Я боюсь, моя любовь слегка больна

Энтони был так счастлив, когда сбежал из-под влияния семьи, теперь он сам вершит своё будущее. И первым решением стал дизайнерский колледж, а вторым - отношения учителем. Парень был очарован голантностью, страстью и в то же время отстранённостью Валентино. Завораживающая легкость и грация в движениях, будто преподаватель порхает на крыльях. Элегантность в каждом образе, хищный блеск глаз, колкие замечания о работах учеников, всё в нём было восхитительно. И Энтони, как маленький мальчик, любовался учителем, что создало проблемы, ведь все лекции он благополучно пропускал мимо ушей, наслаждаясь тембром голоса. - И что же делать, Энтони? У тебя будет незачёт по моему предмету. - Я Вас люблю... - Вырвалось у парня, совершенно внезапно. Преподаватель, вальяжно сидящий напротив, наклонился ближе. - Хочешь таким образом получить зачёт? - Нет, просто я... Не могу перестать о Вас думать. - Это не спасёт от экзамена. - Знаю. - Неожиданно, даже для самого парня, из глаз полились слёзы. - И всё равно Вы мне очень нравитесь! - Хорошо. - Выдохнул Вал и вытер щёку студента большим пальцем. - Этот разговор явно не для стен колледжа, как на счёт индивидуального занятия? В семь у меня. Валентино широко улыбнулся, когда большие розовые глаза взглянули на него со слепой надеждой. И они действительно встретились. Тони решил не задаваться вопросом, откуда учитель знает его адрес, важно было лишь то, что он заехал за ним, и у студента была возможность полчаса упиваться запахом притарных сигарет, коим был пропитан весь салон. Потом была лестница, дверь квартира, короткий диалог и вот, не успел парень опомниться, он уже лежит под преподавателем. Под свитер просовывают руку, что было несложно, ведь не смотря на осенний холод, он был укороченным, задирают одежду ежё выше. Энтони сейчас растает, ему жарко, он сходит с ума от прикосновений. - Сейчас ты будешь хорошим мальчиком? - Ответом стало закусывание губ. На нежной коже живота оставили красные полосы и перешли к ширинке джинс, быстро разобравшись и стягивая ненужную одежду. Оголив нижнюю часть тела, Вал жадно целовал бёдра и живот парня, оставляя засосы и укусы, после преступив к паху, облизывая, посасывая, издавая самые пошлые звуки. Энтони готов был попрощаться с душой от этой картины. Когда Валентино надоело играться, он подтянул худое тело парня и сжал его запястья у изголовья кровати, послышался щелчок наручников. Сердце студента замерло, он лежал, пристёгнутый к кровати, с закинутыми на талию Вала ногами и упирался задом в стояк. Тони взглотнул, а учитель злорадно ухмыльнулся, и без необходимой подготовки, вошёл почти до основания, вырывая громкий стон из горла. Впившись пальцами в бёдра парня, он начал двигаться, с интересом разглядывая тело под ним: глаза закатывались и слёзы стекали по щекам, рот отчаянно хватал воздух, кадык дёргался вверх-вниз, грудная клетка вздымалась в такт и всего парня пробивала дрожь. Выглядел Энтони очень жалко, это понравилось Валентино, как и то, что ему старались двигаться на встречу, подстраиваясь под темп. В награду за удовольствие, мучитель наклонился к лицу студента и поцеловал, глубоко и мокро, нарочно не давая сделать вдох, наблюдая, как тот пытается вырваться чуть ли не в конвульсиях, и отстраняется от припухших губ, продолжая вдалбливаться в девственное тело. Когда он чувствует приближающийся оргазм, обхватывает чужой член и начинает надрачивать в ритм. Энтони кусает истерзанную губу до крови и прогибается всем телом, чувствуя, как в нём разливается сперма его горячо любимого учителя. Всё остальное запомнилось туманными обрывками, сменялись позы, атрибуты, ощущения... В себя удалось придти лишь в четыре утра, когда парень с трудом стоял на кухне и пил холодную воду, в попытке остудить возбуждённое сознание.