утреннее шоу.

Сеул никогда не спит. И все же, Чимину этот город по душе. По душе ночные огни, шум машин, высокие здания.. И особенно работа. Попасть на главный новостной канал Южной Кореи в роли ведущего было непросто. И не менее сложно было в принципе попасть в это место. Куча заявок, участие в различных мероприятиях, упорство, пожененное с легкой наглостью прорекламировать себя в нужный момент в нужном месте перед нужными людьми. И сейчас Пак едет в черной Maserati, с личным водителем, и пьет американо, чтобы полностью проснуться. На часах 6 утра, в 7 начало программы. За окном машины мелькает свет фонарей и уже начинающих работать офисов. Но машина с парнем двигается к зданию с 20 этажами. Чимин, как и обычно, одет в черный пиджак, узкие черные брюки и темно-серую футболку. Выйдя из машины, его встречает Сокджин — заведующий студии, главный на всем 20 этаже, где проходят съемки. — За ночь ничего супер интересного не накопилось. Просто расскажешь про феминистское движение и о грядущем празднике Чхусок, так что ты быстро отстреляешься с этим и, в целом, сможешь потом отдохнуть. Сегодня остаток твоего дня будет твоим выходным. — Хорошо. — блондин отпивает немного кофе и, уже выходя из лифта, мило улыбается каждому попадающемуся на пути человеку. — Чимин, как я рад тебя видеть. — Тэхен обнимает блондина, тут же окидывая взглядом его внешний вид. — Серый тебе идет. — Спасибо, Тэ. Каждый из парней надевает на правое ухо наушник и садится за стол. Сзади включаются мониторы с логотипом канала, а за стеклом суетятся операторы, айтишники, да и все остальные. Сокджин показывает парням большой палец в знак одобрения и уходит в отдельную комнату с десятком компьютеров и мониторов на стенах, откуда будет смотреть на визуальную картинку шоу и руководить операторами. Один из камераменов настраивает камеру напротив парней и включает небольшой монитор под объективом. — До эфира 30 секунд. — говорит девушка громко, чтобы все услышали. — Надеюсь, сегодня будем без сюрпризов. — шепчет брюнет на ухо парню, тонко напоминая об ажиотаже на прошлой неделе. — Кроме феминизма и Чхусока сегодня ничего не будет. Я уверен. — кивает Пак и поправляет свои волосы. На телефон приходит уведомление. Чонгук-хен: 07:07, бум Чимин: Что это значит? Но ответа не получает. Чимин: Дурак ты, Чон Сделав глубокий вдох и такой же глубокий выдох, блондин убирает телефон в карман и переводит взгляд в объектив камеры. — Внимание всем! Эфир через 3, 2, 1.. По звуковому сигналу Чимин выпрямляется в спине и легко улыбается, как и Тэхен, который тут же начинает говорить. — Доброе утро, Корея! Вас приветствует канал BNK+. Чимин уходит в свои мысли и вспоминает, как начинал здесь с простого уборщика. Забавно, но да. Ему тогда было 20. В один день, когда заболел главный пиарщик компании, Пак предложил свою помощь. Сокджин тогда Чимина просто терпеть не мог, так как думал, что уборщики есть уборщики, и никто не смеет лезть туда, куда не надо. И все же почему-то помощь Пака приняли, которая смогла принести свои, пусть небольшие, но все же плоды. И так карьера парня постепенно стала идти в гору. В 25 он стал новым ведущим на канале, потому что прежнего пришлось снять с поста по причине домогательств к персоналу. Из раздумий парня вырывает резкий толчок ноги Тэхена под столом. Блондин тут же принимается говорить. — Сейчас вся страна вовсю готовится к Чхусоку. Уже готовятся главные городские площади к проведению различных фестивалей.. В наушнике слышен раздраженный вздох Сокджина, из-за чего Пак чуть не сбивается. Пара секунд и текст на мониторе тут же исчезает. Тэхен напрягается и обеспокоена смотрит на оператора, а затем и вовсе за стекло студии на людей, которые резко достали свои телефоны и стали что-то читать. Противное шипение в наушнике, а затем злой голос Джина: — Пак, срочная замена новостей. Наши журналисты уже работают над текстом. В мониторе под объективом камеры резко появляется новая бегущая строка с текстом, вовсе не похожим на тот, что был до этого момента. Видя имя «Тэхен» перед началом текста, Ким тут же принимается говорить: — В Южной Корее сейчас 7 часов 7 минут, именно в этот момент близь Сеула произошел мощный взрыв. У Чимина темнеет в глазах. Ему не послышалось? Мутным взглядом Пак все же умудряется увидеть в мониторе свое имя и берется за чтение написанного в живом времени текста. — Взрыв произошел на бывшем техногенном заводе, где до сегодняшнего дня, по данным локальных правоохранительных органов, ничего не происходило. Пострадавших нет.. Произнося все это вслух, у блондина кружится голова. Перед глазами жирными красными буквами появляется «Чонгук». Твою мать, что он сделал на этот раз? — …А сейчас мы прерываемся на рекламный перерыв. Ровно в 7 часов 30 минут мы расскажем о взрыве подробнее. Оба парня с громким вздохом снимают наушники и выходят из помещения в комнату к Сокджину. — Джин, как это, черт возьми, понимать? Я чуть не запорол все шоу. — Пак психует и бесится. То ли из-за Сокджина, то ли из-за Чонгука, то ли из-за самого себя. — Я знал, что сюр все же произойдет. — усмехается брюнет и хлопает Пака по плечу. Джин раздраженно потирает переносицу до покраснения. — Чимин, ты сейчас же полетишь туда, тебя заберут с крыши здания на вертолете, будешь вещать оттуда. У парня глаза раскрываются максимально широко. — Меня?! Может, лучше Тэхена? — Ой нет, я в этой дряни не полечу, у меня еще с прошлого раза голова не оправилась. — он подбадривающе смотрит на Чимина. — Давай! А то наши рейтинги упадут и нас обгонят конкуренты. Паку не приходится ничего, кроме как быстро накинуть на себя бежевое пальто и пойти с Сокджином на черную лестницу и подняться по ней на крышу. Вертолет уже опустился на специально выделенную зону. Джин всучивает парню микрофон. — Если узнаешь что-то интересное — тут же сообщи, мы быстро все проверим и изложим на канале. Увидев быстро бегущего с аппаратурой оператора по имени Хосок, Джин чуть ли не выходит из себя. — Давай, черт возьми, быстрее! От громкого и грубого голоса мужчины у Чимин заболела голова. Но Сокджина понять можно. Он волнуется не только за BNK, но и за всех сотрудников. Блондин и представить не может, сколько у того мыслей и переживаний. Оператор и парень садятся в вертолет и надевают специальные наушники, чтобы их уши уж точно не превратились в месиво. Они медленно взлетают и Чимин смотрит в окно на машущего ему Джина. Здания Сеула перемещаются слишком быстро, вызывая у Пака тошноту. Он берет с пустого сидения рядом с собой бутылку воды и залпом выпивает половину. Дверь вертолета открывается и волосы блондина тут же принимают небрежный вид. Грубый воздух дует в лицо, вызывая под кожей сотню покалываний. — Чимин, эфир через минуту. — говорит Хосок и настраивает камеру. На черном мониторе уже светится текст, который нужно будет говорить. Парень кашляет от неприятного запаха дыма. Он достает из кармана пальто черную тканевую маску и надевает на лицо. Оператор машет ему рукой и Пак начинает говорить громко, чтобы его было слышно. — С вами канал BNK+. Мы находимся над горящим зданием близь города Сеул. Здесь очень тяжело дышать. Десяток пожарных машин уже подъехал к складу. Сейчас наш вертолет пойдет на снижение и мы будем в самом эпицентре событий. Если вы живете недалеко от участка возгорания, то срочно закройте окна.. Блондин шумно сглатывает. В горле от всего этого пересохло. — По данным синоптиков, дым уже разошелся в радиусе 5 километров, а основная его часть исчезнет только через три часа как минимум. Вертолет стремительно снижается и приземляется в районе 100 метров от пожара. Чимин перехватывает одного из пожарных и начинает расспрашивать его. — Доброе утро! Сегодняшний пожар — ужасная новость. Но радует то, что никто на данный момент не пострадал. Подскажите, пожалуйста, сколько уйдет времени на устранения пожара? Пожарный опешил от неожиданного интервью. Он старается уверенно смотреть в камеру. — Ну.. думаю, с таким количеством пожарных машин, у нас уйдет около часа. Мы сделаем все возможное, чтобы поскорее избавиться от огня. — и тут же убегает к зданию к остальным его коллегам. Чимин снимает маску и пытается легко улыбнуться. — Именно благодаря таким героям мы можем не бояться. Давайте все дружно скажем «спасибо» пожарным, а также и остальным людям, служащим на благо нашей страны. Блондин всматривается в горящие «внутренности» здания и видит странную надпись. На секунду Пак перестает дышать. — Хосок! Наведи камеру туда! — указывает на надпись, которая тут же отображается в объективе камеры и транслируется на телевидение. Черная буква «J» и нарисованная вокруг нее красная виселица. — Данная метка принадлежит некой преступной организации, имя которой никому неизвестно.. Ага, конечно никому, Чимин. — Участников данной организации еще не удалось найти, хотя их скандальные преступления происходят уже на протяжении почти пяти лет. Потенциальных партнеров или соучастникав также не нашли, но уже практически все знают, что данное изображение принадлежит именно этим преступникам. Еще пару минут репортажа с места событий и наконец все заканчивается. К сожалению, пожар не заканчивается. Но, к счастью, заканчивается репортаж. Хосок подходит к уставшему блондину и протягивает ему недопитую бутылку воды. — Спасибо, Хосок. — Такое веселое утро бывает только у нас. — смеется. — Вертолет ждет нас. — Слушай, я сам доберусь попозже. Хочу пока тут побыть и прогуляться по окрестностям. — Ты сумасшедший. - усмехается оператор. — Всегда поражаюсь тебе. Но хорошо. Тогда я полетел. До встречи. — До встречи, Хо. Парень уходит, а Чимин остается на месте и смотрит на горящее здание. От дыма слезятся глаза и все еще неприятно дышать, но все же в огне есть для Пака что-то привлекательное. Парень на приличном расстоянии огибает горящее здание и уходит в небольшой лес, где гарью пахнет куда меньше. — Чтоб его, придурок. Как только он мне попадется, я его.. Не успевает Чимин закончить свой монолог, как тут же отшатывается от прилетевшей острой палки в дерево около него. — Слаба реакция, детка. — мужчина выходит из-за одного из деревьев и ухмыляется. — Я все жду, когда ты сможешь поймать мой сюрприз своими красивыми пальцами. Щеки блондина становятся красными от злости. Чон Чонгук опять за свое. Вот он, в черной майке, джинсовке и узких джинсах стоит в метрах десяти от парня, бесцеремонно его разглядывая. — Что? Даже не обнимешь своего любимого? — Ты.. — начинает Пак, сделав глубокий выдох. — Нас здесь могут увидеть. — Ох, не волнуйся, неженка, тут рядом есть безлюдный домик. — брюнет разворачивается и спокойно огибает деревья, даже не оборачиваясь, ведь прекрасно знает, что Чимин пойдет за ним. И парень действительно идет за Чонгуком, сжав руки в кулаки. Через десяток метров из-за густых деревьев виднеется заброшенный небольшой дом. Брюнет открывает дверь и вежливо пропускает Чимина внутрь. — Только после Вас. — усмехается. Пака все это бесит не на шутку. Он делает глубокий вдох и начинает тараторить: — Почему ты постоянно меня подставляешь? Ты же знаешь, что мой телефон могут проверить в любой момент и узнать про тебя и твои тупые идеи. И то, что мы сейчас вместе тут находимся — очень плохой знак. Да, никто не знает, что это ты тут все сделал, но люди ведь не такие тупые и могут додуматься рано или поздно. Чон внимательно слушает и понимающе кивает. Но перебивает Чимина одной фразой: — Такой пиджак, как у Тэхена, тебе бы больше подошел. — Чего? — Я говорю, лучше бы этот карамельный пиджак был на тебе, а не на Тэхене. — Да ну? — Да, ведь это значит, что Тэхен тогда был бы голым. А я бы с удовольствием посмотрел на это. — вновь усмехается. Злость Пака снижается на несколько градусов от такой тупой шутки Чона, но все же чем-то смешной. Но желание отчитать мужчину остается по-прежнему сильным, поэтому блондин вновь делает хмурое лицо. — Ты покойник, Чон Чонгук. А Чонгуку приятно слышать такое от любимого: он знает, что Чимин дорожит их отношениями (как и Чон). Но брюнет подходит к бойфренду, делая небольшие спокойные шаги, пока тот пятится и упирается спиной в прохладную стену. Чимин куда ниже Чона, но эта разница в росте сейчас чувствуется куда сильнее. Особенно, когда мужчина смотрит взглядом хищника, а губы приближаются к бледному худому лицу и шепчут: — Ляпнул труп. В ушах Пака звенит настолько, что, кажется, он и вовсе оглох. Теперь он мог слышать только своими губами, которые прямо сейчас целует Чонгук. Его рельефное крепкое тело вжимает стройного Чимина в стену. Прохлада впитывается а кожу прямо через пальто. Блондин покрывается мурашками. Перед глазами парня мелькают кадры горящего склада и та надпись, принадлежащая Чону. Он вспоминает, как глаза пощипывало от дыма и было неуютно дышать. Пак понял, что огонь напоминает ему Чонгука. Чонгук может обжечь и очень сильно. Но его пламя также может и ласкать, нежно, страстно, трепетно, грубо. Как угодно. Огонь многогранен, как и Чон. Полюбить такого, как Чон Чонгук — очень сложно, но Чимину это удалось даже проще, чем начать работать в BNK. Разум, кажется, не поддается контролю, как и тело парня. Он цепляется тонкими пальцами за плечи брюнета и сжимает их, царапая смуглую кожу. — У тебя слишком острые коготки. Царапины на спине с той недели еще не зажили. — Чон давит коленом в пах блондина, из-за чего второй сгибается и пытается проглотить свой же тихий стон. Ноги предательски подкашиваются и весь Чимин растворяется в мужчине. Чонгук грубо касается бледной кожи парня и подхватывает его под бедра. Пак не замечает, как оказывается на столе, под телом брюнета. — Ну, раз тот пиджак на Тэхене.. значит, голым будешь сейчас ты. — шепот прямо в губы, а умелые пальцы снимают всю чиминову одежду, чего блондин даже не успевает понять остатками своего здравого разума. А остался ли разум вообще? Нахождение дома посреди леса чувствуется. Холодный воздух, почти никакой мебели. Но Чонгук подготовился, постелив приятный плед прямо на деревянном столе, на котором сейчас лежит Пак. По всему помещению разлетается громкий стон, когда Чон сжимает член парня своими грубыми пальцами. Мужчина начинает пылко целовать блондина в губы, тоже начиная терять свой разум. Запах табака от тела Чонгука смешивается с легким ванильным парфюмом Чимина. — Запах табака и ванили смешался.. Я точно сойду с ума. — блондин говорит это, как в бреду. Хрупкие пальцы трогают мускулистые руки, а ноги сами раздвигаются в стороны. — Срочные новости. — горячий шепот мужчины в ухо. — Известный ведущий канала BNK+, Пак Чимин, прямо сейчас отдается главарю преступной организации, причем отдается не ради выгоды, а потому что.. Блондин упускает момент, когда Чон успел полностью обнажиться. Мутный взгляд ловит яркие пятна — татуировки на накачанном теле. — ..потому что он просто извращенец и псих, способный влюбиться в психа. Все нервные мысли вылетают из головы Чимина при первом же толчке. Чон, как обычно, не церемонится. Как дикий зверь он вонзается пальцами в бледное тело и будто бы рычит в покрасневшее от происходящего чиминово ухо. — Можешь быть громким. Нас никто не услышит. Как по команде Пак начинает громко стонать от резко нахлынувшего удовольствия. Все его тело и разум сейчас во власти Чонгука, который точно придумает что-то веселое. Мужчина проводит указательным пальцем по позвоночнику блондина, очерчивая узоры на татуировках. Сначала он очерчивает месяц, затем месяц побольше, находящиеся в верхней части спины Чимина. Затем очерчивает два месяца снизу, а потом касается самого центра, где находится полная луна. — Сегодня, видимо, полнолуние, иначе я не могу объяснить, почему я хочу растерзать твое тело, как дикий. Лицо парня краснеет. Краснеет от смущения, от такого Чонгука, который говорит честно и возбужденно. Пак и сам возбужден до предела. Он извивается и кусает свои пухлые губы, содрогаясь от каждого резкого толчка. — Ч-чон.. твою мать.. я сейчас точно стану психом. Их губы переплетаются в поцелуе. Демон ласкает своим длинным языком нежный язык своего ангела, который вот-вот сорвет голос от того, как грубо с ним обращаются. А Чимину нравится, что кости его невидимых крыльев хрустят от каждого грешного действия. К черту. Раз приятно — значит, это не грех. Все тело горит внутри и снаружи. Чон терзает хрупкого парня, оставляя на фарфоровой коже багровые следы. Чимин кончает тихо, но при этом бурно. Белая жидкость пачкает стол, а ноги дрожат от экстаза. Разум затуманивается еще сильнее и Пак мгновенно отключается. *** — Добрый день. Это эксклюзивное интервью для канала BNK+. Сегодня я, Пак Чимин, беру интервью у очень необычного мужчины. Представьтесь. Чимин уже привык к прохладе в небольшом домике, так что сидеть в пиджаке и брюках стало не так мучительно. Камера телефона направлена на него и Чонгука, сидящих на двух стульях в метре друг от друга. — Меня зовут Чон Чонгук, и я обычный, ничем не примечательный предприниматель. Пак хмурит брови, ловя ухмылку на лице мужчины. — Предприниматель? Это интересно. Больше никем не работаете? — блондин любит задавать наводящие вопросы. Тренироваться на Чонгуке вести интервью — лучшее, что можно придумать. — Мне хватает моих доходов от моего бизнеса. — Хорошо.. Что насчет ваших увлечений? Чимин скользит взглядом по татуировкам Чона, а затем сталкивается с угольными глазами мужчины, которые, кажется, прямо сейчас наружу вывернут всю душу. — Знаете, у меня есть некое хобби, но оно у меня постоянное. Это увлечение никогда не поменяется.. Меня очень увлекает один блондин. — ухмылка. Та самая ухмылка, которая появляется на чоновом лице, когда он собирается что-то сделать. — Я его знаю? — Пак слегка дергается. В абсолютной тишине слышно, как он сглатывает и перестает дышать. — Да. Это Вы. — усмехается, дразнит, как и обычно. Чимин краснеет, а потом начинает смеяться. Чон вскидывает бровь. — У ведущего должна быть выдержка. Разочаровываешь, малыш. — С тобой никакое интервью не пойдет. Сумасшедший. — Чимин встает со стула и выключает запись видео. Он поправляет свой пиджак и идет к двери, чтобы выйти на улицу. Открыв дверь, блондин останавливается и вдыхает полной грудью лесной аромат. Чонгук рассматривает своего бойфренда и погружается в свои мысли. Из-под своего стула он достает ветку и крутит ее в своей руке. Вновь смотрит на Чимина и бросает палку в его сторону. Время в глазах брюнета замедлилось. Он наблюдал, как палка летит на парня, точнее, прямо около парня, слева от его головы. А потом все вокруг обретает прежнюю скорость, и Чон приходит в полное сознание лишь тогда, когда видит Чимина, поймавшего эту ветку одной рукой, даже не обернувшись. Чонгук в очередной раз ухмыляется. — Мой сумасшедший.