Часть 28
26 февраля 2024 г., 12:51
Внутри выставочного зала «Живопись смерти».
Группа ахнула, когда увидела картину, которую Чи Нань бросил в море, в целости и сохранности висящую на стене.
– Что здесь происходит? – Несмотря на то, что Хэй Ча был знаком с Чи Нанем, он всё ещё был шокирован в этот момент. Он с удивлением посмотрел на юношу. – Какую магию ты использовал?
– Я просто пытаюсь понять, можно ли выбросить эти картины.
Несколько опытных сноходцев, наконец, всё поняли и инстинктивно посмотрели на пустую раму в углу.
– Есть ещё одна возможность.
Е Чан поднял руку, чтобы снять только что вернувшуюся картину. Затем он ударил картину о пол. Он увидел, что та не сломалась, и наступил на картину. Грубый звук доносился из выставочного зала «Живопись смерти».
Группа смотрела с изумлением. Е Чан слегка улыбнулся, выражение его лица оставалось нежным и лёгким.
– Извините, мои действия могут быть немного большими. Я тоже провожу эксперимент.
Все: «......»
Эти два мальчика из 303-го не были нормальными, правда?
Разве затоптанная картина не имеет достоинства как произведение ужаса?
Е Чан увидел, что эту картину нельзя сломать или порвать. Он подумал об этом, прежде чем вежливо спросить женщину с большой грудью.
– Можете одолжить мне зажигалку?
Женщина поняла его мысль, достала зажигалку и перебросила её.
– Не будь таким вежливым.
– Спасибо.
Он вынул картину из рамы и попытался поджечь зажигалкой. Когда волна жары распространилась, картина быстро загорелась. Однако холст горел менее трёх секунд, прежде чем казалось, что огня не было. Через некоторое время пламя бесследно исчезло, и картина осталась нетронутой, без следов сожжения.
– Кажется, что картину нельзя не только выбросить, но и уничтожить, – сообщил Е Чан, когда его эксперимент закончился.
Чи Нань кивнул.
– Значит, пропавшая картина всё ещё находится на лайнере «Сумрак». Она просто спрятана.
У Хэй Ча разболелась голова от двух прямых и жестоких людей, и он поднял руку ко лбу.
– ...Если бы эксперимент не удался, что бы вы сделали, если бы действительно выбросили картину в море или сожгли?
Чи Нань был невиновен.
– Я заплачу за это.
Е Чану было всё равно.
– Я заплачу за это.
Двое молодых людей заговорили в унисон. Они были ошеломлены ещё до того, как их взгляды встретились.
Наконец, Е Чан улыбнулся, а Чи Нань поджал губы.
Женщина взяла зажигалку и закурила сигарету.
– Я полагаю, что вы двое не можете себе позволить за это платить. Вам просто вычтут некоторую благосклонность.
Хэй Ча посмотрел на Чи Наня со сложным выражением лица и прошептал:
– Ты можешь немного расслабиться. В настоящее время твоё расположение отрицательно. Делая это...
Чи Нань стал серьёзен.
– Так почему капитан спрятал эту картину? – Рыжеволосый юноша посмотрел на целую картину, а затем на пустую раму в углу.
Е Чан ответил:
– Если я захочу что-то скрывать, есть три возможности. Первая причина в том, что это настолько важно для меня, что я не хочу раскрывать это другим. Во-вторых, его существование вызывает у меня грусть, стыд или другие негативные эмоции. Я не хочу, чтобы другие, или даже я сам, это видели. Последняя причина... Это раскроет мои секреты. – Е Чан поправил очки и потёр карманные часы в кармане.
Температура его тела была настолько низкой, что, несмотря на то что он держал в руке карманные часы, они всё ещё оставались холодными без малейшей температуры.
– Как вы думаете, какая причина у капитана? – Е Чан спросил Чи Наня.
Чи Нань подумал об этом.
– Корабль «Сумрак» может олицетворять страх. Думаю, это должна быть вторая или третья возможность. – Он сделал паузу, прежде чем добавить: – Также возможно, что вторая и третья возможности перекрываются.
Женщина с большой грудью вдруг улыбнулась.
– Значит, капитан скрывает свой страх.
– Если мы сможем найти его картину, и капитан вспомнит о своём страхе, а затем воспользуемся способностью лайнера воплощать страх, возможно, мы сможем разрушить этот сон, – предположил Чи Нань.
Другими словами, найдите страх старого капитана и отплатите за него.
Женщина смотрела в окно на закат, который прошёл только на треть. Она бросила сигарету на пол и наступила на неё, чтобы тушить.
– Пойдём. Чего же ты ждёшь?
Внутри банкетного зала.
Присутствовали только мужчина средних лет, семь трупов и сотрудник NPC, молча стоявший рядом с трупами.
Огромный банкетный зал выглядел пустым и холодным. В тишине доносились лишь редкие звуки волн, ударяющих по палубе, и прерывистая странная музыка, похожая на музыкальную шкатулку. Нежная и умиротворённая мелодия вызывала сонливость.
Мужчина средних лет несколько раз зевнул, прежде чем внезапно насторожился. Он был ветераном и прекрасно понимал, что спать в этой ситуации очень опасно.
Он не осмелился сесть, чтобы освежиться. Он расхаживал взад-вперёд по залу, в то время как его рот грязно ругался:
– Подождите, пока я убью вас, ребята, после того как выйду! Что это за отговорка? Это долбаный мир кошмаров! Зачем заботиться о других? Взял улики, которые я обнаружил, и притворился Девой Марией! Это букет мёртвых белых лотосов!
Внезапно он подошёл к сотруднику и крикнул:
– Эй! Иди и открой мне дверь!
Он вспомнил, что на поясе этого сотрудника висела связка ключей.
Неожиданно сотрудник просто склонил голову и сказал:
– Мне очень жаль, господин. Дверь банкетного зала запирается снаружи и открывается только снаружи.
Мужчина средних лет взорвался и выругался:
– Ты что, чёрт возьми, не можешь придумать для меня способ?! Я хочу, чтобы ты немедленно открыл мне дверь!
Официант ответил неторопливым и медленным голосом:
– Простите, я действительно ничего не могу сделать.
– Разве ты не NPC низкого уровня? У тебя даже нет базового мозга? Тупой! – Он был единственным, кто остался в банкетном зале, поэтому выпустил свой гнев на NPC, у которого не было эмоций и мыслительных способностей. – Разве ты не можешь связаться с другими сотрудниками или капитаном, чтобы открыть мне дверь?
– Извините, нет.
– Тогда ты можешь остановить эту призрачную музыку? Слушать плохо, от этого хочется спать!
– Господин, я не слышу музыку, о которой вы говорите.
– Ты меня чертовски злишь! – Мужчина средних лет потерял терпение и поднял руку, чтобы яростно напасть на сотрудника.
Другой человек наконец поднял голову, его изначально неорганический взгляд был наполнен нежной жалостью.
– Однако я могу приготовить для вас послеобеденный чай, чтобы вы успокоились и были готовы к следующему путешествию.
Рука мужчины средних лет остановилась на мгновение. Последние две ночи он не спал много. Вчера у него не было времени поесть из-за различных чрезвычайных ситуаций. Он был сонным и голодным, поэтому просто сказал:
– Тогда пойди и принеси его мне. Чай должен быть крепким и освежающим!
Сотрудник уважительно кивнул.
– Да, пожалуйста, подождите.
Вскоре официант заполнил круглый стол банкетного зала холодными закусками и напитками.
– Господин, послеобеденный чай готов. Наслаждайтесь, пожалуйста.
Затем он налил чёрный чай в чашку из костяного фарфора.
Мужчина средних лет бесцеремонно сел. Сначала он сделал глоток горячего чая, прежде чем безостановочно посылать закуски себе в рот. Он с удовольствием выпил крепкий и горький горячий чай.
Официант отошёл в сторону и своевременно наливал ему чаю и воды.
Вкус закусок был очень хорош, и чай тоже был из дорогих. Кроме мёртвых тел в банкетном зале и музыки, всё было приятно. Если бы это был настоящий круизный отдых...
Как ни странно, его нервы, которые напряглись за последние несколько дней, постепенно расслабились, а его раздражительные эмоции сильно умерились.
Мужчина средних лет снова зевнул. На этот раз он не мог больше сохранять бдительность. Он позволил своему разуму плыть по неземной музыке.
Круизный лайнер покачивало на волнах, и было пение... покачивание, покачивание... Регулярное медленное покачивание казалось ему шёпотом колыбельной...
Он бессознательно закрыл глаза, и чашка, которую он держал, упала к его ногам, разбрызгивая чай повсюду.
Было тихо из-за толстого ковра.
Жёсткая улыбка на лице сотрудника исчезла. Он наклонился и поднял упавшую чайную чашку, тщательно вытирая чайные пятна на ковре.
Через некоторое время он поднял глаза и мягко заговорил с мужчиной средних лет, который спал в кошмаре:
– Спокойной ночи и хороших снов.
Его лицо было скрыто в тени заходящего солнца. На мгновение он немного походил на Го Сюаня. Затем свет и тени переместились, и очертания стали похожи на А Сюэ.
Он стоял посреди банкетного зала. Он мог быть кем угодно или никем. Он был просто ничтожным NPC.
***
– Слушайте. Вы слышите звук?
При этом группа, рассматривавшая картину, услышала музыку.
– Кажется, она идёт отсюда. – Рыжий юноша указал в сторону палубы.
Хэй Ча пробормотал:
– Я думаю, что это оттуда... – Он указал в противоположном направлении.
Женщина с большой грудью нахмурилась.
– Музыка должна доноситься с моря.
Хэй Ча выразил облегчение, услышав это.
– Музыку приятно слушать после стольких лет. Может быть, это легенда о поющих русалках?
Затем он зевнул.
Зевота была заразительной. Вскоре зевнул и рыжий юноша. Он прикрыл рот и неопределённо пробормотал:
– Мне вдруг так захотелось спать...
– Да... Я плохо спал две ночи... Я бы хотел лечь на мягкую кровать и спать в тёмном месте. – Хэй Ча зевнул.
– Нет, это неправильно! Это усыпляющая музыка! – проницательно закричала женщина с большой грудью. Она попыталась успокоить нервы, но не могла удержаться от зевоты, глаза заполнились туманом.
– Я принёс звукоизоляционные беруши! Все, хватайте!
Хэй Ча беспокоился о том, что не сможет заснуть, и имел обыкновение хранить звуконепроницаемые беруши. Так уж вышло, что в круглосуточном магазине города Цзи их отдельно не продавали. Он мог взять только большую коробку. В то время он думал, что это слишком хлопотно. Он никогда не ожидал, что это пригодится сейчас.
Хэй Ча протянул Чи Наню затычки для ушей, но тот покачал головой.
– Мне это не нужно. Прошлой ночью я хорошо спал и не чувствую сонливости.
«......» Хэй Ча знал, что Чи Нань был невежлив, когда сказал, что спит хорошо. Таким образом, он намеревался передать беруши Е Чану.
Неожиданно Е Чан махнул рукой.
– Я хорошо спал прошлой ночью. Спасибо.
Хэй Ча:
– ...Вы двое действительно подходите для того, чтобы спать вместе.
Он вставил беруши и едва отключил гипнотическую музыку. Прилив сонливости, наконец, удалось сдержать. Когда их разум прояснился, все стали немного бояться.
В конце концов, одним из самых важных факторов смерти было засыпание.
У них не было возможности контролировать свои страхи. Напротив, проще не спать. Как только они погрузятся в глубокий сон, их страх распространится и станет конкретным. Это ничем не отличалось от самоубийства.
Только такие существа, как Чи Нань, не имевшие представления о страхе, могли заснуть на лайнере «Сумрак».
– Что ты думаешь? – внезапно спросил Е Чан.
Чи Нань покачал головой.
– О чём?
– Что ты думаешь об этой музыке?
– Не очень хорошая. – Чи Нань склонил голову и задумался. – Я слышал музыку в сто раз лучше, чем эта.
Е Чан незаметно приподнял бровь.
– Хм? Где?
Чи Нань честно ответил:
– Последняя локация и база «Рассвет».
– База «Рассвет»?
Чи Нань кивнул.
– Да, дом создателя сна.
– О. – Е Чан небрежно спросил: – Ты знаком с ним?
Чи Нань удивился:
– С кем?
Глаза Е Чана были скрыты за линзами. Выражение его лица было трудно разглядеть, но он, казалось, улыбался.
– Человек, которого ты только что упомянул, создатель сна.
– Я не знаком с ним. – Чи Нань немного помолчал, прежде чем сказать: – Просто немного обеспокоен.
Шаги Е Чана немного остановились.
– Хм?
– Ничего. – Губы Чи Наня сжались в тонкую линию, и он не собирался продолжать говорить.
Е Чан мог только временно отбросить своё любопытство и замолчать.
– Если бы это был ты, где бы ты спрятал то, что не хочешь, чтобы другие люди видели, но что не можешь разрушить? – Чи Нань внезапно спросил Е Чана.
Он не был нормальным человеком и мог судить об этом только на основании выбора других. Хотя, возможно, его сосед по комнате тоже не был нормальным человеком...
Е Чан подумал всего мгновение, прежде чем выпалить:
– Рядом со мной.
– О. – Чи Нань предложил: – Пойдём на палубу, чтобы поговорить с капитаном?
– Сначала пойдём в комнату для инструментов. – Е Чан безобидно улыбнулся, и его брови красиво изогнулись. – Мы должны провести некоторую подготовку.
Двадцать минут спустя двое вышли из комнаты для инструментов с кучей верёвок, клея и даже топора...
Группа выглядела ошеломлённой.
– Чем вы планируете заняться..?
Чи Нань ответил на вопрос женщины, как будто был студентом:
– Разве в особых обстоятельствах незаконно получить признание с помощью пыток или забрать важные вещи неигрового персонажа без разрешения?
Женщина с большой грудью опасалась, что присутствующие нечётко услышат, и громко проговорила:
– Трудно сказать! Я никогда не встречала такого сноходца!
Хэй Ча держался за лоб.
– Твоё расположение в минусе... Что ты собираешься делать?
– Хочешь увидеть тюрьму в мире кошмаров? – Чи Нань шутил с невыразительным лицом, крутя верёвку.
Губы Хэй Ча дёрнулись, когда он представил слова Чи Наня. Затем он со слезами на глазах закричал:
– Это не смешно!
Он знал, что не сможет убедить Чи Наня, поэтому повернулся к Е Чану.
– А ты? Ты тоже собираешься дурачиться с ним?
Е Чан был похож на мятежного подростка, которому не терпелось учиться.
– Да, я не выпытывал признания и ничего не крал. Я хочу последовать за братом Нань и попытаться.
Хэй Ча: «......» Эти двое были просто потрясающими.
На палубе заходящее солнце было почти полностью залито морем.
Старый капитан встал под красными облаками и поклонился Чи Наню, вышедшему из каюты. На нём не было шляпы, и его серебристо-белые волосы развевались на ветру.
– Сумерки скоро пройдут, и наступит долгая и трудная ночь. Это нехорошо для путешественников, блуждающих по морю. – Он посмотрел на заходящее солнце размером с ноготь и слегка прищурился. – Тем не менее, не волнуйтесь. Корабль «Сумерки» защитит своих гостей. Он подарит своим гостям самые умиротворяющие и сладкие сны.
Старый капитан снова обернулся. Туман в его глазах рассеялся, и он, как обычно, энергично улыбнулся.
– Вам понравилась музыка? – Он заметил, что у двух гостей перед ним не было затычек для ушей.
– Капитан, могу я вас кое о чём спросить? – начал Чи Нань.
Старый капитан по-джентльменски кивнул.
– Конечно. Я надеюсь, что смогу помочь своим гостям.
Чи Нань был прямолинеен:
– В выставочном зале живописи пропала картина. Я хочу знать, где вы её спрятали.
Выражение лица старого капитана внезапно изменилось. Первоначально мягкий и мирный закат был разрушен его гневом.
– Нет пропавшей картины! Я ничего не скрывал! Все картины в выставочном зале!
Когда настроение старого капитана изменилось, музыка с моря полностью прекратилась. Его яростная реакция подтвердила предположение Чи Наня.
Е Чан, заложивший руки за спину, взглянул на юношу, и уголки его губ незаметно скривились.
– Оставь это мне.
Затем улыбка на его лице стала шире, и он мягко и вежливо обратился к старому капитану:
– Извините.
– Ты, что ты собираешься делать?! – Глядя на молодого человека, держащего верёвку и слегка улыбающегося ему, капитан, испытавший сильные штормы, внезапно задрожал...
За этим, казалось бы, безобидным лицом и отражающими очками, казалось, пряталась устрашающая душа. Ему казалось... бездна оглядывается на него.
– Не нервничайте. Мы просто хотим получить от вас кое-что, и скоро это закончится.
Вопреки его вежливым словам, Е Чан двигался быстро и решительно. Он заставил старого капитана отступить на несколько шагов, прежде чем бесцеремонно привязать того к перилам палубы.
– Что ты делаешь? Нет картины! Я ничего не скрывал!
Е Чан продолжал улыбаться, обыскивая талию капитана. Через мгновение он вынул связку ключей и с улыбкой потряс ею перед старым капитаном.
– Я знаю. Мы верим всему, что вы говорите. – Затем он бросил ключи Чи Наню. – Возьми. – Этот тон походил на маленького мальчика, ожидающего, что его брат похвалит его.
Остальные сноходцы в группе были ошарашены: «......»
Хэй Ча тихо вздохнул рядом с Чи Нанем.
– Я не буду смотреть на это... Е Чану не нужно тренироваться.
Подросток уже достиг их.
– В детстве надо мной издевались, и я немного научился защищаться.
– Чёрт, ты только немного научился? Я думаю, ты – вор.
Е Чан улыбнулся.
– Спасибо за комплимент.
Хэй Ча всё ещё был поражён. Ранее он слышал, как Е Чан сказал, что он гей, и, увидев его очки, втайне подумал, что этот ребёнок может быть шоу (снизу). Теперь...
Он посмотрел на Чи Наня со сложным выражением лица. Он немного волновался за этого эмоционально глупого парня...
Чи Нань не думал ни о чём странном. Он быстро нашёл ключ от капитанской каюты из связки ключей.
– Должно быть, этот.
Они обыскали почти все пять этажей круизного лайнера. Только капитанская каюта была заперта, и они не могли её открыть.
Если картина символизировала страх капитана, и тот не хотел, чтобы кто-либо знал о существовании картины, её спрятали в абсолютно безопасном и уединённом месте.
На этом пассажирском круизном лайнере самым уединённым местом для старого капитана была его каюта.
В это время небо темнело. Последние лучи солнца скоро поглотит море.
Возможно, это произошло из-за уникального панорамного дизайна окон корабля и того факта, что солнце никогда не заходит вечером. Светильники корабля были просто украшениями. С приближением ночи огни на корабле уже не включались.
Внезапно наступила тьма.
Эта темнота не была похожа на то, когда в полночь вытягиваешь руку и не видишь своих пальцев. Скорее, она была расплывчатой и двусмысленной. Они смутно могли видеть очертания вещей, но не что именно это было.
Эта мрачная сцена испугала их ещё больше.
На этот раз пригодилась зажигалка женщины. Она вышла вперёд и пошла впереди. К сожалению, свет от зажигалки был слишком слабым и нестабильным. Она едва видела путь впереди.
– Нам нужно найти свечи. – Хэй Ча немного боялся темноты и хотел кого-то обнять. Он хотел приблизиться к Чи Наню, но вспомнил, что юноша страдает фобией контактов. Поэтому он терпел.
Женщина спокойно говорила спереди:
– Уже слишком поздно. Нам лучше быстрее найти картину.
– Не теряйтесь. Все, идите друг за другом.
– Да, так держать.
– Брат Нань, могу я подержать тебя за руку? – голос Е Чана звенел в ухе юноши с такой громкостью, которую могли слышать только они двое. – ...У меня куриная слепота, и я боюсь темноты.
Чи Нань колебался несколько секунд, прежде чем ответить:
– Да.
В любом случае, когда было так темно, никто не мог видеть его плачущим.
Е Чан улыбнулся.
– Спасибо. – Затем он взял Чи Наня за руку и сцепил их пальцы.
Чи Нань мог быть морально подготовлен, но всё равно напрягся. Две слезы скатились из уголков его глаз. Прежде чем он успел поднять руки и вытереть их, мягкий носовой платок уже утер за него слёзы.
– Ты ведёшь меня, а я утираю тебе слёзы, – голос Е Чана слышался так, будто он улыбался, и он мягко подул в ухо.
Чи Нань бесконтрольно дрожал, как никогда раньше.
Это чувство было очень тонким, как будто его ударили током.
Он не говорил об этом и просто потянул Е Чана за собой... Если быть точным, следует сказать, что его тянул Е Чан, когда он шёл вперёд в неоднозначной темноте.
Через десять минут группа плавно открыла дверь капитанской комнаты.
Условия могли быть очень плохими, но все на время отбросили свой страх и начали искать пропавшую картину.
Чи Нань был слепым долгое время, поэтому его способность адаптироваться к темноте была очень сильной. Менее чем за пять минут он нашёл сейф высотой около полуметра, который находился под кроватью.
– Я нашёл. Должно быть, это тут.
Женщина немедленно подняла зажигалку. Она подошла и обнаружила, что сейф был плотно заперт.
– Это восьмизначный кодовый замок!
– Бля, восемь цифр... Я три часа пробовал трёхзначный пароль, прежде чем мне удалось его открыть. Это восемь цифр. Это должно быть не так просто... – разочарованно и беспомощно пожаловался Хэй Ча.
Атмосфера в группе внезапно стала немного подавленной. Последние несколько дней они не обращали внимания на возможные восемь цифр на круизном лайнере...
Женщина с большой грудью спокойно проанализировала это:
– В восьмизначном пароле должны быть год, месяц и число. Нам просто нужно найти соответствующую дату...
– 19271127, – Чи Нань внезапно с уверенностью произнёс ряд цифр.
Все были немного растеряны.
– Что?
– Попытайся. Пароль – 19271127, – Чи Нань повторил это снова.
Они не понимали, что происходит, но времени оставалось не так много. Женщина двигалась согласно словам Чи Наня и повернула кодовый замок до восьми цифр.
Однако никакого движения не было. Надежда, только что зажжённая в группе, окатила её холодной водой.
– Это... Что делать?.. Солнце почти полностью село... – рыжеволосый юноша не договорил, когда услышал чёткий звук из кодового замка. Тогда ржавый замок автоматически открылся!
На мгновение воцарилось молчание, прежде чем Хэй Ча закричал:
– Пароль правильный! Пароль Чи Наня верен!
Просто замок ржавел годами и открывался чуть дольше!
– Как ты узнал? – спросил рыжеволосый юноша Чи Наня. Раньше он думал о дате под каждой картиной в выставочном зале, но дата создания под этой рамой была намеренно стёрта. Совершенно не было ключа к разгадке.
Чи Нань объяснил:
– 27 ноября 1927 года – первая дата выставки в выставочном зале «Живопись смерти». Все картины в выставочном зале были выставлены, когда они были созданы, поэтому я подумал, что это должна быть дата создания первой картины.
Дата создания также означала дату смерти и бедствия.
Женщина с большой грудью подавила волнение. Она открыла сейф быстрыми движениями и действительно нашла спрятанную картину.
Она поднесла зажигалку ближе, и группа собралась вокруг.
В тот момент, когда они увидели содержание картины, то побледнели, и по их телам побежали мурашки...
– Это... Это ужасно... – пробормотал Хэй Ча тоном, близким к шёпоту. Как будто чуть-чуть повысив голос, сразу же сбудется печальная и устрашающая сцена...
