Приятного аппетита, дорогая

- Ах, кого я вижу? Неужто это те самые невероятные герои, воистину непобедимая путешественница и ее извечная спутница Паймон? Стоя там, прямо рядышком с очередным недо-ученым из Сумеру решившим что после нескольких лет непрестанного, но довольно поверхностного обучения по теме в которой он совсем не мастак, так отчаянно полагавшим что на этот раз его невероятное, просто изумительное изобретение представлявшее собой полупрозрачную, слегка вязкую жидкость с не самым приятным травянистым запахом в которым кажется слышались нотки всех диковинок Сумеру смешанных меж собой в это..безобразие, предназначавшуюся для повышения физической силы принявшего его человека. По сути, задумка очень и очень даже рабочая, ведь существует столько людей, что просто душу готовы продать за получение мощи, которая могла бы помочь им выполнять работу требующую огромных физических нагрузок. И отважная путешественница, прямо сейчас осматривающая, хотя, скорее смотрящая мимо гордо выпятившего грудь мужчины, возможно была бы и не против совершить очередной добрый поступок, коих она, кажется, выполнила уже несметное количество и тем не менее с каждым днем их число продолжало расти. "Пожалуйста, заткнись, не говори этого, прошу только не-" - Предполагается, что чудодейственный эффект моей невообразимо действенной сыворотки раскроет себя в полной мере на поле боя, которое я уже собственноручно подготовил. Но к сожалению, ни один искатель приключений не желает проявить хоть капельку уважения к человеку науки, поэтому моя заявка на получение помощи постоянно отвергается. Тем не менее, о, тому не менее, думаю это ничего страшного, ведь сегодня я встретил тебя, о победоносная! Могу я попросить тебя о помощи с этим проектом? "Нет, не хочу. Оставьте меня в покое." - Так, так! Подожди..Ты хочешь чтобы путешественница выпила твою эээ..сыворотку, а потом сразилась с кучей монстров? Это даже не было внезапным, вполне ожидаемо, что небольшое летающее существо, казалось бы просто приклееное к девушке невидимым клеем, вот так подаст голос, не дав ей вставить и слова. Как же, конечно она- - Как насчет вознаграждения? - Не сомневайтесь, оно будет предоставлено вам незамедлительно после выполнения поручения. "Да плевать я хотела на деньги, я не хочу пить эту дрянь" Но никто не услышал, никто не прислушался, никто не заметил. В ответ на слова ученого Паймон лишь призадумалась, с довольно серьезным для своего обычного поведения видом уставившись в чуть примятую ранее проходящими тут животными, изумрудную траву под ней. Белесая бровь изогнулась в мнимом сомнении, было очевидно что произойдет далее. - Этот элексир не выглядит особо опасным и монстры нам тоже не помеха, поэтому..думаю все будет хорошо, мы определённо согласны! "Снова..." ——— В некогда сиявших мириадами далеких звезд, бесконечными вселенными в которых ей некогда доводилось побывать еще тогда, когда дорогой брат был рядом, очах , сейчас неутолимо отплясывали свой безумный танец лишенный всякого ритма, ядовитые огоньки, взрывающиеся самыми разными цветами. Начиная от небесно голубого, каждый день разливающегося над головой, продолжая текуще медовым, обыкновенно видимым ею в кор ляписе и заканчивая иссиня сиреневым, цветом всея инадзумы, царства вечности. Прислонившись исцарапанной монстрами спиной к холодной поверхности стоящего рядом камня, девушка с некоторой завороженностью наблюдала волнующее чудо разворачивающееся перед затуманенными глазами, в воспаленном разуме, пока колотая рана, так ловко нанесенная ей тем лавачурлом на поле боя продолжала давать о себе знать, изливая на пропитавшееся холодным по́том тело девы живительную влагу ее организма. Кровь медленно растекалась по некогда белоснежной ткани нежного, но потрепанного таким своеобразным образом жизни наряда, окрашивая в грязно красный цвет, который постепенно превращался в самый смертоносный цвет - черный. Мысли проносящиеся в шальной голове со скоростью света постепенно собирались в мягкую кашицу, образуя собой размытый образ некоего существа, вид которого заставил сердце блондинки дрогнуть и на секунду остановиться, когда осознание и больные идеи неспешно, но так верно захватывали измученное сознание уставшей от всего путешественницы, которая хотела лишь найти давно потерянного среди ярко сияющих звезд брата, но вместо этого была обречена на жизнь, которой мало кто решился бы позавидовать. Сквозь невидимую пелену окутавшую почти уснувшую от бессилия девушку, было слышно голос. Знакомый, такой писклявый, это точно не комар? Сомнения были сметены последующими словами складывавшимися из коротких писков издаваемых леталкой. - Ох, архонты, все будет хорошо, слышишь? Прости, я не знала что это на тебя вот так подействует! Рана, кажется, не такая серьезная, а это, вероятно отравление? Что там нужно сделать? Что же делать?? Аа... "Спасибо Паймон, все хорошо. Ты уже достаточно сделала, спасибо, теперь я знаю что делать дальше." ——— - Ох! Спасибо тебе большое, что вытащила меня оттуда, еще немного и Паймон совсем затонула бы там! "Старые, славные времена были. Твой вид наполнял мое сердце надеждой на лучшее, а душу теплом, пока голос твой подобно весеннему зефиру ласкал мой слух. что же случилось с тобою, моя дорогая Паймон?" Так рассуждала Люмин, медленно надавливая кончиком верного меча прямо на нежную кожу связанной перед ней в позе фаршированной свинки Паймон. Не хватало лишь сочного яблочка во рту, которое могло бы эффектно украсить столь приятную и даже бударажущую воображение вместе с журчащим от продолжительного голодания желудка, картину. Ниже, чуть ниже по ноге, задевая край блестящего чулочка с замудреным резным краешком, украшающего одну из ее на удивление стройных ножек. Драгоценными каменьями катились слезы из этих озер синих глаз, увлажняя довольно симпатичное личико с почти детскими чертами, по подбородку которого такими струйками стекала на удивление яркая кровь, поток которой брал свое начала из заткнутого некоей тряпкой рта, цвет которой был таким же невероятно притягательно красным, как и растекающиеся пятнышки оставляемые на одежде живой консервы. Ранее отрезанный в мирном сне язык, валялся где-то в стороне, явно не нужный. Хватит, много бед она натерпелась, следуя бесконечному потоку слов, вылетаемому из этого маленького рта, пришло время расплаты за все те страдания и неудобства причиненные Паймон. "Прости, ничего личного." - Мхм.. ММХМММ! Только и могла бессвязно бормотать консерва, пока точенное лучшими кузнецами Тейвата точно знающими свое ремесло, утонченное лезвие верного меча сопровождающего путешественника на всем его пути неспешно вдавливалось в поверхность плоти нежного животика, поддергивающегося в ожидании скорой боли, которая вскоре пронзила ее словно молния. Лезвие сияющее в свете полной луны так спокойно взирающей на происходящие здесь непотребства, вошло до упора, уткнувшись в поверхность земли. Затишье длилось недолго. Почти сразу же, чуть погодя раздался сочный хруст, какой обычно бывает, когда голыми руками разрываешь одежду на тряпочки. Объемное отверстие - по другому не назвать - красовалось в животе Паймон, создавая дополнительную вентиляцию, которой сама хозяйка тела, отчаянно извивающаяся в конвульсиях при виде собственной рвущейся кожи, скрывающей под собой слой сочного мяса и нежных органов все еще медленно шевелящихся внутри, нежно укрытого прослойкой из пульсирующих мышц, сверкающих в свете луны цветом сочной клубники, такой спелой, вот вот готовой сорваться с плодоножек, явно не была в восторге от происходящих здесь событий. Печень, легкие, селезенка, почки.. Охох! Глаза Люмин разбежались в поисках самого главного, того, что как она думала у Паймон есть, но на самом деле это была иллюзия, внушаемая с самого начала этого мучительно длительного путешествия. Медленно введя внутрь несколько пальцев, дабы растянуть тонкую кожицу над ней, открывая себе проход к несуществующей другоценности, Люмин уже не может скрыть легкой улыбки сладостного предвкушения, разливающегося по всему перевозбужденному от настолько интенсивной ночи, телу. Желая облегчить себе путь к двигателю всего живого, надежно хранящемуся в груди, девушка прибегает к дополнительным мерам. Тонкие пальцы окрапленные жидкостями уже почти не двигающейся Паймон, танцуя переплетаются с выпирающими ребрышками более подходящими на бивни мамонтят, пока снова не раздается резкий хруст, на этот раз более звонкий, веселый, заставивший легкий смешок вырваться из груди девы, чьи руки уже так умело поработали над остальными ребрами в левой части туловища этого существа, так долго зовущего себя ее верным другом, но тем не менее обыкновенно подвергающая ее опасностям. Личность? Интересы? Пока люди говорят о вознаграждениях и море, загадочная леталка готова направлять путешественницу через огонь, воду, медные трубы.. Что угодно, ради ощущения новенькой блестящей монетки в руках, которое вскоре сменится приятным осадком от поглощения множества блюд не самого полезного содержания. Теперь уже взор Паймон, ранее наполненный бесконечной тягой к приключениям и радостью от путешествия бок о бок с Люмин, с которой она так сроднилась за все те года, был застлан густым туманом, заставляющим ее очи тускнеть все больше с каждой секундой, но о нет, пока миниатюрное сердечко, медленно затухающее в этом изливающемся кровью теле продолжает стучать, Люмин... - Люмин! Люмиин! Все хорошо? Ты так внезапно исчезла! Паймон переживала за тебя. - Все хорошо, я в порядке. - Не пугай меня так! Что бы Паймон делала если бы ты пропала так насовсем? Паймон не находила бы себе места! - ...Спасибо, что ты здесь, самый лучший компаньон. - Хе, хе и не благодари! А теперь пошли кушать? Я чувствую что могла бы съесть целого кабана! - Тебе и трех кабанов не хватит, чтобы наесться, Паймон. Улыбка расплылась на лицу блондинки, невольно заставляя отчасти божественный лик засверкать еще больше чем обычно. Правая рука нежно ложится на пушистую полянку серебристо белоснежных волос на макушке, легонько взъерошивая их, пока Надувшись, компаньон с радостью принимал внезапную ласку. Шелковистая мягкость медленно разлилась по липким пальцам, заставляя волосы неприятно липнуть к ладони. Из широко раскрытых от неожиданного прилива эмоций, глаз медленно вытекали слезы, удивляя путешественницу, вторая рука которая покоилась на уже не шевелящейся груди почти ушедшей в мир иной Паймон, крепко сжимая то, чего она думала у нее нет и быть не может. Сердце. Такое маленькое, такое нежное, но сильное, даже слегка пронимаемое остаточными конвульсиями, заставляющими его медленно и мелко колотиться. Было сложно сказать что чувствовала сама Люмин в этот странно сюрреалистичный момент. Вот с утра она завтракает в местном кафе вместе со своим гидом, невольно хихикая при виде ее забавного выражения эмоций, а ночью стоит перед бездыханным телом, словно тисками сжимая из последних сил бьющееся сердце. "Прости, Паймон." Скользкое от крови и остальных жидкостей, в коих была испачкана рука Люмин, миниатюрное, почти игрушечное сердечко легко скользнуло в уста девы, лопаясь под зубами словно виноградинка. Успевшая остыть кровь очутилась на языке, вызывая приятный металлический привкус, который она, кажется, не забудет никогда. Внутри что то взорвалось фейерверком, заставляя ее вновь раскрыть глаза, обращаясь к лежащему пред ней телу. Множество идей об использовании остатков некогда болтливой компаньонши пролетали друг за другом, пока блондинка не остановилась на одной, самой очевидной и вместе с этим удобной идее. "Приятного аппетита, Моя дорогая" Улыбнувшись, пробормотала она, начиная свою трапезу длинною в ночь.