Я справлюсь

Дракона занесло на художественную выставку совсем случайно. Он лишь согласился сопровождать свою тетушку, большую любительницу современного искусства. И сделал он это больше от скуки, чем из вежливости или уважения к родственнице. Но именно в этом непривычном для наследника крупнейшего в мире промышленного конгломерата месте нашлось кое-что более привлекательное, чем смешанные краски на холстах в смазанных сюжетах. Дракон не смог пройти мимо лишь одного шедевра и остаться к нему привычно равнодушным. Его скучающий незаинтересованный взгляд сначала зацепился за легкое мимолетное движение: слишком эфемерное и грациозное для серой реальности. Тонкая кисть с длинными пальцами, украшенными золотыми замысловатыми кольцами, легко подцепила бокал с багровым вином с подноса проплывающего мимо официана и тут же приподнесла края звонкого хрусталя к пухлым губам. Это завораживало. Разноцветные блики света от стекла играли на идеальной коже, а влажный язык слишком неуместно для сохранения выдержки дракона, неспеша (или это время для дракона замерло в завораживающем своим зрелещем моменте) слизал остатки вина с губ, все же оставляя на них легкий алый оттенок. И Минхо утонул в этом наваждении. Мир вокруг словно завис под стеклом. Острый темный взор был теперь прикован лишь к тонкой фигуре неизвестного. Хотелось закружится в танце среди этих абстракций, никого не стесняясь признаться этому мальчишке в любых грехах, словно перед драконом появился чистейший ангел чтоб спасти его темную душонку от всепоглощающей черноты. Настолько он был нереальным, словно его самого создал искусный гений. Каждый штрих этого тела притягивал внимание и манил желание дракона, желание обладать им. Никто никогда не отказывал дракону Ли Минхо, и он сам себе не смог отказать в своем греховном желании. Но совсем забыл о правилах, по которым был вынужден жить последние сотни лет. Потому что однажды уже поверил в любовь, отдал частичку своей души простому человеку. И жизнь дракона отныне разделена на двоих.