Шаг в неизвестность

Будит меня постепенно нарастающая головная боль. Опять это чувство неопределённости. Непонятно, где я нахожусь. Наконец, открыв глаза, я понимаю, что все еще нахожусь в мастерской. -Ты закончил с подсчетом частиц? — встав с небольшого диванчика и потянувшись, заспанным голосом проговорила я, — Джар, сколько время? -Сейчас 6:15 утра, — ответил голос с потолка. -Опять я сплю, когда не надо, — пробубнила я, осматриваясь в комнате. В помещении было пусто, даже голограмм открытых не было. Я крутилась на месте и пыталась понять, что происходит. Все мои сомнения развеялись, когда в мастерскую вернулся Тони. -Сядь обратно, — в немного приказном тоне проговорил мужчина. Я повернулась к нему недоумевая. С чего вдруг? — на, — мужчина протянул мне блистер таблеток и стакан воды, — выпей одну. Она снимет жар и немного обезболит, — я подозрительно взглянула на мужчину, — не боись, не отравлено, — кинул мужчина и вернулся к работе. Я быстро сглотнула пилюлю и направилась к Тони. -Ты спал хотя бы? -Хотел работу закончить побыстрее, поэтому вздремнул часика 2 только, — даже не посмотрев в мою сторону, кинул мужчина. Я подошла к голограмме и посмотрела на работу. -Крутяк! — воскликнула я, понимая, что мужчине осталось только соорудить по чертежу реактор, который уже сейчас собирал Джарвис. Я подорвалась с кожаного дивана и сразу пожалела о содеянном, схватившись за голову. -Тише, тише, — среагировал Старк, быстро оказавшись около меня и сажая меня обратно на диван, — без резких движений, Серебрянка. Я опешила от такого прозвища. -Сборка закончена, — оповестил Джарвис, прерывая неловкое молчание. Старк отошел от меня и подошел к столу, где уже лежал треугольный реактор, внутри которого генерировались частицы и нацепил себе на грудь. -Сейчас опробуем… — пробубнил мужчина, одновременно с этим цепляя на грудь реактор с уже встроенными наночастицами. Тони дважды нажал на грудь и частицы начали покрывать его тело попутно образовывая костюм. -Ес! — воскликнула я, за ночь я конечно еще не разу не делала костюм, — Как Джарвис? Работает? Давай протестим! -Тихо, тихо. Джарвис работает, а остальные функции щас проверим, — мужчина выстрелил в пустой стол, стоящий неподалеку, от чего он разломался пополам и отлетел к стене, — Дубина, убери. Репульсоры в норме, сейчас полет протестируем, — мужчина взлетел на месте и продержался в воздухе около 20 секунд и спустился обратно, — в помещении работает… Джар, открой окно, — с этими словами мужчина вылетел на улицу, где сделал несколько кругов вокруг здания и мертвых петель, а вернувшись в помещение застал меня с лицом полным ужаса, — ты чего? Что-то случилось? -Послушай, я конечно уверена в своей работе, но вылетать с 93 этажа, на непроверенных двигателях… Я в себе не настолько уверенна. -Ну всё же хорошо? Ну вот и не кипишуй, — проговорил мужчина, отменив костюм, и стукнул меня по плечу. -С работой покончено, я наверно в комнату пойду. Пока! — проговорила я, выходя из помещения. -Стоять, — в том же приказном тоне проговорил мужчина, из-за чего у меня перед глазами появилось лицо разъярённого отчима и неприятные мурашки побежали по телу. Я на пятках развернулась к Старку, — иди позавтракай, иначе я сам впихну в тебя еду, — недовольно проговорил гений, — меня напрягают твои не-то больные, не-то голодные обмороки, так что я буду лично смотреть за твоим питанием, тем более большинство таблеток и витаминов жирорастворимые и без пищи не имеют толка, — разъяснил Тони. Я фыркнула и все-таки направилась на кухню. Все же он прав, мне не особо нравится постоянная головная боль. Я пришла на кухню, сделала себе 2 бутерброда с сыром и колбасой и эспрессо. На столе в пиалочке лежали уже готовые к употреблению пилюли и я, после завтрака, выпила их и направилась в комнату. Так как я не приду в школу по болезни, я написала ребятам, чтобы они предупредили учителей и обязательно рассказали, что у них происходит. Так прошло еще около 3 дней. От скуки я изучала историю и другие предметы наперед. Я тот человек, которому интересны школьные предметы, а изучать их полностью на английском еще круче! Я периодически сидела в мастерской Тони, просто ради компании, изучая все эти предметы по учебникам. Мы особо не разговаривали, но это присутствие давало больше, чем какой-либо разговор. Мы наконец-то привыкли друг к другу и присутствие нас вдвоем в одном помещении ни меня ни его не напрягало. Я не могу сказать, что прям полюбила его как отца, нет. Он был мне другом, но чуть в меньшей степени, чем тот же Роуди. На данный момент главным человеком в жизни осталась только Маша. Я не знаю откуда вырываются эти тревожные мысли, и боялась признать, что это правда. Меня начала беспокоить бессонница, при этом все вокруг становится нереальным. Я не хотела спать, просто такое состояние, будто все где-то далеко. В моменты моего недолгого сна мне виделись большие поля с нахлынувшим на них густым туманом или пустые, темные больницы, с бесконечными коридорами и пустыми палатами, и то, как я в ночнушке и с капельницей хожу по всему отделению и пытаюсь найти хоть одну живую душу в этом Богом забытом месте. Все это состояние на некоторое время рассеивалось, когда я созванивалась с Питером. Он звонил мне во время патрулей, и мы болтали о том о сем. Его позитив вытаскивал меня из этого состояния нереальности. Я часто молчала, слушая его болтовню, даже когда хотелось высказаться я просто дальше слушала его эмоции, волновалась, когда он с кем-то сталкивался, слабо хихикала, на его смешные комментарии при разговорах с нарушителями закона. Я надеюсь, что такое состояние пройдет, когда я выйду с больничного. Обмороки не прошли, только температура сошла. О частоте потери сознания Тони не знал, он только пару раз видел в тот день, когда мы создавали костюм. Я уже хотела поскорее встретиться с ребятами, поэтому не рассказывала об этом Тони. Я не знаю с чем это связано, поэтому я, когда узнала, что сегодня прилетает Пеппер, решилась подойти к нему и наконец заговорить, впервые, за эти пару дней. Он несколько раз переспросил меня про самочувствие, казалось, ему и вправду было нужно знать это, а я, как мне почудилось в тот момент, повела себя самым эгоистичным образом и не стала рассказывать про обмороки и ночи без сна. А Тони, все-таки поверил мне и разрешил завтра пойти в школу. Вечером я поболтала с Питером и рассказала, что завтра уже выйду. Он был рад этому. Мы еще какое-то время поболтали, а потом он пожелала мне спокойных снов и сам залетел к себе в комнату. Так как спокойного сна мне не видать, чтобы хоть кому-то высказаться я завела видеодневник и стала записывать все свои переживания на камеру. Таким образом я хоть как-то выпускала свои мысли из головы, чтобы они не вились целым роем в голове и не создавали ощущение нахождение в толпе. Легла я спать в 4 ночи. Проснулась через полтора часа. До будильника оставалось полчаса и все это время я лежала, смотря в потолок, и пыталась настроиться на день, вспоминая позитивные моменты из моей школьной жизни с Машей. В этот момент я впервые за долгое время реально заплакала. Я сначала даже не поняла этого. По моему лицу внезапно стали катиться слезы, и я не могла этого остановить. Это не была истерика, это просто способ организма найти выход тем эмоциям, что не выговаривала в разговорах с Тони и Питером. В этом состоянии я пролежала еще минут двадцать и наконец встала, чтобы пойти в душ. В тот момент я чувствовала себя еще более нереальной, чем за все те дни. Ноги стали ватными, даже до ванной пришлось идти дольше, чем обычно. Казалось, эта дверь становится все дальше и дальше, а я не могу набрать достаточной скорости, чтобы успеть ее открыть. Через пару мгновений я наконец дотянулась до ручки и смогла ее открыть. Ванная оставалась все той же. Я приняла классический душ, почистила зубы и расчесалась. Как-то наряжаться сил не было. Я надела футболку, а на нее черную толстовку. На низ я надела темно-синие джинсы и красные кеды. Я забрала с вечера заготовленный рюкзак и, включив в наушниках какой-то незаурядный плейлист направилась на кухню. В помещении уже сидела и завтракала радостная Пеппер и, как ни странно, радостный Старк. Я по своему обычаю кинула сумку к столу и, вместо завтрака налила чашку эспрессо, а в термос, который я возьму с собой в школу заварила зеленый чай без сахара. Как я поняла, после кофе у меня повышается давление и из-за этого я падаю в обмороки, так как организм еще не готов к такому количеству кофеина. Я не могла перестать пить кофе, но уменьшила его количество до одной-двух чашек эспрессо в день, потому что без кофе я потеряла бы вообще энергию что-либо делать. А зеленый чай немного снижает давление, поэтому риски потерять сознание сокращались, а это уже что-то. Попивая маленькую чашку кофе я все еще пыталась настроиться на грядущий день и пыталась подобрать нужные эмоции, чтобы не выглядеть какой-то отстраненной. -Доброе утро, — единственное что я смогла выдать, после продолжительного молчания. -Доброе, дорогая. Как спалось? — девушка лучезарно улыбнулась мне и продолжила что-то делать на планшете. -Нормально. Как договор? -Прекрасно. А вы как тут? — девушка глазами посмотрела на меня и Старка. -Сжились, прижились, — проворковал Тони и так же довольно продолжил смотреть на Пеппер. Наверно, он рад видеть, что с ней все хорошо. Я думаю вот так и выглядит любовь со стороны. Он даже сам не замечает, как в ее окружении становится счастливее. Я пару раз смерила эту картину взглядом, а когда Джарвис напомнил, что пора выходить, я убрала термос в сумку, кружку в посудомойку и, еще раз простодушно улыбнувшись на этот момент, я, не попрощавшись спустилась на парковку.