Весенний дождь

      Уйдя вперед, Алиса выглядела по-настоящему взволнованно, словно в каком-то предвкушении. Может, ей нравятся уроки музыки? Стоит взять на заметку. Чем больше я о ней знаю, тем легче будет в дальнейшем с ней общаться. С этими мыслями я уселся за привычное место, думая, как все пройдет завтра. Но что-то меня беспокоило. Фигура Алисы почти светящаяся от нетерпения, вдруг приняла вид статуи, никаких эмоций. Я лишь отчасти мог видеть ее лицо, и о чем бы она не думала, но явно ни о пении нашей учительницы. Ее холодные глаза, еще секунду назад искрящиеся каскадами бурлящих чувств, почти посерели. Вдруг потерялось что-то живое. Я искренне понадеялся, что мне просто показалось. Захотелось как-то развеять тревогу.       По привычке посмотрев в окно, мне применилось кое что интересное: кучка подростков - вполне обычная, кроме одного знакомого лица. Вадим шел меж домов в компании нескольких ребят явно старше его. О чем-то разговаривая, они не отказывали себе в удовольствии покуривать, в том числе и мой низкорослый друг. Плохая компания, Вадим? Ну-ну. Тут же вспомнились его слова в дождливый день об Алисе. На один короткий миг вдруг захотелось быть там, с ними. Иронично все же. Усмехнувшись то ли над собой, а может и над Вадимом, отвернулся от окна. Этого вполне хватило, чтобы отвлечься от зудящих, настораживающих мое сознание мыслей. Строя замки в облаках лучше не корить других в этом. Все-таки, как и для него, так и для Алисы, я не более чем одноклассник, с которым они вынуждены находиться в одной среде, и так же вынужденно общаться, скрашивая будничную рутину, и закрывая тем самым потребность в обществе.       Подставив под голову руку продолжил слушать пение с музыкой. Вырисовывались прямо-таки целые картины, еще немного и кажется звук станет осязаемым. Густое, пропиточное эмоциями повествование о таких разных, но при этом резонирующих где-то в голове историях завораживало. Это не оставляло мне теперь и шанса отвлечься.       Изредка, кажется уже по привычке, поглядывал на скрытый полумраком силуэт Алисы. Теперь она казалась спокойной, почти обычной. Наверняка сказать я не мог, поэтому мне лишь оставалось ждать конца урока, чтобы попытаться ее расспросить. Но я тут же засомневался. Что, если не стоит? Мало ли о чем подумает про меня… Нет, так тоже не пойдет. У меня возникла дилемма: или подойти и выглядеть с ее стороны то ли глупо, то ли как человек нагло лезущее к ней с расспросами, или оставить как есть и просто смотреть, что будет дальше. А как подвернется удачный момент, как бы невзначай спросить. Второй вариант казался лучше. В долгосрочной перспективе, разумеется. Проблема в том, что мне не будет покоя, до тех пор пока я не спрошу.       Нужно придумать что-то среднее, прийти к компромиссу у себя в голове. После урока с ней завести обычный диалог? Нет, она просто будет мне отвечать и разговор очень быстро загнется. Может сегодня после всех занятий? Она, так сказать, остынет от мыслей и будет в настроении, тем более последней будет физкультура. Какая то часть меня прошептала: “Чем я вообще занимаюсь, раздувая проблему?”, но так тихо, что быстро затерялась в потоке моих переживаний. Я решил ждать. Благо, оставалось всего пара уроков. Но стоило звонку прозвенеть, как Алиса сама подошла ко мне и молча стояла рядом, пока я собирал вещи. Ее глаза были явно не здесь.       Поняв, что сейчас плохой момент для расспросов, закинул сумку на плечо и пошел, Алиса же за мной, как и весь этот день, словно утенок за мамой. Милое сравнение, если бы не то настороженно-грустное выражение ее лица. Она шла за мной, не говоря ни слова, а я не хотел ничего говорить или как-то еще грузить. И зачем выдумывал как к ней подступиться? Чтобы просто расспросить? Все сама расскажет, если захочет. Сейчас лучше ей лучше самой подумать. Так прошел и следующий урок, наступила очередь физкультуры. Будь она неладна… Ненавижу волейбол. Не то, чтобы я совсем задохлик, просто командные игры не мое. Так что, с нетерпением жду побольше снега, чтобы поскорее нам поставили лыжи. Остается проблемой - что мне в принципе делать? Она как молчала, так и продолжает, но все же ходит за мной до кабинетов. Может, оно и к лучшему, глядишь и сблизимся. Наивная, но все-таки приободряющая мысль. С этим настроем я зашел в раздевалку. Привычно пахнувшее хлоркой и въевшимся потом от только что ушедших парней комнатушка. Благо - хоть шкафчики поставили, а то раньше, что ни день, то кража. Хотя, для смекалисто-рукастых это не особо то и проблема. Быстро переодевшись в спортивки, я вышел вместе со всеми на построение. Являлось оно стандартным для каждого такого занятия, где преподаватель объясняет, чем же таким веселым и интересным мы будем заниматься сегодня? Как в воду глядел… Волейбол. Так что после небольшой разминки, на которой я к слову успел здорово так вспотеть, физрук произнес: “Покидайте пока друг другу мячи, а я отойду по делам”. Осмотрев зал понял, что в напарники мне годиться только Денис. Алиса сразу села на скамейку, как и все остальные девчонки или кто вообще не умел обращаться с мячом. Ну и трогать я ее пока не хочу. Холодок исходящий от нее был почти осязаемым. Так что, неловко встав напротив друг друга, я и Денис начали несильными ударами пасовать мяч, правда бегали мы за ним большую часть времени. Основной причиной этого (помимо ужасной реакции Дениса) был я, погруженный в свои в тревоги. Довольно глупо, ведь просто думая над проблемой ее не решить и ничего другого, кроме как посоветоваться еще с одной дурной головой кроме моей не нашел. После очередной моей пробежки до мяча, я остановил Дениса, чтобы поговорить об этом. Как никак, Вадима, чьи социальные навыки казалось бы выше Эвереста, или Влада, что всегда как будто знал решение, здесь не было. - Ты не замечал ничего странного? - начав издалека завязал диалог. - Ты про вообщее, или что-то конкретное? - ответив вопросом на вопрос, он приподнял одну из бровей. - Конкретное, - несколько секунд поразмыслив решил, что на “общее” будет ворох надуманных глупостей. - Мог бы сразу сказать, что тебя тоже беспокоит вечно хмурая и отстраненная Алиса, - произнеся это, он прислонился к одной из стен спортзала, а следом за ним и я. - Да, но… - Но сейчас она по-другому такая. Идиот, сам же заметил, - раздражение в его голосе заметно нарастало с каждым словом. Может, я и впрямь как идиот… - И можем ли мы что-то с этим сделать? - Не знаю, - с досадой выдохнув, Денис посчитал разговор оконченным, хотя он просто уклонился от действия, но… Не мне его осуждать. Ничего не давший разговор просто оставил неприятный осадок, подтвердив мои опасения насчет Дениса. Он из тех людей, что хоть и многое замечают, но предпочтут быть лишь наблюдателями. Закончив мысль, я кивнул своему партнеру на мяч, и мы продолжили тренировать броски. Получалось не то, чтобы совсем плохо, в лучшем случае - так себе. Через пару минут насилия округлого товарища по тренировке, вернулся наш физрук и, поделив нас на команды по способностям, подул в свисток, таким образом начав очередной матч в треклятый волейбол. Я сразу отказался, на что мне по обыкновению был предложен выбор: не очень хорошая запись в журнале или отжимания до отказа. С кислой улыбкой, приняв упор лежа, под счет Григория Викторовича начал это сомнительное упражнение. Уже после первых десяти повторений мои ладони стали скользкими из-за пота и напряжения. Благо, мы занимались в уже отремонтированном зале. На деревянных досках с такими ладонями я бы нахватал заноз и было бы еще невыносимее. Меня хватило на 32 раза, после попытки продолжить локти перестали сгибаться. Протерев дрожащие руки о футболку, присел прямо на пол. Григорий Викторович же смотрел на меня, и одобрительно кивнув, переключил все свое внимание на разворачивающуюся игру. Это означало, что до конца урока я свободен. Немного отдышавшись, я отошел к дверям у выхода из зала и сел на длинную скамью. В это место вряд ли прилетит мяч, хотя я просто хотел в это верить. Главное же, что я смогу побыстрее переодеться и уйти, стоит звонку прозвучать. Мысли поговорить с Алисой тоже были, но что я вообще скажу? “Слушай, ты грустная такая после музыки, у тебя все хорошо?”. Хотелось самоуничижительно высмеять себя же, но составленное предложение звучало вполне неплохо, как минимум для той самой стыдной вещи, что ты будешь вспоминать спустя долгие годы, лежа ночью в попытках заснуть. В худшем случае соврет, что все хорошо, мол мне просто показалось. Успокоив воспаленное воображение таким неожиданным для себя умозаключением, наблюдал за игрой. Было немного скучно, но какая-то искра азарта проскакивала при очередном красиво оформленном мяче. Восторженные крики игроков при этом находили эмоциональный отклик у всего зала. Так, как большей части людей, что не участвовала, было нечем заняться, их внимание концентрировалось на игре и, волей не волей, каждый становился болельщиком со своими любимчиками. Было в сто крат интереснее, так как обе команды имели хороших игроков, и счет шел ровно. От этого каждое поражение “твоей” команды или же ее победа навевали не поддельные соответственно досаду или радость. Какое-то движение на периферии моего зрения заставило отвлечься от наблюдения за матчем. Алиса подошла к физруку и, что-то ему сказав направилась в сторону выхода. Пройдя мимо, она даже не посмотрела на меня, но я все же заметил, что цвет лица у нее совсем уж бледный. Отпросилась пораньше домой? Я бы так и сделал. Что бы ее не беспокоило, это сильно влияло на физическое самочувствие. Следуя за ней взглядом, до тех пор пока Алиса не вышла из зоны видимости с моего места, я искренне надеялся, что ей станет лучше. Шли минуты, а Алиса все не возвращалась. Ее сумка лежала на скамейке, где она сидела, так что уйти домой не могла. Может в медпункте сидит? Или что-то случилось по дороге обратно или…или? Я мог гадать хоть до вечера. Что бы то ни было, оно меня тревожило еще сильнее, чем настроение Алисы. Не долго думая, выйдя в коридор я осознал один неприятный факт. Я ИДИОТ. Причем эталонный. Она же заблудится… Может, она и найдет дорогу до умывальников, а обратно то как вернется? Убогость архитектуры этой школы сегодня меня по-настоящему взбесила. Я знал куда она могла пойти, но вот куда заплутает уже на пути обратно? Ко мне уже успел подойти Григорий Викторович с ожидаемым вопросом, но не слушая его, я лишь сказал: - Алиса потерялась, и рванул по коридору. Физрук наш мужик понимающий, еще успею за это извиниться. Не иронично стараясь как можно меньше шуметь в своей гонке я отдался своему чутью, а уже ноги несли меня к точке назначения, но… откуда стоило… начать поиски. Я уже говорил, что идиот? Мог же спросить, куда ушла Алиса. Он был там, рядом со мной. Агхт… К черту! Хоть оббегаю всю школу, но найду ее! Коридор, потом лестница и снова коридор. Мысленно проклиная того, кто сделал все эти надругательства над здравым смыслом, я продолжал бежать и лишь иногда останавливался чтобы перевести дух. Быстро нашел то место, куда скорее всего пошла Алиса, но там ее не оказалось - умывальники пустовали. Значит следующей моей целью был медпункт.       Усталость не ощущалась от слова совсем, а такие забеги далеко не моя специальность. Как ужаленный, я все продолжал двигать ногами. Голова также опустела. Вернее, была всего одна точка моего интереса занимающая все. Часть меня кричала о чем-то нехорошем. И не обманула.       За очередным поворотом, услышав сдавленные всхлипы, моментально сменил маршрут. Там было двое: плачущая девочка и смазливо-тупого вида пацан. Сцена навевала дежавю. Да, Алиса и тот хулиган. Я все еще был в движении и останавливаться не собирался. Казалось, в занесенном для удара кулаке было все мое беспокойство и раздражение от повторения этой дурацкой ситуации. Влетев в него на полной скорости, я хотел выместить “всю дурь” как из себя, так и из него. Парень, имени которого я не знал, казалось был в большом замешательстве. Он не пытался отбиваться, а лишь прикрывал лицо руками. Спустя же минуту с ушей и глаз будто спала пелена, застилающая до этого глаза и мои мысли. Он не смотрел на меня, а куда то вправо…       Вправо… Алиса. Та, ради которой я здесь. Она уже не плакала, просто сидела с красными глазами, обхватив себя дрожащими руками. Я глядел то на него, то на Алису еще несколько секунд, прежде чем понять, что же мне нужно делать. Слез с паренька. Он молча попытался уйти, но я еще не закончил, так что грубо положив ему руку на плечо, не говоря ни слова дал тому понять, что пока тот уйти не может.       Достав из нагрудного кармана платок, я подошел к Алисе. Ее до этого расфокусированный взгляд немного прояснился при моем приближении, и стоило ей взять кусок ткани, как по ее щекам снова полились слезы. От такого я окончательно опешив, не знал в чем дело. При мне впервые вот так в открытую ревут, чуть ли не взахлеб. Гнев, что охватил меня, уже остыл, и на его место пришло что-то другое.       Помедлив секунду я, неловко скрючив руки, обнял ими Алису. Ее сбивчиво-рваное дыхание постепенно успокоилось. Она явно не стремилась выйти из моей хватки. Лишь продолжала уже размеренно дышать мне в плечо. Так прошло несколько минут, или может секунд. Сложно сказать, когда единственное, что было в моей голове - это образ Алисы, лежащей на полу в слезах, который я никогда не хотел бы увидеть снова. Я не знал, стоит ли мне шептать ей слова утешения или такого контакта ей хватит, чтобы успокоиться. Так что я, приговаривая банальное “тише-тише”, старался не двигаться. Наверное, чтобы не спугнуть, как спящую на тебе кошку. Я был объят новым и странным для себя чувством и отпускать его никуда не хотелось, как и тихо сопящую девочку в моих объятьях. Жаль, что время никогда не останавливается.       Шмыгнув носом и немного отодвинув голову от моего плеча, она попыталась подняться. Я же медленно убрал руки. Отряхнувшись, мы уже оба стояли. У этой сцены был зритель и мне было очень интересно, как он причастен к тому, что здесь случилось. Но сейчас нужно было позаботиться о более важных вещах. Я не могу просто оставить Алису и расспросить его. Тем более, что она не хотела даже смотреть на него. Стоило же нам пойти назад, возвращаясь в зал, как этот тип решил высказаться: - Постойте… Тут вышло недоразумение, мой косяк… Алиса, я понимаю, вышла грубая ошибка с моей стороны… - То, что он знал ее имя не вызвало удивления, но вот часть про ошибку и косяк была интереснее. Я не знал, как на него отреагирует Алиса, так что предупредительно поднял руку и загородил её собой. - Тебе чего от нее надо? Что вообще произошло… - На этих словах я повернулся, чтобы посмотреть на Алису. Ее лицо выражало сложную смесь эмоций, так что я решил оставить его разъяснения на потом. - Давай позже все расскажешь. Ты вообще откуда и как зовут? - Да… Да… а-а звать меня Борисом. Я из 9-В. Мне стоит еще раз извиниться, - он судорожно посмеялся и уже хотел уйти куда то, но остановился и, отвесив совершенно не к месту и даже эпохе поклон, наконец-то удалился. Это было на удивление… Вежливо? Он даже не стал возникать по поводу моего избиения, вполне заслуженного если честно. Все же увидев его обманчиво смазливое лицо и плачущую рядом девочку немудрено было чего по хуже с ним сделать. Разные люди бывают. Думаю, стоит его найти после занятий и поговорить, а пока займусь более насущными проблемами.       Я не знал, как мне идти: взять за руку Алису или рукой ее вести за одно плечо, а может вообще понести ее на руках? Мой воспаленный от эмоций разум предлагал такие смелые идеи, о коих ранее и подумать бы не мог без смущения. Благо, Алиса не оставила мне выбора и взявшись за край майки пошла за мной. В этот момент, с напряженного, ее лицо приняло спокойный вид, стоило нам удалиться на пару проходов от места происшествия. Алисе определенно было что сказать, но та продолжала молчать. То, как она открыв рот шагала чуть быстрее, но потом возвращалась к прежнему темпу намекали мне на это. Еще минута таких метаний и мое любопытство пересилило желание оставить все как есть. - Ты как? - простой вопрос, но смысл вложенный мною в него отнюдь не был таким же. Алиса помедлила с ответом, при этом она шла слегка наклонив голову на бок смотря в окна, когда мы проходили мимо них. - Просто…Просто плохой день, а этот… Борис… Он стал последней каплей, и… я как-то так все получилось, - произнеся это с грустной улыбкой она посмотрела мне в глаза. С высоты своего небольшого роста, Алиса казалось такой уязвимой, словно любое неосторожное касание разобьет ее на осколки. Казалось, такое происходило не раз и даже не два. - Просто плохой день, да? - повторив ее ответ, я дал себе время еще подумать. Хотя, может она и не ждала моего ответа. - А что вообще произошло, что он так к тебе цепляется? - В душе не чаю, как и в тот раз подошел и начал говорить какую-то чушь, толком было и не разобрать, что-то про кукол вроде, - значит просто попала “под горячую руку”. У этого Бориса фетиш на низких девушек бродящих по коридору? Помотав головой, я решил, что не стоит дальше развивать эту тему, тем более я при ней уже обмолвился, что поговорю с ним. Так что дальше мы шли молча, но настроение у Алисы кажется поднялось. Мы вернулись без приключений и, кажется, я так увлекся поисками, что урок давно закончился. Нас ждали только Григорий Викторович, Денис и к моему удивлению… Лиза? Завидев нас, физрук тут же подошел ко мне и, кажется, хотел начать читать лекцию о хорошем поведении, но передумал. Только лишь сказал нам идти переодеваться. Так мы и сделали. За мной в раздевалку последовал Денис. Зайдя, он присел на соседний ряд скамеек у стены напротив и просто молчал. Я понимал, что он хочет узнать, и работал на опережение: - Помнишь того странного типа, о котором я рассказывал? - начал я. - Опять он? - спросил в ответ он, повернувшись ко мне. - Ага, я не все знаю, но во всяком случае еще с ним поговорим. Он из нашей параллели, - сказав это, я был уже переодет и собирался выходить. - Что будешь делать? Впрочем же… Как бы то ни было, я с тобой, так что не отвечай, - кое что изменилось в его поведении. Заметил, что Алиса плакала? Скорее всего, с его то наблюдательностью. - Тогда звякни Вадиму, спроси знает ли он Бориса из 9-В. - тон, с которым я это сказал, походил на приказ, а не просьбу, но сейчас было как-то уже все равно, Денис сам вызвался со мной быть в одной лодке. И тот не стал медлить. Кивнув мне, порылся в сумке, достал свою раскладушку, полистал контакты и вот пошли гудки. Через несколько секунд Вадим ответил. Я внимательно слушал, что же он скажет: - Говоришь Боря из 9-В? Я особо не знаю за этот класс, но он личность известная в некоторых кругах. Он в дурке сидел. Правда уже вышел здоровым. Наверное, - новая информация меня убедила, что те тумаки были не зря. Хотелось еще раз ему вмазать. И тут Вадим продолжил. - По слухам, у него до сих пор случаются приступы, типа мании какой-то, винтики не закрутили до конца наверное или что там делают с пациентами, - На этих словах мне стало невыносимо это слушать. Взяв трубку я поблагодарил нашего информатора. - Ой да не сложно. Ты лучше скажи, что с Алисой? И с группой? - Издав нервный смешок ответил “все на мази”, захлопнул телефон и с решительным взглядом посмотрел на Дениса. - Пошли уже, - и мы наконец вышли из раздевалки. Григорий Викторович уже закрывал внутреннюю часть спортивного зала. Жестом показал на дверь, напротив. Там нас ждала Алиса, и чуть поодаль Лиза. Зачем она осталась я все еще не мог понять. Стоя у окна что-то печатала в телефоне, но увидев нас всполошилась. Подойдя ко мне, она напряженным шепотом произнесла: - Это был Боря, да? Из 9-В, смазливый такой? Ты же не трогал его? - По ее бегающим глазам было понятно, что она сильно беспокоилась. - Я… Немного разукрасил его, сам же виноват оказался, и Алиса плакала из-за него. Мне мило с ним побеседовать надо было что ли? - сдерживать раздражение было сложнее с каждым сказанным словом. - Да что угодно, он же того… - Замялась она. - Того? Ну вылечился же? - я стоял в некотором замешательстве. - Откуда ты… А впрочем он… Он… - ее руки начало подергивать. - Он? - Да припизднутый он! На всю, дурка не помогла его голове. Я его с начальной школы знаю. - Ебаа… - тихо выругался Денис стоя рядом со мной. - Откуда ты знаешь, что это был он? - Этот безмозглый мне пишет постоянно. Обычно это что-то безобидное, но тут, - она показала телефон. Там было странное сообщение “Нашел куклу, интересно, она разговаривает? Я знаю, что некоторые умеют” - Я не придала этому значения, но сначала Шанина, а потом и ты ушли. А спустя десять минут он позвонил мне и начал реветь. И… И вы возвращаетесь немногим позже. Он ведь не думает в стадии мании. И придушить ее мог… - в уголках глаз Лизы начали появляться слезы. Но быстро их вытерев наверное решила не продолжать, раз уже все хорошо. А Лиза все-таки волнуется об окружающих ее людях…Да, оказывается и ее можно понять. - Хватит, я понял… Пошли уже. - Уже заждавшаяся нас Алиса уставившись в пол ковыряла краску на двери. И вот, такой странной компанией, мы медленно шли по безлюдным коридорам. Последний звонок сегодня уже давно прозвенел, так что кабинеты пустовали, хотя в некоторых еще оставались учителя ковыряясь в бумажках. Никто не возражал, что мы медленно и молча тянулись к выходу. Хотя… скорее всего каждому было что сказать, и каждый хотел, но атмосфера не позволяла. Не хватало какого-то “последнего слова” что ли. А кто-то вообще должен был его сказать?       На улице все так же было светло, но солнце уже скоро начнет уходить к горизонту как к кровати на ночь, окутывая наступающий вечер в свои тона оранжевым отсветом, как и в любой другой день в последних числах ноября. А ведь совсем скоро зима, но снега же намело на пару недель вперед. Видимо, в отместку за слишком жаркое лето. Вспомнить из него было нечего, сидя за книгами я и не заметил, что оно прошло, и лишь календарь на стене напоминал о скором начале нового учебного года. Было бы славно провести следующее лето с моими… Друзьями. Называть их так было для меня как-то постыдно, ведь знакомы мы хоть и долго, почти всю школу если посмотреть, но вот так общаемся только сейчас. С этими мыслями я перевел свой взгляд на Алису, что ждет меня в будущем? А ее? И будем ли мы вообще общаться дальше?       Меланхолия накатывающая от слишком активного для меня дня не хотела уходить. Такая привычная. Поток уносил меня. Прежний я бы последовал за ним, но не теперь. Только не сейчас, когда вот-вот начав жить. Да, так я это чувствовал. Это было лишь начало моего пути. Нет смысла придаваться унынию или той же прострации, думая о столь далеких вещах. То, что произошло сегодня ясно дало мне понять, как Алиса уязвима.       Мысли “А что если бы я не побежал ее искать” или “Опоздай я?” сверлили мне голову до сих пор. Хоть и не так сильно, пока я вижу ее, слышу, смогу уж как-нибудь, но защитить. И это было молчаливое обещание самому себе стать лучше. Сколько раз я давал это обещание в прошлом и нарушал его? Наверное, сейчас я имею причину прямо рядом с собой. Маленькая, едва достает головой до моих плеч, если будет стоять рядом. Девочка, чьи слезы заставили мою душу бушевать, словно ураган. Очень сильное желание, оно как бушующее течение реки. Не замерзая в самые грозные морозы продолжает свой путь к морю. Так и я. Пусть медленно, но шел к своей цели, не зная, что произойдет, лишь одно могу сказать наверняка – я просто хочу стать хоть на толику ближе к тому образу, что сможет исполнить мое желание, и наверное просто быть тем, кто защитит ее улыбку.