Ревность./Джонлок

—О, Господи Шерлок! Почему «это» находится у нас в холодильнике? — воскликнул Ватсон, даржа в руках что-то похожее на части человека. —Потому что при комнатной температуре оно испортится. — спокойно говорит Шерлок и продолжает что-то химичить. —Почему ты задаёшь настолько глупые вопросы? —Ну всё! Я так больше не могу! Я принял сегодня тысячу пациентов и готов сожрать слона, а «это» испортило мне весь аппетит. Я отужинаю в другом месте. — крикнул Джон на прощание, надевая куртку и громко хлопая дверью. Шерлок остался в тишине. Обычно он был этому рад, но сейчас он лишь тоскливо покосился на окно и видел как в конце улицы Джон уже разговорился с кем-то и вновь улыбался. Шерлок смахнул мысли и вернулся к эксперименту с химическими реакциями. Доктор Ватсон был в плохом настроении, когда вышел из дома, поэтому решил прогуляться. Когда он уже хотел повернуть он встретился с зелеными глазами, которые хитро и знакомо  улыбались. —Алекс? Боже это и вправду ты! —он теребил мальчишку по волосам. — Капитан Ватсон? Господи, как я рад вас видеть! —А где твой брат? Я надеюсь, он вернулся с Афганистана? —Ес, мы с Тэдом вернулись в Лондон. —Это просто прекрасно. Я хочу как нибудь увидеть его вновь. —Я думаю, он будет счастлив увидеть вас снова, капитан. —Я больше не капитан, зови меня Джон. Кстати, я хотел поужинать здесь неподалёку, не хочешь ко мне присоединиться? —о, да. Буду рад. Через какое-то время в этом ресторане они напились, особенно Джон. —Капитан, ик* Господи, какой вы тяжёлый.. Где вы живете? —Бейкер стрит 221 б. У меня самый странный сосед. —Верю на слово. Обопритесь на меня. Когда двое пьянчужек прибыли на Бейкер-стрит Шерлок играл на скрипке, причем, играл отвратительно, словно не умел этого делать и намеренно мучил несчастный инструмент. —О, Господи, Холмс, прекращай брынчать. —Ты вернулся? —Шерлок открыл глаза и слегка заметная до этого улыбка тут же спала с его губ.—Кто это? —Это Алекс. Мой дорогой, мой хороший — тут ватсону стало плохо и его вырвало.. Но казалось, что сам он этого даже не заметил, потому что он продолжил. — в общем, золотце, а не человек. Шерлок на это ничего не ответил и лишь поджал губы. Он указал смычком где спальня Джона и продолжил играть. Мотив оставался таким же депрессивным и вымученным, но тут появились некоторые гадкие, полностью портящие и разрушающие структуру мелодии нотки, пока мелодия полностью не превратилась в гадство.