл еле-еле, и не хотелось, чтоб его уволили, другую он уже не найдёт. На работе были одни германофобы, наверное, к лучшему. -"Актёришка!"— Твою мать. Только начал подходить, уже кликают. Посмотрев в ту сторону, действий не последовало. Стоял какой-то парниша, черноголовый, на пионера впринципе похож, но видно, что старше. Новенький что-ли, или всё же прохожий. —Was willst du, Kleiner? Geh weit weg vom Theater, verdirb dir das Leben nicht! (Чего ты хочешь, малец? Уходите подальше от театра, не портите себе жизнь!) —Тон был не грозный,но было видно, что Саша не в настроении с кем-то сейчас разговаривать. Парниша тем самым только перепрыгнул ограду, и подбежал к мужчине. Волосы попали в глаза, убирая их он пытался говорить. —Вы меня щас на своём обругали? Или что? Немцев у нас в городе мало.— Саша на заявление закатил глаза. Как назло свет попал в глаза, немецкая порода сморщила нос и зажмурила глаза. Опрокинув голову вниз, он прогласил —Bist du neu hier oder was? Wie heißt du, was machst du hier, ungebildeter Junge. (Ты сдесь новичок или чё? Как тебя зовут вообще, чего ты тут забыл, отрок необразованный.) — Матвеев успевал только ахуевать. Чувствовал себя тупым, не разбирал речь немцев, но не страдал. Да и в жизни их не видел, за 24 года. Прищурясь он думал на угад, что тот спросил. Нашёл на голову немца. Тот в свою очередь смотрел на парня, ища в карме табачный продукт. Иногда движением головы поправлял волосы, которые лезли в лицо. С утра день не задался, к концу вообще ахуеет. —Я Дима. Матвеев. На работу решил устроиться, театр рассматриваю. — Парень думал, сложно с другим народом общаться, когда речь их не понимаешь. За то другая сторона всё понимала, научили русской речи, но без говора. Жалко было мальчика, жизнь театром загубит. Пробовать надо донести, слов русских набрал вроде, смолвить сможет не бойс. —Ты тэатром жизнь.. Du wirst verderben, пог.. Verdammt.(чёрт побери) — Не может он по русски говорить, блять. Не учился. Против ставили, против русских, хоть убей. Запрет в семье был, к русским не шагу. И теперь где они, а где он. Он у русских, не понимая речи, беспомощный. Умер за переулком, никто и не поймёт. Парень посмотрел на мужчину, хоть что-то понял, и суть уловил, в лице изменились оба. Научить хотелось говорить того, чтоб хоть простую фразу сказать мог, но против нации и Родины не поспоришь. —Погублю? —У парня соскочила ухмылка, сама о себе, не умеет он с таким справляться. —Вы русский понимаете? Я ваш язык не знаю, в семье как-то запрещали. Можете показать театр? — Парень хотел поддержать разговор. Но не знал как, понял одно, что тот всё понимает, матом ругаться не получится. Сашок подошёл ближе ко входу и приоткрыл дверь. По виду она была тяжелая, но в реальности лёгкая. Зайдя внутрь, актёр жестом пригласил Дмитрия пойти за ним. Дима в театре не был никогда, но как-то тянуло, пару лет учился в театральном, но забросил, а сейчас решил вернуться. Внутри оказалось все выше ожиданий. Димка прихуел. Наверно главное не сам фасад здания, а то, что света в нём было не так много. Глаза не будут ребить. Вдруг Дима почувствовал руку на плече, Саша заставил вернуться в реальность, что Матвеев аж вздрогнул. —Пошли— И они двинулись, Саша хоть по русски начал говорить, но только при Диме, почувствовал, что доверять можно всё таки. Вскоре они приблизились к дверям, которые вели в кулисы. Оба зашли, Дима вошёл первым, прихуел ещё раз. Предстояло рассматривать актёров, с которыми предстоит работать. —Wen hast du aufgegabelt, Sash? Für deine Seele. — откликнулся парень, лет так 25-ти. Немецкий понимал, бабушка немкой была, поэтому с Сашкой базарил один. —Кто это вообще? — Влад, так звали это чудо черствое, единственный из команды относился к Саше нормально, но тоже не шёл на дружбу, не хочет он с немцами что-то иметь. —Как зовут? — Тут Чери подошёл поближе, чтоб рассмотреть паренька, черноголовка какая-то, где только Сашка его нашёл? —Matveev Dmitri ist sein Name. Er will einen Job bei uns. — Веки упали, но глаза остались открытыми, и тон он понизил. Говорить с Череватым не хотелось, подбешивал. —Хочет, да перехочет, поработает день и свалит. — Чери усмехнулся. Где-то сзади раздался ещё голос. Тоном был холодный, сразу бы сказал, что не надо дело иметь с такими. —Оцепись ты от мальчишки, вы возраста то, примерно, одно, а относишься, как к ребенку. — Голос был медика Константина, иногда задаются вопросом, он точно врач? К сожалению, точно. 16:09 —Саш, ну вроде приняли, мне ничего больше заполнять не надо? — Мужчина на тот вопрос отрицательно покачал головой. Нашли всё таки, как общаться. За окном уже люди уходили, им тоже пора, сегодня постановок нет. Можно с чистой душой идти домой. —Пошли— Саша, как будто, только это слово и выучил, скорее всего, на такой работе только это и слышишь. Выйдя из театра, на улице солнца было не слишком много, но и не слишком мало, темно не было. Деревья шатал не сильный ветер, погода представляла собой, что скоро начнется дождь. Дмитрий посмотрел на Сашу, который докуривал табачное изделие. —Может в бар? За знакомство. — Александр аж поперхнулся от такого предложения. Они знакомы пару часов, а уже в бар предлагает. В баре немцу пизда, убьют нахуй, забьют. Но на свои опаски, он просто пожал плечами. И посмотрел на младшего, что только творится в этой маленькой головëшке, если такое предлагает. У Александра всё больше опаски, за секунду он перестал доверять Матвееву. Но они пошли, пошли сука, лучше бы не ходили. По пути они разговаривали, но разговаривал больше Матвеев. Саша предпочёл молчать, позицию пассива включил. Дима сам не понимал, что нёс, то про друга, который работал в баре, то на какие-то другие темы, про семью, про родной город. Сам то он сбежал, в другой город, а потом в этом же городе и нашелся. Вообщем, рот у парня не закрывался. Уже и до бара дошли. Саша не понимает, зачем идею поддержал, с ног же валится, но нет, упертая сука, пошёл нахуй. В баре Саша вообще молчал, знает, что если слово скажет, то пизда ему. Через пару минут подошёл человек, бармен что-ли. Сашка осмотрел его с ног до головы. Ростом был примерно такой же, как и он. Волосы кудрявые, длинноватые. Глаза туманные. Тот, о ком говорил Дима почти всю дорогу. —Здарово, Дим, ты с кем сегодня? Нового завёл? — Парень повернул голову в сторону Саши. Кудрявые пряди пали на лицо, но через них пристальный взгляд можно было уловить. —Sascha. —Немец сказал своё имя чуть не шепотом, не любил он говорить на публике. Губу стал кусать, начнется сейчас, что тот немец и всё такое. Ненавидит себя за это. —Не русского ещё и завёл, ладно. Я Олег. Чё брать то будете, в честь твоего нового, угощаю. —Парень чуть отстранился от стола, потянув руки. Задолбался уже сидеть без дела, скучно ему, скоро развлекается будет. —На свой вкус принеси, доверяю тебе сегодня. —Черноголовка уже заебался слушать хуйню всякую от Олега. За то он уже мигом удалился от них. Но только Дима захотел что-то промолчать, тот уже появился с напитками в руке. Пару минут Александр наблюдал за разговором Димы и Олега. Так и просидел, не слова не промолвил, кроме своего имени. Вдруг ударила боль в висок. Голова заболела. Перед глазами начало мутнеть. Вскоре вообще всё потемнело. Саша ничего не чувствовал после этого, нет, он не умер, он бы почувствовал. Он бы не был в мыслях, а тут, он ходит и ищет что-то. Он сам не понимает, то ли он в сознании, то ли нет, то ли это всё сон. Встреск. Его отравили. Но не до смерти. Саша проснулся в каком-то тёмном помещении, не было освещения никакого. Можно было увидеть вешалку, на которой висела куртка. Сам он лежал у стены. От них дуло холодом, вообще вся комната пропитана им. В углу стоял стол, больше не было ничего. Комната напоминала какой-то..подвал. Только, чей он? Александр попытался встать и пошатнулся, ноги косились, голова гудела. Твари. Нельзя было доверять этим русским. Он облокотился на стол и прикусил губу. —Die Wesen (Твари). —Саша ненавидел это, ненавидел себя, за свою доверенность. Сейчас эта "добрая душа", как называл его Череватый, кипела. Желала мести этим людям, которые обманули его. В тот момент в дверном проёме появился силуэт. —Проснулся? —