Заженная спичка светом прольется,
За дверью скрипучей тихо смеются
Девочка-пай и мальчик-дурашка:
Как же неправ их дряхлый папашка!
Он им в темноте запрещает гулять,
Он им запрещает с другими играть.
Он жить не дает, ни мне, ни тебе.
Гореть ему долго-придолго в огне!
Он старый, ворчливый, угрюмый и злой,
С днем каждым одолевает его хворь.
Всем не дает он покоя!
Навязав им, бедняжкам, устав упрямого строя.
Отец тот славный и беден-то был.
Каждой копейкой всей душой дорожил,
Чтоб миленькой дочке
Купить те чулочки,
А мальцу-удальцу
Купить у партоного костюмчик к лицу.
Он им задавал много правил
И думал наивно, и верил: наставил
Своих любимых, но злобных детей
На дорожку светлых и умных идей…
Отца ведь и нет с десяток-то лет.
А на столе нашем так и лежит тот кларнет,
Что куплен был на последний-то шиш,
Чтоб играть научился мальчик-плохиш.
А заженная спичка так светом и льется,
Но за дверью уже никто не смеется.
Старая дева в морщинах
И мужик некудышный
Замерли вдруг так неподвижно.
Вот дряхлый папашка.
Смотрит с портрета.
А в глазах его серых былой строгости нету.
Стыдно смотреть на позорных детей,
Что так и не встали на тропинку идей