a place to rest my head | место, где я могу отдохнуть

Нил едва запомнил дату, когда собирался на занятия тем утром. Сегодня четверг, а это значит, что у него есть всего полчаса после утренней тренировки в спортзале, чтобы принять душ, выжать как можно больше воды из волос и поспешить на урок многомерного математического анализа. Он не был рассеянным человеком в целом, но поскольку профессор снижал баллы за опоздание, он спешил и не заметил бы ничего странного, даже если бы это прилетело ему в лицо. Что, по прошествии времени, в буквальном смысле и происходит, когда Ники бросает в него коробку, пока он выходил из раздевалки спортзала. Коробка была обернута в белую крафтовую бумагу, которую он развернул по настоянию Ники, чтобы увидеть вязаную чёрную шапочку с пришитыми оранжевыми лисьими ушками из магазина кампуса. — О, — сказал он, глядя на ухмыляющегося Ники. — Спасибо? Когда он утром бежал трусцой в спортзале, на улице было довольно холодно, и его волосы всё ещё были влажными, поэтому он сразу же натянул шапку на голову и вышел. — Не за что! — Ники прокричал ему вслед. — Счастливого Ва… — Дверь, закрывшаяся за Нилом, обрывает остаток фразы, но он не почувствовал сожаления по этому поводу. На уроке он замечает подозрительное количество цветов, торчащих из рюкзаков, но больше не обращает на это внимания, пока девушка, с которой он работал над проектом в начале семестра, не подходит к нему после того, как профессор отпустил их. Анджела, думает он. Она теребит своё ожерелье, стоя над его столом, и улыбается, когда он поднимает взгляд. — Привет, Нил, — говорит она, её лицо краснеет. — Привет? — Нил моргает. Он не уверен, что разговаривал с ней с тех пор, как они закончили этот проект. — Эм, я просто хотела спросить, не хочешь ли ты… куда-нибудь сходить? Может быть, сегодня вечером? Нил чувствует, как обе его брови поднимаются высоко на лоб. Это совсем не то, что он ожидал услышать, если вообще чего-то ожидал. — Хмм. Нет. Нет, спасибо. — Он смутно осознаёт, что мог бы ответить повежливее, но теперь уже слишком поздно. Её лицо приобретает ещё более тёмный оттенок красного. — О. Хорошо. Я имею в виду да, всё в порядке. Извини! — Она нервно посмеялась, отходя от его стола. — Увидимся. Нил видит, как она, спотыкаясь, подходит к группе своих друзей, ожидающих у двери, видит, как выражение их лиц меняется с надежды на жалость и злость, когда они похлопывают её по спине. Он качает головой, хватает свою сумку и выходит мимо них. Он доходит до крыльца здания, прежде чем сталкивается с Джулией, которую знает только как нынешного капитана «Виксенз». Джостен почти не узнаёт её без формы и хвостика, но разговаривал с ней на нескольких совместных вечеринках после игр, потому что у неё на удивление много проницательных наблюдений за матчами. Когда она встаёт у него на пути, он ожидает комментария относительно завтрашней игры, но вместо этого получает крошечный розовый конверт, прижатый к его груди. Она очень, очень широко улыбается и говорит. — Для тебя, — прежде чем поспешить мимо него. Примерно в этот момент Нил начинает подозревать, что что-то не так. Он засовывает конверт в карман нераспечатанным и спускается по ступенькам, где его ждёт Эндрю с незажженной сигаретой, уже торчащей из уголка его рта. — Привет, — говорит Нил, подходя к нему. Эндрю ничего не говорит в ответ, но его взгляд скользит вверх по лестнице, туда, где его остановила Джулия, и обратно к краю конверта, выглядывающего из кармана Нила. — Пошли. Они вместе идут в столовую. Нил обычно предпочитает комнату для отдыха по той единственной причине, что там у них больше шансов столкнуться с другими, чтобы обсудить игру, но Эндрю регулярно направляет его к другой комнате во время их общего обеденного перерыва по четвергам, поэтому Нил следует за ним. Внутри по стенам развешаны гирлянды в виде розовых сердечек, букеты почти на каждом столе, и ещё больше людей с цветами повсюду. Нил прищуривается. — Что происходит? — решает спросить он, когда они занимают пустой столик со своими подносами. Эндрю бросает на него невозмутимый взгляд, но пожимает плечами, когда Нил просто продолжает пялиться. Они едят в тишине, как обычно. Еда не настолько вкусна даже из-за того, что она не входит в их утверждённый план питания, и Нил в основном перекладывает картофельное пюре на тарелке, прежде чем отдать десерт Эндрю. Как раз в тот момент, когда он собирался сказать, что закончил, кто-то подошёл к их столику. Это парень из его класса истории, имени которого он даже не помнит. У него ярко-рыжие волосы и очень зелёные глаза, и обычно он сидит всего в нескольких партах от него, но Нил не думает, что они когда-либо разговаривали. До сих пор, видимо, пока парень не открывает рот. — Привет, Нил! — Привет, — автоматически отвечает Нил. — Извини, я действительно не знаю— — О, я Леонардо! У нас совместная история и базовый анализ. — Нил медленно кивает. Он не знал, что у них был ещё один общий курс. Улыбка Леонардо начинает тускнеть, но он продолжает. — Я пару раз замечал тебя в классе, и считаю, что ты действительно симпатичный, и подумал, не могу ли я попросить твой номер? Нил, чувствуя себя совершенно напуганным в этот момент, едва знает, что сказать. Вспоминая свою предыдущую возню с Анджелой, ему удаётся выдавить что-то вроде. — Э-э, извини, нет. Нет, но спасибо. На мгновение кажется, что Леонардо собирается сказать что-то ещё, но его взгляд переключается на Эндрю, и он быстро закрывает рот и спешит прочь. Однако, когда Нил поворачивается к Эндрю, его лицо представляет собой обычную пустую маску. В этом нет ничего по-настоящему страшного, но люди всегда верили в странные вещи о Миньярде. — Что, чёрт возьми, сегодня происходит? — Вслух спрашивает Нил, когда они выходят из столовой. Эндрю щёлкает языком. — Ты можешь разобраться с этим сам. Нил бросает на него взгляд, но у них всё равно нет времени. У Эндрю сразу после обеда занятие, а у Нила сегодня днём тест, к которому желательно было бы подготовиться, поэтому он протягивает руку, чтобы сжать запястье Эндрю, прежде чем тот уходит в библиотеку. Странных встреч больше не было, хотя, когда он уходит в душевую, то по возвращении находит другой конверт, засунутый между страницами его учебника, с его именем и нарисованным сердечком снаружи. Только когда он проверяет свой телефон по дороге на тест, ему бросается в глаза дата: 14 февраля. Внезапно яркие украшения, цветы и признания обретают гораздо больше смысла. Он закатывает глаза. Между ним и днём Святого Валентина не осталось любви. Он открывает два конверта, бегло просматривая валентинки внутри. К одной из них приклеен ярко-красный леденец в виде сердца, который он отрывает и кладёт в карман для Эндрю, прежде чем выбросить обе валентинки в мусорное ведро научного корпуса по пути.

━━━━━━━━━━

Он возвращается в Лисью Башню почти за два часа до вечерней тренировки с намерением вздремнуть. Вместо этого его подстерегает на парковке девушка из команды по плаванию, которая вручает ему конверт с приклеенным к нему крошечным фиолетовым цветком и пытается пригласить на свидание, а затем ещё раз в коридоре наверху. Этот второй раз, по крайней мере, спасает тот факт, что там был Мэтт, протягивающий ему плюшевую лису-гиганта. Нил берет её, хотя она почти вдвое меньше его, Мэтту приходится вытянуть шею, чтобы улыбнуться. — С Днём Святого Валентина! Нил вздыхает, но крепче прижимает плюшевую игрушки к груди. Она мягкая и очень пушистая, и её определённо нельзя купить в магазине кампуса. — Где ты это взял? — Интернет, Нил, — сказал Мэтт с огромными глазами. — Разве это не здорово? Нил сжимает её ещё сильнее. Это довольно мило. — Спасибо. — Не за что, приятель. — Взгляд Мэтта останавливается на конверте, который Нил всё ещё неловко держит в руках, потому что он не хотел выбрасывать его прямо в вестибюле на глазах девушки. — Что это? Ты получил письмо от своей тайной поклонницы? Нил фыркает. — Нет. Это от одной из пловчих. — О? — Мэтт поднимает брови. — У тебя несколько тайных поклонниц? Сколько подарков ты получил сегодня? Нил съеживается при воспоминании о каждом из них, за исключением подарков Ники и Мэтта, и пожимает плечами. — Парочка. — Парочка, как он говорит. — Мэтт слегка смеётся. — Эндрю, должно быть, злится. При этих словах Нил хмурится. Поведение Эндрю не показалось ему странным. — Почему? — Я имею в виду, я бы очень разозлился, если бы куча людей набросились на Дэн. — Мэтт пожимает плечами. — Например, я знаю, что она не уделила бы никому из них ни секунды своего времени, но мне бы всё равно это не понравилось. Особенно в День Святого Валентина. — Я не понимаю, что такого особенного в этом дне. Разве ты не говоришь Дэн, что любишь её каждый день? И вы, ребята, постоянно ходите на свидания. Я не понимаю, почему сегодняшний день должен быть особенным, или почему бы ты злился, если кто-то флиртовал с твоей девушкой. На этот раз Мэтт действительно смеётся. — О, Нил. Конечно, да, я постоянно говорю ей, что люблю её. И мне нравится приглашать её куда-нибудь. Но всё равно приятно время от времени проводить день, который становится немного особенным. Ты жив и знаешь, что родился в определённый день в году, но всё равно приятно отмечать свой день рождения, не так ли? — Нил не понимает этого, но думает, что может согласиться с этим. — То же самое с этим. Я люблю её каждый день, но всё равно приятно иметь возможность отпраздновать с ней особенный день. И если другие люди думают, что моя девушка одинока в день любви, то я явно делаю что-то не так. Нил обдумывает это. Он всё ещё не уверен, согласен ли, но ему кажется, что он понимает, что имеет в виду Мэтт. Бойд снова пожимает плечами, когда Нил не отвечает. — Ну, Эндрю, возможно, всё равно. Многим людям всё равно, у всех по-разному. Это полностью твоё дело. Я просто пошутил. Нил медленно кивает. Раньше Эндрю, казалось, это не волновало. Нила тоже, хотя он видел пользу в том, чтобы сделать что-то праздничное, если это означало, что ему придётся мириться с меньшим количеством неудобных взаимодействий в течение дня. — Но скажи мне, если он в конце концов что-нибудь спланирует, хорошо? — Мэтт с усмешкой хлопает его по плечу. — Я заключил пари с Элисон. Она не может продолжать выигрывать. Нил отмахивается от него, но улыбается в ответ. Ему не всегда нравится, что другие ставят на него и Эндрю, хотя он знает, что с Лисами это неизбежно. Однако это кажется относительно безобидным, поэтому он пропускает информацию мимо ушей. К счастью, в комнате был только Кевин, когда Нил наконец добрался до общежития. Он сидит за своим столом в наушниках, уткнувшись носом в учебник, и Нил может без дальнейших помех забраться в постель, свернувшись калачиком вокруг своей недавно приобретённой плюшевой игрушки, чтобы уснуть. Он просыпается, когда входная дверь снова захлопывается, и на мгновение уверен, что, должно быть, проспал тренировку. За окном садится солнце, и он оставил включённой лампу на прикроватном столике, поэтому окно кажется темнее, чем есть на самом деле. Быстрый взгляд на его телефон подтверждает, что у него ещё есть в запасе полчаса, поэтому он спускает ноги с кровати и, зажав плюшевую лису подмышкой, ковыляет в гостиную. Кевин ушёл, как и его кроссовки с обувной полки — скорое всего, он уже на пути к корту, разминается, совершая пробежку. Вместо него на краю стола примостился Эндрю, и в руках у него букет ярко-красных роз. Нил моргает раз, другой и наклоняет голову. Эндрю протягивает ему букет со стоически спокойным лицом. Между кроваво-красными лепестками спрятана маленькая открытка. — Это было в продаже, — говорит Эндрю, когда Нил не сразу берет букет. Его голос звучит так, словно он выдавливает слова сквозь зубы. — Они собирались это выбросить. Возьми их. Или нет. Мне всё равно. Нил не может отвести от них глаз. Он протягивает руку и медленно обхватывает пальцами нижнюю часть букета, забирая его из рук Эндрю. Это очень красивый букет, розы все были свежими и как будто бутоны только недавно распустились. Он серьёзно сомневался, что цветочный магазин планировал выбросить букет до 17:00 в День Святого Валентина, но не собирался это комментировать. — Спасибо, — говорит он вместо этого. Нил прижимает розы ближе к груди, чтобы понюхать их, хотя и не уверен, чего ожидает. Возможно, что-то, что пахнет больше как Эндрю, как аромат его одеколона. Он всегда пахнет только цветами. Эндрю пожимает плечами, отводя взгляд. — Ничего особенного. Нил хмыкает и не может сдержать улыбку. — Я тебе ничего не купил. Прости. — Однако, он вспоминает валентинку, которую видел ранее. — О, подожди. Леденец был очень тёплым, часть конфеты растаяла и размазалась по пластиковой обёртке, когда он достал его из кармана, но всё равно протянул Эндрю. Эндрю прерывает игру в гляделки с кухонным шкафом, чтобы посмотреть на леденец. Он скептически приподнимает бровь, но всё равно берет его. — Мне всё равно. Нил тоже сомневается в этом, но снова решает держать язык за зубами. Он достаёт из кухонного ящика высокий стакан, заменяющий вазу, и ставит розы на стол. Они очень красиво смотрятся в пестрой упаковочной бумаге, и он задаётся вопросом, не стоило ли это Эндрю дополнительных денег. Когда он возвращается к столу, он наклоняется, чтобы чмокнуть Эндрю в губы со вкусом конфеты, один раз. — С Днём Святого Валентина. Эндрю не отвечает, но смотрит на него тяжёлым взглядом, и когда Нил направляется в ванну, чтобы собраться, он слышит позади себя бормотание, отдалённо похоже на. — День Хм— ле— тина.

━━━━━━━━━━

После тренировки Нил ловит Ники в коридоре возле раздевалки и пытается незаметно заставить его отвлечь Кевина и Аарона. Ники, однако, умнее, чем Нил иногда о нём думает, и его глаза сразу загораются. — Не волнуйся, мой юный падаван, — шепчет он слишком громко. — В ночь Святого Валентина никаких беспорядков не будет. Нил моргает, услышав что-то, что скорее всего является отсылкой, к чему он не знает, но ничего не говорит. Это не совсем то, к чему стремился Нил, но афера получается достаточно хорошо, когда Ники ведёт Кевина и Аарона к грузовику Мэтта под громкие жалобы на то, как долго тянет Эндрю, хотя он выходит из раздевалки сразу после них. Кевин пытается протестовать, явно сбитый с толку, но Аарон просто принимает свою судьбу, и поэтому они оба следуют за поразительно серьёзным Ники. Эндрю поднимает бровь, глядя на Нила, который может только улыбнуться в ответ. — Можно я поведу? — спрашивает он, когда они подходят к Маз. Эндрю искоса поглядывает на него, но бросает свою сумку на заднее сиденье и обходит машину к пассажирской стороне без дальнейших комментариев. Нил ухмыляется и садится за руль. Сразу же после выезда со стоянки он сворачивает к шоссе, а не к общежитиям. Эндрю ничего не говорит. У него нет реального плана, и им нужно лечь спать пораньше, чтобы выспаться перед завтрашней игрой — он подозревает, что если они не вернутся хотя бы к девяти, Кевин всё равно начнёт терроризировать их телефоны. Но он хочет сделать что-то, пусть даже небольшое, и ничего необычного. Итак, он выезжает на межштатную автомагистраль и едет, пока не находит съезд, ведущий в соседний город. Ничего особенного, просто ещё один пригород, в окрестностях которого не намного больше, чем больница и торговый центр, но они оказались там в конце одной из ночей, проведённых в изучении окрестностей, и он помнит, что Эндрю понравилось кафе-мороженое в центре упомянутого торгового центра. Он заезжает на почти пустую парковку и выключает двигатель. Эндрю бросает на него равнодушный взгляд с пассажирского сиденья, но Нил обнаруживает, что всё ещё улыбается. — Ты можешь заказать что-нибудь для меня? Я сейчас вернусь. Не говоря ни слова, Эндрю выходит из машины и заходит в кафе-мороженое. Нил хватает свой бумажник из подстаканника и направляется в круглосуточный магазин. Он покупает всё, что, по его мнению, может понравиться Эндрю. Новую пачку сигарет. Причудливую зажигалку, похожую на паяльную лампу. Шоколадные пралине. Крошечный брелок с кроликом. Когда он выходит из магазина с пластиковым пакетом, болтающимся у него на запястье, полным безделушек, Эндрю уже ждёт с двумя стаканчиками мороженого в руках. Они ужинают в машине, всё ещё припаркованной, и Эндрю доедает свою пинту мороженого с шоколадной помадкой почти за десять минут до того, как Нил доедает фруктовый шербет. Когда магазины вокруг них начинают закрываться на ночь, огни гаснут один за другим, Нил наклоняется, чтобы украсть поцелуй со вкусом шоколадного мороженого, затем бросает пакет Эндрю на колени. — С Днём Святого Валентина, — говорит он во второй раз за сегодняшний день, и Эндрю ворчит на него. Он бегло просматривает содержимое пакета, мгновение взвешивая каждый подарок на ладони, прежде чем наклониться, чтобы ещё раз прижаться губами к его, на этот раз с силой. Сердце Нила колотится настолько интенсивно, как будто оно может выскочить из его груди. Он разворачивает машину, чтобы отвезти их домой, и не смотрит на Эндрю, возящегося с сумкой у него на коленях всю оставшуюся дорогу. Однако, вернувшись в Пальметто, он замечает крошечного кролика, болтающегося на ключе, которым Эндрю отпирает дверь общежития и втаскивает его за руку внутрь.