Будни паранормальной газеты

— Итак, вы говорите, что не ощущаете никаких проблем после прохождения курса реабилитации? Невысокий сухопарый доктор смотрел на пациента спокойно и чуточку снисходительно. Клаус невольно дёрнул уголком губ, но лишь тяжело выдохнул и удержался не только от комментариев, но и от того, чтобы отвести взгляд. — Да, доктор. Это не первое моё ранение, я чувствую себя совершенно здоровым и готов вернуться к службе. Честно вам признаюсь, я совершенно не понимаю, что в этот раз изменилось, что меня не хотят пускать обратно. Произошло что-то, чего я не знаю? В кабинете возникла тишина, которую обычно принято называть гнетущей, и Клаусу она не нравилась, он буквально чувствовал, что что-то тут не так, но никаких доказательств у него не было. Да и что он мог сделать, если от вердикта военного психолога зависело сможет ли он вернуться к службе. Пока выходило, что нет. И Клаус решительно не понимал почему. Он не чувствовал в себе какой-то агрессии или навязчивых идей, хоть чего-то, что могло представлять опасность для коллег или армии. Но доктор медлил и его взгляд становился всё мягче, как будто он общался с ребёнком, а не здоровенным военным, в полтора раза крупнее его. — Мистер Рау, насколько мне известно, вам успели сообщить, что вы единственный выжили в том инциденте. Доктор помедлил, внимательно смотря за реакцией Клауса, но тот лишь грустно улыбнулся и твёрдо ответил: — Да, док, я знаю. Совру, если скажу, что меня это совершенно не тронуло, но мы военные, мы готовы к тому, что такое может происходить. На моём месте мог быть любой из них, а я бы остался там. Понимаю, к чему вы клоните, но меня это не сломало. Даже напротив. Если я выжил, то должен почтить память моих товарищей и прожить достойную жизнь. Речь Клауса была уверенной, каждое слово взвешенным. он ни на мгновение не сомневался в том, что говорил. Доктор покачал головой и сделал в блокноте несколько пометок. — Мне очень жаль, мистер Рау, но я не могу подписать ваш допуск. Во взгляде Клауса мелькнуло что-то похожее на яркую вспышку то ли света, то ли взрыва, как будто он ещё раз пережил те самые минуты. Его пальцы на подлокотниках невольно сжались, выдавая крайнюю степень потери контроля. Даже доктор невольно поёрзал в кресле, понимая, что вывел собеседника из себя. Но Клаус отвёл взгляд и опустил плечи, а затем и вовсе закрыл на несколько секунд глаза, погружаясь в свои мысли. — Мне тоже жаль, доктор. Я могу идти? — Не принимайте так близко к сердцу, мистер Рау. Уверен, ваши товарищи были бы рады, узнав, что вы вернётесь к нормальной жизни. — Нормальной? Клаус вновь посмотрел на доктора, усмехнулся, как-то печально и в то же время весело. Он чувствовал себя полностью опустошённым и совершенно растерянным. Доктор кашлянул и поправил себя: — К гражданской жизни. — Да, док, вы правы. Мне и правда пора вернуться.