Часть 7
23 февраля 2025 г., 17:29
— Проходите, девушки, — сказал Эмир, открывая перед ними дверь в кабинет главы гильдии.
Настя с улыбкой проскочила вперёд, оставляя подругу позади, а Василиса задержалась, смерив педагога презрительным взглядом, словно бы говоря — «я вижу тебя насквозь».
По всей видимости, мужчина почувствовал ход её мыслей и криво усмехнулся:
— Не воюй, девочка, особенно тогда, когда можно дружить, — сказал он, кивая на дверь.
Василиса дёрнула плечом и гордо приподняв подбородок, прошла мимо него, не удостоив и малейшим взглядом.
— Виктор, ты же это не серьёзно?!
Первым, что услышала девушка, было возмущение Константина, но по какому поводу она не совсем понимала, и решила немного осмотреться, поскольку была в этом месте впервые.
Странно, но несмотря на статус, кабинет Виктора Сергеевича был вполне себе обычным помещением, немного помпезным за счёт наличия стола, очевидно, из дорогой породы дерева, а также кресла, которое походило больше на произведение искусства, обтянутое зелёным бархатом; наличие живописной картины на стене завершало перечень интересных вещей в интерьере кабинета. В остальном же всё было вполне обычным, на столе главы гильдии лежали пара файлов и футляр с канцелярией.
Взгляд Василисы остановился позади кресла, в котором сидел хозяин всего этого убранства.
Для неё снова начался весь этот кошмар, изображение поменяло свой первозданный вид и транслировало ей странные письмена, с которыми она никогда раньше не сталкивалась. Девушка могла лишь сказать, что это напоминало ей кириллицу вперемешку с рунами, которые использовались викингами.
Василиса сконцентрировала взгляд, пытаясь уловить хоть один из этих символов. По мере того как она всё пристальнее в них всматривалась, постепенно знаки стали меняться. Строчки мелко дрожали, а затем и вовсе расплылись в непонятное марево, но через мгновение словно фотограф настроил фокус камеры и картинка приобрела чёткость, язык стал понятным, и она всё же смогла прочесть.
«Погибнет та, кто вещи видит,
Зло, страхи в явь он превратит,
И мир живых поглотит скверна,
И демон свет весь извратит.
Всё то, что снизу, будет сверху.
Явился тот, кого не ждут.
И заберёт он ту, что ищет,
Принадлежит она ему.
Лишь кровь любви, что безусловна,
Что отдана была не той,
Спасёт того, кто силой света
С сыном ада примет бой…»
Василиса не заметила, в какой момент в кабинете наступила тишина, она сморгнула дымку, которая затуманила её зрение, и оглядела присутствующих. — Что это было? — с беспокойством в голосе спросила Настя, подходя к ней размеренно-медленным шагом, словно она была диким зверем. — Это язык, Херувим, — ответил Боков, что-то яростно записывая на планшете. — Я думаю, девушке стоит присесть, — сказал Виктор, заметив неестественную бледность Василисы. Но она не хотела садится. Василиса не понимала, что произошло и почему на неё смотрят так, будто она совершила какое-то жуткое преступление, всего лишь прочитав вслух то, что увидела. — Со мной всё в порядке, — ответила она невозмутимым тоном, — Зачем вы нас пригласили? — Она решила сразу обрубить на корню все насмешки, которые могли посыпаться после её очередного заскока. Но, кажется, это не помогло, поскольку глава гильдии начал откровенно посмеиваться. — И как же я сразу не обратил на это внимания? — мужчина обошёл своё рабочее место, разочарованно качая головой из стороны в сторону, и а несколько шагов приблизился к ней, всматриваясь в её лицо цепким взглядом. Василиса прищурилась, глядя на Виктора Сергеевича с вызовом, ей всё это порядком надоело, поэтому она решила всё высказать здесь и сейчас, но не успела она открыть рот, как её притянули назад и силой усадили на стул. — Эй! — возмутилась она, поднимая взгляд на женщину, что смотрела неё как на глупого ребёнка. — Всё потом, — прошептала Оксана. — Если вы успокоились, я бы хотел спросить вас, — к ним подошёл алхимик, которого она уже видела, когда была в больничных покоях. Он заглядывал туда несколько раз, чтобы взять анализы, впрочем, у них состоялось несколько интеллектуальных бесед. — Здравствуйте, — учтиво поздоровалась Василиса. В ответ мужчина коротко улыбнулся и кивнул. — Вы помните о том, что говорили? — спросил он. Василиса задумалась, перебирая в голове недавние события. — Не дословно, только в общих чертах. — А почему вы начали это говорить? — продолжил свой допрос алхимик. — Так я просто прочитала, что написано на картине, — невозмутимо ответила она, указывая рукой в то место, где по идее была картина, которой, однако, там не оказалось. Девушка несколько раз зажмурила глаза, а затем повертела головой. Её рот открылся в лёгком шоке. — На какой картине? — перед ней оказалась Оксана. — По всей видимости, ни на какой, — медленно произнесла Василиса, поскольку та картина, которую она видела, оказалась плодом её фантазии. Или нет? Она запуталась. — Что ты видела на картине, прежде чем прочитала? — поинтересовался Константин, присаживаясь сбоку от неё на корточки. — Я не знаю, там был портрет, — она зажмурилась, пытаясь вспомнить детали, но по какой-то непонятной причине они стали ускользать от неё. Теперь ей казалось, что то, что она видела, больше походило на обрывки сна. Василиса сосредоточилась, цепляясь за воспоминания, — Это был портрет старика, но странный, словно это было похоже на… — Икону? — предположил её наставник. — Да, я кажется видела её. Там, в храме, — Василиса запнулась из-за неприятных воспоминаний. — Тогда всё началось, с того же самого изображения? — подошедшая лучшая подруга была для неё глотком в свежего воздуха. Василиса заглянула ей в глаза. Сейчас она хотела только одного, уйти отсюда и никогда больше не возвращаться. Настя продолжала сверлить её взглядом алых глаз, буквально пробираясь им под кожу. Затем подруга кивнула ей так, будто только что увидела всё своими глазами. Впрочем, Василиса бы не удивилась подобному, поскольку Настя в первые же часы своего пребывания в гильдии начала осваивать способности. Помимо всего прочего, она была тем человеком, который знал её всю жизнь, они вместе проходили разные этапы жизни, переживали одни и те же эмоции, знали друг о друге буквально всё, только ишь поэтому Настя может легко считать всё, что с ней происходит, а если она сосредоточится и подумает, то возможно, сможет и мысли разгадать, и это никак не связанно с тем, что теперь девушка имеет сверхспособности, связанные с чтением мыслей. — Это икона Николая Чудотворца, — сложив собственный пазл в голове резюмировала Настя, удивляя присутствующих, за исключением, конечно же, Константина, казалось что этого типа вообще ничем не удивишь. — Я так и подумал, поскольку предыдущий глава гильдии был глубоко верующим. Впрочем его икона, это больше артефакт, чем портрет святого. Доселе неизвестно, как именно он работает, однако известно, что видеть его могут только те, кто может, а Святослав тоже обладал способностью видеть, у всех это проявляется по разному. Ты вон вообще стишок на языке Херувим прочитала. — по окончанию речи мужчина пожал плечами. — Это не совсем так, — вмешалась Оксана. — Ты объяснил так, словно эта вещь всплывает рандомно, — женщина ухмыльнулась, но продолжила: — Дело в том, что в этом артефакте, который, к слову, был создан алхимиками, можно было оставить энергетический след, передать послание конкретному человеку. — И зачем же Святославу оставлять послание тому, кто ещё даже не был запланирован? Даже её родители тогда не были запланированы, — сказал глава гильдии. — Ты забываешь историю, Виктор, вспомни, кем была жена Святослава. — Ладно, я думаю, у вас четверых ещё будет время обсудить этот момент. — прервал всех глава гильдии, а затем начал объяснять с какой целью её и Настю пригласили.***
— Но я не хочу! — заявила Василиса после объявления о том, что их квартет отправится не иначе, как на поиски последних трёх из чёртовой дюжины. Они пришли в комнату Василисы, чтобы всё это обсудить. — И вообще, эта комната не штаб для собраний! — продолжила возмущаться девушка. — Ты не можешь обсуждать приказы с начальством, — одёрнула её Оксана. — Вы можете не участвовать напрямую, а быть неподалеку кем-то вроде координаторов, — предложил Константин. — Хорошо. А ничего то, что мы ещё не совершеннолетние? Я вообще молчу про то, что мы школу не окончили, в итоге учимся в университете, с ребятами, которые старше. — возмутилась Василиса. — Просто это здание университета, школа в другом месте, — как ни в чем не бывало пожала плечами Оксана. — Просто замечательно, — Василиса упала на кровать и схватила книгу с тумбочки лишь для того, чтобы занять чем-то руки. Новость о том, что они должны работать вместе, мягко говоря, привела Василису в гнев, что уж говорить о том, что по всей видимости «миссия», которую им поручили, являлась по меньшей мере самоубийственной, что бы там не говорил Константин о координаторстве. Как они не видели всего безумия сложившейся ситуации, почему её подруга не возмущена всем этим? Почему Настя не боится? Почему никто из присутствующих не видит, как она сама этого боится? Василиса зажмурилась, пытаясь скрыть слёзы, но через мгновение её черты лица расслабились, поскольку у неё появился план. — Ну, насколько мне известно, — начала она, прерывая тихую дискуссию троих. — Ни я, ни Настя, не можем пойти, — она одновременно три раза согнула указательный и средний палец левой руки, указывая на кавычки. — На эту «миссию». Василиса ухмыльнулась с видом победительницы. — И почему же это, позволь спросить? — отозвалась Оксана, не понимающе глядя на лежащую в расслабленной позе девушку. — О, ну как, — начала она с придыханием в голосе. — Мы же ещё не давали никаких клятв, — Василиса села на кровать и беззаботно улыбнулась. «Шах и мат», — победно подумала она. Константин нахмурил брови и исподлобья посмотрел на коллегу. — Это лишь формальности, — пробормотал мужчина, встречая грозный взгляд Оксаны. Это не ушло от достаточно наблюдательной Василисы, которая, в свою очередь, невербально пыталась передать восторженной подруге мысль о том, что несмотря на поганость её жизни, она всё-таки жить хочет. — Плевать, — отозвалась Настя, пожимая плечами, очевидно, игнорируя её. — То есть выходит, всё, что вы говорили в самом начале, это бред сивой кобылы? — девушка встала с постели, взбешённая очевидным фактом. — Я на это не пойду! Мне плевать на вас и ваши правила! Если вы думаете, что вы можете мне указывать, что и как делать, то вы глубоко в этом заблуждаетесь, можете делать со мной что хотите, но я не стану лезть в заварушку которая, очевидно, убьёт меня! Она глубоко дышала, смотря на каждого по отдельности. — Я понимаю, ты боишься, — мягко сказала Оксана. Василиса ядовито усмехнулась: — Ничерта вы не понимаете! Вы не понимаете, что я отдельный человек со своими чувствами! Что я не обязана спасать чёртов мир, поскольку с самого рождения в нём мне не были рады! Что как только я сделала первый вздох, от меня отказались! — последнюю фразу она вымолвила практически на последнем дыхании и посмотрела на Настю. Подруга опустила глаза, прекрасно понимая её, но не смотря на это, у Насти был совершенно другой взгляд на вещи, она всегда думала о всем позитивно. Пропустив предательскую слезу, Василиса покинула комнату, хлопнув за собой дверью. Как же она была зла на них! С каких пор она не имеет права голоса и выбора? Всю жизнь она росла в убеждении о том, что проявлять себя — это нормально, что говорить о том, что тебе не нравится также нормально. Но почему-то сейчас её засунули в это место и пытаются указывать ей на то, как ей жить и что делать! А ещё навязывают ей ненужные морали! Нет, она не станет плясать под чью-то дудку. И уж тем более под дудку этих ненормальных. Ведь раньше, до этой поездки в музей заповедник, всё было хорошо. Да, периодически она видела странные вещи. Но! Никогда с ней не происходило ничего особенного! Ведь если так подумать, если бы Гильдия не охотилась за тем демоном, он бы и вовсе не оказался тогда в чёртовом пролеске, он бы не был бы в той сторожке, и не пытался бы её убить! Она бы не знала о том, кто она! Настя бы не была пробуждена! Поездка в музей бы окончилась, и она вернулась бы к своим привычным вещам! Она смогла бы прожить жизнь, видя все эти вещи, не привлекая внимания! Ведь как-то же прожила пятнадцать лет! Стремительными шагами Василиса покинула здание, направляясь в сторону выхода из территории университета. Ей плевать на то, что погода была прохладной для начала осени, плевать, что она не собрала вещи и что сейчас и вовсе одета в лёгкую толстовку и тонкие спортивные штаны. В чем действительно была уверена Василиса, так это в том, что она покинет эту психушку прямо сейчас, и никто её не остановит. За мыслями девушка не заметила, как подошла к охранному пункту, за которым следовал выход. Она без церемоний вошла в сторожку и двинулась к металлической вертушке. — Стоять! — перед ней вырос мужчина в форме, очевидно, один из охранников. Как же ей надоело, что всё всё время ей диктуют и приказывают! — Пошёл к чёрту! — выплюнула она, окончательно теряя самообладание. На эмоциях девушка взмахнула рукой, словно хотела отмахнуться от него как от назойливой мухи. Однако по не понятной для неё причине мужчина взмыл в воздух и с громким стуком ударился о стену. Охранник упал, потеряв сознание. Василиса не стала проверять его состояние, ей было плевать. Красная пелена застилала все благоразумные мысли. Она не хотела думать, она хотела уйти! Спокойно подойдя к металлической вертушке, последней преграды перед свершением её цели, она с силой согнула одну лопасть, и легко протиснувшись через неё, покинула навсегда это гадкое место. Но прежде, чем она переступила порог выхода, Василиса почувствовала что-то странное. В глазах потемнело, и через мгновение мир поник.***
«Погибнет та, кто вещи видит,
Зло, страхи в явь он превратит,
И мир живых поглотит скверна,
И демон свет весь извратит.
Всё то, что снизу, будет сверху.
Явился тот, кого не ждут.
И заберёт он ту, что ищет,
Принадлежит она ему.
Лишь кровь любви, что безусловна,
Что отдана была не той,
Спасёт того, кто силой света
С сыном ада примет бой…»
Тьма, которая окутывало всё пространство её сознания, расступилась. Она очнулась, лёжа в траве, а взгляд её был устремлён в ясное голубое небо с белыми мазками тонких облаков. Василиса глубоко вздохнула, ощущая аромат свежей травы и того самого летнего солнечного запаха. «Вот бы так и остаться тут, лежать и дышать». — подумала она. — Кхм. — со стороны раздалось нетерпеливое покашливание. Василиса не вздрогнула, по неведомой ей причине она не чувствовала опасность, скорее даже наоборот, она чувствовала умиротворение и покой. Сменив позицию в сидящее положение, девушка огляделась и выдохнула от красоты места, в котором оказалась. Широкая поляна посреди растущего елового леса, словно была оазисом в пустыни. Зелёная ровная трава и неведомой красоты маки окружали её и человека, стоявшего совсем рядом с её фигурой. — Здравствуйте, — наконец поздоровалась Василиса с женщиной. Вежливая улыбка коснулась лица пожилой незнакомки. — Тебе, наверное, хочется знать, почему ты тут? — спросила она у неё. Василиса пожала плечами. — Честно говоря, меня это не особо интересует. Женщина улыбнулась и устроилась рядом с ней. — Что же, получается, тебе не интересно кто я? Девушка повернула голову в сторону собеседницы, прищурив один глаз от слепящего луча солнца. — Напротив. Меня зовут Василиса, — представилась она. — Приятно познакомиться, зови меня Мира. — И всё-таки, что я тут делаю? Мира рассмеялась, её смех переливался с окружающей обстановкой, создавая вокруг неё особую светлую ауру. — Всё-таки тебе интересно, — покачала женщина головой. — Не буду ходить вокруг да около, — взгляд её стал серьёзным. Василиса отвернулась от Миры и смотрела прямо перед собой, понимая, что то, что она услышит, скорее всего ей не понравится. — Ты же прочла с иконы послание моего мужа Святослава? Должна сказать тебе, что это пророчество предсказано мной. Девушка усмехнулась. Нет, ей не было весело, скорее, она уже думала о чем-то таком, это как догадка, мелькающая где-то на периферии сознания, о ней не думаешь, пока кто-то не произнесёт это вслух, а после остаётся лишь кивать и соглашаться. — Куда не глянь и как не посмотри, всё чудастее и чудастее, — пробормотала она. — Я понимаю, что ты можешь в это не верить. Да и я давно не живой человек, я лишь отголосок энергии, заточенный моим мужем в артефакт Николая Чудотворца. — сказала женщина. — Я всё же не понимаю, почему я тут, — Василиса пожала плечами. — Ты тут, чтобы я тебе смогла помочь разобраться с этим. — И что я, по вашему, должна делать? — Василиса снова вернула своё внимание на женщину. — У нас не так много времени, — заявила собеседница, поджав губы. — Запомни, ты должна забрать мои дневники, они лежат в углублении фонтана Архангела Михаила, там описаны слова пророчества, и там же варианты его объяснения, больше я не смогу тебе помочь, запомни моё имя, Мирослава Андреевна Броцкая, жена Святослава Яковлевича Броцкого… Мирослава начала растворяться в воздухе. — Постойте! — крикнула Василиса, но не успела, завершить просьбу, мир снова погрузился во тьму.***
Оксана кусала ноготь на большом пальце, глядя на дверь отдельной палаты интенсивной терапии в крыле алхимиков, за которой лежала Василиса. Женщина не могла смотреть на то, как ещё вчера дерзкая харизматичная девочка, уже сегодня лежала вся в трубках. Она не могла представить того, что могло произойти возле охранного пропускного пункта. Со слов сторожа, именно Василиса припечатала его к стенке, из-за чего он потерял сознание. Но что произошло с самой девочкой для всех остаётся загадкой. Константин пытался выяснить что же произошло на самом деле, но добытые им видеозаписи показывали лишь то, что после того как Василиса впервые использовала редкий третий дар, она попросту потеряла сознание. Дверь скрипнула, из-за неё вышел Боков. Оксана оттолкнулась от стены и подошла к алхимику, ожидая, что он скажет. — Уровень кортизола в крови зашкаливает, повышенная мозговая активность может привести к инсульту. Я ввёл препарат, который на время отключит ей мозг, сейчас остаётся лишь ждать. — Валерий сочувственно похлопал ей по плечу и ушёл, оставив её со своими мыслями. Женщина зашла в палату, картина так и не изменилась. Светлые волнистые волосы её дочери были раскинуты по подушке. Оксана вздрогнула, если бы не слабое дыхание и пищание аппаратов, она бы подумала, что Василиса умерла, настолько было бледным её лицо, а вокруг закрытых глаз образовались тёмно-синие круги. Кожа девушки выглядело настолько тонкой и прозрачной, что Оксана, даже не подходя к койке, могла разглядеть на её щеках узоры красных и синих вен. Уверенность придавало лишь то, что Василиса может дышать самостоятельно, поэтому из неё извлекли зонд, а эта лишняя трубка в теле её ребёнка меньше пугала, чем пару часов назад. Всё это время Оксана не отходила от неё ни на шаг. Смотря на бледное лицо юной девушки, она размышляла о том, что было бы, будь она всегда рядом. Да, женщина понимала, что в этом нет никакого смысла, она не была виновата ни в чем. Однако это наводило её на мысль о том, что яйцеклетки и выращенный после эмбрион не были случайным выбором, словно кто-то именно за этим семнадцать лет назад ворвался в лабораторию и разрушил её, чтобы замести следы. Эту теорию она пока что не озвучивала никому. Но Оксане казалось, что так оно и есть. В своё время она много эктоплазмы попортила тем отродьям. Она и и её напарник были теми, кого боялись демоны, и среди всей нечисти они были персонами нон-грата. Возможно, именно поэтому они попали в засаду и столкнулись с неизбежным, когда она потеряла любимого и вместе с тем возможность быть настоящей женщиной. — Мирослава. — хрип со стороны кровати вырвал женщину из раздумий, недолго думая, Оксана нажала на кнопку вызова, а после покинула палату. Ей срочно нужно было обсудить это с Костей.
