ID работы: 14449162

Особенности съёмочного процесса 2

Гет
PG-13
Завершён
67
Горячая работа! 11
автор
Размер:
9 страниц, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Поделиться:
Награды от читателей:
67 Нравится 11 Отзывы 7 В сборник Скачать

Заманчивое предложение…

Настройки текста
Примечания:

***

      Юля Владимировна Краснова очень любила свою работу. Будучи талантливым, строгим, но в тоже время справедливым режиссером со своим собственным «я», она не только ежедневно наслаждалась этим кропотливым съемочным процессом, но и очень любила команду актеров, напрямую задействованных в нём. Популярный медицинский сериал Склифосовский, который они давно прозвали — «наша богадельня», достигнул сто девяносто пятой серии. Обалдеть. За десять сезонов произошло столько всего, что сложно описать словами. Но, если бы кто-то попросил сделать это под дулом пистолета, фраза — взрыв эмоций, очень хорошо описывала все сезоны вместе взятые, во всяком случае, начиная со второго. А, что касается первого, как говорится на вкус и цвет фломастеры разные. Второй сезон был пропитан каким-то прям таки волшебством, и по мнению многих фанатов — эпический. Именно он положил начало отношениям Брагина и Нарочинской, таких уникальных, таких феерических и таких взрывных. И всё это благодаря сумасшедшей химии между Максимом и Машей — актеров с большой буквы, профессионалов своего дела. Да простят её остальные участники их каста, но она верила, что залог успеха этого сериала заключался именно в них. Не было бы их, они бы вряд ли достигли одиннадцатого сезона. Не для кого не секрет, что фанаты, в основном, болели за судьбу Брагиных и их семейное счастье, горя желанием увидеть побольше их совместных сцен на экране. Судя по комментариям на Ютьюбе, то бишь, после закадровых выпусков последних десяти сезонов, одна просьба выделялась среди остальных: 

«Побольше Брагиных, пожалуйста». 

Она сама являлась их ярой фанаткой, и очень сильно переживала за их дальнейшую судьбу, особенно учитывая череду испытаний, которым подвергнет их жизнь в этом сезоне. Ну если быть точнее — сценарий, созданный талантливой Екатериной Тирдатовой, по совместительству её близкой подругой и коллегой одновременно. Сценарий одиннадцатого сезона значительно отличался от десяти предыдущих. Он был больше похож на триллер, нежели на мелодраму. Ну если посудить, это не так уж и далеко от истины. Если взять во внимание взрыв в Министерстве, устроенный сестрой в отместку, а также — попытка привлечь внимание и расшевелить этих недоумков, которым безразлична судьба других людей; давку на стадионе, особенно в замедленной съемке; мгновенная смерть Егора в последствии серьезного ДТП, то задатки триллера — просто на лицо. Ну что ж поделаешь, если Тирдатовой вдруг захотелось задать жарув этом сезоне. И это ещё даже не предел. Страшное заболевание Марины заразным вирусом Эболла — хуже всех вместе взятых и ранее перечисленных. Короче, то ли ещё будет.       В процессе своих многочисленных мыслей, Юля краем глаза заметила Максима, видимо только что пришедшего на площадку. Он то и дело оглядывался по сторонам, ища глазами кого-то конкретного. Юля сразу же смекнула кого именно, и вскоре утвердилась в своих предположениях, когда к Максиму присоединилась никто иная, как Маша собственной персоной. Его улыбку, при виде неё, нельзя было спутать ни с чем. Она была такой же яркой, как солнце в знойный день. Маша, лучезарно и радостно улыбнувшись ему в ответ, ясно дала понять, что тоже очень рада его видеть. Ещё бы, они не виделись всего лишь день, но для них, видимо, это равносильно целой вечности. Краснова уже давно привыкла к их замашкам и уникальной дружбе, которая длилась годами, но под которой очевидно крылось нечто большее. Однако, никто из них не хотел этого признавать. Максим был целиком и полностью женат на работе, а Маша — был у неё один мистер Х, существование которого она тщательно скрывала, да сплыл. Актриса полностью посвятила себя работе и сыну, который рос не по дням, а по часам, постепенно превращаясь  полноправную личность. Продолжая наблюдать за манерой их общения, Юля кажется немного отошла от главной темы. Ах да, вчера впервые за долгое время, Маша позвонила ей и попросила день отсрочки в связи с её недомоганием. Юля сразу же выполнила её просьбу, потому что такое случалось крайне редко, если вообще когда-либо. Ну ничего, в связи с отсутствием Маши, им удалось отснять сцены Максима из второй серии, и даже некоторые из третьей. И вот сегодня, им предстояло отснять их совместную, а именно — реакцию Марины после новости о взрыве в Министерстве из Нининых уст. Кстати о работе, украдкой взглянув на настенные часы в своем офисе, Юля ужаснулась. Время уже поджимало — пол десятого, а съемка этой сцены была запланирована на десять утра. Судя по всему, Маша с Максимом переодетые в соответствующую одежду и загримированные для предстоящей сцены, были готовы к труду и обороне. Юля решила, что пора заканчивать этот мысленный балаган и приступать к своим прямым обязанностям. Что она и сделала, выйдя из своего офиса.  — Ну привет, мои дорогие. Я вижу, вы при полном параде, и готовы к труду и обороне. Молодцы, — Юля улыбнулась в знак приветствия, а затем обратилась конкретно к Маше: — Машенька, как твоё самочувствие? — Краснова очень переживала за благополучие своей талантливой команды. За столько лет совместного сотрудничества они почти сроднились, и как это говорится, стали — второй семьей друг для друга. Немудрено, когда по двенадцать часов пропадаешь на съемках, это неизбежно.  — Уже лучше, Юль. Спасибо, что дала мне вчера внеурочный выходной. Я не знаю, что это было. Я думала, вирус какой, но слава Богу, всё обошлось. — Маша мельком взглянула в сторону Максима да так, чтобы Юля ничего не заподозрила. На то были уважительные причины. Ведь она именно по этой причине отправила его вчера домой. Ещё не хватало, чтобы он тоже заразился. Слава богу, что в итоге всё обошлось, и подозрения на возможный вирус растворились в дымке. — Устала просто наверное. — Маша слегка улыбнулась и тотчас почувствовала на себе взгляд пристальный Максима. Он видимо подумал о том же, что и она.  Вчера он жаждал остаться вместе с ней, но, вняв её просьбе, «что она может быть заразной и ещё не хватало, чтобы он подхватил эту заразу», отправила его домой. А зря. Он так и не смог уснуть, ворочался с боку на бок и постоянно думал. Как она? Что она? Не нужно было идти у неё на поводу, но в следующий раз он будет умнее. Конечно, Маша действовала по принципу — «Я уже большая и сама могу о себе позаботиться», но кажется, двумя годами ранее — они уже это проходили и установили, что ему в кайф о ней заботиться, а не в убыток. Голос Юли вернул его в реальность и помог вывести из глубокой задумчивости:  — Да не за что, Маш. Ты же знаешь, мне небезразлично твоё благополучие, — пояснила Юля, дотронувшись рукой до её плеча в знак поддержки. — Главное, что не Эболла. — режиссер схватилась за голову мол, боже упаси.  — Ой, боже упаси, — Маша почти ж что перекрестилась. Она прекрасно знала, что в скором времени ей предстоит сыграть болезнь её героини, и не только сыграть, но и пропустить через себя. Ковидом она так и не болела. Слава богу, её миновала эта страшная участь, зато, в силу текущего сценария, ей придётся правдоподобно изобразить болеющую заразным вирусом — Эболла.   В процессе их диалога, на площадке появились операторы с камерами и, расставив их по всему периметру в соответствии с грядущей сценой, заняли свои почетные места.  — Ну что, родные мои. Приступим к выполнению нашей поставленной задачи на сегодня, — Юля отдала свой приказ и рекомендации и удалилась на почетное место. 

Сцена 1-40; Кадр 1 Дубль 1 — оповестил один из помощников оператора. 

Камера. Мотор. Поехали. 

***

— Ну, ты как? — Маша, изображая запыхавшуюся от бега Марину, появилась в поле зрения, и тотчас кинулась Максиму/Олегу на шею. Одной рукой она коснулась его плеча, а второй, сперва бережно прошлась вдоль спины, а затем взметнулась вверх к его плечу, и там и осталась. Коснувшись губами жилки на его шее, она носом зарылась в неё, и облегченно выдохнула. Подумать только, если бы этот взрыв обернулся другими, более печальными последствиями, она бы рыдала здесь сейчас белугой, как в тот злосчастный день, когда её новоиспеченный муж подорвался на снаряде. Стало быть, жизнь не прекращала испытывать их на прочность.  — Всё хорошо, — заверил Максим/Олег, обнимая её за спину, попутно наслаждаясь этой близостью. Когда прозвучал тот взрыв и жертвой оказался один из министров, Брагин ненароком подумал о том, что он мог спуститься вниз и оказаться там вместе с ним. Всё могло бы быть намного плачевнее. А сейчас, держа в объятьях любимую жену, он мысленно благодарил Бога за благополучный исход.  — Замерли, — Юля умилялась, наблюдая за нежностью этих двоих, но её рекомендации и личное видение этой сцены ещё никто не отменял. Пришлось подать голос, ведь именно ей предназначалась роль наставницы в этих делах. — Тишина…  — Щас, щас, щас, — прозвучал мелодичный голос Маши, которая пыталась собраться с мыслями и отыграть эту сцену как следует.  — Ну, ты здесь будешь? — реплика её героини из её уст должна была звучать натурально, убедительно и правдоподобно. Никакого притворства.  — Конечно, — ответил Максим/Олег, как того требовал от него сценарий. — Маш, чуть меньше суеты в фразе, — выпалила Юля, в силу своих полезных рекомендаций и наставлений. Стало быть, нужно успокоиться и настроиться на нужный лад. Уж слишком эмоционально Маша пропускала через себя такого рода сцены.  — Хорошо, — согласилась Маша, попутно упражняя свое лицо, готовясь к следующей реплике.  — Ты не там стоишь, Маш, — Максим подал голос, решив поучаствовать в этом творческом процессе. К тому же, Юля всё равно бы сделала подобное замечание в адрес Маши. Чего-чего, а железная дисциплина в съемочном процессе у Красновой, была превыше всего.  — Что? — Маша оглянулась по сторонам, пытаясь найти нужную метку, на которой должна была стоять в кадре.  — Не там стоишь, — Максим снова к ней обратился, пытаясь наставить на верный путь.  — Я ж вижу камеру, — заключила Маша в свое оправдание, украдкой поглядывая на него.  — Ах, ты видишь камеру. А я думал, ты видишь меня, — произнёс Максим в шутливой форме, а Маша, в свою очередь, ненароком коснувшись рукой его плеча, подняла большой палец вверх мол, «я всё поняла» и, слегка ему подмигнув, ловко исчезла из кадра. Максим повернулся лицом в противоположную сторону и игриво улыбнулся.  Попытка не пытка. Первый блин всегда комом.  — Тишина, — заявила Юля, понимая, что этот дубль может затянуться надолго. Хоть она и привыкшая, терпение у неё не резиновое.  — Ну ты как? — подбежав к Максиму/Олегу со спины, Маша/Марина снова бросилась ему на шею и обняла, прижимаясь всем телом.  — Всё хорошо, всё хорошо, — повторял он словно мантру, пытаясь заверить её, что это действительно так и нет повода для беспокойства.  — Мне Павлова позвонила и попросила помочь. Я щас только переодеться, — выпалила Маша, попутно поправляя и разглаживая руками воротник его халата. Их взгляды встретились и все шло как полагается. Но не тут то было.  — Щас секундочку, чуть меньше суеты на крупном плане. Тишина — очередные наставления со стороны режиссера донеслись до их ушей, и оба поняли, что эту сцену они ещё долго не отснимут. То это не так, то то не этак.   — На метки не встали, — отметил Максим, когда понял, что они отстали от намеченного маршрута.  — Всё, всё, всё, нормально, уже стоите — Со стороны ей было виднее, но учитывая, что Маша с Максимом были знатоками своего дела, им хотелось сделать всё как полагается.  — А, тогда ты стой изначально на ней, — предложила Маша, прикинув, что в таком ракурсе ей будет легче к нему подобраться.  — Уже стоим здесь, пожалуйста, — Юля, видя, что они снова прибегли к своим обычным заморочкам, и начали дурачиться, поспешила внести ясность в происходящее.  — У меня изначальная точка вот здесь вот, — поведал Максим, наглядно демонстрируя Маше ту самую метку, буквально в шаге от него.  — А как же я? Я к тебе и подбежала, — Маша парила в такт ему. Максим видимо решил прикольнуться, поэтому выпалил следующую фразу:  — Маша, зачем ты грузишь меня своими проблемами? — Иди в жопу, — Маша, привыкшая к его обычным замашкам, не растерялась и послала в места в столь отдаленные. В шутку конечно же.  — Вот так тогда мы должны сделать, что ли? — в следующую минуту произошло что-то такое, на что невозможно было смотреть без умиления вперемешку с улыбкой. Маша ухватилась руками за ворот его халата, а потом они по инерции поддались вперёд, одновременно заливаясь смехом. Ещё чуть-чуть, и рухнули бы на пол. Благо, оба твердо стояли на ногах и этого удалось избежать.  — Я тебя подвинул щас, — с умным лицом пояснил Максим, пытаясь оправдать свои действия. Не то, чтобы Маша вообще возражала, но вот Юля — другое дело. Если они не отснимут эту сцену в ближайшее время, она им обоим голову оторвёт.  — Это было странно, — засмеялась Маша и поспешила удалиться из кадра, как Юля позвала её назад:  — Да подождите вы, всё нормально. Манечка, стой, пожалуйста, никуда не уходи. Уже поцеловались. Уже встали на точки. Спасибо большое, — очередная попытка нежных объятий, но, когда руки Максима поползли к её пятой точке, Маше пришлось его приструнить. Он что, с ума сошёл что ли? Они ж ведь так спалятся. Запросто.  — Меньше, Маша. Не надо так мимикрировать на камеру, — вот же наглая морда. Ну ничего, она ему устроит. Позже… Очередные объятия и его улыбка до ушей. — Тишина. Начали, — очередная попытка поцелуя. Какая уже по счету? Черт его знает. Сейчас это не так важно, как то, чтобы не запороть этот дубль. Слегка оттолкнув его от себя как бы в попытке избавиться, Маша слегка улыбнулась и отправилась в сторону лифта, который будет фигурировать в самой серии. Максим, улыбнувшись, смотрел ей вслед, украдкой наблюдая за её действиями.  — Давайте ещё разочек вот этот переход, — и снова наставления Юли. Как она ещё не вышла из себя? Вообще загадка.  — Почему нужно взять за рожу, и вот так ещё сделать, — Максим решил снова поерничать и тотчас выразил свои возмущения, наглядно продемонстрировав Машины действия на себе. Она действительно слегка сжала руками его лицо после недавнего поцелуя, не подразумевая под этим ничего дурного.  — Я не так делаю, — заключила Маша в свое оправдание, всё ещё находясь вне видимости.  — Трясти, чтобы там жиров много, — снова возмутился Максим, но так, для виду.  — Да не будет, не будет. Я щас хорошо сделаю. Вот так, — Маша снова появилась в поле зрения и, дотронувшись рукой до своих волос, в очередной раз обняла его, а Максим, в свою очередь, зарылся носом в её шею, попутно вдыхая душистый запах её волос, сладостно прикрыв глаза от сего удовольствия. — Давай, — снова обратился к Маше Максим, когда она появилась перед ним и подошла почти вплотную.  — Тишина, — Юлин голос вновь донесся до их ушей. Они вообще отснимут эту сцену сегодня или нет?  — Маша, давай, — Максим снова подбодрил свою экранную жену. Ему самому уже хотелось отснять эту сцену, а затем заняться более приятными делами. Так, не о том он сейчас думает. Вот совсем.  — Тишина. И, начали? — снова голос Юли, снова её умные наставления. Попытка номер четыре или пять? — Конечно, — И снова нежный поцелуй, только на этот раз он длился дольше обычного, а по окончании — Маша, бережно взяв в руки лицо Максима, слегка проскользнула подушечками пальцами вдоль него, а затем, отняв их оттуда, чуток всплеснула ими в жесте типа — «Ой, какой ты хорошенький. Прям не могу.» — после чего улыбнулась и отправилась восвояси — к тому самому лифту, украдкой поглядывая на него.  — Маш, зачем? Зачем она это сделала? — Максим, оставшись стоять на месте, вдруг задался вопросом, хотя на самом деле, ему был очень приятен её последний жест. Но повозмущаться стоит, для лишней бдительности.  С горем пополам они всё-таки отсняли эту сцену, когда Юля уже была готова волосы на голове рвать, и метать глазами молнии. Чтобы немного успокоиться, она объявила часовой перерыв, в первую очередь — для Брагиных. Авось, когда отдохнут, может и соберутся с мыслями, а то это никуда не годится. 

***

      Маше как назло приспичило в туалет, поэтому она сразу же умчалась в свою гримерку, а Максим, выпив стаканчик воды из кулера, незаметно отправился следом за ней. Быстро управившись в уборной, Маша помыла руки и, ополоснув лицо холодной водой, выдохнула. На выходе, она в буквальном смысле столкнулась с Максимом, который явно пришел сюда по её душу. Она тотчас улыбнулась и, не теряя ни минуты, тотчас утонула в его крепких, любящих и надежных объятьях. Её руки автоматически обвили его шею, а его обхватили её за спину, прижимая к себе как можно ближе. Коснувшись губами мочки её уха, он выдохнул прямо в оболочку:  — Не надо было мне вчера тебя слушать и ехать домой. Я всю ночь не спал, ворочался с боку на бок, постоянно думая о тебе, — запричитал он, нежно проводя рукой вдоль её позвоночника, попутно целуя светлую макушку.  — Я уже сама вчера сто раз об этом пожалела. Я ведь сделала это из лучших побуждений, — пояснила Маша, пытаясь оправдать своё вчерашнее решение отправить его домой. — Я думала, что действительно подхватила какой-то вирус, потому что чувствовала себя довольно хреново. Иначе, я бы никогда так не поступила, ты же знаешь.  — Знаю, — улыбнулся Максим, нежно касаясь губами её активно пульсирующей жилки на шее, вызывая тем самым табун мурашек и разряд тока на её теле. — Но, мне нужно было просто настоять и остаться с тобой. Я ж говорю, в следующий раз буду умнее. — заключил Максим, а затем отпрянув от неё на небольшое расстояние, заглянул в её бездонные глаза, одновременно проводя подушечкой большого пальца вдоль её лица, щёк, плавно спускаясь к её манящим губам. — Ну ты как вообще, моя хорошая?  — Со мной всё хорошо. Наверное, правда перетрудилась, — подитожила Маша в свое оправдание. Его забота была ей очень приятна.  На протяжении последних двух лет, что они состояли в романтических отношениях, хоть и остальным это было невдомек, она научилась наслаждаться его близостью и ценить его заботу по отношению к ней. Всё началось ещё тогда, во время съемок девятого сезона, когда они приняли решение попробовать построить отношения. И с концами. Сперва, боясь прогореть и разрушить многолетнюю дружбу, они приняли обоюдное решение держать свои отношения в секрете от публики и остальных коллег. Посему делали вид, что они всё такие же близкие друзья со своими уникальными качествами и заморочками. А в действительности — они состояли в отношениях, ходили на свидания в места, о которых было неизвестно журналистам. Каким-то волшебным образом, им удалось сохранить свои отношения в тайне на протяжении последних двух лет. Но буквально на днях, Маша начала подумывать о том, что пора поднять завесу и раскрыть их доселе строжайший секрет. Её сын Ваня, конечно же был в курсе, потому что он свой человек.  Более того, Маша желала определенности. В том, что она влюбленна в него без памяти, у неё не было ни малейшего сомнения. Максим тоже не раз говорил ей о своих чувствах и выражал их не только на словах. Хотелось наконец показаться с ним на людях, сказать, что он — её мужчина и в этом нет ничего постыдного. В конце концов, ей хотелось засыпать и просыпаться вместе с ним, а не отправлять его одного в холостяцкую квартиру, где его никто не ждал.   — А я тебе уже неоднократно говорил, что отдыхать нужно больше, — его хрипловатый и до боли родной голос вывел её из глубоких мыслей. Маша посмотрела на него в упор и слегка хмыкнула:  — Ой, Максим Викторович, кто бы говорил. Ты сам трудоголик высшей категории, и что-то я не видела, чтобы отдых был у тебя в приоритете, — Маша засмеялась, слегка толкнув его кулачком в плечо.  — Зато ты у меня в приоритете, Машуль, — он растянулся в довольной улыбке и мягко чмокнул её в уголок губ.  — Ну, в этом я даже и не сомневаюсь, но за своим здоровьем тоже нужно следить, — пояснила Маша, пытаясь внушить ему эту простую истину. Взяв в руки его лицо, она поцеловала его в манере похожей на ту, которая присутствовала во время недавних съемок, после чего отстранилась и посмотрела на него с неким обожанием. — У меня к тебе предложение.  — Звучит заманчиво, Мария Григорьевна. Я уже весь в предвкушении, — снова обняв, он притянул Машу к себе, а затем, нащупав рукой её аппетитную пятую точку, слегка сжал её. Маша уже хотела было возразить, как Максим снова прошептал ей на ушко:  — Имею полное право, между прочим, — мужчина лукаво прищурился, продолжая вальяжно разгуливать руками вдоль её соблазнительного тела.  — Только не во время съемок, договорились? — она по идее должна была его приструнить, но все негодование куда-то вмиг испарилось. Его близость всегда действовала на неё магическим образом. Она была бессильна ему противостоять.  — Я постараюсь, — ответил Максим, а затем продолжая скользить рукой вдоль ее спины, добавил: — Но ты ведь знаешь, что мне сложно держать себя в руках, когда ты рядом, — без всякого стеснения обосновал Максим.  — Постарайся, — заключила Маша, продолжая наслаждаться его ласками и прикосновениями.  — Ну и, о каком предложении идёт речь? — Максим вдруг вспомнил её недавнее изречение, но потом чуток отошел от темы.  — А, да, — Маша, собравшись с мыслями и набравшись смелости, произнесла: — Как ты смотришь на то, чтобы вместе съехаться? — Максим мгновенно встрепенулся и, прижавшись лбом к её лбу, воскликнул: — Ты серьезно?  — Ага, но если ты не хочешь, мы можем оставить всё как есть, — предложила Маша на случай, если ему эта идея вовсе не импонировала.  — Ты с ума сошла? Конечно же хочу. Я думал, что ты не хочешь, поэтому и не торопил события, — Максим окинул её игривым взглядом, попутно улыбаясь. Неужели свершилось? — Ну ты ведь понимаешь, что нам придётся раскрыть статус наших отношений не только нашим, но и Юльке, и фанатам в целом.  — Я всё понимаю, но думаю, что пришло время сделать это. — Маша лучезарно улыбнулась, а уже в следующую минуту почувствовала, как её ноги оторвались от пола, а тело стало невесомым в его надежных и крепких руках:  — Манечка моя, как же сильно я тебя люблю, — радостно воскликнул он, продолжая кружить Машу на руках вокруг своей оси.  — Я тоже тебя люблю, Максюш, — призналась Маша как на духу. До него, она и не думала, что так бывает. Оказывается, ещё как бывает.  Они бы ещё наверное надолго застыли в этом феерическом мгновении, если бы не знакомый голос Юли, донесшийся до их ушей: 

«Аверин, Куликова, бегом на площадку. Время — деньги.»

— Ну что, ты готов? — поинтересовалась Маша, когда Максим неохотно вернул её на Землю.  — Теперь я готов к чему угодно, — выпалил Максим, всё ещё не совсем не веря, что его жизнь только что изменилась в самую лучшую сторону.  — Давай мы сейчас отработаем, а после, ты поедешь к себе, и перевезешь ко мне некоторые свои вещи. Потом я приготовлю чего-нибудь вкусненького, и мы обмоем это дело. — От такого заманчивого предложения невозможно было отказаться.  — Ну, это я всегда готов, — заявил Максим в Брагинской манере, а затем ловко притянул Машу к себе и нежно поцеловал. Если бы не зовущая их труба, они бы зависли в этом чудесном моменте ещё надолго. Ничего не поделаешь, пора возвращаться в рабочий строй.  Через несколько минут, покинув просторы гримерки, оба держали путь на съемочную площадку, уже предвкушая события грядущего вечера со всеми вытекающими…
Примечания:
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.