Какой же ты чёрт, Коля

Сигма прекрасно знал, что у Николая с головой явно не всё в порядке. Он понял это ещё с момента, как их поселили в одну комнату в общежитии и он впервые увидел Колю стоящим на столе, громко улюлюкающим и агрессивно стучащим шваброй по потолку, зачем-то пытаясь достучаться до соседей этажом выше. Но с Гоголем было очень интересно играть в карты, из-за его ловких рук приходилось следить за игрой как можно внимательнее, ибо Коля все карты под жопой попрячет или подложит что-то не то и конечно же выиграет, мухлюя настолько хорошо, что многие бы позавидовали. А что, зато Николай может таким образом людей в переходе обманывать и даже зарабатывать деньги! По крайней мере на сигареты хватает и на том спасибо. Но когда Коля Гоголь предложил провести небольшой эксперимент, Сигма был готов падать в обморок. Этот гений решил смешать водку, кофе и энергетик и сыграть с Сигмой партию в дурака, а проигравший бы выпил эту бурду. Сигма уже было хотел сказать, мол ладно, но только партия должна быть онлайн, но Гоголь уже сидел на полу и умело тасовал карты и так и эдак, явно желая похвастаться своими карточными умениями. Рядом же уже стоял стакан с убийственным зельем производства Коли. Сигме, скрепя сердце, пришлось сесть напротив и напрячься как следует, ибо он хочет остаться с ещё бьющимся сердцем. А таких как Николай всё равно ничем не убить. Ещё бесило то, что на улице стояла отвратительная жара. Вроде ещё середина весны на дворе, а лето уже пришло и безжалостно жарило бедных студентов, живущих в общежитии без кондиционера. Приходилось сидеть в одних лишь шортах. Ну, точнее Николай был лишь в шортах, а Сигма всё ещё носил и футболку и шорты, несмотря на жаркую погоду. Обнажаться просто не любит от слова совсем, оттого у него и кожа почти серая, а Гоголь всё шутит, что Сигма на самом деле вампир. Однако самая главная проблема заключалась в том, что Сигма херово активно скрывал свою гей-панику при виде Коли без майки. Он и сам не понимает, каким образом его привлекает такой человек как Николай, который каждый божий день угрожает "скинуть ядерку" на каждого, кто хоть чуть-чуть разозлил его. Но что поделать, он слишком красивый, зараза! И весьма харизматичный, хоть и бешеный. — Эй, эй, Земля вызывает Сигмулечку, приём! – Сигма приходит в себя только когда Гоголь щёлкает у него прям перед носом. А. Карты уже оказывается розданы... По шесть карт, как полагается. Сигма со вздохом поднимает свои и замечает, что ему как-то подозрительно повезло. Разве Николай обычно не подмешивает все лучшие козыри себе? А у Сигмы и туз козырной и дама тоже... Ещё восьмерка козырная. Получается, половина карт козыри... Значит у него даже есть шансы на выигрыш! Главное не давать Гоголю мухлевать. Девятка на шестёрку, десятка на семёрку... Дама на вальта, туз на десятку... Или стоп, туз на вальта? Да блять... Игра идёт полным ходом, а Сигма за каждым движением своего оппонента старается следить, да только отвлекается чуть ли не каждые десять секунд то на Колины руки, то на его плечи, то ещё на что. А ещё отвлекается на ругань на самого себя за то, что отвлекается... Какой-то замкнутый круг получается. И в итоге сам не замечает, как ему возвращают его же козырной туз с тремя остальными. Ладно, придётся поднять... Стоп, что?! У Николая уже не осталось карт?! — Ой, бедняжка Сигмусечка... – Николай улыбается во все тридцать два, утешительно похлопывая Сигму по плечу и уже протягивая "коктейль смерти" проигравшему. Сигма едва сдерживается, чтобы не смять треклятые карты в руках, но всё же аккуратно кладёт их на пол, а то Николай его потом помнёт за эти карты, всё таки ДБК, третья версия... Душу, говорил, за неё продал. Так или иначе, выпить эту бурду придётся. Правда, сначала, он встаёт с пола, чтобы взять телефон со стола, а после пишет Дазаю, как самому лучшему другу, завещание сообщение: "если я умер, то завещаю всё тебе и Фёдору. Коле ничего не отдавайте." Отправить. А теперь пришло время умирать. Сигма никогда не был верующим, но перекрестился, как ему показывал Фёдор, а после залпом выпил эту дрянь. На вкус она была... Сладкой. И горькой. И спиртной. Все вкусы почему-то чётко чувствовались. Но на удивление, у него не отказало сердце в ту же секунду! И он кажется всё ещё жив, несмотря на странное выжидающее Колино выражение лица. Ой. Что-то ему немного поплохело... Это что, всё? Он умрёт вот так вот, в самом расцвете сил? Мамочка... Сигма медленно опускается на пол, его грудную клетку и горло охватывает странный жар. И низ живота. Стоп, а это случаем не... — О, точно... Я же совершенно случайно не рассказал тебе о секретном дополнительном ингредиенте, – пожимает плечами Коля с ухмылкой, заставляя раскрасневшегося Сигму агрессивно посмотреть на него. Конечно же, этот уродец подмешал туда виагры или ещё чего похуже... Сука, Сигме следовало догадаться по Колиному чересчур улыбчивому выражению лица. — Какой же ты чёрт, Коля, – раздражённо шипит сквозь зубы Сигма, смахивая со вспотевшего лба налипшую чёлку и поднимаясь с пола. — Эй, а как же что-то вроде "они упали на пол и начали трахаться"? – торжественно спрашивает Николай, обняв Сигму со спины с довольной ухмылкой. Сигма втянул воздух сквозь зубы, ощутив как Гоголь прижимается к нему сзади, обвивая свои руки вокруг тела Сигмы. Затем он невольно застонал, ощутив лёгкий укус на загривке и тут же ощутил прошедшую по телу волну возбуждения и то, как дёрнулся его член, мгновенно затвердевая под воздействием виагры. Господи, как стыдно-то... — Стой, что если Фёдор или Дазай вернутся? – Сигма пытается протестовать и перехватить руки Коли, но от слабости из-за афродизиака и накрывающего с головой возбуждения у него ничего не выходит. Совсем наоборот, он уже волшебным образом оказывается прижатым к кровати Гоголя. Николай лишь весьма самодовольно ухмыляется и без проблем переворачивает Сигму на живот, быстренько стягивая с него шорты. А Сигма лишь утыкается в подушку. Пахнет Колей. Точнее, его духами - яблоко с цитрусовыми и коричными нотками. И запах до ужаса дурманит, заставляет чуть ли не слюни пускать. Он чувствует, как Гоголь растягивает его, чувствует прохладную смазку на чужих пальцах и слышит как Николай нашёптывает ему на ухо всякие непристойности. Интересно, у кого смазку-то стащил... Нет, неинтересно, Сигма! Он вдыхает и выдыхает тяжело, стараясь справиться с жаром, трётся лбом о подушку и неосознанно сводит колени, за что тут же получает довольно сильный шлепок от Николая, заставляющий застонать вскрикнуть. Но Сигма разве не об этом мечтал? Ну, вообще, ему бы и поцелуя было бы достаточно для начала, но Коля Гоголь просто не умеет по нормальному. А Сигма почему-то и не против. Этот безумный эпатаж, как выражается Николай, помогает ему чувствовать себя свободным, а это, наверное, и привлекает Сигму в Гоголе. Выводит из глубоких размышлений Сигму очередной игривый укус, но на этот раз за плечо... А ещё то, что пальцев в нём больше нет, а на смену им как-то слишком резко приходит член в прохладном, как та смазка, презервативе. Но не двигается дальше. — Чего остановился-то? – с неожиданным даже для самого себя возмущением спрашивает Сигма, подняв голову, чтобы посмотреть на Николая. А тот лишь самодовольно ухмылялся в ответ: — А ты попроси меня. Давай, как говорится мелочь, а приятно. — Ну ты и урод, Коля. — Ну, какой уж есть. Сигма почти снисходит до уровня "Николай, Николай, трахни меня Коля, Коля", но сдерживает себя в последний момент. Однако вместо этого, почему-то стонет "пожалуйста, Коля", неосознанно выгнувшись. Господи, он чувствует себя сейчас проституткой. И это мягко сказано. Но на Николая это работает, ибо он мгновенно вжимает Сигму в кровать и наконец-то начинает толкаться рывками, стараясь выбить из милейшего Сигмы побольше таких же очаровательных стонов. Николай жадно сжимает столь желанные округлые бёдра, почти до красных пятен. Такие мягкие, бледные, да любая девушка бы позавидовала. И Коля тоже завидует. Он зарывается носом в двуцветные волосы, что пахнут мятным шампунем и глубоко вдыхает, двигаясь быстрее и быстрее, наслаждаясь Сигмой. А то, как сжимаются стенки вокруг его члена вообще сносит башню к чертям... Жарко и страстно - вот каково быть с Гоголем. Сигме почти плохо, особенно после выпитого коктейля, а его сердце разгоняется до опасно быстрого темпа. Но нет, не умрёт наш бравый герой! Николай целует всё - спину, плечи, шею, даже уши, а Сигма лишь сильнее заливается краской и прячет лицо стыдливо, пока внезапно не кончает, когда Гоголь случайно толкается в простату, отправив разряд молнии по телу Сигмы. — Господи, Коля-я... – взвыл Сигма, сжимая пальцами наволочку подушки. Николай вскоре тоже кончает, ему было достаточно увидеть лицо Сигмы, который столь замыленными глазами посмотрел на него. Сейчас бы пошутить про клоуна... Но не будет, а то Сигма сбросит его с кровати к чертям собачьим. Он обнимает Сигму, нежно целует в висок и гладит по вспотевшей спине. — Вы там всё уже? – из-за двери внезапно слышен голос и тут же издевательский смех. Сука, это Дазай. И как долго он там стоял? Небось ещё и Фёдор там... — Пошли вы нахуй! – орёт Николай, пока тащит Сигму в ванную. Господи, помилуй.