Гробница наших чувств

      Все приезжие подходят к месту встречи с жрецами храма. Жрецов оказалось трое. Высокая, подтянутая девушка, с длинными каштановыми волосами, она сразу представилась, ее звали Дехья. Высокий и хмурый парень, с коротко подстриженными черными волосами, представившийся Уоти. Третьим оказался парень в плаще с шакальей мордой, он все время молчал, и скрывал свои глаза, но Тигнари поймал его взгляд, смотря ему в глаза брюнета кидало то в жар, то в холод. Глаза третьего жреца были красивы, как кровь разливающаяся по Нилу, как красный закат над пирамидами Гизы.       Жрец смотрел на Тигнари с гаденькой ухмылкой. Они смотрели друг на друга до тех пор, пока жрецы не ушли, но безымянный жрец даже уходя все равно продолжал смотреть в глаза. Выходя из храма Кавех вновь начал разговор:       — Да уж, тот слуга бога такой жуткий, двое чистых жрецов более менее, а ритуальный прям в дрожь вводит.       Точно, подумал Тигнари, он единсвенный не сказал свое имя. И я чувствовал запах металла… это был запах крови, значит это третий был той самой тенью.       — Нари? Ты меня слушаешь? Он не показался мне жутким, даже его глаза цвета крови, они не жуткие, они завораживающе прекрасны.       — Нари, тебя что, заколдовали в храме?       Глаза…красивы как кровь разливающаяся по Нилу.       — А, что ты говорил? Прости, я задумался.       — Я тебя уже давно достучаться пытаюсь! Неужели тебя так жрец напугал? — волнующимся голосом сказал Кавех.       — Что? Нет, он меня не напугал. — смутился Тигнари.       — Нари я видел, он тебе в глаза смотрел? Признай это было жутко!       — Нет, мне кажется у него… красивые глаза… — еще больше засмущался Тигнари.       — Ой ёй, а я говорил что мы встретимся в загробном мире, только не в полях Иалу, а в Аменти       — Что?! Что ты несешь, я просто считаю что у человека красивые глаза, это не зависит от пола, просто у него красивые глаза! — почти вопил Тигнари.       — Ох Нари Нари, почему же тогда ты так покраснел? Или у тебя солнечный удар? А может это удар любви с первого взгляда? — уже открыто смеясь говорит Кавех.       — Прекрати нести чушь! Я ухожу! До завтра!       — До завтра, влюбленная принцесса!       — Заткнись! Я никогда не совершу нечто подобное! Я даже думать об этом не буду никогда в жизни!       Я никогда, никогда не опущусь до такого!       Я даже думать о таком не стану никогда!       Просто этот жрец оказался симпатичным, с обворожительными глазами, я имею право посчитать мужчину красивым, если он красив.       Это не делает меня грешником!       Я никогда не ощущал нечто подобное, но чтобы это не было, это не чувства, и уж тем более не любовь!       Разве может быт на свете, настоящая, верная, вечная любовь между людьми одного пола? Нет! А кто скажет обратное, тот грешник, заслуживающий чтобы ему отрезали язык!       С этими мыслями Тигнари уснул, проснулся, позавтракал, и вновь пришел на нижнюю террасу. Насладится ей, пока это все не разрушено.       Он держал эти мысли в голове, до тех пор, пока не почувствовал вновь.       — Может хватит меня избегать, это уже третий раз — не оборачиваясь сказал Тигнари. Парень не понимал, почему его так тянет к жрецу — Меня зовут Тигнари, а тебя?       Движение остановилось, и парень обернулся. Это действительно был он, третий жрец, в том самом капюшоне с шакальей мордой, и теми самыми красными как закат глазами. В этот раз он был намного ближе, и Тигнари увидел его белые волосы, и смог лучше рассмотреть его лицо. Он оказался действительно красив. Сегодня от него не пахло металлом…       — Ты не скажешь мне свое имя? — искренне улыбаясь спрашивает Тигнари.       — Я не думаю что тебе нужно знать мое имя, я не хотел тебя тревожить, просто наблюдал. Я всегда наблюдаю за людьми в храме.       Его голос, его голос оказался таким же прекрасным для Тигнари, как и красные глаза. Весь жнец был, ужасающе прекрасен и пленительно опасен.       — И поэтому меньше чем за сутки ты наблюдаешь за мной уже третий, а если посчитать тот случай в зале, то четвертый раз, не слишком ли много чести обычному писцу, от ритуального жреца? — уже как-то игриво начал говорить Тигнари. — Я бы хотел узнать твое имя, действительно хотел.       Жрец все же ответил: — Сайно, мое имя Сайно.       — Приятно познакомиться, Сайно. — улыбаясь произнес Тигнари.       — Мне тоже приятно познакомится, Тигнари. — он сказал это с улыбкой, с улыбкой которая прошлась по всем клеточкам тела Тигнари, словно электрический ток.       — Не хочешь прогуляться? Или подобное жрецам не предлагают?       К удивлению Тигнари, Сайно быстро согласился. Они вместе прошли на самую верхнюю террасу, до которой Тигнари еще не доходил, как оказалось растения хоть и незначительно, но отличались. На нижнем ярусе было больше расстегай любящих тень, а на верхнем к солнцу тянулись самые разнообразные цветы.       Они оба были молчаливы, зачастую одаривая друг друга лишь улыбками. Тигнари подметил, что Сайно очень идет улыбаться, с улыбкой он не выглядит пугающим жрецом. На фоне встающего солнца и разноцветных цветов, улыбающийся жнец выглядел даже мило.       Всю прогулку Сайно был так мягок к Тигнари, он даже не мог представить такого. После завершения прогулки Тигнари был в приподнятом состоянии духа. С Сайно на удивление оказалось комфортно проводить время.       Дипломаты все еще переговаривались, о приказе фараона, но все мысли Тигнари занял загадочный жрец, чье имя уже было известно. Сайно. Тигнари часто повторял его имя в своей голове, но не мог найти ответ, почему он поселился в его мыслях. Разве может один человек занять все. Но его возвращает к реальности одна лишь фраза:       — Через пять дней начнем уничтожать храм, с жрецами должен договорится фараон.       Точно, Тигнари же здесь для того, чтобы записать уничтожение всей этой красоты, где они гуляли. А он может думать лишь об жреце чьи руки пахнут кровью.