Что происходит у тебя в голове?

Богдана была для меня главным кошмаром. В ней меня пугало абсолютно всё: её характер, поведение, мысли, жесты. Её невозможно понять. Она будет закрытой тайной даже для тех, кто видит людей насквозь. Скорость смены её настроения меня пугает. А ещё её имя… Я никогда не могла подумать о том, что просто набор букв может так сильно пугать и заставлять сердце больно сжиматься. «БОГдана».. Знали бы её родители в детстве, что вырастит из человека с таким, казалось бы, божественным именем. Мне было всегда некомфортно с ней. Да, были моменты полного сумасшествия, когда я пыталась искать спокойствие в этом человеке, но их можно пересчитать по всем лапкам маленького паучка. Человек, имеющий чёрное сердце, которое изливается ядом, не сможет обезопасить людей вокруг себя. Как с ней дружат? И дружат ли вообще? Она была олицетворением чёрной пантеры, что грациозно ходит рядом со своей жертвой перед тем, как впиться острыми клыками в нежную и теплую плоть. Она пантера, которая виляет хвостом, рычит и всегда съест заживо тех, кто притронулся к её собственности. Почему я не убила себя? Я боюсь. Боюсь, что Богдана, находясь в бешенстве, достанет меня из гроба и начнёт издеваться ещё хуже, чем сейчас. Да и Богдана говорит, что сейчас она абсолютно не издевается и я ещё не знаю, что такое настоящий ужас. Меня никогда не били, за всю свою жизнь я не видела физической жестокости. Меня бросали друзья, иногда издевались одноклассники в школе и могли подстегнуть парни с третьего курса. Богдана считает, что я просто изнеженный цветок, который ломается, опадает и вянет каждый раз, когда она обращается со мной «так, как я этого заслуживаю». При всём странном и жестоком отношении Богданы ко мне, я была её отдушиной. Той, что всегда прижмётся в поисках любви у своего палача. Я та, на которую можно вывалить все свои эмоции и не жалеть о последствиях, ведь я ничего не сделаю. Я слаба, ранима и сентиментальна. Она питалась моими эмоциями. Чем больше я проявляю эмоций, тем лучше я делаю ей. Казалось бы, в чём проблема заглушить свои чувства, стать черствой и наконец потерять столь назойливый интерес от Богданы? Я не могу так. Просто не могу. Я пыталась заглушать свои эмоции рядом с ней, но после это выливалось в нервные срывы и истерики, от которых она насыщалась всей душой и всё больше превращалась в хищника. Я просто слабый человек, которому было суждено встретиться с тем, кто будет использовать мои достоинства и недостатки себе во благо. В детстве мне говорили: «если встретишь огромного хищника — притворись мёртвой». Но в моем случае это не поможет. Хищник приблизится максимально близко, учует ещё живую плоть и надавит на шею острым когтем, наслаждаясь видом крови. Я до сих пор сомневаюсь в том, что Богдана является человеком. Она мало ест, очень тихо ходит, наслаждается чьими-то мучениями. Она может выпить весь алкоголь, находящийся в баре, но никогда не опьянеет. Бьется ли у неё сердце? Или оно уже гниёт внутри её тела? А может, у неё никогда и не было сердца? У меня всегда очень много вопросов к ней и её личности. Я просто не знала, что такие люди существуют. О таких можно прочитать в книге мистического автора, посмотреть в страшном кино или увидеть постановку в театре. Но я точно знаю, что среди нас, обычных людей, ищущих что-то хорошее в этой жизни, всегда обитают существа, похожие на самого Дьявола. Нужно просто надеяться на то, что ты никому из них не понравишься.. Хотя такие дьяволы очень разносторонние: кто-то любит ломать и укрощать непослушных, тех, кто контролирует себя и могут дать отпор; кто-то любит ранимых и нежных, наслаждаясь их страданиями и мучениями; а кто-то любит только себя, через жертву помогая своему нутру вновь убедиться в том, что они — несомненные руководили жизней. Я уже смирилась с тем, что погибну в руках Богданы. Но только тогда, когда она захочет. Маленький птенец в руках огромной кошки. Во время очередного дня в доме этого монстра, я осознало то, насколько сильно стены этого места отражают энергетику владельца. Дом был большим и белым, но энергия тут была чёрной, с тяжёлым кислородом, что хрипами выходит из лёгких. На кухне было очень мало продуктов, ведь Богдана ест очень мало. Соотвественно почти вся еда, находящаяся в холодильнике этого дома — моя. В шкафчиках было много разновидностей кофе. Чуть дальше был стеллаж с алкоголем. Круглый небольшой стол и три стула. Для меня, Богданы и моего страха. В доме всегда было стерильно чисто, но я всегда видела сгустки грязи, но не настоящей, а фантомной. Это была грязь, исходящая из энергетики. Здесь нет ничего чистого. Когда Богдана пришла с работы, бросая сумку на тумбу в коридоре, я вздрогнула и со вздохом поняла, что мой кошмар снова здесь, будто никуда и не уходил, а всегда был рядом и крепко держал в своей удушающей хватке. Богдана бросила на меня взгляд, улыбаясь своими идеальными зубами, попутно сбрасывая чёрные туфли на каблуке. После она стянула пиджак и кинула его в шкаф, подходя ко мне. — Приветик, Евочка, — сказала Богдана с очень наигранной лаской и наклонившись к моему лицу, поцеловала меня в щёку, из-за чего я непроизвольно отодвинулась. — Что, не соскучилась даже по мне? — теперь уже расстроилась. Я молчала, опустив взгляд. Женщина улыбнулась и скрестила руки на груди, подходя ко мне вплотную. Получилось так, что я оказалась зажата к стене. Уйти или убежать больше не получится. У меня бы всё равно не получилось. Богдана стояла с очень довольным лицом, прижимая меня к стене коленом, будто бы боясь, что я куда-то исчезну. Её руки упали мне на плечи тяжёлым грузом. Ей определённо всё очень нравилось: это и было видно на её лице. Богдане приносило удовольствие всё то, что я испытывала, находясь под её неоспоримым влиянием. Пока она радовалась, в моей душе, казалось, вновь умер маленький кусочек.. меня. Я была сломлена от очередного понимания того, как неизбежна моя участь и что я вовсе не имею свободного права выбора: из-за большого страха перед Богданой, из-за того, что она сделала из меня молчаливую куклу, что умеет плакать, если её где-нибудь больно сжать. — Что такое? Страшно? — спросила она, схватив меня за подбородок. — Чем занималась сегодня? Страдала? Мне вновь стало обидно, но я, проглотив свои эмоции, начала: — Нет, всё хорошо.. — ответила я, понимая, чем бы мне обернулась моя правда, если бы я её сказала. Я обратила внимание на её глаза. Они были настолько чёрными, что в них можно было увидеть все свои страхи. Они бушевали так, что могли вот-вот выпасть прямо наружу. А Богдана была рада быть хранителем страхов других людей. Она — страх других людей. Она была хранителем всего самого ужасного. Как скоро Богдана заметит, что она и есть — всё самое ужасное? — Когда ты научишься скрывать свои эмоции? У тебя всё написано на лице. Не боишься пострадать от своих мыслей? — странно сказала она, начиная ходить вокруг меня. Создалось ощущение, что я в клетке, а тигр ходит вокруг меня. Должно быть наоборот.. — Как думаешь, твоя мама скучает по тебе? Может, она плачет по ночам? Или счастливо ходит по мужикам, наконец избавившись от такой сильной преграды? Богдана позволила мне отойти от стены, она положила руки мне на плечи, стоя сзади. На моих глазах навернулись слёзы. Она знает, как мне больно. Специально ковыряет рану, которая ещё не успела покрыться коркой. Замкнутый круг: один человек создаёт глубокие раны на теле, а второй — не даёт им зажить и добавляет ещё свои. Смогу ли я когда-нибудь выбраться из этого кошмара? Я не знаю. И никто не знает. Даже Богдана. Может быть, где-то там предначертано, какая у меня судьба? И только там знают, чем закончится моя жизнь. Ощущение неопределённости давит. Сейчас Богдана может водить острым ножом по моей шее, а после — обнять, вонзив оружие мне в спину. Женщина обошла меня, жадна вглядываясь в моё лицо, бегая по каждому сантиметру меня. Неожиданно, её рука упала сначала на щёку, а после она заправила прядь моих волос мне за ухо. — Знаешь, какой путь я проложила перед тем, как выбрать тебя? — резко начала она. — Я узнала, во сколько ты ходишь на учёбу и во сколько ты возвращаешься. Где находится твоя остановка, отпускает ли тебя мама одну далеко.. За твоим настроением тоже интересно наблюдать. Абсолютно каждая деталь важна, когда выбираешь свою девочку. В пятницу ты всегда счастлива, ведь впреди выходные и ты заходишь в пекарню за любимым кофе. По средам ты злилась, ведь тогда было больше всего пар. Ты шла, опустив голову и тёрла рукой нос, иногда всхлипывая от слёз. — женщина провела рукой по своим волосам, поправляя причёску. — Спать ты ложишься рано, мамка у тебя строгая. Когда ты втихаря гуляешь, то кладёшь руки в карманы. Мечтаешь о собаке. После того, как я присмотрела тебя, то сразу поняла, что ты — мой идеальный цветок. А ты и рада, правда? — добавила она, зачем-то странно улыбаясь. Я непонимающе посмотрела на Богдану, ведь её слова не являлись правдой. — Ну что ты? Тебе ведь так важно, чтобы рядом был человек, который будет слегка обижать тебя. Ты ведь именно это видела в детстве. А я всегда рада помочь тем, кто нуждается в этом. Я помню каждую твою слезинку. Особенно дороги мне те, что падали на меня, когда тебе было настолько грустно и больно, что ты приходила ко мне сама. Помнишь, как ты плакала у меня на коленях, когда мать сказала, что пыталась от тебя избавиться сразу после родов, но у неё ничего не получилось? Ты примчала ко мне, точно маленький котёнок, ищущий свою маму. Твои слёзы тогда были настолько сладкими и приятными, что я до сих пор помню их вкус. — женщина отвратительно облизнулась и на секунду прикрыла глаза, вспоминая блаженный вкус. Я, слушая это всё, была полуживой. Слушать всё это — невозможно. Богдана тянет меня в свою яму. Я отошла от неё назад, не желая больше слушать этот ужас. Я почувствовала, что скоро не смогу сдерживать эмоции и долгожданные Богданой слёзы покатятся из моих глаз. *** У каждого человека есть моменты, когда его душа и организм кричат о том, что устали и больше не могут. У меня было несколько таких моментов и вела я себя во время них весьма… позорно. Я сама приходила к Богдане, как к единственному человеку, который был рядом. Мне было плевать на то, кто будет физически рядом в такие моменты. А Богдана, как хороший манипулятор, ведёт себя так заботливо и нежно, когда у меня случается сильная боль от затяжного стресса. Даже можно сказать, что это два разных человека. Я прибежала в комнату Богданы, будучи в сильнейшей истерике. Я могла вот-вот упасть, но она меня поймала, вставая со своего места. Она посадила меня к себе на колени и крепко обняла. Женщина покачивала меня, гладила по спине и что-то шептала. Наверное, я даже благодарна ей. Она могла на меня наорать за то, что я сама ворвалась в её комнату, испачкала её плечо слезами. Могла выгнать, ударить и всё в этом духе. Но я знала, что в такие моменты её нутро наслаждается. А как иначе? Жертва сама пришла к своему палачу и подарила такие прекрасные эмоции. Но мне было всё равно на то, как хорошо Богдане в такие моменты. Ведь было плохо мне. А когда Богдана потащила меня на какое-то мероприятие, связанное с её работой, мне стало так страшно и некомфортно, что я сама взяла её за руку. Я вжималась в женщину, стараясь спрятаться от других людей в ней. Идея так себе. Но женщина в тот момент была счастлива: она улыбнулась, погладила меня свободной рукой по спине и вдохнула сладость моего страха. Я точно знаю, что если бы можно было, то она непременно сделала бы себе духи с запахом моего страха. Или слёз. Как быстро осчастливить человека? Заберите у него то, что было, а после верните половину. Прямо сейчас, перебирая пакеты с покупками Богданы, я вспомнила, как ненавидела свою обыденную рутину: дом-учёба… а сейчас — отдала бы всё, чтобы вернуться обратно. Хотя бы на день. Вокруг была неизменно пугающая обстановка, я всё же держала себя в руках, отвлекаясь на что угодно — лишь бы не думать о Ней. В этом доме меня точно не ожидает спасение. Наоборот. По этому дому расхаживает моя смерть. Только она знает то, когда именно я уйду из этого мира. От осознания этого внутри меня устраивается пожар из чувств. Это чудовищно. Я не надеялась на побег. Я знала, что никто не поможет мне. А если я перешагну порог самостоятельно — меня тут же схватят обратно и сделают только хуже. Как же легко загнать человека в клетку, внушив ему, что ситуация безвыходная. Я закончила возню с пакетами и услышала, что ко мне идёт Богдана. Я вздрогнула. Меньше всего хотелось видеть эту женщину, но прятаться от неё в её же доме было бы странно. Я посмотрела на неё и попыталась считать её настроение, но это крайне сложно. Она скрытная. Как волк, ищущий добычу. Она подошла ко мне грациозной походкой, улыбаясь. Богдана поправила одежду и обратила внимание на меня. А мне захотелось исчезнуть. — Ты такая очаровательная. Особенно тогда, когда боишься. — Женщина пошла на меня, прижимая к стене. Я была поражена её настойчивостью и властью. Она ещё ничего не сделала, а мне уже до ужаса больно. Богдана очень хотела, чтобы я, в очередной раз, почувствовала себя не самым комфортным образом. Она питалась моей уязвимостью. Никогда бы не подумала, что существуют такие люди. На моём пути никогда не было таких людей, так что все взаимодействия с Богданой для меня являются шоком. В происходящее сложно поверить. А для меня это кошмар наяву. Что-то заставило меня засмотреться на женщину. На ней была чёрная кофта из струящейся шёлковой ткани, брюки из такого же материала, браслеты из серебра на изящных кистях, серьги из натурального жемчуга. Выглядела она всегда более, чем шикарно. Даже дома. Даже без макияжа она красива. Лишь повидавший жизнь взгляд и маленькие морщинки у глаз при улыбке выдавали её возраст. Но всю эту красоту прерывал характер Богданы. Всё ещё разглядывая образ своего палача, в моей голове промелькнула мысль о том, что что-то меня притягивает в этой женщине. Меня передёрнуло от этого, а по лицу пробежало отвращение. Нет. Заметив моё выражение лица, Богдана взяла меня за прядь волос, которая выбилась из основной копны, и начала накручивать её на палец. Вместе с волосами накручивалась и я, начиная представлять то, что женщина может выдумать на этот раз. — Знаешь, моя милая… — начала она, прервавшись на то, что мои руки были соединены в замок у груди, что прерывало путь её шаловливых рук к моему телу. Она схватила мою небольшую защиту из рук и отбросила вниз. Теперь она могла делать всё, что ей хочется. — Я так устала на работе. Не хочешь расслабиться вместе со мной? — Этого мне хотелось меньше всего. По телу побежали мурашки. Богдана провела одной рукой от моей груди до живота, а второй рукой она гладила меня по щеке. — Пойдём-ка со мной. Она схватила меня за руку и потащила в гостиную. Богдана села на диван, усадив меня к себе на колени. Когда женщина взяла пульт, я немного успокоилась, ведь это означало, что сейчас она не станет издеваться надо мной чисто ради своего удовольствия. Или будет?..