Lucky charms

      С того инцидента в столовой прошла целая неделя. Парни помогли бедному Карлу, который сгорал со стыда, дойти до кабинета медсестры, где ему оказали надлежащую помощь. Эколог быстро поправился. На следующее утро его уже ничего не беспокоило, как в физическом, так и в моральном плане. Про неприятную ситуацию вскоре забыли, а Ричард так и остался безнаказанным. Правда, на следующий день он ходил как серая туча, изредка бросаясь обидными словами как молниями. Видимо с ним кто-то, к счастью для окружающих, провёл профилактическую беседу. — Почему так долго? — проворчал Дилан, повернувшись на новомодном компьютерном кресле в сторону дверного проема. — Какой-то пьяный мудак устроил ДТП, из-за чего образовалась огромная пробка! — пожаловался Джон, разминая затёкшие конечности после пары часов, проведённых за рулём машины. — Надеюсь, у него отберут права! — последнее он буркнул себе под нос, словно проклятие, и взглянул куда-то вдаль, через окно. — В общем, пока вы варились в машине, я нарыл кое-что интересное, — заявил Дилан. — Что ты там нашёл? — спросил Джон, опустившись на кровать, владельцем которой оказался Ло. Его взгляд зацепила игрушка собачки с белоснежной шёрсткой. Писатель повертел её в руках пару секунд, затем вернул на место под испепеляющий взгляд владельца, который не было видно за тёмными линзами очков.       Линч сел рядом с другом. В комнату через приоткрытую дверь зашла кошечка с тёмной шерсткой. Она залезла на колени гостя и растеклась словно жидкость. — Как её зовут? — лицо Егора тронула улыбка, когда он погладил котика. — Абилка, — ответил мироходец, присев на кровать Дилана, который совсем не обратил на это внимания. Он не возражал, так как понимал, что места в маленькой «каморке» четверым парням критически мало. — Прикольно, как способности в игре? — спросил Джон и погладил Абилку. Та ответила на ласку громким и довольным мурчанием, комично растянув лапы. — Угу, — Ло растерянно кивнул. Честно говоря, он мало разбирался в технике, что уж говорить об играх, в которых любил зависать его сосед по комнате. Из-за этой его «особенности» Дилан иногда подкалывал его, называя дедом, на что мироходец возмущался. Не такой уж он и старый… Наверное…       Закатные лучи солнца играли в комнате. Небо медленно очищалось от туч, которые совсем недавно проплакали над островом. — Ближе к делу, — Дилан прочистил горло. — Помните про доступ ко всем телефонам в городе? Так вот, за Ричардом тоже следят. Вам стоит с ним поговорить, так как он единственный, кого мы знаем из людей, которых прослушивают. Хотя мне очень сильно не хочется иметь с ним дела, — программист до боли сжал кулаки, вспомнив как тот глумился над Карлом в столовой. — Возможно, он что-то знает. — Может быть, те странные слова, которые он говорил, что-то да значат? — согласился Линч, вспоминая фразы Ричарда в тот день, которыми он перебрасывался с Ильёй. — Какие фразы? — Дилан выгнул бровь, скрестив руки на груди. — Я не помню точно, но он что-то говорил про чувства, — сощурился Линч, копаясь в закоулках памяти и восстанавливая события недельной давности. — Признавался в чувствах? — саркастично добавил Дилан. — Да нет же! — Линч закатил глаза. — Он был слишком далеко. Да и в столовой было очень шумно. — Они не чувствуют? — через несколько минут короткой и неловкой тишины выпалил Джон. Все взгляды метнулись к нему. — В смысле? — Дилан поднял мурчащую, словно трактор, Абилку с пола, которая уже успела переместиться к программисту, и погладил. — Ричард сказал: «Им всё равно, и они не чувствуют…», — пожал плечами Джон. — И не смотрите на меня так! Я рассказал, что услышал! — Грубо с его стороны, — произнёс Ло. — Ладно, выясним у него сами, — выдохнул Линч. — Раз уж мы с этим разобрались, объясните нам, кто такие мироходцы, подробнее? — воскликнул Джон. — В общем, — начал Ло, не смотря на то, что за прошедшую неделю эту тему они обговаривали сотни, если не тысячи раз. — Мироходцы могут перемещаться благодаря специальному органу… — Так, стоп! Ты это уже говорил, — Джон перебил мироходца. — Это мы знаем. Но можешь ли ты показать, как телепортируешься? Между мирами? — Не думаю, — вздохнул мироходец. — Шэрон пыталась мне показать, но у неё не получилось переместиться. Она упала в обморок, — поморщился Ло, вспоминая панику, которую испытал, когда подруга без сил упала на траву. — И так и не научила меня делать это. — Ладно, а что насчёт твоей памяти? — Линч решил расставить все точки над и. — Как я понял, многие мироходцы теряют память при перемещении, — Ло повёл плечом. — Может, это и к лучшему? — подал голос до этого наблюдавший за разговорами Дилан. — Я имею в виду, может, это и к лучшему, что ты забыл всё? Если ты оставил близких в другом мире. Разве не легче их забыть, чем помнить и страдать без возможности вернуться обратно? — программист отвёл глаза.       Абилка словно почувствовала, перебралась на колени мироходца, который ощутил слабый огонёк горя, что скоро может превратится в лесной пожар и сжечь душу. Кошечка поспешила его затушить.       Абилка смешно зевнула, вызвав улыбку умиления всех в комнате.       Тогда в окружении не совсем близких, но уже родных, мироходец смог совладать с внутренними переживаниями. Но что его ждёт, когда он снова окажется один в совершенно незнакомом мире без воспоминаний? Задумываться об этом не хотелось.

***

      Через полчаса, которые пролетели словно пару минут, Линч, Джон и Лололошка решили проведать Престона. Художника не было видно и слышно. Даже в коридорах университета они давно не сталкивались. Бесчисленное количество сообщений, которые компашка детективов отправляла ему каждый божий день, Престон читал, но не отвечал. Дверь в его комнату, которую он всегда беззаботно оставлял открытой в течении прошедшей недели, была заперта. И создавалось такое впечатление, что никто туда не заходил и уж тем более не выходил. — Неужели он исчез, как и остальные студенты? — предположил Линч, пока Джон агрессивно стучал в дверь. — Только никто о нём не забыл, — выдохнул Джон, прекратив стучать. — Надеюсь, что он просто крепко уснул, — Линч сложил руки на груди. Его брови обеспокоенно согнулись. Во взгляде мелькала тревога. — Там никого нет! — заявил Джон, прислушиваясь к тишине в комнате. — Как мы туда попадём? — У меня есть идея, — подал голос Ло. Он прошел к двери и, достав из кармана отмычки, начал возиться с замком. — Что ты делаешь? — в голосе Егора различались нотки разочарования. — Да ладно, Линч, не кипятись, — Джон положил руку на напряжённое плечо друга. — Это наш единственный способ зайти в комнату. Ну, или разве что дверь выбить. — Хорошо, только ради дела.       Вдруг что-то щёлкнуло, и дверь с тяжёлым скрипом отварилась, показывая мрачную картину. Комната опустела.       Деревянные полки покрылись пылью, но совсем не опустели. Мрачные стены, на которых до этого красовались прекрасные картины художника, оголились, а те самые картины лишь стояли кучкой в углу. — Странно, — прошептал мироходец, чувствуя, как по телу пробежали мурашки из-за необьяснимой тревоги. Захотелось обнять себя руками, но Ло одолел странное желание. — Он ушёл? — Джон задал риторический вопрос. Он провёл пальцами по слою пыли на прикроватной тумбе. — Давненько тут не проводили уборку, — писатель скривился и поспешил отряхнуть грязь. — Он не мог просто уйти, не сказав ни слова. С ним точно что-то случилось… — произнёс Линч, открывая очередной ящик комода. — Что мы ищем? — Джон сел на кровать, осматривая помещение. Пылинки кружили по комнате, освещённой вечерними лучами солнца. — Что угодно; любые зацепки, — Егор открыл очередную дверцу. Журналист еле сдержал чих из-за очередной порции пыли в лицо. — Парни? — мироходец выставил на общий взор потрёпанный листок, который нашёл на одной из полок. — Ещё что-то не нашёл? — произнёс Линч, принимая бумажку. Журналист принялся разглядывать единственную улику. Один край бумаги был зазубренным, будто его вырвали из тетради впопыхах. Тёмными чернилами на нём было написано, как предположил Егор, зашифрованное послание. По почерку и рваным дорожкам по всей бумаге, можно было определить — автор письма торопился. — Нет, только это, — мироходец кивком указал на лист в руках журналиста. — Что там написано? — Джон встал из засиженного места и взял протянутую бумагу. — Это шифр, — заворожённо произнёс Ло, когда взглянул на содержимое листа в руках Джона. — Спасибо, капитан очевидность, — недовольно пробормотал Джон, как только Ло оказался непозволительно близко чтобы рассмотреть шифр. — Покажем Дилану, — сказал мироходец, отступая на пару шагов.

***

— М-да, ничего не понятно, — охрипшим голосом Дилан вынес вердикт и вернул листок Линчу. Программист потянулся, выпрямив спину после долгого положения, сидя за компьютерным столом.       За окном уже смеркалось. — Если вы не против, то мы можем сами разгадать этот шифр, — предложил Егор, предвкушая долгие часы работы, которой не было длительное время из-за затянувшегося «отпуска». Не то чтобы журналисту нравилась кропотливая и сложная работа, после которой глаза буквально слипались, тело ныло, а мозг отказывался принимать какую-либо информацию, но плоды упорного труда стояли того. — Пф-ф, с радостью, — Дилан хмыкнул. — Лишняя работа мне не мила. А теперь, если вы уже закончили своё пребывание в нашей комнате, я бы предпочёл лечь спать, — программист потёр напряжённые и раскрасневшиеся глаза. — Хорошо, мы пойдём, а то уже поздно, — Линч и Джон благополучно сели в серебристую машину, перед этим распрощавшись с уже близкими друзьями.       За прошедшую неделю четвёрка часто пересекалась и обсуждала планы и теории. Тайком пролезать на лекции, где вместо того, чтобы слушать предмет, они обсуждали все и вся на свете, уже стало нормой. Линч и Джон уже даже успели стать своими среди студентов из-за того, что их лица часто мелькали в стенах университета. Каким-то чудом они избегали ответов на вопросы Карла, которому помогли неделю назад. У старшего эколога даже не возникало сомнений насчёт их студенчества. Линч и Джон, за прошедшую неделю, часто помогали Дженне с её волонтёрскими делами. Рыжеволосая, в силу своей наивности, в качестве вознаграждения за проделанную тяжелую работу, открывала им вход на чаепития педагогического совета и старост. Чаще всего «волонтёрством» занимался Джон, из-за чего знал университет как свои пять пальцев. И делал он это, конечно же, из-за почти бесплатного шведского стола. Каждый раз с мероприятия он возвращался сытым и довольным как кот.