(не) Твой человек.

Вечером, в холоде, в маленькой комнате В этом злом городе я тону в омуте Вечером, в холоде в маленькой комнате В этом злом городе я тону в омуте ©Беспокойник-снова *** – Это ты во всем виновата! Только ты! — голос матери был настолько громким и до ужаса противным, что хотелось по скорее закрыться в комнате, — Для чего мы завели собаку? Чтоб он сидел и гадил по всем углам?! Для чего, сука?! – Не твое дело, пью я или нет! Я зарабатываю деньги, и ты живешь за мой счет, значит, не смей что-то вякать в мою сторону, малолетка! — голос отчима был пропитан недавно выпитым алкоголем и агрессией. Это было плохо. Очень плохо. – Я не знаю, зачем вообще родила тебя! Ты бестолковая! – Иди, принеси нам лучше закуски и забери эту шавку с собой! Двое пар глаз сверлили во мне дыру, из-за чего хотелось спрятаться в укромном углу своей спальни и не выходить ближайшие время. В комнате витал запах дешевой водки, колбасы, а также… – Пошла, нахуй, шлюха! …злости. Они выпили. Снова. Меня не было дома пять дней, и они не могли вести себя нормально? Вдруг вокруг все потемнело. Не было ни пьяных родителей, ни гавкающей собаки, ни старой, но уже успевшой стать настолько родной квартиры. Абсолютная темнота. Лишь чувство чего-то стекающего по запястью отдавало холодком. Кровь. Густая, тëмно-алая кровь стекала по бледному, худому от истощения запястью. В руках был канцелярский нож, который с грохотом упал на коричневый кафель ванной комнаты. Всë вокруг было забрызгано темной массой. В глазах начало плыть. Появились чëрные вспышки, и где-то отдаленно послышалась звонкая трель будильника. Этот звук был настолько неразборчив, но глаза сами по себе открылись… *** Утро. Ранние подъемы всегда давались мне тяжело. Особенно зимой. Когда солнце еще не встало, из-за горизонта. Не осветило своим радостным присутствием всех вокруг. Не показало, что сегодня надо улыбаться, хотя бы немножко в этот трудный рабочий день. Горят фонари, темно, идет снег и… Холодно. Слишком, мать его, холодно! В голове беспокойным вихрем проносится мысль, а «на что я трачу свою жизнь?», в то время как бегая по одинокой квартире, пытаюсь найти ключи от дома. Встать за пол часа до выхода, когда нужно выглядить просто отпад? Конечно! Искать ключи по всем комнатам, когда с минуты на минуту приедет такси Естественно! Не брать трубку, когда телефон трезвонит каждые две минуты? Обалденная идея! Наконец найдя ключи, Рия подошла к зеркалу. В отражении не было ничего нового. То же лицо. Та же улыбка. Те же чувства. Абсолютно ни-че-го. Почему искренность, которая была раньше испарилась? Почему огонëк в глазах, бушуящий на постоянной основе, погас? Почему всë, что радовало когда-то, теперь не приносит никакого удовольствия? Я не знаю. Я. Ничего. Блядь. Не знаю. – Да, я уже почти подъехала, — девушка спускалась по ступенькам лестницы, стараясь не упасть при быстрой ходьбе. Такси ждало на улице уже минут десять, а на встречу она и так опаздывала конкретно. – Дай угадаю, ты только из дома вышла? – голос в трубке был слегка усталым, но никакой злобы не было и близко.– Рия, ну ты как всегда, конечно. Пунктуальность и ты- это две несовместимые вещи, хах, – а теперь нотки веселья, и насмешки. – Маш, только не злись. Я скажем так случайно проспала. – Случайно? – Ну да. Блядь, а что я оправдываюсь? У меня утро начинается в час дня, о чëм ты вообще? Встать в такую рань для меня непосильная задача! – подъездная дверь противно скрипнула. Холодный ветер бил прямо в лицо, от чего щëки становились красные, румяные. Зябко поëжавшись, Бессонова начала искать свое такси.–Так, где оно? –Что у тебя там опять? – Если водитель старый хрыч, то тогда все ясно. Он не понятно в каких ебенях стоит. Короче, я тебе перезвоню, когда найду свой приехавший автомобиль. – Давай, жду, дебилка, – послышались гудки, означающие окончание звонка. Открыв приложение, Рия посмотрела номер и принялась искать, где же оно стоит. На улице было слишком холодно для конца февраля. Уже через пару дней наступит весна. В это время должен начать таять снег, распускаться ландыши, и светить мартовское солнце. Ну и орать коты по ночам ещë. Но в системе точно прошëл какой-то сбой, раз на улице белыми хлопьями опускаются красивейшие снежинки, сугробы по два метра и пиздец как холодно. Скорее бы лето. Когда теплые солнечные лучи будут падать на лицо и мешать делать работу, зазывая пойти на улицу, и прогуляться до ближайшего ларька с мороженным. Можно будет ходить без тонны тëплой одежды и не бояться, что тебя сметëт ветром и метелью, которая идет по ту сторону окна. Проводить время в лесу, где магией так и кишит. Не особо заморачиваться о работе, которая хоть и приносит удовольствие, но иногда так поперëк горла, из-за чего хочется взвыть. А ещë… – Блядь, такси! Я же опаздываю! -наконец найдя авто, она села на заднее сиденье и надев наушники окунулась в размышления (водитель был мужчина лет шестидесяти). Я же говорила, что будет старый дед. Почему именно такие, не хотят подъезжать к самому подъезду? Им что сложно проехать шлагбаум? … меня ждëт тяжëлый день, который будет отличаться от остальных скучных и серых. Чувствует моя душенька, что что-то случится. *** – Ну давай, не тяни кота за хвост, рассказывай! – нетерпимость выходила за рамки всего, но когда твоя подруга тянет с какой-то важной новостью, про которую она прожужжала все уши за пару дней до встречи, а по телефону эту информацию не скажешь, видимо, ждать уже нет сил. — Я купила себе ежа, – она вытащила маленькую плюшевую игрушку с розовым цветочком в лапках. – Ты издеваешься? Ëж, серьезно? И это ты мне не могла сказать по телефону? Ну согласиться тут нельзя, он реально классный, хах. – Ха, я знаю. Ладно, а теперь настоящие новости. – Тааак. – Я дорисовала ту картину, и заказчик заплатил мне вместо десяти тысяч двадцать! – Маша вскинула руки вверх, чуть ли не танцуя на стуле. – Охиреть! Поздравляю! Ты умница! – Ну как сказать… я не могу говорить что, то что я нарисовала это шедевр, потому что могла сделать все гораздо лучше, но он сказал, что эта картина одна из совершенных, которые весят у него в галерее. – Маш, ты рисуешь такие картины, которые не грех продавать и дороже! Я говорю тебе про это постоянно, а ты не слышишь. Вот, тебе сказал это еще один человек, а если он разбирается в искусстве, то это плюс к моим словам. – она лишь пожала плечами, мягко улыбнувшись. Уютное кафе, чашка горячего кофе без сахара и душевные разговоры с лучшей подругой детства, что может быть лучше, согласись? Здесь мы, кстати, и познакомились. Эту рыжую кудряшку трудно было не заметить, среди тогдашних серых стенах заведения. Она была, как весенний лучик. Девочка лет пяти лепетала маме, (которая является хозяйкой данного здания), о собранном неподалеку букете цветов. Как рассказывала сама тетя Лена (мама этой дурочки), Маша нарвала букет из ромашек и говорила, что с помощью них можно украсить это кафе, и в него будут прилетать феи, чтобы пить вкусный чай. Сейчас же это была неугомонная, красивая, веселая девчушка, с рыжей копной волос, зелëными как хвойный лес глазами, и слегка появляющимся веснушками на солнце. Наши мамы дружили, а мы невзлюбили друг друга сразу же. Почему, мы так и не поняли. Но каждый раз приходя в кафе, мы пересекались всë больше, начали общаться, а впоследствии и дружить. Настолько стали не разлучны, что скоро будем праздновать шестнадцатый год дружбы, хах! За окном не прекращая шëл снег. Смех не затихал ни на секунду, а тем для обсуждений становилось всë больше. Они не виделись два дня, из-за разных дел, но всего сказанного, будто, накопилось на год вперед. Вдруг телефон включился из-за пришедшего смс… В моей книге началась новая глава, и я не знаю, как скоро она закончится. © Александрия.