У Дилана есть одна маленькая странность, а может и не одна.

Автобус резко затормозил, и водитель прокричал остановку, на случай, если кто-то заснул. Уж поверьте мне, в этой машине пыток невозможно даже расслабиться — ловит каждую кочку. Кондёр сделали, а нормальную подвеску — нет. Лениво перекинув сумку через плечо и взяв чемодан, я вышел из автобуса. Солнце ослепительно ярко сверкало на небосклоне, и я накинул капюшон. На улице жарко, даже душно. Слабые порывы ветра не спасают, а только ухудшают ситуацию, гоняя раскалённый воздух. Всë же надо было идти в футболке, не умер бы. Вдохнув поглубже в надежде на спасательный воздух, я стал шататься лишь сильнее. Голова кружится, и темнеет в глазах. Ужасно. Хочу пить. Интересно, это такая реакция только на погоду, или же я только сейчас начал понимать, что нормально поесть не смогу ещё долго? Ладно, моих запасов должно хватить на некоторое время, потом, может, получится найти донора или же смогу съездить в больницу и купить пару пакетиков для переливания.

Ну, вот я снова здесь.

Старый ларëк с таким же владельцем, клумбы с цветами и деревьями — всë на радость наших экологов, как же, — два здания по бокам и единорог посередине. Дом, милый дом? Скорее, сквер. В который раз подумав, что надо было всë же снимать квартиру около университета, я потащил свой чемодан и сумку ко входу в мужской корпус. Затхлый запах ударил в ноздри, а духота усилилась, я зажмурился, пытаясь отогнать подступающую тошноту. Вахтёрша посмотрела на меня и, закатив глаза, пробубнила что-то себе под нос.       — Здравствуйте, — я подошёл к ней, — Дилан. Куда идти знаю, не первый раз, — я машинально закатываю глаза и иду в сторону лестницы.       — Эх ты ж! Что за молодëжь пошла? И я не обязана всех запоминать, а уж таких грубиянов тем более!.. Знает он тут всë… — вахтёрша ещё что-то кричала, но я не слушал. Погромче включив музыку в наушниках, я поднялся на третий этаж. Который год подряд, заселяясь в эту общагу, я становлюсь первым, кто вообще заезжает в комнату. На улице всë ещё сияет августовское солнце. Я хмурюсь. Видимо, на улице я не появлюсь до ноября. Брэндон как обычно приедет ближе к началу учëбы, Карл, чëрт бы его побрал с его навозом в холодильнике, тоже, видимо, не собирается появляться. Сосед Брэндона, как обычно, приедет последний.

Так даже лучше.

Вдохнув пыльный воздух, я прошëл в свою комнату. Вещей не так много, в основном техника для работы и учëбы. Разложив ноутбук на столе, одежду — по шкафам, а небольшие бутылочки, сделанные под морс, — в самый дальний угол, я всë же обратил внимание на пустующую кровать у окна. Точно, к нам же подселят новенького.

Надеюсь, он не слишком шумный.

Что ж, да начнëтся моë существование в качестве обычного студента.

***

За окном шумел ветер, так и намереваясь повалить дерево под моими окнами. Небо затянуло тучами, и солнце, которое напрягало меня эти несколько дней, наконец-то скрылось. В коридоре было приоткрыто окно. Прохлада наполняла комнату и мягко обволакивала, закутывая в свои коварные объятья. Только заболеть сейчас не хватает… Ну и похуй. Отлежусь несколько дней, жаль только, что крови потрачу больше, чем планировалось. Я сидел на — ха, иронично — кроваво-красном диване, попивая из трубочки «морс». Залипая на реакцию на какое-то отстойное шоу про богатеньких детей, я не заметил, как окно открылось сильнее. Громкий хлопок привëл меня в чувства и я, поëрзав, встал и закрыл окно.

М-да, видимо, сегодня тоже лучше не выходить, чувства притупились.

Я снова взял телефон и заметил, что мне пришла смс-ка. О, новый заказ. Ничего сложного, просто… Фурри, омегавëрс в памперсах в 3D?.. Что блять? Нет, как бы мне не нужны были деньги, я ещё не настолько отчаялся. Тем более, беременный дракон явно не входит в мою ячейку интересов. Вежливо отказав, я решил потренировать свои способности в 3D-моделировании и пошëл за ноутбуком. Нужно ведь снова входить в темп, а то придëт заказ, а я могу сделать ровным счётом нихуя.

Надеюсь, тут как с велосипедом — опыт не пропьëшь.

***

Чёртово солнце своими горячими лучами аккуратно гуляло по комнате. Так и норовило мельком пробежать по моему лицу, ослепляя на несколько секунд. Каждый раз попадая под солнечные лучи, я хочу поскорее скрыться от них, поэтому я выхожу на улицу ближе к вечеру, если вообще выхожу. Перспектива сгореть заживо как-то не привлекает. На самом деле я не уверен, могу ли я и правда сгореть, но долго находиться под воздействием солнечных лучей мне точно неприятно. Однажды я прогуливался по лесу и забрëл на полянку… Я не помню, что случилось в тот момент, но, по словам родителей, они нашли меня на траве в отключке, чуть дышащего. Я уверен, что не провëл под прямыми лучами долго, но, видимо, этого было достаточно. Хотя, возможно, это из-за того, что мне было лет семь. Родители… тогда очень переживали, бегали вокруг меня, но их разговоров я не помню, лихорадка была слишком сильной. Я коротал время, смотря какой-то скучный ужастик на диване в коридоре. Такая тягомотина, что я даже название не запомнил. Не суть важно. Он всë равно играл на фоне, пока я искал какую-нибудь подработку. Если заранее немного заработаю, смогу отдохнуть пару недель после начала учебы. Тем более, за интернет-то надо платить. Листая заказы на FreeFly, я начал задрëмывать. Меня привëл в чувства стук в дверь. Спустя пару секунд она открылась и на пороге появился парень миловидной внешности в белой кофте и тëмных джинсах с сумкой через плечо. Ему хватило лишь одной сумки? Ну, не мне судить. На шее красовался… шарф? В такую-то погоду? А сам-то в кофте сидишь, умник. Он переступил с ноги на ногу, смотря на меня в ожидании чего-то. Что, хочешь, чтобы я первый начал диалог? Не дождëшь-… Погодите. Я вдохнул поглубже. Мурашки пробежали по спине. Я прикусил щëку.

Что?

Мне уже мерещится всякое? Или я просто голодный?

Блять, надеюсь, мерещится.

Я ещё раз осмотрел шатена с ног до головы и заметил небольшую ранку на руке, видимо, поранился по пути сюда. Сука. Если я не сошëл с ума, хотя мог бы, то надо сократить наше общение или, как минимум, не контактировать с ним, когда на нëм раны. Голова начала кружиться, а голод усиливался. Я сжал край своей толстовки как можно сильнее. Лучше бы съехать отсюда или выселить его, но всë же, думаю, не контактировать с ним будет проще. Я начал диалог максимально неприветливо, чтобы отбить его желание даже говорить со мной.       — Я Дилан, а ты, видимо, новенький. Наша комната там, — я кивнул в сторону и старался меньше вдыхать, получалось плохо, — Графика уборки нет, но я очень не люблю, когда оставляют тюбик с пастой открытым. Советую так не делать, — я ещё раз взглянул на его рану на него и отвернулся, — И у тебя кровь идёт. Обработай.       — А, м… — парень осмотрел свои ладони, да уходи же ты, — Спасибо! Я Лололошка, если что, но можешь звать меня Ло! — парень со своей сумкой убежал в комнату. Когда я услышал шорохи из-за двери в спальню, я зашёл в ванную. Заперев дверь, подошёл к раковине. Холодная вода потекла по рукам, а после и по лицу, приводя мысли в порядок. Из зеркала на меня смотрел встревоженный, нервный, лохматый парень с бледным лицом и красными глазами. Голод. В коридоре послышались шаги, а после я услышал, как захлопнулась входная дверь.

Он ушëл.

Мне нужно всë обдумать. Например, как не съесть этого Лололошку в первую же ночь или как не раскрыть себя. Будет ли нормальным попросить у него каплю его крови? Блять. Ну одна же капля ничего не стоит, верно? Сука. Может, ночью всë же сделать небольшую ранку или открыть ту, которая на ладони и… Матерь божья. «Животное», — пронеслось у меня в голове, и, опустив голову, я нервно усмехнулся. Конечно. Кто же ещё? «Может, ты ещё сразу ему в шею вцепишься? Давай, сделай так, чтобы тебя выгнали или, чего хуже, посадили», — здравый смысл отвечал откуда-то издалека. Как будто с самых окраин сознания. «Да пошëл ты», — сказал Дилан. «Если хочешь, чтобы он умер, пожалуйста, ухожу», — ответил здравый смысл.

Я точно схожу с ума.

Так, Дилан, спокойно, это всего лишь кровь, у тебя еë ещё достаточно. Тем более, скорее всего, я надеюсь, мы не будем так часто пересекаться. Не когда у него раны или кровь. Надо максимально сократить наше общение.

Чувствую, это плохо кончится.