Жадность

В школе ее учили ни в коем случае не вмешиваться в чужие сны. Отец запретил ей когда-либо разговаривать с нечестивым демоном сна, которым был Атрубон. Жадность возобладала над разумом, и сейчас она перебирала пальцами пыльцу сна, пока ее воздушный шар скользит по небу. Это был план, при котором абсолютно никто не пострадал бы. Атрубон отталкивал ее, но он выполнял свою работу, так что у нее не было права жаловаться. Как только ведьма убедилась, что канализация чиста и нет ничего, что могли бы связать ее с прошлым преступлением, поместье вернулось в Сент-Канард с одной дополнительной дверью. Хотя она доверяла сообщнику в выполнении его работы, ей было любопытно побродить по Миру снов, чтобы посмотреть, о чем мечтают нормальные. Встреча со сном Черного плаща была случайным совпадением, так она сказала самой себе. Не то чтобы Моргана искала его. Как нелепо. Мошенница говорила это своим питомцам семь раз, и каждый раз Арчи закатывал глаза с недоверчивым ворчанием. Сначала она только наблюдала и сдерживала смех над его неловкой путаницы в одежде. В конце концов, он был всего лишь смертным. Затем, когда увидела, что его враги окружили его, на нее нахлынуло искушение. И она захотела присоединиться к его сну и повлиять на него. Теперь она внезапно превратилась в великаншу, способная отмахнуть от него неприятилей одним взмахом руки. Так вот какой ее видел Плащик — величественной красавицей. Возможно, такой, какой он не мог достичь обычными средствами, женщиной, которая настолько полностью доминировала над ним, что он был беспомощен в ее руках. Скорее всего, дело могло быть и в его проблемах с ростом, но она предпочла пойти по романтическому пути. Увы, герой проснулся прежде, чем они успели поцеловаться, и ее встретил воздух. С чувством разочарования вернулась в свое поместье и восхитилась всеми вещами, которые до сих пор были успешно украдены. Но это было не то чувство, которое она испытывала, когда собиралась поцеловать его. За те несколько месяцев, что они были в разлуке, он опустошил ее разум и поглотил сердце, избавиться от него было невозможно. Она предавалась полетам фантазии, воображала будущее, в котором они будут вместе совершать преступления и отец неохотно отдаст ее под венец, а бывало часто просто ощущала его объятия. Зеленоглазая хотела, чтобы он убирался с дороги и планов, и так же был подальше от нее и вместе с ней, и это доставляло сводящее с ума наслаждение каждый час бодрствования. Ик и Скрип сказали ей, что Черный плащ последовал за ними, и она впала в панику. Быть соблазнительной Афродитой зла — это не то, что можно сделать одним щелчком пальцев. Брюнетка поспешно нанесла макияж, уложила волосы и спрятала украденные призы, прежде чем осторожно устроиться на импровизированном диване. Это был первый раз, когда она увидела его физически с тех пор, как сбежала из-под ареста, и ее сердце колотилось от волнения. Как ужасно ведьмочка скучала по нему. Он был настоящей чумой. Сыщика и напарника провели внутрь поместья, и она по приветствовала их еще одним взмахом ресниц. Если бы рядом не было Зигзага, который искусно направлял его, Плащик наверняка превратился бы в лужицу на полу. Его чувство справедливости все еще было при нем, но оно дрогнуло на его языке, когда он снова потерял дар речи. Домашние животные позаботятся о пилоте. Она могла бы немного больше насладиться небольшим флиртом, прежде чем ей нужно будет вернуться к работе и предупредить Атрубона. Мошенница чуть не бросилась на селезня, прижимая его к себе и воркуя со сладкой любовью и упущенными шансами … — Эй, минуточку это же был сон! Либо ей нужно было подольше подумать, прежде чем заговорить, либо на этот раз он был намного внимательнее. Это трепещущее чувство вернулось в полную силу. И Моргана снова попыталась найти объяснение — ох, но на этот раз она получит от этого удовольствие. Поскольку за их действиями не наблюдали кровожадные родственники, так же не было необходимости намекать на секретные сообщения. Она могла наслаждаться им в полной мере, хотя бы на короткий миг. Ведьмочка схватила его за лицо и глубоко поцеловала, как представляла себе много ночей подряд, и это было намного, намного лучше, чем могло бы присниться в любом сне. Если бы только время не имело значения, если бы только Зигзага не было рядом, если бы только у нее не было этого ворчливого голоса, говорящего ей, что он снова пришел склонить ее на хорошую сторону — если бы не все эти вещи. У нее не было сомнений, что они оба энергично показали бы друг другу, как сильно скучали. Но обстоятельства существовали, и она была вынуждена выставить его из своего дома. Злодейка облизнула губы. Какой отличный аргумент в пользу добра. Атрубон ждал ее, хотя и хотел лишний раз напугать, прежде чем появиться. Ей не нравилось, как он постоянно говорил о ее красоте, поскольку в этом была скрытая неряшливость. Это было почти снисходительно. Оглядываясь назад, это должно было послужить предупреждением, но вместо этого она попросила еще песка для сна и приказала ему чтобы даже пальцем не трогать Черного плаща. Ей придется сократить эту операцию, но, по крайней мере, она прошла намного гладко, чем предыдущая. У нее было много богатств, но Моргана хотела большего. Этого было недостаточно, но брюнетка не могла придумать число, которым была бы довольным. У нее всегда хорошо получалось придумывать начало, но конец — никогда. Отмахнувшись, от неприятных мыслей и вышла, чтобы развеять песок. На этот раз обладательница магии решила специально присмотреть за своими питомцами, чтобы за ними не отслеживали. Ей не терпелось снова увидеть селезня в фиолетовой маске, но она не думала, что это произойдет так быстро. Женщина наблюдала снизу, как борец с преступностью едва уворачивался от золотых слитков, нацеленных ему в череп, пытаясь убедить богатого нормального, что они всего лишь пытались помочь. Зеленоглазая задумчиво вздохнула, глядя на его фигуру, восхищаясь тем, как лунный свет подчеркивал выражение паники на его лице. Он собирался погубить ее. Ей удалось взять себя в руки, и приказала своим летучим мышам собрать песок, но, как всегда, у героя был свой способ все испортить. Меньше чем через минуту он уснул на крыше. Мошенница нахмурилась и щелкнула пальцами с длинными ногтями. Она сказала Атрубону оставить его в покое, и все же лучше вернулась домой, чтобы как можно скорее добраться до двери снов. «Только быстрая проверка и ничего больше.» — Уговаривала она себе. Демонов снов был надежным. Он не предаст ее. Ей не придется отказываться от этого плана из-за чужой глупости, придумывать что-то совсем другое — это было бы так утомительно. К ее огромному облегчению, мужчина не пострадал — по крайней мере, в обычном смысле этого слова. Пока он был в Мире снов, было меньше шансов проснуться и помешать, дальше совершать грабежи. Она ласково погладила его в знак уверенности и перешла на более серьезный тон, сказав Атрубону, чтобы тот не причинял ему вреда во всех смыслах. Возможно, когда ведьма будет довольна своими деньгами, она лично навестит героя в Мире Снов и увидит, что у него на уме на самом деле. Или они могли бы воплотить в жизнь нескольким ее желаний. В любом случае, она дико ухмыльнулась, когда поднимала свой воздушный шар. Они поднялись в небо, и Моргана представила свое богатое будущее. Она выплатит все свои кредиты. Наконец-то станет по-настоящему независимой. Сможет купить больше книг с заклинаниями и зелий, сможет обращаться со своими питомцами так, как они того заслуживают, и тогда ей никогда больше не придется совершать преступления. Но это также будет означать, что ее милый сыщик в маске больше не будет мешать, ей совершать преступления. Злодейка сжала горсть песка и почувствовала, как он просачивается сквозь ее палец. Эта ужасная справедливость в нем не позволяла ему свободно быть с кем-то, кто, как он знал, несколько раз нарушал закон. Она почувствовала головную боль и попыталась усилием воли выбросить его из своих мыслей. Вместо этого он пришел к ней физически, внезапно врезавшись в ее воздушный шар и заставив ее трепетать, как она боялась. Разве он не мог подождать, пока у нее сформируется связная мысль, прежде чем прерывать? Борец с преступностью не стал дожидаться, пока она выпрямится, и выдернул у нее из рук мешок со сном — у нее все еще был шанс быть хорошей, умолял он. Какой ужасный мужчина, поступающий подобным образом с женским сердцем. К тому времени брюнетка взяла себя в руки и пробормотала оправдание таким страстным тоном, что, готова поклясться, что разум Плащика помутился на несколько добрых секунд. Быстро схватившись за ткань, но он выхватил ее и ухватился за веревочную лестницу, ведущую к своему самолету. Темнокрыл собирался произнести нелепую речь о том, как однажды она добровольно присоединится к правым — и она была бы тронута этим, если бы ее мысли все еще не кружились в жарком и запутанном беспорядке, — когда Арчи взял на себя смелость остановить селезня, который «причинял вред» его хорошей хозяйке. Зеленоглазая хотела обчистить всего несколько зданий за раз и сэкономить песок. Теперь, когда песок был в полной власти ветра, он струился повсюду, и она тщетно пыталась ухватить то, что не могла схватить. Еще один план разрушен, как и еще один шанс на счастье упущен. Все остальные разочарования исчезли, когда она заснула под властью песка. Разумеется, она проснулась в Мире Снов и, конечно же, была расстроена тем, что вспомнила. Хотя Арчи был в равной степени виноват, женщина сосредоточилась только на том, как все это разрушелось из-за вмешательства Черного плаща. Но разве это не то, чего она хотела? Чтобы он преследовал ее и пытался остановить в восхитительной смеси добра и зла? Это было не так весело, как она себе представляла. Честно говоря, винить здесь нужно только себя за то, что так сильно влюбилась в кого-то, кто, очевидно, всегда встанет на пути ее желаний. Атрубон снова напугал ее — а потом она оказалась в ловушке, и снова к ней пришло редкое чувство. Страха. Чистый страх, когда над ней навис теперь уже чудовищный демон сна, и обладательница магии полностью осознала глупость этого плана. Председатели Грибов хотели убийства — у Атрубона был целый город, который можно было пытать с невероятной фантазией, пока они не взмолятся об освобождении смертью. Единственный план, который, по ее мнению, принесет наименьший вред, и он привел весь Сент-Канард в ужас. Ее жадность приговорила их всех к кошмарам, и она закрыла лицо руками от своего эгоизма. Но прежде чем женщина успела проронить хоть слезинку, в розовом дыму раздался торжествующий голос ее героя. В мире снов время не имело значение, так что кто знал, сколько времени ему на самом деле потребовалось, чтобы добраться туда. Ей даже было все равно, как. Она хотела извиниться, заставить его понять и предупредить, стуча по стеклу, чтобы он ее услышал. Мужчина потребовал от Атрубона освободить ее, и Моргана улыбнулась его вечной преданности ей. Она этого не заслужила. Щелчок пальцев демона снов переместил ведьмочку, в объятия Темнокрыла, и она прильнула к нему так, словно от этого зависела ее жизнь. Зеленоглазая, могла бы даже поцеловать его, если бы им не угрожала опасность. После того, как сыщик в фиолетовой маске оправился от своего первого приступа ступора от ее прикосновения — даже сейчас у него это есть? «Как мило.» — Он снова принялся за героизм, полный решимости спасти положение, несмотря на невыгодное положение. Атрубон не собирался щадить их, и они буквально растаяли под внезапно осветившимся местом. Конечно, демон не расплавил бы их полностью. Ему хотелось, чтобы они страдали. Мошенница заерзала, почувствовав, как ее ноги плавятся, страх готов был снова овладеть ею, но сообразительность борца с преступностью преобладала над этим чувством. Это был Мир Снов, и она спала. На данный момент это было ее царство в такой же степени, как и царство Атрубона. Она почувствовала себя глупой из-за того, что не поняла этого раньше, и закрыла глаза, прежде чем успела его поблагодарить. Приятный сон. Хороший сон. Что сделало бы ее счастливее всего? Чего она хотела больше всего на свете? Она открыла глаза и увидела, что на ней свадебное платье. — «Упс». Брюнетка нервно хихикнула над пренебрежением Плащика, пытаясь скрыть тот факт, что она тоже была расстроена не меньше. Без сомнения, это было большим символом будущего над окончанием ее криминальной карьеры. Больше всего на свете, что решило ее сердце, она хотела принадлежать ему, а он ей. Ей хотелось быть с ним всегда. Добро, зло, правильное, неправильное — все это было так мало по сравнению с силой, которая продолжала притягивать их друг к другу. Это была сказочная судьба. Атрубон не допустил бы такого счастья и ворвался внутрь, забрызгав селезня смешным тортом, прежде чем попытаться притвориться, что он только что не мучил. Демон отдал бы ей все богатства Сен-Канарда, и перед ее глазами были ряды сверкающих сокровищ. Темнокрыл пытался уговорить ее уйти, но ее жадность вцепилась с ее пальцами в монеты и ожерелья — та же самая жадность, которая продолжала доставлять ей неприятности. Было бы так легко впасть в этот знакомый грех. Но сыщик не допустил этого, и с неохотой признала, что он был прав. Ради невинных граждан Сент-Канарда, своего благородного рыцаря в пурпуре и собственного душевного спокойствия она снова сосредоточилась на том, чтобы завоевать Мир снов. На этот раз она излила свой гнев в мыслях, чтобы должным образом наказать бывшего сообщника, и стены церкви квантов были разрушены вызванным ею приближающимся танком. Герой выскочил сверху, похвалив быстроту мышления Морганы, и она — как неловко! — покраснела. Увы, это заставило ее задуматься о более мирных мыслях, например, о том, как возлюбленный преподносит ей букет за хорошо выполненную работу. Таким образом, букет вылетел из танка вместо настоящего ядра. И снова все шансы на извинения были упущены, когда вид перед ней померк. Ее глаза нехотя закрылись, когда она покинула Мир Снов, а когда она снова открыла их, уже была дома. После нескольких морганий, чтобы успокоиться, у нее перехватило дыхание — Плащик все еще был там и теперь был беспомощным в руках Атрубона. Она почувствовала, как крик застрял у нее в горле, и попыталась добраться до двери снов. Она знала, что там будет бесполезна, но чистый страх за то, что есть ещё шанс, толкал ее вперед. Ведьмочка схватилась за дверную ручку, умоляя любую силу, которая прислушается, что с ним все будет в порядке… И демон упал перед ней на пол. Гнев победил страх, и она схватила его за воротник, перед которым дрожала несколько мгновений назад. — Где Черный плащ? Где Черный плащ?! — Хотя прошло всего несколько секунд с тех пор, как она проснулась, это могли быть часы — годы — вечность в Мире снов, бесконечная боль и ужас для того, о котором она безумно заботилась. Логика покинула ее, когда зеленоглазая бросилась к двери, готовая заставить Атрубона любыми способами, которые только могла придумать, чтобы вынудить его найти Черного плаща — Сам селезень небрежно вошел в дверь так легко, как будто это был его собственный дом. Мошенница отшвырнула мелкого гоблина в сторону, как старую тряпку для мытья посуды, и бросилась на своего героя, готовая задушить его, если он позволит. Судя по румянцу на его щеках и яркому блеску в глазах, он не пережил ничего особенно мучительного. На самом деле, судя по той легкой ухмылке, с которой он както-то увернулся из ее крепких объятий, чувствуя себя победителям. Это было доказательством того, что чувства Морганы к нему не были чем-то раздутым его собственным эгом и надеждами. Брюнетка была для него безнадежной дурой, и теперь они были на равных. И она не так уж сильно возражала. Женщина ждала поцелуя, которого так и не последовало, поскольку Темнокрылу в первую очередь нужно было закончить дело. Атрубон был упрямым неудачником, и ему потребовалось несколько попыток, чтобы понять, что реальность работает не так, как в мире снов. Как только ушастый гоблин понял, что больше не является хозяином владений, Борец за справедливость легко схватил его и пинком отправил обратно в его собственный жалкий маленький мир. Обладательница магии использовала своё волшебство, чтобы заставить дверь исчезнуть, и когда ее пальцы скользнули друг по другу, она почувствовала, что у нее все еще есть песчинки неиспользованного сна. Каким бы великолепным ни было это воссоединение, она не могла надеяться, что все разрешится так легко. Ей нужно было время подумать. Конечно, он поймет. Она обняла его, назвала своим героем и получила поцелуй, в котором ей было ранее отказано. Впервые мужчина не превратился в пускающий слюни комок ошарашенных перьев. Конечно, был тот первоначальный шок, от которого он не смог избавиться первые пару секунд — «Все еще очень милый» — но теперь, когда он был уверен в ее заботе, он был более чем счастлив, ответить взаимностью. Они прекрасно сочетались друг с другом, и она провела ногтями по его голове, с сожалением позволяя песку просочиться в него. Оглядываясь назад на этот момент, она жалела, что не могла подождать еще немного, но знала, что тогда он гораздо больше расстроился бы из-за того, что его прервали. Она услышала, как у него вырвалось что-то вроде стона, а затем его голова откинулась назад, когда он захрапел. После этой нелепой конфронтации Атрубона, он оставит Черного плаща в покое, и его сон будет мирным. Ик и Скрип утащили Темнокрылого и оставили его там где сможет найдет его друг. Моргане придется еще раз избавиться от всех улик (полицейский участок был сбит с толку, обнаружив горы украденного имущества перед зданием на следующее утро) снова спрятаться и еще раз продумать свое будущее. Все это можно сделать потом. Она легла на диван, прикрыв глаза рукой, и погрузилась в естественный сон, надеясь встретить там Плащика. Они могли продолжить с того места, на котором остановились. Можно было многое что сказать о любви с первого взгляда, со второго взгляда и о каждом последующем взгляде. У этого было свое применение.