Когда дома царит мир

      Жители Москвы уснули весной, а проснулись летом. Да, так бывает, когда май заканчивается и начинается июнь. Алина проснулась раньше всех и начала радоваться. Утро выдалось по -настоящему летним и жарким, на небе не было ни облачка. Прекрасное лето могло начаться именно так. И каникулы. Целых три месяца! Девочка потянулась и вышла в большую комнату. Там ещё спали Домовой и Женя. Кузя где-то дремал на подоконнике. Мамы ещё не было. Попивая воду из прозрачной кружки, Алина вышла на балкон. Там красиво падали лучи на перила, нагревая их. На них и села девочка, заглядывая вниз. Там, внизу, распростерлась Москва во всей красе. Девочка улыбнулась. И вдруг кружка выскользнула из её рук и полетела вниз… Алинка смотрела, как прозрачная посуда превращается в маленькую точку, затем разбивается об асфальт.       На балкон вышел Домовой, довольно потягиваясь. Он увидел, как девчонка перегнулась через перила, смотрит куда-то за них. И вдруг её тапочки заскользили, и она сама рухнула вниз, словно в замедленной съёмке. Её крик удалялся и делался глуше. Внутри у Домового все оборвалось. Он рванул к перилам, сам крича от ужаса. Его трясло. Ему было страшно. Ему было плохо. Он боялся посмотреть вниз. И он не успеет взять остатки силодара, чтобы спасти её. А без него ничего не получится. Он снова закричал и…       Проснулся. Домовой судорожно вдохнул и резко сел, тяжело дыша. И тут же вздрогнул от неожиданного грохота за окном. Небо потемнело, началась гроза. — Что с тобой? — к нему неожиданно подсела взволнованная Женя, от чего Домовой снова дернулся. — Ты перепуганный какой-то, — она заглянула в его бледное лицо , покрытое испариной. — Кошмар приснился, — Домовой провёл рукой по лицу, словно пытался прогнать весь этот ужас. Затем он вскочил на ноги и бросился в комнату, где мирно спала Алинка. Кузя лежал в её ногах, даже не пошевелился. Тогда Домовой повернулся к Евгении, которая стояла в дверях. И что-то мелькнуло позади неё. Странно. Вика что-ли вернулась, хотя на часах было только 5:20. — Тебе их не спасти, — слух резанул голос старухи, невесть откуда появившейся. Она смотрела на него своим демоническим взглядом, хищно улыбаясь. Затем кинулась на Женю. Домовой не успел даже пальцем пошевелить. И Алинка вдруг снова оказалась над пропастью за балконом. Ноги Домового подкосились, и он рухнул на пол, разбилась бутыль с силодаром. Он снова закричал, бросившись на помощь девочке. Гром заглушил его крик… И он проснулся. На этот раз реально. Все ощущалось по-настоящему. Домовой сел на диване, голова жутко кружилась, тело ломило, сильно тошнило, словно он переборщил с силодаром. За окном блеснула молния и грохнул гром, сотрясая окна. Домовой вздрогнул и бросил быстрый взгляд на Женю. Та лежала, спиной к нему. На часах было 7:01 утра.       Домовой с трудом встал, его шатало. Он кое-как добрался до Алининой комнаты — девочка ещё спала, сбросив одеяло. Хранитель дома заботливо укутал им спящую девчушку. Кузя спал на Викиной кровати, свернувшись калачиком. — Дрыхнет, блохастый, — усмехнулся Домовой. Если бы не плохое самочувствие, то обязательно бы сделал какую-нибудь шутку коту. Но сейчас ему было не до игр. В доме снова было что-то не так.       Внезапно его повело в сторону, и он стал оседать на пол. Но чьи-то руки подхватили его, не давая рухнуть окончательно. Хранитель очага решил было, что снова оказался в очередном кошмарный сне, забившись в этих холодных руках. — Тише, тише, успокойся, — услышал он шёпот Жени над ухом и перестал вырываться. Домовой обмяк в руках девушки. — Что с тобой? Эй, малыш… — Женя осторожно повернула его лицом к себе и ужаснулась: белое как простыня лицо Домового покрывали чёрные полосы, словно узоры вен, глаза также почернели, точно на них надели тёмные линзы. Он задыхался, хватая ртом воздух, и пытался что-то сказать. —Потерпи, немного. Слышишь, вот так, все хорошо…       Женя с трудом вытащила его из Алининой комнаты, чтобы её не разбудить и не напугать. Но зато проснулся кот. —Эй, вы че… Ты чего? Расплата? Опять темлеха? — орал Кузя, видя, как Женя положила Домового прямо на пол. Тот кашлял, задыхаясь. Его выгибало, как тогда, когда ведьма ему едва темлеху не сделала. Ему стало хуже…       Кузя беспокойно бегал вокруг него и тревожно мяукал. Видимо, что-то говорил Домовому, хоть тот и не отвечал. Его тошнило, выворачивало наизнанку, ломало. Женя опустилась рядом с ним на колени, приподняла и положила его голову и плечи себе на колени, приобнимая. Схватила со столика маленькое зеркальце. — От кого пришло, к тому и ушло. В зеркало смотрю, тебе слова назад воротить хочу. Да будет так… — зеркало в руке внезапно треснуло , а Домовой перестал метаться и стонать. Его лицо стало нормальным, только было всё ещё бледным и напуганным. Евгения вдруг ясно ощутила, что кто-то стоит под их входной дверью. Кто-то пытался добраться до Домового с помощью магии зеркала. —Я сейчас, полежи немного, —она помогла ему перебраться на диван, а сама бросилась к двери. Но хранитель дома пошел за ней, так же чуя недоброе. Его сильно шатало. Кот молчал. Женя открыла дверь, успев заметить фигуру в темном плаще, которая метнулась к лестнице. Девушка бросилась было за ней, но поскользнулась на разлитой на полу воде. Она упала, больно стукнувшись локтем и бедром. В лодыжке полыхнуло ещё большей болью. Видимо, подвернула. Но это сейчас её не волновало, и она встала и побежала на лестницу. Там, конечно, никого уже не было. Как же глупо было оставлять квартиру открытой! Она рванула назад. Кровь набатом стучала где-то в висках, сердце билось в груди,словно птичка в клетке. Она увидела, как бледный перепуганный Домовой стоит в дверной проёме, едва держась на ногах, и смотрит то на неё, то на лужу. И тут до неё доходит. —Воду этот кто-то не успел заговорить, спугнули мы его или её. Но её использовали, как отражающую поверхность. Как зеркало. Идем в дом, — девушка, чуть хромая, вошла в квартиру, взяла швабру и затем вытерла лужу в коридоре. Странно, что не выскочили вездесущие соседи. Видимо, ещё спали. Но это и к лучшему, ни к чему им знать. Домовой, не смотря на неважное состояние, метался по квартире, обещая устроить разбор полетов обидчикам. Он все еще злился на маму Фиму и её сыночка. Женя потирала ушибленные места. Хранитель дома нашел в Викиной аптечке мазь и протянул её Жене. —Спасибо, — она машинально взяла тюбик и, не особо соображая, намазала ушибы. Домовой сел на подоконник, прислонив разгоряченную голову к холодному стеклу. —Чего мечешься, как ужаленый, толку то, —ворчал кот. —Да сижу я уже, блохастый, —буркнул Домовой, ощущая, как все плывет перед глазами. Вскоре проснулась Алина. Женя нажарила блинов, приготовила какао. Домовой отказался завтракать. Ему по-прежнему было нехорошо. Евгения тоже есть не стала. Только выпила кофе одним глотком, даже не поморщившись. Она думала, как быть с Алиной и Викой, как их защитить. По хорошему, их бы вообще вывести отсюда подальше, пока они не поймают недоброжелателя. Но Вика решила все сама. В обед она пришла радостная, словно на крыльях влетела. —Удалась свиданка, я смотрю, —улыбалась Женя. —Ну, да да. Все было, —Вика снова расплылась в глупой улыбке. Вид у неё был как у кошки, сьевшей канарейку.       Как оказалось, Андрей хочет познакомить её и Алинку со своими родственниками. И они на неделю должны уехать к ним. Алина обрадовалась, и Вика согласилась после долгих уговоров. Женя заверила её, что так будет лучше для всех, и сменить обстановку не мешало бы. А неделя пройдет быстро, не успеют даже соскучиться. За домом она присмотрит. Ведь у девочки каникулы, а она с этого дня в отпуске. Вика сдалась окончательно, и Алинка запрыгала от радости, пообещав привезти Домовому конфет побольше, а Кузьке новую игрушку. И тогда обе быстро собрались, взяв самое необходимое в дорогу. —Остаешься, за старшую, следи за ними, —обнимала Вика Женю уже в дверях, где ждал Андрей. —Есть, мэм, —отсалютировала девушка.       И они все уехали, в квартире осталась Женя, Кузя и Домовой. Кот в начале возмущался, что его не взяли. А потом, гордо задрав хвост, проследовал на балкон. Погода уже давно сменилась на солнечную. Можно было и понежиться на солнышке, однако, нужно спросить, что такое было утром. Что вообще происходит в этом доме? —Значит так, у нас большие проблемы. Хотелось сказать, что они у тебя, но если я здесь, то проблемы у нас обоих, —Женя наблюдала, сидя в кресле, как Домовой ходит по квартире, нервно теребя свитер, или перебирал пальцами, поочерёдно касаясь большим пальцем все остальные. —Кот не счёт, да? —хихикнул он дрогнувшим голосом. —Как это я не в счёт? —возмутился Кузя с балкона, -я, между прочим, еще как в счёт. Я… Мряу.       К ним он не вышел, видимо, так и остался вылизывать себя. —Есть подозреваемые? —спросила Женя. —Говорил же, —Домовой залез на свой шкаф, — были тут прошлый раз ведьма и её отпрыск. Пытались тут поживиться, но не вышло. Едва всех не прибили…        Он вдруг замер, пошарил рукой за гармошкой. —Что за хрень? —на его пальцах и ладони остался размазанный след от пепла сгоревшей веточки, —фу! Это… Его аж передернуло. Вот он очередной подклад! Ну конечно! Чёрный ворон и принёс это, откуда бы взялось оно тогда? —Дай, что там? —к шкафу подскочила Женя. Домовой спрыгнул вниз, и она взяла его за потянутую руку, рассматривая пепел. —Стой, —девушка не дала ему стряхнуть его, повела в ванную. Там, под струёй воды смыли странную находку, при этот Женя что-то говорила шопотом. Затем проверили шкаф. Собрав остатки пепла в салфетку, девушка так же смыла все в раковину. После чего Домовому стало немного легче. По крайней мере перестало тошнить и выкручивать. —Эта хрень присталана, чтобы ослабить тебя, — Женя смотрела, как вода уходит из раковины. И тут пришла идея. Девушка подняла голову, выключая воду. —Мне нужно зеркало, —сказала она, глядя на себя в него же. —Так ты в него же и смотришь, —отозвался Домовой. —Мне нужно второе зеркало, чтобы получился коридор. Есть слова, которые нельзя произносить перед зеркалом, -тихо сказала Евгения таким голосом, отчего волосы на затылке хранителя дома встали дыбом еще больше. —С ними нужно бороться их же методами. И я принимаю вызов…       Женя через Интернет заказала нужную атрибутику для сегодняшнего ритуала. Ровно в полночь она скрылась в ванной, и сказала, чтобы Домовой туда не совался –его может сильно зацепить. Тот залез на шкаф, в руках сжимая бутылочку с остатками силодара. Он был готов любую минуту броситься ей на помощь. Он прислушивался к малейшему звуку из ванной, нервно перебирая края свитера свободной рукой. Ему все же было не по себе. Он знал, что зеркала по своей природе опасны и могут хранить в себе любую информацию, а так же энергетику. Самые опасные –это старые зеркала. А в его квартире жило немало народу, и за столько лет зеркало в ванной напиталось разной энергетикой.       Девушка налила в ванну воды, зажгла свечу и вытащила из чехла большое овальное зеркало, обрамленное в разную раму. Новое. Это обязательное условие. Суть заключалась в том, что в новое зеркало должно было перейти то зло, которое посылалось им. Зеркало должно треснуть или помутнеть –это означает, что зло перешло в зеркальные коридоры. И чтобы не вышло обратно, нужно «смыть» следы, запечатав его там. Для этого нужно бросить его в воду. После достать зеркало, не глядя в него, завернуть в ткань и вынести из дома. Закопать в землю .       Женя вздохнула. Сняла с крючка зеркало, что висело на стене, спустила его на пол, оперев о стену. Перед ним поставила зажженую свечу, села напротив него, держа в руке другое зеркало так, чтобы образовался коридор, и была видна свеча в нём. Тишина давила на уши не хуже громкой музыки. Самой девушке, признаться, было страшно. Но отступать нельзя. —Зеркало, что вода, ее помесь, порубить нельзя. Вода, вода, войди в зеркала, худое смой, злое отрази, назад к хулителю верни. Пусть в зеркале его злоба отразится, к пославшему возвратится, — тихо и отчётливо приговорила Женя, затем повторила еще два раза. Она прислушались, было тихо. Никаких изменений не было. Даже страх ушёл куда-то. За дверью так же не было слышно ничего, только собственное дыхание нарушало тишину. Где-то по полу гулял сквозные, наверное. Холодные струи воздуха коснулись руки Жени. Она поежилась, оглянувшись. По коже побежали мурашки, от чего стало снова не по себе. Но ничего не происходило, лишь слышно, как вода бежала по трубам. Девушка обралась было встать и посмотреть, что она сделала не так. Как вдруг в её руках раздался треск, а свеча потухла. Женя вздрогнула, едва не вскрикнув, резко бросила зеркало в воду. Бульк! Всплеск воды получился слишком громкий, казалось, его слышали даже соседи. Девушка решилась заглянуть в ванну- зеркало лежало отражающей поверхностью книзу. Она схватила его и быстро бросила в чехол. Затем, прижав к себе, бросилась из ванны, до чертиков напугав Домового, который так и сидел на шкафу. Он аж подскочил, но не успел ничего сказать, лишь увидел чёрный чехол зеркала в её руках. Значит, сработало.       Евгения выскочила из квартиры, бегом бежала по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Не помня себя, оказалась на улице, где снова лил дождь. Это даже хорошо -смоет зло в землю, где нейтрализует его окончательно. Магия воды и зеркал очень мощная. Евгения бросилась в парк, где плюхнулась под дерево и стала копать прямо руками, не заботясь о пальцах. Бросив зеркало в образовавшуюся ямку, она засыпала его землёй. Встала на ноги и запрокинула голову к небу... Хорошо, что в парке никого не было, а то мало ли . Полицию вызвать могли бы.       Женя вернулась домой, промокшая до нитки, но зато счастливая. Домовой встретил её с офигевшим видом, но тоже обрадовался, ведь атмосфера в доме стала другой. Такой же светлой и уютной, как была до этого всего. В дом вернулось добро… —Получилось, —улыбнулась Женя, грея руки о горячую кружку чая. Был уже рассвет, но спать не хотелось. Вот они и сидели втроем, глядя, как серый предрассветный туман после ночного ливня рассеивался, а лучи Солнца будили город. —Так, что же все-таки было? —спросил Кузя у Домового. —А какая теперь разница, блохастый. Мы снова победили, —ответил он. —Не мы, а Женька все сделала. От тебя что-то помощи на этот раз не было, —парировал кот.       Но настроение Домового было прекрасным, поэтому он не ответил на падначки рыжего друга. Последние клубы тумана рассеялись, и город проснулся. Доброе утро!