Играя с огнем. Город контрастов

Улан-Удэ, октябрь 2010. За гаражами "Говорят, что когда оказываешься в крайне затруднительном положении, главное — сохранять самообладание. Ну или хотя бы просто не подавать виду. Но довольно сложно не поддаваться панике, когда видишь перед собой дуло заряженного пистолета..." Место, как назло, было безлюдным. Ничто не мешало гопникам шариться по карманам жертвы, пока двое из них крепко держали её руки, а еще один прижимал ко лбу небольшой «ПМ». "Значит, судьба у меня такая: не дожить до своего двадцатипятилетия. Противно осознавать, что ты подохнешь вот так, ни за что, на этой помойке. И из окон домов ничего не будет видно из-за веток... Даже тело найдут не сразу. Может, эти гады вообще останутся безнаказанными. А это обиднее всего..." Предводитель компании, бритоголовый неприятный тип в черном спортивном костюме, вертел в руках добытые ключи от машины. К нему, прихрамывая, подошел его товарищ, пробубнив на ухо: — Всё вроде. Больше ничё нет. — Чё-то мало... — задумался тот, явно рассчитывавший на более крупную добычу. — Чё делать будем? Вожак усмехнулся. Для женщины, пойманной на безлюдной тропинке и припёртой к стенке гаража, это выражение лица не сулило ничего хорошего. — Пустите меня немедленно! — попыталась она вырваться из лап грабителей, но безуспешно. — Размечталась... К гаражной стенке её приперли не сразу, а после ожесточенной борьбы. Видно было, что до последнего не хотела она расставаться со своими вещами: черный в полоску деловой костюм был весь перепачкан пылью, густые волосы цвета меди небрежно разметались по плечам, костяшки на руках были сбиты. Под глазом у отморозка, изо всех сил старавшегося её удержать, наливался заметный фингал, у главаря была до крови оцарапана щека, а парень-бурят, стоявший, скрючившись, рядом с ним, морщился от сильной боли в промежности. "Какая же я все-таки дура, — скрипнув зубами, подумала женщина про себя. — Не нужно было забрасывать уроки самообороны. Так бы, может, и не пропустила бы этот удар справа. Но теперь уже поздно жалеть..." — Вы за это ещё ответите, — рыкнула она на них, отчаянно дернувшись. — Может, и ответим, — невозмутимо хмыкнул главарь. — Только ты этого уже не сможешь увидеть. Гаси её, Жека! — крикнул он тому, что был при "Макарове". — Ща... "Главное, как говорили, — не бояться..." Взгляд женщины сделался еще более злобным; сейчас она чем-то походила на затравленного хищного зверя, загнанного в угол. "И сама не буду выглядеть трусихой, и этих подонков лишний раз не порадую. Вон как те двое там стоят, лыбятся. Нет, сволочи, не сдамся..." — Пацаны, шухер! — крикнул кто-то из их компании в самый последний момент. Все обернулись и услышали, как неподалеку от них припарковалась чёрная иномарка. Воспользовавшись всеобщим замешательством, женщина попыталась вывернуться из рук бандитов и сбежать, но, получив сильный удар кулаком в солнечное сплетение, тут же повалилась на землю, засыпанную сухой листвой и окурками. Придя в себя спустя несколько секунд, она заметила, как из-за угла гаража неторопливо вышел молодой человек в блестящих лакированных туфлях и дорогом костюме. Под черным пиджаком, непринуждённо расстёгнутым, виднелась светло-голубая рубашка, на шее был аккуратно повязан галстук. Наружность мужчины была весьма примечательная. Даже для города Улан-Удэ, во многих жителях которого в различных сочетаниях комбинировались монголоидные и европеоидные черты, подобный внешний вид считался крайне редким: выразительные глаза, по форме больше приближенные к азиатским, были голубовато-серого цвета; короткие черные волосы, слегка отливавшие фиолетовым, образовывали слегка небрежную чёлку; кожа была фарфорово-светлой, а черты лица безошибочно выдавали благородное происхождение... Его сопровождали еще двое — по-видимому, охрана. Одеты они были чуть менее стильно, но вполне под стать своему боссу. — Здорово, братва... — послышался наконец насмешливо-пренебрежительный оклик. "Это же... Не может быть..." Услышав этот голос, пленница плотно сжалась в комок, надеясь остаться незамеченной или хотя бы неузнанной. — Здорово... — удивлённо вытаращил глаза главный гопник. Оставшиеся пятеро начали перешептываться между собой: — Кто это? — Чё, не знаешь, что ли? Это же Нойон. Большой человек... Женщина, притихнув, прижала лицо к коленям. "Цырен Бальжинимаев? Не может быть, только не..." — Тихо, тихо... Молодой человек в костюме бросил небрежный взгляд на их гоп-компанию: — Всё промышляете? Главарь, задравший голову, развязно пожал плечами: — Ну типа... Мужчина, сохраняя невозмутимое выражение лица, подошел к нему. Телохранители молча последовали за ним. — Чё, кто тут у вас? — поинтересовался он у главного. Тот молча передал ему раскрытый паспорт. Мужчина небрежно взял его в руку. — Так... Козырева Александра Аркадьевна, тысяча девятьсот восемьдесят шестого года рождения... Женщина, всё ещё скрывавшая своё лицо, невольно вздрогнула, услышав эти слова. "Нет..." Нойон неторопливо подошел к ней. — Как причудливо тасуется колода... Уж не та ли это гражданка Козырева, которая не привыкла держать своё слово? — торжествуя, усмехнулся он, взяв её двумя пальцами за подбородок. — А я-то как раз собирался сегодня с Вами встретиться... Очередная попытка вырваться и сбежать вновь не увенчалась успехом: Жека крепко держал несчастную за руки. — Чё, Лёха, — продолжил Бальжинимаев, обернувшись уже к вожаку, — уступишь мне эту дамочку? Бандиты переглянулись между собой: — А нам за это чё будет? — Респект будет, — прохладно ответил мужчина, — и уважуха. Дельце у меня к ней имеется. Должок один за ней... Лёха, довольный тем, что у него появилась возможность угодить "большим людям", с заметным подобострастием передал ему ключи и паспорт девушки. — И сумочку тоже. Бандиты нехотя протянули ему сумочку. — Вам зачтётся, — усмехнулся Нойон, крепко взяв женщину за шиворот и потащив впереди себя к машине. — Бывайте... — Удачно развлечься! — крикнул ему вслед Лёха. — Только будь аккуратней с ней, эта кошка больно царапается... — и грабители, не особенно сдерживаясь, загоготали. — Не боись, братва: и не таких в бараний рог скручивал... — похоже, мужчину слегка задело, что какие-то шпанюки попытались его поднять на смех. — Поехали... Двое охранников уселись на передние сиденья; Нойон же, впихнув обессилевшую от страха девушку в салон автомобиля, сел рядом и захлопнул дверь. — Ко мне домой... Лицо девушки помрачнело ещё больше; перспектива быть застреленной гопниками уже не казалась ей столь безрадостной. "Только не Цырен Бальжинимаев. Кто угодно, только не он..." — подумала она про себя.