История одной болезни

Глубокий вдох, и капля пота стекает по виску. В комнате стояла духота, окна были закупорены, занавески плотно задернуты. Снова кошмар. И так уже полгода. Переехав в новый город, Эмилия крепко подружилась с однокурсницей. На протяжении нескольких месяцев они были вместе, держались друг за друга в незнакомом городе. Но неделю назад она шла домой и наткнулась на группу парней. Сначала они изнасиловали её, а потом убили. Её образ в реанимации всплывал постоянно, врачи боролись до последнего, но была большая потеря крови и задеты жизненно важные органы. После этого отец строго настрого наказал Лёше быть рядом с девушкой постоянно. Да и она была только за — так испугалась. Хоть и понимала, что один он против группы людей бессилен. На протяжении четырёх месяцев она боролась с последствиями сильного стресса. Тревожные состояния прошли, а кошмары остались. Врачи объясняли это тем, что всё несомненно пройдёт, особенно если сочетать с лекарственной терапией, но, конечно, это «всё пройдёт» понятие растяжимое. Девушка сидела на кровати и вытирала мокрое лицо и шею о пододеяльник. Она глянула на часы: время 05:42. Засыпать нет никакого желания, поэтому открыв окно, она обняла любимую игрушку и укуталась в одеяло. Но ни сна, ни успокоения не было, нервы продолжали шалить. Кровать заскрипела, когда холодные ноги опустились на пол. Пройдя к столу, девушка оглядела книги, что лежали стопкой, больше напоминающей Пизанскую башню. Вытащив недочитанный детектив, она легла обратно. Чтобы сконцентрироваться на тексте потребовалось немало усилий. По-началу мысли уводили вообще не в то русло, терялась ниточка повествуемого расследования. Но спустя пятнадцать минут Эмилия погрузилась в книгу с головой пока не услышала, что в ванной комнате уже шумит вода — похоже мама встала. Накинув халат на спальный костюм, девушка прошла из комнаты в коридор. Да, действительно, мама уже была в ванной, а папа только просыпался, слушая одним ухом утренние новости по радио. Постояв так с минуту, Эмилия вернулась обратно в свою комнату, приняв решение сначала переодеться, а потом уже выходить к родителям. –Дочь, ты сегодня рано, — удивилась мама, завидев дочку в дверном проёме кухни. — Тебе разве по пятницам не ко второй паре? –Ко второй, но нужно ещё кое-что сделать по учёбе, — соврала Валеева младшая. –Правильно, делу — время, а потехе — час, — одобрил папа. –Тебе бы всё работать да учиться, дай ребёнку отдохнуть хоть немного, — пожурила женщина главу семейства.

***

–Привет, — подсела на скамейке блондинка. — Ты Эмилия, верно? –Да, это я, — девушка заинтриговано посмотрела на внезапно возникшую собеседницу, которую она знать не знала, так, видела пару раз в университете, не более. –Меня зовут Яна, — представилась блондинка. — Не буду тянуть, перейду сразу к делу — говорят, ты на гитаре играешь. Валеева с ещё большим непониманием глядела на новую знакомую. –Твои источники приукрасили, я всего-то пару песен играю, не более, да и… –Не важно, — перебила Яна, — нам нужен человек, который сможет научить одного нашего друга игре на гитаре. Разумеется, не просто так. Ну что, ты согласна? Повисла пауза. В голове девушки сейчас не то, что мысль построить, концов этой мысли найти было нельзя. Блондинка настолько ошарашила девушку своей просьбой, что Эмилия даже растерялась и совершенно не знала что ответить, взвешивая «за» и «против». –Ладно, помогу, — выпалила Валеева, — но мне ничего за это не нужно. Яна довольно улыбнулась, подцепила свод сумку и произнесла: –Отлично. Паша, собственно, парень, которого ты будешь учить, подойдёт к тебе в течение дня, договоритесь о деталях. В это время к девушкам подошёл Лёша, и когда Яна заметила его, губы её скривились в недовольной гримасе. Попрощавшись, она удалилась. –Вы знакомы? — поинтересовался Лёша, присаживаясь на освободившееся место. –Только что познакомились, а вот вы, похоже, друг друга знаете лучше, чем кажется, — улыбнулась девушка, искоса поглядывая на друга, а затем снова в учебник от которого все с самого утра отрывают. –Да, было дело, — загадочно произнёс парень. И уточнил, — но ничего такого не было. Просто недолюбливаем друг друга. –Ну-ну. –Хватит смеяться, я вижу твой интерес в глазах. –Скрывать не буду, интриговать ты умеешь. –Ничего особенного. Давно дружили, а потом она связалась с нашей музыкальной группой универа и всё, сказала, что ей стало со мной скучно. А вела себя, как будто брезгует, — парень вытянул ноги вперёд и казался несоразмерно длинным из-за этого, а руки закинул за голову. То ли хотел показать незаинтересованность, то ли ввести в заблуждение, не разберёшь. –Вы много лет до этого общались? –Да, с детства. –С детства общались, а потом неинтересен? Ну надо же, — воскликнула девушка, захлопнув книгу. –Не шуми, на тебя уже люди оглядываются, — посмеялся Алексей, и немедленно уклонился от удара в плечо. — Слушай, я всё спросить хотел, а у тебя остался кто в Казани-то? –Конечно. Друзья, родственники. Чего это ты решил спросить? –Да не знаю, интересно стало. Сколько общаемся, а ничего толком про тебя и не знаю. –Да там знать-то и нечего, — отмахнулась девушка, не желаю давить себе же на больную мозоль. — Ой, звонок уже, идём.

***

Закончилась последняя пара и можно было идти домой. Ох, нет, нельзя, чёртово занятие с каким-то парнем, будь оно неладно. –Эй, ты Валеева? — высокий шатен окликнул ребят, которые только что вышли из лекционного зала. –Ну я, а ты кто? — довольно грубо, но, конечно, не намеренно, ответила девушка, которая уже успела размечтаться о тёплой ванне. –Паша. –А, так это я тебя что ли должна научить играть на гитаре. Парень подал руку для рукопожатия, но ни Лёша, ни Эмилия не ответили на него, а та и вовсе посмотрела на неё как на нежелательный объект, и, фыркнув, пошла в сторону лестницы. Молодые люди пошли за ней. –Ну так что, научишь? –Научу, раз пообещала, — ответила девушка и резко остановилась, что парни чуть не врезались в неё на полном ходу. — Значит так, — она повернулась к ним, — по вторникам и четвергам в музыкальном классе в пять часов. Не опаздывай. После своих установленных правил девушка довольная пошла на выход, а за ней плёлся Лёша, который был чернее тучи. –Ты чего мрачный такой? –Не нравится он мне, — парень нахмурился, а Эмилия не удержалась и засмеялась. –Почему? –Слишком самоуверенный. –Ой, да ладно тебе. Обычный самовлюблённый тип. Могу поспорить, что гитара ему нужна только для женского внимания, потому что на музыканта он явно не похож, даже на любителя. –И сколько ты его так учить будешь? –Научу базе и хватит, больно надо было на него время тратить.

***

Зайдя домой, девушка увидела не только обувь родителей, но и чужие мужские туфли. Она разулась и прошла посмотреть. Оказалось, это был папин начальник. Очень странно, они, конечно, были хорошими приятелями, но чтобы домой… Наверное, что-то срочное, главное, чтобы всё хорошо было. –А, Эмилия, здравствуй, поздоровался мужчина. –Дочка, это мой друг и начальник Геннадий Фёдорович, — представил гостя Вячеслав. –Пойдём, — подошедшая мама повела Эмилию на кухню. –А чего он пришёл? Что-то случилось? –Кажется, — женщина слегка замялась, — мы переезжаем обратно в Казань. Папе дают новую должность директора предприятия. –Офигеть, — воскликнула девушка и сразу закрыла рот рукой. Её как водой окатили. Она не знала что и чувствовать, ни то радость, ни то грусть. Она скучала и хотела увидеть Инну, но не хотела расставаться и с друзьями из университета. — А когда? –Пока не знаю, сейчас папа придёт и всё скажет. Ожидание выдалось долгим, потому что мужчины ударились в воспоминания, которые плавно перетекли в вечер. –А помнишь, как мы заканчивали академию? — восклицал Геннадий Фёдорович. –Да, — протянул Вячеслав, — это было что-то. Нас тогда чуть не выгнали за прогулы. –Нам повезло, что ты нравился молодой учительнице. –Это какой же? — удивился мужчина, смотря на друга. Тот засмеялся и разлил ещё по одной стопке водки. –Марина Ильинична, крайне привлекательная дама. Она к тебе неровно дышала, точно говорю, — приговаривал Геннадий Фёдорович, покачивая пальцем. — Если бы она нам тогда не простила отгулы по её предмету, к бабке не ходи, отчислили бы. Ну вспомнил, нет? –Вспомнил, вспомнил, никак не угомонишься, — смеялся Вячеслав. А затем наклонился ближе к мужчине и прошептал, — жена точно всё слышит, не упоминай дам из прошлого, пожалуйста. Тот активно закивал головой, мол, понял, и друзья выпили, стукнувшись стаканчиками. –Вот поганцы, — произнесла в этот момент женщина, стоявшая у двери. Она, конечно, не злилась на мужа, это дела давно утекших лет, да в то время они даже знакомы не были. –Подслушивать не хорошо, — съязвила дочь, улыбаясь, а мама шуточно погрозила кулаком. –Ладно, пора мне, — хлопнув себя ко коленям, сказал Геннадий. –Спасибо, что зашёл, давно не сидели. Да и за новость благодарен, думаю, мои будут рады. –Не забывай там старых друзей, пиши, звони, — мужчины обменялись рукопожатиями и обнялись. –Не забуду, и ты тоже объявляйся, — пообещав друг другу периодически выходить на связь, Вячеслав закрыл дверь и пошёл на кухню. Открыв дверь, он увидел как его девочки пили чай и о чём-то оживленно болтали, пока не увидели главу семейства. Мужчина облокотился о дверной косяк, отмечая как же красива его жена и как же похожа на неё их дочь. –Ну, я думаю, вы и сами всё слышали. –Вас на пятом этаже слышно было, — Мария помешала чай и закинула в рот конфету. –Вот не надо, — отец сел с семьёй за стол, наливая чай в кружку, — просто кто-то подслушивал и не хочет признаваться. Эмилия в это время сидела и наблюдала за шуточным спором родителей. Она любила эти моменты и пыталась запечатлеть их у себя в памяти. –Когда переезд? — отозвалась молчавшая да этого момента девушка. –Не так скоро, как предполагалось, — ответил отец. — Во-первых, ты доучишься последний год, во-вторых, — он сделал глоток чая, — надо доделать дела на этом месте. Так что не раньше, чем через год. Волнение отпустило. Будущий год казался вечностью, хоть все прекрасно понимали, что он пролетит также незаметно как эти полтора года с небольшим, что они живут на новом месте. Раньше родители часто переезжали из-за папиной работы, но как ни пыталась, Эмилия не могла привыкнуть к частым переменам и мест, и окружения. Но последние три года в Казани были спокойными в этом плане, родители ездили без дочери: Вячеслав решил, что она уже взрослая и может жить одна. Но в последний раз он увидел перспективу в карьере дочери и сделал вывод, что так будет лучше. Но теперь, с его повышением, понимал, что подвергает дочь новому стрессу, хоть она и вернётся в привычную среду, к старым друзьям и знакомым. Да и там уже были подвязки к её будешь работе о которых пока знал только сам Вячеслав. Но в то же время мужчина чувствовал вину перед Эмилией. Время было позднее, ужасно хотелось спать. Мечтая поскорее лечь и провалиться в крепкий спокойный сон до самого утра, девушка встряхнула одеяло. Вмиг поднялись маленькие пылинки, которые были видны в жёлтом свете настольной лампы. Ветер из открытой форточки влетел в комнату, когда дверь открылась: создался сквозняк. Мужская голова, а затем и всё тело появились в комнате. Мужчина уже переодетый в домашнюю одежду, переступил невидимый порог и остановился. –Уже готовишься ко сну? — проговорил отец, не зная с какой стороны лучше начать разговор. Эмилия была удивлена появлением папы в своей комнате. Обычно они разговаривали в гостиной, на кухне, вне дома, в общем, везде, но не в её комнате. –Да, вот, разбираю, — произнесла девушка, заинтересованно смотря на отца и ожидая, когда он скажет то что хотел. — Да чего ты там стоишь, иди, сядь. –Дочь, — мужчина прошёл вглубь комнаты и сел на стул, — я хотел извиниться перел тобой. Эмилия села на край кровати и не могла подобрать слов. Она была удивлена и не понимала зачем отец извиняется, ведь это его работа, и она всё понимала и не сердилась. О чём, конечно, поспешила ему сказать. –Пап, да ты что, всё хорошо, я не в коем случае не держу обиды, — она улыбнулась, чтобы разрядить обстановку. — Ты же не виноват, что у тебя частые командировки. Тем более в этот раз вообще повышение, я очень рада за тебя, горжусь! Мужчина ответил ей тёплой улыбкой, а Эмилия заключила его в объятия. И Вячеслав почувствовал, как вина уходит и приходит гордость за дочь, радость за её человечность и понимание. Пожелав друг другу спокойной ночи, дверь закрылась, принося новый резкий порыв ветра, что шелохнул занавески. Первый раз за долгое время Эмилия погрузилась в сон с улыбкой на губах, и в этот раз он был действительно спокойным.

***

Утром пение птиц разбудило спящую. Бледная рука высунулась из-под одеяла и натянула его на голову. Просыпаться совсем не хотелось. Что же ей снилось? Хм, не помнит… Но ощущения после не отвратительные, не тревожные, как обычно, а приятно трепещущие душу. Всегда бы так, подумала девушка и высунулась из-под одеяла. –Дочь, мы убегаем сегодня раньше, завтрак на столе, — сказала мама, натягивая сапоги, завидев сонную девушку, вышедшую из комнаты с прикрытыми веками. –Хорошего дня, — пожелала Эмилия и побрела собираться.

***

Странное чувство после сна не оставляло её. –Что же мне такого снилось-то? — бормотала себе под нос Валеева, сидя в кафетерии и помешивая пенку в стакане. — Хоть убей не помню. –За что тебя нужно убить? — Лёша подсел напротив и бахнул книгами так, что девушка подскочила от неожиданности. –Подслушивать не хорошо, — сложила руки на груди Эмилия. –Болтай сама с собой меньше, — усмехнулся тот. — Так что случилось-то? –Да ничего не случилось. Просто сон какой-то приснился, но я его не помню, а чувства такие странные, как будто что-то важное упустила. –Да может вспомнишь ещё, а если не вспомнишь, то и зачем тебе это, сны вообще штука странная, — пожал плечами Алексей, уставившись в окно. –Да интересно же, — надулась девушка, замечая отстранённость друга. — Ты чего такой задумчивый? –Да нет, ничего, с чего ты взяла вообще. –Да по тебе видно.

***

Днём ранее Эмилия шла по пустому коридору. Как же хорошо, когда никто не сбивает с ног, думала девушка, наслаждаясь тишиной, которая через пять минут будет прервана звонком на перемену. Когда она проходила мимо мужского туалета, услышала знакомые голоса, которые о чём-то спорили и затормозила. Чёрт, Эмилия, кто подслушивает, не унималась совесть. –Братан, признайся и всем будете проще, — говорил один из голосов. –Кому проще? — хмыкнул Лёша. –Ну хотя бы мне, — засмеялся его друг. -Да и тебе тоже, мучаешься ходишь. Вот возьмёт и опередит тебя какой-нибудь больно решительный, и всё, упустишь ты свою Валееву. Глаза девушки округлились, дыхание задержалось. Она была готова услышать что угодно, но не это. Отношения сейчас было ни к чему, не готова она к ним была, тем более с тем, кого считала хорошим другом. –Не каркай, придурок. И говори потише, не хватало, чтобы ещё кто-нибудь услышал. –Ладно, Ромео, сейчас звонок будет, пошли, иначе нам хана будет. А на счёт признания подумай. –Подумаю, — послушалось приближающиеся шаги и Валеева в спешном порядке скрылась за углом.

***

–Ой, Валеева, отстань, — парень поднялся из-за стола и, подхватив ветхие учебники, направился к кабинетам. Проходя мимо друга он сделал недовольное лицо на что тот лишь закатил глаза. В этот момент девушка семенила сзади и донимала однокурсника вопросами что-же такое с ним стряслось. –Я тебя насквозь вижу, Макаров, так и знай, — заявила Эмилия так и не добившись от молодого человека внятного ответа. Все последующие занятия мысли были заняты отнюдь не учёбой, а загадочным сном от которого веяло чем-то знакомым. В кабинет вошёл мужчина из преподавательского состава и попросил отпустить буквально на пять минут Инну Золотову, так как та являлась будущей вожатой в детском лагере, который должен был открыться в июле месяце. Инна. Имя, которое отозвалось в груди и которое напомнило ей сон. Казалось бы, всего лишь имя, но именно из деталей складывается картина. И вот она, сложилась. «Девушка с русыми волосами шла по тротуару, беззаботно помахивая сумкой. Она направлялась к подруге, которая приехала из деревни спустя неделю. Солнце ослепляло, и русоволосая закрывалась рукой, щуря карие глаза. Мимо шли незнакомые люди, лица которых было не разглядеть. Они шныряли туда-сюда, то просто проходя мимо, то случайно задев плечом. Это уже начинало надоедать и разозлившись, Эмилия схватила за рукав вновь её толкнувшего. Посмотрев на незнакомца, она встала как вкопанная, продолжая крепко держать чужую куртку в зажатом кулаке. Его черты лица были чётко видны. Тёмные кудри непослушно спадали на лоб. Мысли завертелись в голове. Кто же он? Какое знакомое лицо. Но я его не знаю. Или знаю? Парень продолжал смотреть в упор. Пальцы сами собой разжались и выпустили ткань. Ещё немного длился этот зрительный контакт, а потом он ушёл, так ничего и не сказав». Наутро всё увиденное стёрлось, как и полагается после сна. Остались лишь вопросы и странные воспоминания, но в эту секунду всё разбилось лишь после одного упоминания имени лучшей подруги.