У Дилана есть одна маленькая странность, а может и не одна.

Уж не думал я, что когда-нибудь окажусь в такой ситуации. Тем более, с ним. Меня шантажировали. Нагло, прямо и без всяких угрызений совести. Нет, вы не понимаете весь масштаб. Меня шантажировал ни кто-то из универа, ни Карл, ни даже декан — было пару раз, что меня почти отчислили за непосещаемость, поэтому у верхушек универа теперь есть рычаги давления на меня через родителей. Это был Лололошка. Тот самый пай-мальчик, который коммуницировать толком не умеет. Тот самый прилежный ученик и гордость Карла. Тот самый, который иногда так смотрит, будто сейчас расплачется или уйдëт в глубокую депрессию. Но плакать почему-то хотелось мне. Я вот как знал, что нельзя было подпускать его близко, нельзя было подсаживаться на людскую пищу ещё в детстве и, чëрт возьми, нельзя было принимать тот самый, первый, злополучный тар-тар. Сука, надо было всë время держаться на одной лишь крови и говорить, что я на диете. Не пришлось бы сейчас стоять и выслушивать уговоры Ло. Ладно бы, если бы это была самая обычная просьба или разговор ни о чëм, к ним я уже привык, но это шло вразрез со всеми моими принципами.       — Серьëзно, Ло? Прогулка? — я скрещиваю руки на груди и скептически выгибаю бровь, смотря на него. Чуть сильнее вжимаюсь в своë игровое кресло. Прищуриваюсь, не веря тому, что слышу, хотя он повторил это раза два уже.       — Скажи, Дилан, ты идиот? Да, прогулка! Третий раз уже повторяю. Ну а что? Мы же друзья, как-никак, — он опëрся на мой стол рукой и надул губы, будто бы и правда обиделся. Мило. Вот придурок, — Или отныне ты сам будешь готовить себе тар-тар, — и снова он за своë. Я бы мог вообще не есть человеческую пищу, но пить одну кровь слишком расточительно. Нотка огорчения заполнила мой разум, но я не мог понять причины. То ли я так привязался к этому тар-тару, то ли к его изготовителю. Да и всë же вкусная она, человеческая еда.       — Эх, бля… — не хватало только этого самого кота и взрывов на фоне, когда я неосознанно выругался, — Слушай, я не люблю выходить на улицу и вообще коммуницировать с людьми, если ты не заметил, тем более, утром или днём.       — Я и не прошу тебя контактировать с другими. Мы будем вдвоëм, это как небольшой пикник или типа того, — он глупо уставился на меня и показал два пальца несколько раз их соединив, сделав акцент на количестве приглашенных людей. Блять??? Он типа на свиданку меня приглашает или что? Я даже снимаю наушники, чтобы лучше слышать его объяснения.       — Просто я до сих пор не могу наладить с тобой контакт. Мы вроде соседи по комнате, часто видимся, но ты всё ещё ведёшь себя так, будто мы не то что не друзья, не знакомые даже! — он отошёл от моего стола и начал ходить по комнате, наматывая круги. А, так вот в чëм дело. Маленькая частичка грусти замаячила на горизонте сознания, но я отбросил еë куда подальше.       — Сам виноват. Не я просто сверлю тебя взглядом и жду, пока ты заговоришь, — пробубнил я, но, кажется, Ло это услышал и удивлённо распахнул глаза, глядя на меня. Нужно сменить тему, — Ладно, я подумаю над этим. Напишу тебе позже, — отлично сменил, блять. Я вновь надеваю наушники и отворачиваюсь к монитору ноутбука, краем глаза замечая, как засияло его лицо. Он правда так рад просто потому, что я сказал, что подумаю? Всë же странный он. Ощущая на себе всë тот же жуткий взгляд, который не изменился с нашей первой встречи, я говорю:       — Всë, дос, я занят, не мешай. Кажется, я вывел его из какого-то транса, ведь после моих слов я услышал, как дверь в комнату открылась и закрылась с соответствующим грохотом. Он еë захлопнул. Ему так плевать на собственность университета? Три раза ломал окно, теперь что, дверь выломает? Уж от этого я его не отмажу, увольте. С этими мыслями я погружаюсь в работу над очередным заказом, нужно было написать несложный код для сайта начинающего магазина.

***

Пейджер

Вы:

Время и место

Lololowka: Что? Какое время и место?

Вы:

Прогулки. Ты же звал меня, уже сам забыл?

Lololowka: Ты не шутишь? Ниху… Сегодня, 5 вечера, коридор общежития

Вы:

Ло, ты же в курсе, что если ты зачеркнёшь слово, я всë равно пойму, что ты там написал? Или наш маленький первокурсник не умеет материться?

Lololowka: Иди нахуй.

Вы:

: 0

Я выключаю телефон, тихо хихикая. Уж не знал, что Ло может так открыто послать меня. Забавно наблюдать за его попытками быть в то же время милым и скупым на чувства человеком. Прошла пара дней с нашего разговора об этой прогулке. За всë это время он и слова мне про неë не сказал, но, видимо, и правда ждал моего ответа. Стрелка часов приближалась лишь к четырëм вечера. Мне было нечем заняться. Ло, как обычно, где-то гулял или работал, до сих пор не выяснил, где он постоянно пропадает. Может, проводит время с той девушкой, Шэрон? Он вроде много про неë говорил. Что она пишет роман, что она стала ему хорошим другом и во многом помогает. Или же с Дженной? Загоняла она его с этим волонтëрством, а он ведь даже не планировал. Рассказывал, что согласился помочь и вступил в клуб только из-за Дженны, ведь они друзья, а теперь она прилипла к нему с разными заданиями и просьбами. Как будто других людей в клубе нет. Постоянно только Шэрон, Дженна, Шэрон, Дженна, Шэрон, Дженна, Шэрон… Я прикусил губу, и на ней выступило немного крови. Чëрт, я слишком задумался. Но почему меня так взбесили мои же мысли? Я тряхнул головой и включил музыку в наушниках погромче. Нет, не может быть. Я просто очень давно не пил крови, вот и стал вспыльчивым. Кого я обманываю? Себя? Даже если так, я не перестану. Мне не нужны проблемы. И я не хочу доставлять их Ло. Я провожу рукой по волосам и достаю из шкафа пакетик с кровью. Он даже не замаскирован никак, просто медицинский пакет, где обычно всякие растворы находятся. Я пару раз верчу его в руке, а после открываю. Принюхиваюсь и чуть морщусь. Всë ещё пахнет не так соблазнительно, как он. Думал, может, со временем пройдëт, и я перестану так остро реагировать на горьковатый привкус крови. После одного запаха крови Лололошки другая казалась намного хуже, даже если была отменного качества. Тяжело вздохнув, я делаю глоток и через секунду выпиваю всë залпом. Корень языка зудит от горечи, но ничего не поделать. Я отбрасываю контейнер Гемакон — и кто придумывает эти ужасные названия? — в сторону. Но понимая, что кто-то может заметить, всё-таки убираю его подальше в ящик стола. Телефон снова вибрирует. Я с надеждой открываю Пейджер, желая увидеть там сообщение от Ло, может, он решит перенести нашу прогулку пораньше. Но единственное уведомление медленно мигает только около ника Дженны. Я немного раздражённо поправляю волосы назад и закрепляю их большими наушниками. Что Дженне нужно от меня? Я еë разве не заблокировал ещё полгода назад? Я тупо смотрю в экран телефона и читаю одни и те же строчки уже несколько раз, молясь, чтобы мне это причудилось. Проморгавшись, я вижу, что сообщение всë ещё на месте. Тяжело вздохнув, я сажусь на кровать, прижимаясь к стене. Супер. Вечеринка у бассейна, что может быть лучше? Сука, как же шумно там будет… Представив пьяных и веселящихся студентов, я отчаянно простонал, и у меня разболелась голова только о мыслях об этой вечеринке. Просто не пойду на неë, и всë, закрою двери и окна, надену наушники, и будет не так плохо. Решено, так и сделаю. Тем временем стрелка постепенно приближалась к пяти вечера. Встав, я решил, что будет уместно немного привести себя в порядок. Поменяв свитшот на тëмно-синий с каким-то созвездием на спине, я расчесался и вышел из комнаты.

***

Весь замазанный, побитый и помятый Лололошка стоит посередине общажного коридора и озирается по сторонам, выискивая меня.

Боже, что с ним?

Я иду в его сторону, засунув руки в карманы и пытаясь уменьшиться до размеров комара. Почему-то не хотелось, чтобы нас увидели и поняли неправильно. Может, я не хотел проблем. Может, не хотел получить ложные намеки. Вот блять. Я ещё сильнее зарылся носом в воротник свитшота и посмотрел на Лололошку. Он, увидев меня, как будто засиял изнутри. Лёгкий румянец окрасил его щёки, но тут же исчез. Показалось? Улыбаясь лишь уголками губ, он помахал мне и сам подошёл ко мне. Как только он приблизился, я учуял, хоть и слабый, но довольно отчётливый запах его крови. Чёрт. Он издевается надо мной? Почему ему вечно нужно общаться со мной, когда он ранен? Я сжимаю кулаки в карманах и на ладонях появляются полумесяцы от ногтей. Сжимаю челюсть так, что она почти скрипит. Моя спина непроизвольно выпрямляется, я напрягаюсь каждым кончиком тела. Выпить. Попробовать. Прикусить. Я собираю всю свою волю в кулак и сквозь зубы говорю:       — Ло, ты, кажется, опять где-то поймал царапину, — на шаг отхожу от него и разворачиваюсь в сторону комнаты, — Сходи обработай порез. Вкладывая все силы в то, чтобы сделать несколько шагов к лестнице и опереться о перила, я наблюдаю, как Ло закивал головой и скрылся за дверью комнаты.

Какого черта?

Где он уже успел пораниться, и почему именно перед нашей встречей? Я постепенно расслабляюсь. Тело больше не сковывает мелкая дрожь от напряжения. Инстинкты не кричат мне о том, что я должен его иссушить — значит, всё приходит в норму. Да уж. Давно я не ощущал такое желание охотиться. Нужно почаще ему напоминать, чтобы не попадал в передряги. Нужно потом спросить, почему он вообще пришёл помятый. Как минимум, это опасно для его же жизни, ведь я не знаю, смогу ли сдержаться в следующий раз. Я совершенно не переживаю за него.

***

Спустя пару минут Лололошка выходит немного растрёпанным, но намного более ухоженным, чем до этого.

То есть, если бы я не сказал про порез, он бы не стал переодеваться? Что же это за человек такой?

Складываю руки на груди и ухмыляюсь, смотря на моего компаньона на этот вечер. Оглядываю его оценочным взглядом, замечая новую кофту на молнии. Тёмно-синяя зипка была застёгнута лишь наполовину, видимо, он недавно её купил и решил «выгулять» именно сейчас. Под ней виднелась простая белая футболка. Около горлового выреза выглядывал кусочек квадратного пластыря. Так он поранил ключицу? Надеюсь, он не будет задавать вопросы, откуда я узнал, что он ранен. Я больше не улыбался. Наоборот, снова появилось напряжение. Я стал придумывать всевозможные отмазки, прокрутил в голове все варианты. Закусив губу, смотрю прямо ему в глаза, а он в ответ чуть прищуривается. По спине пробежали мурашки. Тёмно-синий омут вновь затягивал меня. Хотелось окунуться, погрузиться полностью, дать этому пытливому взгляду и дальше прожигать меня. Даже если я больше никогда не увижу белый свет. Я нервно сглотнул и провёл рукой по волосам, отводя глаза. Видимо, заметив моё смятение, он смягчил взгляд, а после вовсе перестал смотреть на меня. Несмотря на мои опасения, Ло лишь махнул мне рукой ещё раз и сказал следовать за ним. Фух, вроде пронесло. Вопреки моим догадкам, мы не спускались, а поднимались. Он что, имеет доступ к чердаку? Круто. Мои глаза даже немного загорелись, когда он и правда открыл дверь на чердак и пропустил меня вперёд. Пройдя мимо него, я заметил, как Ло хмыкнул и улыбнулся одними кончиками губ, явно довольный моей реакцией. Приятное тепло растеклось где-то в груди, в районе сердца. Мне льстило то, что крупицы своих эмоций он показывает именно мне. Осматривая белые стены, я прошёл вглубь помещения и заметил, что некоторые комнаты уже обустроены. Обратив внимание на склад, самодельную качалку и что-то по типу лаборатории, я усмехнулся и повернулся к Лололошке лицом. Осмотрев его с ног до головы, я понял, что он безумно горд собой. Он весь сиял изнутри и, видимо, ждал моей реакции.       — И когда ты только успел всё здесь обустроить? — спрашиваю я, складывая руки на груди, — Ты поэтому постоянно из комнаты пропадаешь? — спустя пару секунд я чуть тише добавляю: — Вообще, миленько тут.       — Ну, не только поэтому, я ещё и работаю так-то, — он почесал затылок, и я заметил, что у него немного покраснели кончики ушей. Было видно, что он доволен моим комплиментом его стараниям, — А сейчас не смей смеяться, — сказал он и прошёл внутрь складской комнаты. Я последовал за ним. Пока он копошился в каком-то ящике, я заметил, что у него здесь довольно много интересных вещей. Видимо, он и правда разбирается в инженерном деле. Спустя мгновение Ло поставил на небольшой столик большую корзину. Он что, серьёзно? Я смотрю на него пару секунд, не моргаю, стараюсь даже не дышать. На горизонте сознания маячила мысль о том, что я реально сука, так нормальные люди — существа — явно не поступают. Медленно, пытаясь не совершать лишних движений, я подношу руку ко рту. Сдерживая подступающий смех, я понимаю, что одной руки явно не хватает. Я увидел презрительный и осуждающий взгляд Лололошки и зашёлся беззвучным смехом. Отвернувшись и чуть сжавшись, я весь трясся, мысленно надеясь, что Ло не будет меня ненавидеть после этого.       — Ты сволочь, Дилан, ты знал? — говорит Ло где-то за моей спиной. Я слышу, как он подходит, и пытаюсь смеяться ещё тише, — Я, если тебе интересно, не обижаюсь. Сказав это, он кладёт свою руку мне на плечо и чуть похлопывает. К удивлению, это движение и правда помогает мне быстрее успокоиться, и я, наконец разгибаясь, смотрю на него.       — Ло, прости, но сама мысль о том, что ты подготовил корзину для пикника, меня просто убивает, — я стряхиваю капельку слёз с уголка глаза и глубоко вздыхаю. Он ничего не отвечает, лишь отходит от меня и берёт эту самую корзину. Вновь махнув рукой, он ведёт меня на крышу. Вот тут я уже действительно не верю во всё происходящее. У него ещё и доступ на крышу есть? Её разве не заперли для всех после того случая? Только когда он и правда открыл дверь, я смог поверить своим глазам.

Ахуеть. Как же здесь красиво.

Как только моя нога ступила на крышу, в лицо мне ударил прохладный ветерок, мягко обволакивая всё моё тело. Лололошка шёл передо мной, но вдруг остановился и обернулся.       — Надеюсь, этот вечер не будет худшим в твоей жизни, — сказал он, искренне улыбаясь. Кроваво-красное небо, будто с перерезанным горлом, окрасило всё вокруг в оттенки пламени. На этом фоне Лололошка будто светился изнутри, испуская самый тёплый и мягкий свет, который я когда-либо видел. Внутри всё сжалось. Я смотрел на его силуэт, пытаясь понять, что же на самом деле чувствую. Алые лучи заката играли в его волосах, догоняя потоки воздуха, которые перебирали пряди и, явно нехотя, убегали дальше. Линия его губ так непривычно правильно изгибалась, показывая мне то сокрытое сокровище, которое в этой общаге, кроме меня, не видел пока никто. Будет тяжело смириться, если Ло привыкнет и будет каждому показывать эту искреннюю улыбку. Я чувствовал, как что-то точно сломалось во мне. Слышал хруст и звон чего-то, что бесповоротно разбилось. Были ли это мои убеждения, страхи или всё вместе — я не знал. Мои пальцы дрогнули, и мне пришлось сжать руки в кулаки, чтобы не дотронуться до него. Желание убрать прядь волос ему за ухо, чуть дольше, чем нужно, задержавшись на его щеке, появилось на горизонте моего сознания. Я даже сделал шаг вперёд, чтобы выполнить задуманное, но вовремя одумался и замер. Я отвернулся, прикрыв рот ладонью, стараясь скрыть еле заметный румянец на щеках и небольшую панику в глазах.       — Думаю, это точно не будет самым худшим вечером, — говорю я, поправляя волосы, полностью успокаиваясь. Разворачиваюсь к нему лицом и тоже улыбаюсь.

***

Лололошка, кажется, полностью расслабился и говорил намного активнее, чем обычно. Мы сидели на крыше довольно близко к краю, постелив заранее покрывало. Я бездумно водил пальцем по поверхности подстилки, выводя замысловатые узоры, вслушиваясь в мягкий голос моего собеседника. Между нами стояла пара тарелок с купленными сэндвичами с разными начинками, немного фруктов и печенье. Это реально выглядело как пикник-свидание, и от этого было только забавнее. Я честно пытался уловить то, о чём говорит Ло, но было сложновато. Как я могу на полном серьёзе слушать про какую-то там Шерон, когда ветер так мягко перебирает его волосы, а в глазах отражается алый закат, который уже почти сошёл на нет? Я вытянул из его рассказа только то, что Шерон была писательницей и иностранной студенткой, как и Ло. Иногда я что-то отвечал, но почти всегда это было невпопад, так что я просто кивал головой, пока закидывал в себя очередную виноградинку.       — Дилан, ты долго будешь кивать головой на мои вопросы? — я заметил, как Ло сел прямо и сложил руки на груди, показывая своё недовольство.       — А? Я задумался, прости, — почесав затылок, говорю я, — Повтори вопрос.       — Я спрашивал про твоё прошлое, придурок, — он цокнул языком и закатил глаза, — Мне бы было интересно узнать про тебя немного больше. На миг меня как будто ударило током. Мысли начали путаться. Я вытаскивал из памяти всё то, что говорил когда-то ребятам, но некоторые детали всё равно ускользали. Я не могу просто придумать новую историю специально для Лололошки, нужно, чтобы то, что я расскажу ему, не отличалось от того, что знают другие. Думай… Думай. Думай!

Ничего.

Я не могу сложить кусочки пазла своей же истории. Ну не могу же я ему правду рассказать, в самом деле? Нет, конечно нет. Чёрт, я же придумывал это всего ничего назад, почему я забыл? Скорее всего, я не думал, что появится кто-то вроде Ло, кому было бы интересно узнать обо мне. Ну, моих соседей в счёт не берём, они всегда хотят всё знать. Кажется, я рассказывал что-то про семью, реакцию на солнце и какие-то привычки. Ну, была не была.       — Прошлое, говоришь… — я отворачиваюсь от него, смотря куда-то вдаль, бессознательно вожу взглядом по макушкам деревьев, — У меня довольно скучная история, если что, — чуть улыбаюсь кончиками губ, — Вообще, я из полной семьи, меня не сильно обделяли в детстве, я даже не помню особых наказаний… Конечно помню. Особенно когда я научился охотиться и без разрешения притащил домой большое животное. Или это был ребёнок?       — Из интересного только то, что бóльшую часть своего, так сказать, неосознанного возраста я прожил в домике в лесу, — воспоминания хлынули рекой. Моё реальное прошлое. Приятное чувство ностальгии разлилось в груди, — Там, знаешь, была такая большая поляна. Обычно мы на ней собирали цветы или ягоды там, — или заблудших людей, животных, — У мамы до сих пор есть её маленькая оранжерея с растениями с этой полянки… Я перевожу взгляд на Лололошку и замечаю, насколько он внимательно меня слушает. Ему явно было интересно. Он немного выпрямился и придвинулся ближе, повернувшись правым ухом ко мне. Его брови чуть нахмурились, но по глазам было видно, что он просто визуализирует то, что я рассказываю.       — Я не знаю, заметил ли ты, но я немного тяжело переношу жару и вообще воздействие прямых солнечных лучей, — продолжил я.       — Ага, по тебе видно, — он ухмыльнулся, но тут же вернулся к положению слушателя.       — Завались. Короче, помню однажды, в слишком уж жаркий день, я вышел прогуляться, как раз хотел дойти до той полянки. Я точно был в водолазке, чтобы солнечные лучи напрямую не соприкасались с моей кожей, но это не особо помогло. К тому моменту, как я вышел на полянку, голова уже начала кружиться, а тело немного горело. Такое ощущение было, как будто мою кожу прожигают паяльником сразу в нескольких местах… Всё рассказывать не буду, но нашли меня потом в хуёвом, так сказать, состоянии. Некоторое время Лололошка просто молчал, видимо, обдумывая мои слова, хотя я не знаю, что там можно было обдумывать. Спустя несколько секунд он повернулся на меня с серьёзным выражением лица и резко придвинулся. Дыхание спёрло. Мурашки пробежали по моей спине и вернулись обратно к затылку. Тело кричало мне о том, чтобы я немедленно бежал, спасался из этой ситуации, но я не двигался. Вообще. Глаза Лололошки, который явно был сейчас где-то не здесь, скользили по мне, изучая каждый сантиметр. Захотелось спрятаться от этих омутов, лишь бы не затянуло. Сердце начало биться чаще, и капля пота выступила на лбу от напряжения. Казалось, между нами сейчас не воздух, а плотное желе, которое можно разрезать на мелкие кусочки. Через секунду я почувствовал прикосновение к своей руке. Переведя взгляд, я полностью осознал, что Ло сейчас сцепил наши пальцы. Пока я не успел опомниться, касание чужой — а чужой ли? — руки обожгло мою шею. Лололошка прислонил обратную сторону ладони к впадинке между шеей и ключицей и подержал её так несколько секунд. Касания обжигали. Сразу вспомнил горячие лучи солнца, которые могли прожечь во мне дыры. Но этот жар был явно приятнее, чем они. Я зажмурился, ожидая чего угодно. Нужно было сразу оттолкнуть, поставить крест и вообще не соглашаться на эту встречу! Но спустя всего мгновение горячие руки пропали с моего тела, а сам Лололошка отодвинулся на прежнюю дистанцию, прижимая колени к груди и сделав задумчивый взгляд.

Мне казалось, я умру прямо здесь! Сука, что ты творишь, Лололошка?

Пока я глубоко дышал и восстанавливал темп сердца, стараясь делать это как можно тише, Ло начал увлеченно говорить:       — Да ты и впрямь ледышка! — он добродушно улыбнулся и хихикнул, — А я уж подумал, что мне всё кажется. Может, из-за этого на тебя так влияет жара? Ну, ты типа реально очень холодный. Не представляю, как ты не мёрзнешь зимой, — он снова тихо засмеялся, а после перевёл на меня взгляд, — Может, тебя как кондей летом использовать?       — Блять, Ло, — я легко ударил его в плечо, улыбаясь ему в ответ. Кажется, ему было весело. Ну что ж, мне тоже. Сердце всё ещё стучало в висках, а места соприкосновений горели. Стараясь не думать об этом, я продолжил говорить о своём прошлом, вспоминая какие-то незначительные моменты, которые никак не могли меня выдать или не сойтись с версией ребят из универа.

***

На улице окончательно стемнело. Звёздное небо манило своей неизвестностью и тайнами. Каждый раз хочется поймать звезду и почувствовать её тепло, даже если её жар будет губителен для меня. Яркие искорки переливались на тёмном полотне и перестраивались в сложные созвездия. Ветер стих, что было странно, ведь к ночи, обычно, он только усиливается. Кажется, сама природа почувствовала мимолётность момента и старалась не разбить его. Мы давно уже не говорили, а просто смотрели вверх. Тарелки почти опустели. Воздух был наполнен приятной тишиной, которая мягко обволакивала тело, придавая ощущение комфорта. Иногда мы, конечно, говорили, называя найденные на небе созвездия. Я знал их не так много. Лололошка, кажется, тоже. Посмотрев на часы я понял, что мы сидим здесь уже около… шести часов? Ахуеть. Я даже не заметил, что прошло так много времени. Обычно я не выдерживаю чью-то компанию больше двух часов, а здесь… Не ожидал, честно.

Может, держаться от него подальше было не такой уж и хорошей идеей?

В голову сразу ударили воспоминания о сладком, соблазнительном запахе его крови. Я резко выпрямился и отвернулся от Лололошки. Закрыл лицо в сгиб локтя, кусая рукав кофты до такой степени, что зубы свело. Холодок от собственной несдержанности пробежал по коже. Передо мной мелькали кадры того, как я впиваюсь в мягкую плоть. Касаюсь белоснежной кожи шеи сначала губами, примериваясь, где буду кусать, потом оголяю клыки и резким движением пронизываю его кожу. Слышу его сбитое дыхание, чувствую, как он ослабевает, стараясь отодвинуть меня, но не может. Чувствую его касания на своих плечах, которые кажутся горячими даже через кофту. Вижу, как его глаза закатываются, а голова откидывается назад, и он никогда больше не вдыхает холодный воздух этого мира. Холодный ужас накрыл меня с головой. Как такая картина вообще могла прийти мне в голову? Слишком ярко. Слишком детально. Слишком реально. Слишком желанно. Блять. Это явно проблема. Кажется, у меня скоро будет ломка по крови, которую я даже ни разу не пробовал. Вдруг из мыслей меня выводит рука на моём плече. Лололошка чуть трясёт меня и разворачивает к себе. Я вижу беспокойство в его глазах, вижу страх и непонимание. Чувствую, что клыки ещё не до конца пропали, а чувства всё ещё обострены. Думаю… Нет, знаю точно, что мои глаза сейчас краснее, чем должны быть. Оттенок медленно возвращается к голубому, но я уверен, что он заметил изменение цвета.       — Дилан… С тобой, ну, всё в порядке? — Лололошка отпустил моё плечо, и тоже сел прямо, скрестив ноги в позе лотоса.       — Эм. Да… Нет… То есть да. Всё в порядке. Просто показалось кое-что, — говорю я, отворачиваясь от него. Надеюсь, он не заметил мои клыки, которые всё никак не хотели снова уменьшаться.       — А… Ну ладно, — в его голосе послышался мимолётный интерес, который он сразу же скрыл за маской безразличия. Снова.       — Я думаю, нам уже пора. Пойдём в комнату, — я встаю и машинально предлагаю ему свою руку, чтобы помочь подняться. Лололошка сразу же хватает мою руку и, оказавшись на ногах, собирает всё обратно в корзину. Спустившись на чердак, мы оставили её в одной из комнат. Кажется, это была качалка. Я просто смотрел, как Ло что-то разбирает в этой комнате. В этот раз тишина была не такой приятной, но, кажется, так думал только я. Лололошка, развернувшись ко мне, улыбнулся кончиками губ на секунду, а после сказал, что он задержится немного, и я могу спускаться один. Я не мог возразить, поэтому просто кивнул и пошёл к выходу. Когда я начал открывать дверь, Лололошка вновь меня окликнул:       — Эй, зубастик, — чёрт, он точно заметил, — Если ты не против, то я буду считать этот вечер свиданием, — сказав это, он просто скрылся в комнате и больше не появлялся.

Блять?..

Непривычное тепло разлилось по моему телу, а мурашки в который раз устроили забег. Я стоял неподвижно, словно ноги вросли в землю, как корни деревьев. Его слова эхом отдавались в моей голове, вызывая странные чувства. Дыхание сбилось, а лицо чуть покраснело. Настолько, насколько это возможно. Я непроизвольно откашлялся. Из комнаты, в которой пропал Ло, послышался тихий смех. Паника, страх, непонимание и что-то похожее на радость накрывали меня с головой. Я, не выдержав давления недосказанности, быстро вылетел из коридора чердака и бегом спустился вниз, в нашу комнату. Руки чуть потрясывались, а глаза не могли сконцентрироваться на чём-то одном, всё время мечась то в одну сторону, то в другую. Дыхание сбилось то ли от бега, то ли от смущения, я так и не понял. Я чувствовал себя обманутым. И самое страшно то, что мне это чувство нравилось.

Вот блядство.

Нужно будет обдумать всё позже. И, чёрт возьми, поговорить с ним о том, почему он назвал меня именно так. Я зашёл в ванную комнату и умылся, чтобы привести мысли в порядок. Я решил, что сегодня ночевать в общежитии я не намерен. Слетев вниз по лестнице, я тихо прошмыгнул мимо вахтёрши — иногда я даже рад, что полукровки всё же могут пользоваться некоторыми привилегиями чистокровных вампиров — и вышел во двор. Я не попал ни на одну камеру, так как давно выучил их расположение, и скрылся далеко за территорией университета Lucky Charms.