stay (with me)

Гарри вжался лицом в складку малфоевской шеи. Кожа того теплая и приятно влажная от прикосновений их тел. Маленькая сама по себе гардеробная казалась еще меньше из-за гор зимних мантий, пахнущих сохраняющими и отталкивающими моль чарами и ждущих, когда холода вернутся. Выпитый алкоголь сделал сознание Гарри мягким и тягучим. — Если ты закончил, Поттер, то мне нужно наложить чары, пока моя одежда окончательно не помялась, — сказал Драко. Он пытался звучать формально и жестко, но его тон все равно слышался мягким. Гарри не сдвинулся с места. Он просто не был готов выходить отсюда, к ярким огням и еще более ярким приторно-сладким улыбкам. Здесь, в эти короткие, украденные моменты с Драко, он чувствовал, что мог дышать. Он еще не был готов отпускать это. — Поттер… — укоризненно произнес Драко. Но когда Гарри в ответ на это только прижал его крепче, он аккуратно поднял руку и провел ей по волосам Гарри. Его мягкие влажные кудри прилипали к пальцам. Гарри, прижатый к нему, расслабился, вздыхая с облегчением от этой минутной отсрочки. Ногти Драко мягко гуляли по голове Гарри: — Тебя будут искать. — Они всегда ищут, — Гарри нахмурился, радуясь, что никто не может увидеть выражение его лица, — Хочешь сбежать со мной? — Он пожалел об этих словах, как только они вылетели из его рта, и заставил себя отстраниться от Драко, — Я слишком много выпил. Малфой ничего не сказал. Его лицо было мрачным и серьезным. Он вытащил палочку и привел их одежду в порядок, сделав ровной и разглаженной. Только они вдвоем могли знать, чем занимались в этом тесном пространстве. Гарри вышел оттуда первым, возвращаясь в банкетный зал с грохочущей музыкой и сверкающими огнями. Яркие, блестящие мантии кружились по танцплощадке под песни музыкальной группы. Гарри схватил бокал шампанского с летающего подноса и тут же опустошил половину пузырящейся жидкости, даже не чувствуя ее вкуса. Ослепительная улыбка узнавания героя с другого конца комнаты заставила кого-то поспешить к нему, и Гарри выдавил из себя добродушную улыбку, которой не чувствовал ни в малейшей степени, и пошел человеку навстречу. Ночь превратилась в размытую смесь разговоров, шампанского, и танцев, монотонное повторяющееся перемалывание стекла в песок. Гарри ловил себя на том, что при любой возможности, он осматривает зал в поисках блондинистых волос и кремово-серебристой мантии Драко. В отличии от Гарри, всегда окруженного людьми, старающимися завладеть хоть секундой его времени, тот разговаривал только с парой людей, всегда с ровной спиной и острожными выражениями лица. Он всегда оставался таким осторожным. Со временем люди стали расходиться по домам, пока в зале не осталось всего несколько человек. Гарри шел через упавшие украшения, разбросанные по полу, ленточки, заколдованные в виноградные лозы и цветочки, иллюзии светлячков, до сих пор витавших в воздухе над головами. Один из организаторов поймал его у дверей, энергично пожимая его руку и воодушевлённо рассказывая о количестве пожертвований, которое они получили для их фонда магглорожденных детей. Гарри кивал, напоминая себе улыбаться, быть довольным, это то, ради чего он якобы сюда и пришел. Организатор призвал закрытую бутылку шампанского из подсобки и впихнул ее Гарри в руки, благонамеренно похлопав того по спине. Гарри постарался натянуть улыбку и, извинившись, вышел в прохладный ночной воздух. Перед домом были широкие перила из белого камня, сверху на них сидел Драко. Свет фонаря цеплялся за его волосы как остаточные осколки звездного света и очерчивал контуры его лица. Он изящно зажимал сигарету между пальцев и под взглядом Гарри выдохнул тонкий поток растворяющегося белого дыма в ночное небо. — Не знал, что ты куришь, — сказал Гарри, останавливается у двери. Драко щелкнул по концу сигареты, смахивая комочек пепла, который отскочил от его безупречных черных туфлей, и спустился на каменную брусчатку. — Я не курю. Я ненавижу этот вкус и запах. — Но ты…— Гарри мотнул головой в сторону сигареты. — Я могу курить, только когда пьян. Если бы я так сильно не ненавидел это все, я бы скорее всего был курильщиком, — проговорил Драко. Он поколебался, но потом протянул сигарету Гарри. Гарри тоже не курил. Он пробовал травку с друзьями, но не стал из кожи вон лезть ради этого. Тем не менее, он принял сигарету и втянул немного дыма себе в легкие. То, что он был слегка пьян, помогло, и он не почувствовал кашля в глубине горла. — Ментол? — спросил Гарри, возвращая сигарету. Драко пожал плечами: — Делает их хоть немного терпимыми. — Если ты это ненавидишь, смысл все равно пытаться курить? Драко глубоко затянулся — кончик сигареты вспыхнул вишнево-красным в темноте — и выдохнул медленный поток дыма в небо. — В этом есть что-то такое, что-то… тактильное, и мне нравится, как это заставляет ощущаться мою голову, — он криво усмехнулся, — при условии, что я достаточно пьян, чтобы терпеть все остальное. Гарри улыбнулся и поднял бутылку, которую ему всучил организатор. Магией он вытащил пробку, садясь рядом с Драко, глотая жидкость прямо из бутылки и кашляя от жжения пузырьков и алкоголя. Драко хмыкнул: — Вот поэтому шампанское не пьют из бутылки. Гарри прочистил горло: — Ему просто нужно немного выветриться. — Я не думаю, что шампанское работает именно так, — сказал Драко. Он протянул руку, и Гарри без вопроса передал ему бутылку. Гарри смотрел, как Драко пил из нее. Его глаза были закрыты и вдумчивы, пока пепел медленно падал с его сигареты. Он выщипнул ее из пальцев Драко и вдохнул последнюю каплю дыма до того, как она сгорела до фильтра. — Грубиян, — недовольно пробормотал Драко. Гарри слабо улыбнулся, стряхивая остатки фильтра на землю, и испарил их взмахом руки. — А теперь ты просто выпендриваешься, — сказал Драко, передавая бутылку с шампанским обратно. — Эта штука не получается половину времени, — сказал Гарри, глотая алкоголь на этот раз более аккуратно. Драко вытянул из кармана довольно помятую пачку сигарет и достал еще одну: — Прикуришь? Гарри нашел свою палочку и создал маленький «инсендио», чтобы поджечь кончик сигареты. Драко обхватил руками слабенько горящий огонек, вдыхая и разжигая сигарету ярче. — Наверное, стоит тебя предупредить, что ты скорее всего окажешься в газете, — Гарри беспокойно покачивал ногой. — Хм, — отстраненно сказал Драко, — Я бы подумал, что все репортеры уже давно ушли. — Всегда есть хотя бы один, который следит за мной. — Ты не можешь быть настолько интересным. Особенно после ухода из авроров. Гарри пару раз глотнул из бутылки, наслаждаясь жжением пузырьков и алкоголя, как будто они могли бы спалить его беспокойство и дискомфорт. — Мы редко видимся на публике. Я уверен, это будет редкая удача для этих мелких паразитов, — сказал Драко плоским тоном, рассеянно махнув по кончику сигареты большим пальцем. Гарри вздрогнул, шампанское, казалось, болезненно прилипло к груди. Драко передал сигарету обратно, и Гарри ее принял, позволяя дыму задержаться у него в легких, а после медленно выдыхая его. Он чувствовал легкое головокружение. — Не передашь бутылку? — спросил Драко. Гарри протянул ее и поднял голову к небу. Гала проводилась в загородном поместье какой-то старинной семьи, которая не могла интересовать Гарри меньше, но здесь было темно, в отличие блекло-серого неба Лондона, и он смог разглядеть звезды. Он моргнул от яркой, почти полной луны и снова поднес сигарету к губам. Драко вытянул ее из рта Гарри прежде, чем тот смог вдохнуть больше дыма в легкие. — Эй, — беззлобно проговорил Гарри. Драко проигнорировал его: — Мерлин, от меня будет нести, как от пепельницы. Комочек пепла оторвался от сигареты и упал на колено Драко, пятно серого осталось на кремовой ткани. — Блять, — прошипел Драко и попытался быстро стряхнуть его. — Ты можешь попросить своего эльфа отчистить это. — У меня нет домашних эльфов, — тихо сказал Драко, — и одежду я взял напрокат. — Оу. Драко нахмурился, уставившись на колено: — Очищающее должно свести большую часть этого. Может, они и не заметят. Из куста за ними послышалось шуршание, и Гарри обернулся, ожидая услышать щелчок камеры, царапание ручки о бумагу, но все, что он увидел, была лиса, выбежавшая из-под идеально подстриженной живой изгороди и исчезнувшая в ночи. Гарри ненавидел мысль о том, что они могли быть рядом с ним, наблюдая за ним, наблюдая за Драко, который заслуживал, чтобы его оставили в покое. Он сглотнул, и комок в его горле расцвел в кипящую смесь жара, злости, желания и отчаяния. — Я не хочу, чтобы они смотрели на тебя. Не хочу, чтобы они тебя доставали. Драко наклонил голову, глядя на Гарри краем глаза. — Ты слишком…— дорог, слова застряли у него в горле. Драко посмотрел вниз на свою руку, сигарета прогорала. Гарри не смотрел, как он подносит ее к губам, тонким, бледно-розовым. Если бы он закрыл глаза, то мог бы представить их покрасневшими и влажными, опухшими от рта Гарри на них. Он посмеялся над собой, и ему не понравилась горечь в этом звуке. Драко бросил остатки сигареты на землю с блеклой вспышкой оранжевых искр: — Испаришь? Гарри взмахнул рукой. Ничего не произошло. Гарри вдохнул и попробовал еще раз. Спустя три попытки маленький огонек исчез в никуда. Драко ухмылялся. — Я же сказал, что это не всегда получается, — сказал Гарри. — Особенно после ночи шампанского, — добавил Драко. Он прижал руки к стене и откинулся назад. Его плечо касалось плеча Гарри. — Шампанское явно не помогает. — Угу, — мягко сказал Драко. Он покачал одной ногой в порыве тревожной энергии, — …Пойдем ко мне? Гарри посмотрел на него. Драко не встретился с ним взглядом. Гарри рассматривал его, то, как его горло подпрыгнуло, будто спотыкаясь о слова. — …У меня отличные защитные чары. Нас никто не потревожит, — добавил Драко. — Я не сомневаюсь. Я никогда не видел тебя в газетах, кроме случаев, когда ты бываешь на подобных мероприятиях. — Я ценю свою личную жизнь, — сказал Драко. Он, наконец, посмотрел на Гарри и казался взволнованным, даже робким. Гарри глубоко вдохнул, холодный ночной воздух застрял в его легких. — Да, — сказал Гарри. Он поставил полупустую бутылку шампанского на землю и протянул руку, — Заберешь меня? Драко кивнул — его мягкая хватка легла на руку Гарри — и аппарировал их.

***

Гарри проснулся в незнакомой комнате. Его голова побаливала от легкого похмелья, и он простонал себе под нос, проводя рукой по лицу и грубому от щетины подбородку. Окна были закрыты тяжелыми темными занавесками, пропускающими мягкий серый свет только по краям. Кровать была не его, но она была восхитительно мягкой. Гарри пошевелил ногами в теплоте, чувствуя нежелание двигаться. Прошлой ночью… Прошлой ночью они аппарировали в дом Малфоя, темный и слишком затененный, чтобы можно было разглядеть детали, пока они, беспорядочно стаскивая одежду по пути и спотыкаясь, добирались до его спальни. И упали на огромнейшую двуспальную кровать. Мягкое постельное белье и горы пуховых подушек притянули их ближе друг к другу и окутали теплом, запахом лаванды и легким остаточным запахом шампуня Драко. В тот момент Гарри просто хотел провести остаток своей жизни, запоминая его поцелуй. Гарри прикрыл глаза на секунду, сохраняя в памяти это мгновение. И тогда, он, вероятно, заснул. Или, скорее всего, заснули они оба, потому что Гарри с трудом верилось, что Драко не стал бы раздраженно будить его, если бы он задремал первым. Он повернул голову в сторону фигуры, полу захороненной в одеялах рядом с ним. Лицо Драко было расслаблено так, как Гарри не уверен, что когда-либо видел. В любом воспоминании о Драко, которое у него было, область между бровями того всегда была напряжена, и по краям рта разливалось постоянное неуверенное напряжение. Даже когда они были совсем маленькими. И Гарри позволил себе пялиться, разглядывая каждую едва заметную линию и тень, падающую на лицо Драко, разрешил себе эту поблажку. Их встречи всегда были краткими и легкими. Хотя Гарри и мог признаться себе, что эта легкость была напускной, просто осторожный танец между ними двумя, сопротивляющимися сделать шаг ближе. Несколько прядок волос упали Драко на лицо, пошевеливаясь при каждом медленном вдохе. Пока Гарри смотрел, нос Драко сморщился, и он сонно попытался откинуть волосы назад, прежде чем прижаться щекой к подушке. Не задумываясь, Гарри потянулся, поймал прядку волос своим пальцем и заправил ее за ухо, поглаживая мягкую кожу на ушной раковине. Губы Драко на секунду сжались, издав стон из глубины горла, и Гарри почувствовал, что он запросто может утонуть в этом тихом звуке. Гарри не уверен, сколько времени прошло, до того, как он заставил себя выползти из кровати, беззвучно прокравшись к двери и выскользнув в коридор. В конце него он нашел ванную и принял душ, позволяя горячей поде стекать ему на голову. Он смыл запах затхлого дыма и шампанского со своей кожи и волос, заменяя его на эвкалипт и березу малфоевского шампуня и геля для душа. Они немного напоминали Гарри его собственный шампунь, только слаще. Его палочка была в комнате Драко или потерялась в его одежде по пути, поэтому он схватил единственное полотенце с крючка около душа и вытер им волосы. Дверь со щелчком открылась, и за ней появился Драко в тонком халате, который он свободно придерживал руками. — Доброе, — сказал Гарри, задумываясь, должен ли он чувствовать себя неловко, не переходит ли он границы, все еще находясь здесь, — Прости, я вчера заснул. Драко моргнул, его голова наклонилась, пока он рассматривал Гарри. С запозданием, тот передвинул полотенце ниже, прикрываясь. — Я бы сказал, что я и так видел почти всего тебя раньше, просто никогда всего сразу, — сказал Драко с легкой дерзостью при всей сонливой хриплости его голоса. Гарри улыбнулся. — Мне надо помыться, от меня ужасно пахнет, — сказал Драко. — Как по мне, ты пахнешь нормально, — не согласился Гарри. — Я пахну как пепельница, — кисло проговорил Драко, — Боже, это самый отвратительный запах в мире. Мне придется спать в гостевой. — В гостевой? — удивленно спросил Гарри, — Ты не можешь просто постирать простыни? — Я могу их испортить, — ответил Драко, обходя его и залезая в душ, — На самом деле, много раз я так и делал, — он отвернулся, стыдливый румянец окрасил его лицо, — Я нанимаю эльфа приходить убираться раз в месяц. — Раз в месяц? — сказал Гарри, поднимая бровь. Драко бросил халат на крючок: — Этого достаточно, — он схватил полотенце с талии Гарри и повесил его туда же, — Мне нужно мое полотенце. Гарри удивлённо моргнул, но Драко только ухмыльнулся и еще раз нахально посмотрел на Гарри перед тем, как закрыть душ и включить воду.

***

Гарри собрал свою одежду, по предмету за раз, пока шел обратно в спальню. Она была несвежей и кисло пахла от вчерашнего пота и дыма. Очищающее заклинание могло бы избавиться от грязи и ворсинок, но оно было бесполезно против въевшихся запахов и пота. Он стоял посреди спальни, пытаясь решить, что делать. Его боксеры и майка были относительно чистыми, потому что он был в них всего несколько часов вечером, поэтому он надел их на себя. Он оставил оставшуюся одежду в кучке и решил осмотреться. Он мог бы сделать им кофе, или чай, или что-угодно, что было у Драко. Комната Драко и ванная располагались наверху вместе с довольно простой и пустой гостевой. Комната прямо наверху лестницы была кабинетом, заставленным переполненными книжными полками и письменным столом, заваленным заметками и файлами. Гарри спустился по узкой лестнице к главному коридору. Там была гостиная, такая же захламленная и неубранная, как и кабинет наверху, и более официальная комната для приемов, которая, судя по тому, какой чистой она была, редко использовалась. В глубине дома находилась большая открытая кухня и столовая, стол был завален книгами и выброшенной почтой. Гарри невольно улыбнулся про себя — он никогда не представлял, что Драко может быть таким неряшливым, учитывая, каким исключительно правильный он выглядел. Это заставляло его казаться… более осязаемым и человечным. Гарри нашел чайник на плите и поставил его кипятиться. Все приборы были электрическими, значит, дом изначально был маггловским. Он покопался в кухне, обнаружив почти пустую кладовую, в которой были только чистящие средства, которые вероятнее всего использовались только тем приходящим раз в месяц эльфом. В холодильнике хранились только контейнеры с выносной едой, кувшин молока, шоколадное молоко и несколько разных соков. Другая дверь вела в маленькую постирочную, единственным следом магии в которой была бутылочка с чистящим зельем вместо стирального порошка. Чайник пронзительно зазвенел, и Гарри вернулся к нему, наполняя две кружки горячей водой и единственным чаем, который он нашел. Через пару минут Гарри вытащил чайные пакетики и добавил сахар в свою кружку. Вторую кружку он поместил в стазис, чтобы Драко сам приготовил чай так, как любит. Гарри осторожно подул на темную жидкость, попытался глотнуть и обжег губы. Он тихо выругался и поставил кружку обратно на стол. Сверху до сих пор доносился едва слышный шум душа. Гарри вернулся на второй этаж. Он подобрал все вещи с пола, выбирая одежду Драко из кучи, и, вспоминая, что она арендованная, повесил ее подальше с дороги. Разобрать кровать заняло больше времени, чем он предполагал — пришлось снимать все наволочки и сдвигать тяжелое пуховое одеяло. Не имея корзины, куда положить это белье, он собрал его в простыню и отнес обратно к стиральной машинке, чтобы начать стирку. Он никогда не замечал особой разницы между маггловским порошком и магическим зельем для чистки одежды. Но огромная разница была в самом процессе. Молли до сих пор использовала для стирки большой таз с горячей водой, магией стирая и полоща одежду, а у магглов была машинка, которая, однако, занимала больше места. — Что это за шум? — спросил Драко, шлепая по деревянному полу в серых тапочках. — Я стираю постельное белье. И я повесил твою одежду, — ответил Гарри, когда Драко заглянул в постирочную, — Ничего страшного? Драко был одет в узкие темные джинсы и свободный белый лонгслив, его волосы были все еще влажными после душа. Его лоб нахмурился в размышлении: —  Мой кабинет, на самом деле, это единственное, к чему я придираюсь. Все остальное в порядке. А, и шоколадное молоко. Я не хочу им делиться. Гарри улыбнулся: — Окей. — Я так понимаю, твои вещи тоже там? — Драко кивнул на машинку. — Ага. Ты не против, что я остался?.. — Оставайся, сколько захочешь, — сказал Драко и потом, выглядя стыдливо, что он это сказал, сбежал на кухню, — Ты можешь надеть что-то из моего, только не растяни ничего. — Спасибо, — сказал Гарри, прислонясь к вращающейся машинке. Гарри мог слышать, как Драко открывал шкафчики: — Ты хочешь есть? У меня есть… шоколадные шарики, «лаки чармс» и… медовые подушечки, они мне не очень понравились, так что, возможно, они уже черствые. Гарри прошел к Драко с улыбкой: — Хлопья? Ты, должно быть, сладкоежка, — он мягко поддразнил его. — Если уж я и буду запариваться с завтраком, то пусть это хотя бы будет что-то, что я люблю, — сказал Драко, накладывая в тарелку шоколадные шарики и доставая ложку. — Я делал чай и не знал, какой ты любишь, но, по-видимому, с сахаром и молоком, — сказал Гарри. Драко взглянул на него с молоком в руке, наливая его в тарелку с шариками, добавил немного в кружку с чаем и положил две ложки сахара. Для Гарри стояла пустая тарелка вместе с тремя коробками хлопьев. Они были яркими и красочными и выглядели как то, что, возможно, бы любил Дадли и что не разрешали бы есть Гарри. Он выбрал «лаки чармс», потому что в них были маленькие маршмэллоу. Они облокотились о столешницу бок о бок, поедая свои хлопья, у Гарри они были сладкие, как пироженое, а у Драко молоко стало шоколадным. — Милое место, — сказал Гарри, — Ты давно здесь живешь? — Я купил его, как только закончились суды, — ответил Драко, бормоча себе в тарелку и ой как старательно не смотря на Гарри, — Я не мог вернуться обратно в Мэнор. Гарри кивнул. — И это спасло меня от проблем в перспективе, когда через пару месяцев Мэнор конфисковали. — Мне это показалось чересчур со стороны Министерства, — сказал Гарри. Драко пожал плечами: — Им нужно было что-то сделать. В прошлый раз они отпустили моих родителей даже без пощечины, а теперь просто бросить отца в Азкабан было недостаточно. Гарри немного нахмурился и наконец спросил:— Как твоя мама? Я ничего о ней не слышал после судов. — Тебе не надо притворяться, что ты заботишься о моей семье, Поттер, — сказал Драко. — Я нисколько не забочусь о твоем отце… Быстрая вспышка боли прокатилась по лицу Драко, прежде чем исчезла в печальной улыбке. —…но я забочусь от твоей матери. Мы… помогли друг друга в один момент в конце войны, — сказал Гарри. — Из них двоих она явно лучшая, — сказал Драко. Он поднял свою тарелку, бездумно выпивая оттуда молоко. Гарри ухмыльнулся. Драко глянул на него с запоздалым стыдливым румянцем. — И как у нее дела? — снова спросил Гарри. — Живет с родственниками в Париже. — Вы много общаетесь? — Она пишет каждую неделю, и мы разговариваем по камину раз в месяц, — ответил Драко. — Не встречаетесь? — Иногда, на дни рождения, праздники, — сказал Драко. — А она… — Была довольно в шоке, когда ты резко ушел из авроров, — перебил Драко, очевидно устав разговаривать о своей семье, — Я думаю, все были удивлены, они все думали, ты останешься на этой работе, пока не станешь главным аврором и не умрешь. — Становление главным аврором было бы тем, что меня убило бы, или это просто совпадение? — спросил Гарри. Драко закатил глаза и допил остатки молока из своих хлопьев, выглядев при этом довольно дерзко. Он поставил пустую тарелку на столешницу и заменил ее на кружку с теплым чаем. Гарри улыбнулся и спросил с любопытством: — Это правда было так удивительно, что я ушел? — Ты явно был несчастен, но я не думал, что ты на самом деле уволишься из-за этого, — ответил Драко. — Да? — Гарри поднял брови. Ему казалось, только Рон и Гермиона понимали, что он несчастен на своей работе. — Ну, раньше тебя это никогда не останавливало, — сказал Драко. Гарри посмеялся над этим: — Это правда. Я бы, наверное, остался, но Рон и Гермиона посадили меня и заставили поговорить об этом всем. И я понял, что в некотором роде я делал это, потому что чувствовал, что должен. Брови Драко нахмурились. Гарри дернул плечом: — Ну, я имею в виду… Я сейчас немного процитирую Гермиону, но это будто бы магический мир был первым местом, которое по-настоящему приняло меня, которое ощущалось как дом, но даже с самого начала оно ощущалось условным. Я победил Волдеморта, когда был ребенком, и продолжал воевать с ним, чтобы защитить всех, и эти две вещи как бы связались у меня в голове? Что я должен продолжать защищать это место и делать его безопасным, чтобы я мог остаться. Драко молча уставился на свои руки, его ногти звякнули о белую керамику кружки, когда он повернул ее в руках. Он придвинулся ближе, и Гарри почувствовал вес Драко на своем плече. Гарри улыбнулся исходящему от него теплу. — Поэтому я ушел, — сказал Гарри, — Я до сих пор не знаю, что с собой делать, но я не скучаю по аврорству. — …Ты все еще пытаешься спасти людей, — сказал Драко, — этими сборами средств и гала-вечеринками, и я вижу, что ты ненавидишь их так же сильно. — Да, но там я могу видеть тебя, — сказал Гарри. Драко поднял голову: — Я…Ты никогда не говорил… — Я не хотел быть слишком навязчивым, спугнуть тебя, — тихо сказал Гарри. Драко быстро тряхнул головой: — Если первые катастрофические 8 лет, что мы знали друг друга, не смогли с этим справиться, неужели ты правда думаешь, что сможешь избавиться от меня сейчас? Гарри печально улыбнулся, вылавливая последний кусочек хлопьев, плавающий в море слегка розового от маршмэллоу молока. — Ты не будешь допивать это? — спросил Драко. Гарри помотал головой. Драко нахмурился, и Гарри не знал, считает ли он его расточительным или просто глупым. — Оно слишком сладкое, — рассмеялся Гарри, — Ты хочешь? Драко поколебался, а потом кивнул. Гарри довольствовался своей чашкой чая, пока Драко пил слишком сладкое молоко. —…Это поэтому ты никогда не приглашал меня к себе? — спросил Драко. — Отчасти. Но эмм…После того, как я расстался с Джинни, она осталась в квартире, а я переехал обратно на Гриммо, — сказал Гарри, — Сириус оставил его мне, но это место ужасно старое и жуткое. — Зачем тогда его держать? — спросил Драко. — Это самое близкое, что у меня есть к моей семье, — ответил Гарри, — Ты, должно быть, тоже это чувствовал, когда они забрали Малфой Мэнор. Даже если ты ненавидел его, это все равно твой дом. — Я думаю, я предпочитаю просто хранить воспоминания о нем, когда я был маленьким, чем видеть его сейчас, — Драко вздрогнул и закрыл глаза на мгновение, — Он довольно плохо на меня влияет. Гарри кивнул. Стиральная машина громко пропищала, когда закончила стирать, и Гарри вернулся в постирочную, доставая влажные простыни и одежду и запихивая их в сушилку. — Разве для этого нет заклинания? — спросил Драко. Гарри оглянулся через плечо на Драко, прислонившегося к дверному косяку: — Скорее всего есть, но я его не знаю. И сушилка лучше. Драко нахмурил брови. — Правда. Вот увидишь, — сказал Гарри. Он нашел шерстяной шарик для снятия статики с одежды и бутылочку с лавандовым маслом и капнул несколько капель на шарик перед тем, как запустить сушилку. Драко не выглядел убежденным. — Поверь мне, — сказал Гарри. — У меня нет причин тебе не верить. Я просто не могу понять половину того, о чем ты говоришь, — сказал Драко. — Я бы мог тебя научить, — предложил Гарри. Драко заколебался: — Возможно. В окно позвучал тук-тук-тук совы с письмом, привязанным к ее лапке. Драко поспешил забрать его, открыв окно прежде, чем сова успела показаться раздраженной. Драко взглянул на Гарри: — Задержи сову, мне нужно ответить на это, — сказал он, перед тем как убежать наверх. — Ты его слышала, — сказал Гарри. Сова выглядела совершенно не впечатленной и остановилась на спинке стула, чтобы подождать. — Интересно, есть ли у него здесь где-нибудь вкусняшки для сов, — рассеяно сказал Гарри. Но дальнейшее обследование шкафчиков показало, что они все почти пусты. Гарри подошел к столу и начал просматривать кучу бумаг, потом стал их сортировать. Газеты в одну стопку, рабочие бумаги в другую, письма от Нарциссы, на барвинково-голубой бумаге с завивающимся идеальным курсивом, в третью. Стопки книг заняли один конец стола. Прибрав стол, Гарри обратил внимание на раковину, наполненную мисками, кружками и приборами, но почти без тарелок. Гарри начал серьезно подозревать, что Драко жил исключительно на хлопьях и еде навынос. Он нашел чистую губку и мыло, опять же магического бренда, но тут Гарри знал разницу — магический стоил в два раза дороже. Он включил воду и начал мыть кучу мисок и чашек, выкладывая их на полотенце, чтобы потом высушить. Гарри нравилось мыть посуду руками. Это было приятно — очищать все постепенно. Его сознание замолкало, пока он был занят простыми повторяющимися действиями, думая только о том, что он делает. Он использовал заклинание, чтобы высушить посуду, в основном потому, что он не смог найти еще одно кухонное полотенце. А так, он бы тоже предпочел вытереть их руками. — Что ты делаешь? — спросил Драко. — Мою посуду, — ответил Гарри, оглядываясь через плечо на Драко, замершего у подножья лестницы с пергаментом, свободно державшимся в его руке. — Тебе…тебе не надо ничего делать, — осторожно произнес Драко. Гарри заколебался на секунду: — Я хотел. Если бы я не хотел, я бы не стал. Драко заставил себя кивнуть и подошел к ожидающей сове. Гарри закончил раскладывать приборы, чувствуя неловкое напряжение в воздухе и позволяя ему пройти. Это было ново для них обоих, и это было нормально. Послышался тихий сигнал, и Гарри вошел в постирочную, открыв сушилку, когда она остановилась. — Драко! — позвал Гарри. — Что? Что-то не так? — спросил Драко. Окно щелкнуло, когда он выпустил сову обратно. — Все в порядке, просто иди сюда, — сказал Гарри. Драко вошел в комнату, как раз когда Гарри доставал простыни. — Что…? Но у него не было шанса закончить. Гарри обернул чистую белую ткань вокруг Драко, плотно затягивая простыни, и притянул его в свои объятья, окутывая их обоих теплотой и мягкостью и сладко целуя. — Вот поэтому сушилка лучше, — сказал Гарри, натягивая простыню на их головы и смягчая свет вокруг них до пастели. — Ты ужасен, — сказал Драко тоном, который говорил абсолютно обратное. Драко закусил губу. Она выскользнула у него зубов, розовая и влажная. Он изучал выражение лица Гарри; выглядя таким, таким осторожным, что это разбило Гарри сердце. Ему пришлось поцеловать его снова, так легко прикасаясь губами, что он почти боялся дышать. Гарри оставался близко, так, что их носы соприкасались, и рассматривал глаза Драко, контраст его бледной кожи и немного более темных ресниц. — Мы могли бы наверстать за прошлую ночь, — мягко сказал Драко. — Тебе придется помочь мне заправить кровать, — сказал Гарри. — Разве для этого нет заклинания? Гарри улыбнулся: — Скорее всего есть, но я его не знаю. Драко вздохнул, но печально улыбнулся: — Тогда нам нужно поспешить, потому что я совсем не хочу ждать.

***

Казалось, будто они находили друг друга в первый раз, держали друг друга, как в последний раз, медлили, словно это навсегда. Гарри не торопился, изучая каждый сгиб и выступающую косточку на теле Драко. Он мог трогать и целовать каждый дюйм его кожи и извлекать новые звуки желания и возбуждения из них обоих, пока они возились и сплетались вместе. Было ощущение головокружительной новизны в этом пространстве потерянного времени, где часы проходили без их ведома, пока они не были насыщены через край. Простыня, так до конца и не заправленная, оказалась потеряна на полу. Гарри очерчивал линию плеча Драко, пока тот лежал, прижавшись к его груди. Пот медленно остывал на их коже. Его пальцы скользили по поверхности и вниз по выступу ключицы Драко. Его влажная кожа была мягкой под его прикосновениями. Гарри чувствовал, как сердцебиение Драко прижимается близко к нему, постепенно успокаиваясь, когда они, наконец, перевели дыхание, и надеялся, что его собственное сердце выдерживает ритм. Гарри пришлось заставить себя придержать язык. Он знал, что ему нельзя слишком давить, не сейчас, когда Драко был таким осторожным. Он никогда не хотел ничего больше в своей жизни, чем этого, просто быть рядом с ним. — Блять, — Драко прошипел себе под нос, садясь, — Мне нужно вернуть эту чертову одежду сегодня. Сколько сейчас времени? — Еще светло, у тебя есть время, — сказал Гарри. Гарри выпрямился гораздо медленнее. Он наблюдал, как Драко лихорадочно достает свою одежду и натягивает ее, мятую и скомканную, как его волосы немного растрепались вокруг лица перед тем, как он схватил парадную одежду, которую повесил Гарри. Гарри свесил ноги с края кровати, когда Драко призвал свои ботинки и попытался надеть их, не потеряв равновесия. Гарри поймал Драко за запястье, прежде чем тот смог выпустить очередное заклинание, и подтянул его близко к себе, крадя поцелуй. — Глубокий вдох. Все будет в порядке. Драко нахмурился, бросив на Гарри короткий взгляд, который быстро растаял. Он напряг свое запястье, и Гарри его выпустил. Перед тем, как Драко отступил, он наклонился и снова поцеловал Гарри, медля и неохотно отпуская. Он посмотрел на Гарри почти грустно, прежде чем сделать пару шагов назад и аппарировать. Гарри выдохнул. Он слегка поежился, потому что, казалось, комната стала холоднее без Драко в ней. Он оделся, надевая смесь из своей уже чистой одежды и свободного бордового пуловера и каких-то носков из шкафа Драко. После, он закончил заправлять постель, взбивая подушки и разглаживая одеяло обеими руками. Он глянул на улицу на темнеющее небо и вспомнил, что не ел ничего с сегодняшнего утра. Зная, что в холодильнике внизу были только сок и остатки еды навынос, Гарри схватил свою палочку и аппарировал на Диагон аллею за покупками. Поход занял дольше, чем он ожидал, так как все, что он думал приготовить, требовало специй, кастрюль и сковородок, которых, Гарри был почти уверен, у Драко не было. Он доверху набил всем этим тележку, и ему пришлось потратить минут пять, уменьшая пакеты и кладя их в другие пакеты, чтобы он мог нести все только в двух, с множеством сильных облегчающих чар, поддерживающих вес. Самым большим вопросом было, сможет ли он вообще вернуться назад — он не знал, если охранные чары Драко пропустят его внутрь без Драко в паре. Но он аппарировал назад в кухню также легко, как если бы она была его собственная. Это успокоило нервы Гарри, скручивавшиеся внизу живота клубком, который он носил и старательно пытался игнорировать. Было уже почти темно, когда Драко, наконец, вернулся, входя через переднюю дверь и медленно закрывая ее со щелчком, заглушенным его вздохом. Гарри только включил свет на кухне, как услышал приближающиеся шаги Драко, остановившиеся у входа в комнату. — У меня заняло кучу времени разобрать все покупки, а потом я отвлекся на чистку холодильника, так что на ужин придется сделать что-то простое, — сказал Гарри, — Как ты смотришь на томатный суп и сырные тосты? Гарри развернулся из-за молчания Драко. Он не мог прочитать его выражение лица. — Я уйду. Только скажи, — сказал Гарри. Драко мотнул головой крошечным, почти отчаянным движением. — Я знаю, я остался слишком надолго… — Нет. Нет, я просто не ожидал, что ты все еще будешь здесь, я думал… Я думал…— голос Драко затих, он выглядел сломанным. Гарри ждал, желая услышать конец этого предложения. — Наверняка у тебя есть дела поважнее, — закончил Драко, хотя Гарри был уверен, это не то, что он собирался сказать. — Ты знаешь, что нет, — сказал Гарри. — Твои друзья, Уизли… — Я вижусь с ними два-три раза в месяц. Они пришлют мне сову, если захотят увидеться, — сказал Гарри, — Вдобавок, я бы скорее узнал тебя получше. — Ты, наверное, знаешь обо мне больше, чем кто-либо, кроме моей матери, после того, как мы вместе были в школе, и после той дурацкой книги, которую я написал, — сказал Драко. — Я бы сказал тоже самое обо мне, но это…— Гарри покачал головой, — Я хочу знать, какой ты пьешь чай, и твой любимый десерт, как заставить тебя смеяться… настоящего тебя. Щёки Драко покраснели, пока тот уставился на свои ноги. — Но если ты хочешь, чтобы я ушел… — Нет, — сказал Драко, — Останься. Гарри расслабился, аккуратно улыбаясь. — Ты бы знал, если бы я хотел, чтобы ты ушел, — сказал Драко, — У меня не особо хорошо получается быть тактичным. — Раньше, да, но сейчас ты всегда такой осторожный, — сказал Гарри. — Я стараюсь, но ты всегда был исключением. — Я польщен, — сказал Гарри, — Томатный суп и сырные тосты? Драко моргнул и, наконец, пошевелился, пересекая кухню к столешнице и прислоняясь к ней рядом с Гарри: — Я так думаю, у тебя нет ветчины? Мне больше нравится с ветчиной и сыром. — Боюсь, что нет. Я запомню для следующего раза, — сказал Гарри. Драко прикусил губу, смотря на свои руки, сложенные перед собой. — Следующего раза… — Перебор? Драко помотал головой, некоторые из его распущенных блондинистых прядок упали ему на глаза. Гарри оттащил себя обратно к плите. Суп был консервированным, но Гарри так и не узнал секрет домашнего супа, который был бы наполовину таким же вкусным. Он вылил суп в маленькую кастрюльку и поставил ее подогреваться на плите. — Перебор, — тихо повторил Драко, — Это беспокоит тебя… что тебя «перебор». Гарри услышал незаданный вопрос и глубоко вдохнул: — Слишком много, слишком напористый, покровительственный, властный, удушливый… Это, мм, забавно, наверное. Я очень плохо забочусь о себе, но когда я живу с кем-то, мне очень нравится заботиться о них. Это, эм, это было проблемой для меня. Джинни говорила, это заставляло ее чувствовать себя беспомощной, она хотела делить домашнюю работу поровну. Но когда я вижу что-то, что нужно сделать, я просто это делаю. Я не думаю об этом. Это не о… Я не думал меньше о ней из-за этого. Я видел нас как равных… Но ей это казалось неправильным. Гарри переместил свой вес, намазывая маслом хлеб для поджаренного сыра. — Я… Я никогда не умел выражать свои мысли словами. Я никогда не знаю, что сказать, если только это не что-то не то. Я довольно хорошо усею говорить неправильные вещи. Драко тихо рассмеялся: — Я бы с этим согласился. Гарри оглянулся на него с улыбкой: — То есть, забота о людях — это то, как я показываю, что мне не все равно. — … К счастью для тебя, будучи таким избалованным ребенком как я, я всегда был хорош в том, чтобы обо мне заботились, — сказал Драко. —  Тогда мы хорошо сочетаемся, — сказал Гарри. Драко покраснел и выглядел довольным, хотя и пытался это скрыть. — Как ты относишься к тому, чтобы сидеть на столешнице? — спросил Гарри. — Почему? — Драко поднял брови. — Потому что мне нравится идея целовать тебя на ней, — сказал Гарри. Драко оперся руками о край столешницы, усаживаясь на нее и прикусывая губу с застенчивой улыбкой. Гарри передвинулся между его коленей, скользя руками вверх по бедрам Драко. Он почувствовал, как ноги Драко сжались вокруг него. Драко обернул руки вокруг плеч Гарри, запустив пальцы в его волосы, в то время как его ноги мягко сжали его бедра. Гарри наклонился к нему, прикусывая губу, которую всегда прикусывал Драко, перед тем как поцеловать его. Драко отстранился, все еще находясь достаточно близко, чтобы Гарри мог почувствовать жар его дыхания: — Суп выкипает. — Черт, — Гарри поспешил к плите, снимая кастрюлю с горелки, когда комната наполнилась запахом подгоревших помидоров. Драко рассмеялся, и когда Гарри оглянулся, он увидел улыбающегося в абсолютном восторге Драко, и Гарри скорчил хмурую мину, просто чтобы снова рассмешить его. Он останется, до тех пор, пока Драко будет с ним, и потратит каждое мгновение, которое сможет, на то, чтобы сделать его счастливым.