День 1: Детство

      Детство Санджи было не самым счастливым временем его жизни. Когда большинство детей бегали друг за другом в догонялки или играли в прятки, потому что это приносило им радость, Санджи убегал и прятался от своих братьев, потому что от этого зависело проснется ли он следующим утром весь в синяках и с болью во всем теле.       Даже спустя десятилетия Санджи иногда просыпается в холодном поту от кошмаров, которые так и продолжают его преследовать. Обычно с приближением дня рождения сны, в которых он видел своих братьев, стоящих над ним после того, как они повалили его на пол и избили ногами до потери сознания, приходили к нему все чаще. В любое другое время Санджи старался не вспоминать о своей родной семье, но так как он делил свой день рождения с еще тремя людьми, которые сделали из его первых лет жизни кромешный ад, он не мог не думать хоть немного об этих монстрах.       Поэтому Санджи не был удивлен, когда в этом году ровно за неделю до своего дня рождения он увидел, наверное, один из самых страшных кошмаров за последние несколько лет. Но это не значило, что он был к нему готов.       Иногда его кошмары начинались с погони. Он пытался убежать от красного, синего и зеленого пятен. Иногда у них были лица и они изображали злобные усмешки и издавали противный, почти истерический смех. Иногда Санджи просто чувствовал всепоглощающий страх, его преследовало ощущение, что если он завернет за угол или обернется, он окажется лицом к лицу со своими мучителями. Во время таких погонь Санджи не мог убежать, ни во сне, ни наяву, когда они были настоящими. В реальности они всегда его находили, даже если у него получалось спрятаться, и по очереди называли его ничтожеством, толкая в сторону друг друга. Когда им это надоедало, они валили его на землю и били либо кулаками, либо ногами, пока Санджи не переставал кричать. Во сне же они заходили намного дальше.       В этот раз, однако, сон начался не с погони. Санджи сидел на кухне и кормил мышей, которые жили в кладовках поместья. Он часто готовил для них, для единственных друзей, которые у него были в этом мрачном месте, которое у него никогда язык не поворачивался назвать домом. Две мыши ели жаренный рис, который Санджи для них приготовил, когда на кухню ворвались Ичиджи, Ниджи и Йонджи. Они ничего не говорили, только криво улыбались. Маленький Санджи поежился от страха, увидев светящиеся красным глаза и острые зубы, которые вылезали их улыбок, больше похожих на оскал.       Ниджи первым выступил вперед. Всегда первый, чтобы нанести удар, всегда более жестокий из всей троицы. Он подошел к тарелке с рисом. Мыши продолжали спокойно есть, будто не замечая приближающуюся опасность. Санджи хотел было потянуться к крохам, чтобы хоть как-то защитить их, но его руки тряслись настолько сильно, что даже если бы он и смог взять мышей, он бы и не удержал. Санджи осознавал, что сейчас произойдет что-то страшное, но все равно не был готов к тому, что Ниджи без капли сожаления опустит ногу на мышонка. Санджи услышал хруст и небольшой хлопок, после которого из-под детского ботинка растеклась красная жидкость вперемешку с внутренностями. Санджи не успел выдохнуть, как Ниджи уже наступил на вторую мышь, которая перед этим перестала есть и любопытно смотрела на своего убитого собрата.       Санджи почувствовал волну тошноты, которая не дала ему закричать. Он резко согнулся, схватившись за живот, и зажмурился. Именно тогда Санджи услышал еще больше хлопков и ужасный смех. Он боялся открыть глаза и увидеть источник этих звуков, поэтому он зажмурился еще сильнее. Вдруг кто-то схватил его за волосы и сильно встряхнул. От боли Санджи открыл глаза и увидел над собой Ичиджи. Тот силой развернул Санджи в сторону, откуда исходили звуки хлопков. Тогда Санджи увидел перед собой страшную картину. На полу лежали десятки изуродованных трупиков мышей, которые взялись будто из неоткуда. Они продолжали выбегать из-под кухонных тумб, а его братья, радостно смеясь и повизгивая, прыгали на них, будто соревнуясь, кто раздавит больше мышей.       Взгляд Санджи помутился из-за слез, которые теперь бесконтрольно лились из глаз. Он попытался что-то сказать, молить братьев о пощаде, чтобы они остановились, но единственные звуки, которые он мог издавать это всхлипы. Его дыхание ускорилось, от рыданий начало болеть в груди.       Когда весь пол кухни покрылся толстым слоем крови и внутренностей погибших мышей, его братья остановились и перевели свое внимание на него. Ичиджи продолжал крепко держать его за волосы, пока Ниджи и Йонджи мучительно медленно шли в его сторону. Санджи больше не слышал собственных всхлипов, все, что он слышал, - хлюпающие звуки шагов его братьев. Когда Ниджи подошел к кухонному столу и взял большой нож для разделки мяса, Санджи конечности Санджи наконец ему подчинились, и он схватился руками за ладонь Ичиджи, которая крепко держала его за волосы, и попытался ее разжать, при этом вырываясь. Йонджи схватил его руки и завел их ему за спину, чтобы он не мог продолжать отбиваться. В то же время Ниджи уже подошел очень близко и замахнулся ножом, лицо маленького Санджи исказилось от ужаса и…он наконец проснулся.       Санджи открыл глаза и увидел белый потолок. Он чувствовал слезы на лице и боль в груди. Он не мог восстановить дыхание и продолжал быстро дышать. Кто-то позвал его имя и дотронулся до щеки.       Санджи вздрогнул и оттолкнул руку. Повернув голову в сторону обладателя этой руки, Санджи увидел голову с зелеными волосами. Его сердце забилось еще сильнее, и от ужаса он забыл дышать. Он вспомнил свой сон и Йонджи, который радостно лопал головы бедных мышей словно мыльные пузыри.       Из глаз Санджи новым потоком хлынули слезы, и он попытался всеми конечностями оттолкнуть человека с зелеными волосами. Этот человек схватил его за ноги, потому что они были намного опаснее его рук. Сквозь шум в ушах от бьющегося сердца Санджи услышал голос, который звал его имя:       - Эй, Бровастый! Успокойся! Ты меня слышишь? Дыши ровнее. Санджи!       Услышав знакомый голос, Санджи наконец присмотрелся к чертам лица человека, который находился перед ним. На его лице Санджи увидел беспокойство и испуг.       - Ма..Маримо? - Санджи спросил между всхлипами. Он наконец вспомнил, что он находился в квартире своего парня, с которым они встречались только всего пару месяцев. Санджи подумал, как он опять облажался, и скорее всего испортил очередные отношения.       Зоро отпустил его ноги и обхватил обеими ладонями его лицо.       - Ты чего? Не узнал меня, тупица? - Зоро попытался разрядить обстановку. Санджи был готов признать, что у него получилось, потому что его дыхание начало выравниваться. Зоро вытер следы от слез на щеках Санджи большими пальцами, и Санджи схватил его предплечья, чтобы убедить себя, что это не часть кошмара и Зоро не пропадет.       - Заткнись, - Санджи попытался придать голосу обычной уверенности, но вместо этого он прозвучал очень слабо и хрипло.       - Вот это больше на тебя похоже, - Зоро ухмыльнулся, а затем притянул Санджи к себе на колени и обнял его. Санджи обнял его в ответ и положил голову на плечо Зоро, уткнувшись лицом в его шею и зажмурившись. Зоро начал гладить его по голове. - Не хочешь рассказать, что это было?       Санджи отрицательно помотал головой в ответ. Зоро глубоко вздохнул. Через несколько минут тишины Санджи наконец вновь заговорил:       - Возможно завтра? - его голос звучал очень неуверенно.       - Хорошая идея, - голос Зоро звучал мягко и в нем слышалась улыбка. - Давай, ты теперь попытаешься уснуть, м?       - Мгм, - Санджи промычал в ответ.       После этого, засыпая в объятиях Зоро, Санджи чувствовал себя в безопасности и думал о том, что в этот раз может ничего он и не испортил.