В семейный праздник не будь один

      Кощей забежал в магазин и потопал, сбрасывая снег с сапог. Были уже сумерки, и густой крупный снегопад в эту последнюю ночь старого года казался волшебным. И совсем не нужно было вспоминать, что бессмертный воин был знаком со Сказочным миром.       Кощей быстрым шагом направился к холодильникам, надеясь, что осталась хотя бы одна коробка шоколадного молока. Мэр Мышкина почему-то не представлял себе встречу Нового года без этого напитка. Мандарины и бутерброды с красной икрой он, конечно, тоже любил, просто шоколадное молоко стояло наравне с ними.       Напротив йогуртов стоял какой-то подросток и почему-то не двигался. Наверное, тщательно выбирал товар. Бессмертный воин подумал, что не один он вечером тридцать первого декабря вспомнил, что не купил обязательный для своего праздничного стола продукт, усмехнулся в усы и радостно положил в свою корзинку целых четыре коробки шоколадного молока, а затем, поколебавшись немного, добавил ещё и бутылку шоколадного молока другой марки.       Подросток наконец пошевелился, взял баночку йогурта, но, не донеся до корзинки, внезапно передумал и поставил её на прежнее место. Затем потянулся к другой, но отпустил её почти сразу же. Взял третью, поднёс к лицу, закрытому воротником расстёгнутой куртки, а потом раздосадованно стукнул ей по полке, после чего стянул шапку и швырнул её в корзинку. Тут-то Кощей его и узнал.       Это был Морок, один из победителей Сирина. Раньше он жил в театре в Сказочном мире, но, наверное, теперь перебрался в Мышкин. Иначе стал бы он ходить по здешним магазинам? Владислав выглядел подавленным и уставшим и продолжал терроризировать полку с йогуртами. Когда он тихо чихнул, в бессмертном воине проснулось что-то отеческое, и он подошёл к подростку ближе и быстро запахнул его куртку на груди, завязывая шарф бантом. Морок дёрнулся, в возмущении открыл рот и грозно сверкнул глазами, но поняв, кто перед ним, сразу сдулся.       – Это что вообще было? – пробурчал он, развязывая шарф.       – Здесь холодно, и простыть тоже можно. На улице лишь немного холоднее, чем среди этих холодильников, – мэр перехватил края уже развязанного шарфа и завязал их бантом за спиной князя, чтобы тот не мог до него достать.       Влад попытался дотянуться до банта, но понял, что это проигрышное дело.       – И как я на улицу выйду? А дома как куртку сниму? – насупился он и хмуро посмотрел на бессмертного воина.       – Как только мы уйдём от холодильников, я его развяжу, – пообещал Кощей. – Ты, кстати, почему тут? Патруль уже как часа три веселится во дворце.       – А я тут каким боком?       – Разве ты не приглашён на новогодний праздник во дворце? – удивился мэр Мышкина. Насколько он знал, с Патрулём у Морока сложились вполне дружеские отношения, и было бы странно, если бы ему не прислали приглашение.       – Я не обязан встречать Новый год во дворце, – мучая очередной йогурт, ответил князь. – И вообще, с чего ты взял, что я собираюсь праздновать?       – Не думаю, что твои друзья позволят тебе этого не делать, – хмыкнул Кощей.       – Патруль занят во дворце, их знакомые уже там, Доспехи у кузнецов-создателей, так что никто не помешает мне спокойно поспать, – Влад раздражённо стукнул очередной баночкой по полке.       – Ну, это не дело – в семейный праздник быть одному, – заметил бессмертный воин и подал князю йогурт с верхней полки. Тот на йогурт глянул и отошёл на шаг в сторону.       – Отстань уже. Оставь меня в покое. Что вы все прицепились-то ко мне сегодня?       Пусть подросток и повернулся к нему спиной, мэр заметил, что тот украдкой потёр глаза. Нечто отеческое снова в нём взыграло, и он осторожно обнял Влада.       – Встречать год не пойми где и в одиночестве – хуже не придумаешь. Тем более после нервного срыва.       Морок замер, постоял так недолго и развернулся лицом к Кощею.       – Откуда ты узнал про срыв? – тихо спросил он.       – Знаю я про все твои трудности последних месяцев. Орущего Сирина угомонить было не так-то просто, да ещё и сказочные постоянно давили на тебя. До срыва тут недолго, – грустно улыбнулся бессмертный воин, которому было жаль подростка.       Влад стукнулся лбом в его плечо, поёжившись, и тяжело вздохнул. Казалось, стоя вот так, в объятиях взрослого, он наконец начал успокаиваться. Какими бы ни были друзья, всё время тянуть всё в одиночку тяжело, и плечо, на которое можно опереться, необходимо. Мэр же, уставший от одиночества, в такой заботе вдруг открыл для себя второе дыхание.       – Давай встретим Новый год у меня, только вдвоём, – мягко пошевелив пряди волос подростка на затылке пальцем, предложил Кощей. – У меня уже всё приготовлено: и украшения, и еда. Я хотел встретить год тихо и спокойно, поэтому остался дома один, но всё-таки в маленькой компании будет поуютнее.       – Угу, – буркнул Влад, не меняя положение и не шевелясь.       – Эй, не засыпай, – тихо засмеялся бессмертный воин и похлопал князя по спине.       Украшенный к Новому году дом подростка не впечатлил и не заинтересовал. А вот тёплый домашний халат и вкусная еда ему действительно понравились, и он наконец начал улыбаться. Когда било полночь, Кощей разлил по стаканам шоколадное молоко и произнёс тост, желая счастливой спокойной жизни в будущем году.       – А что, если тебе поработать в мэрии? – предложил мэр Мышкина, когда время перевалило за час ночи.       Морок застыл с бутербродом с красной икрой во рту и вопросительно на него посмотрел.       – У тебя богатый опыт в управлении, а я терпеть не могу бумажную волокиту, – пояснил бессмертный воин. – Будешь моим личным помощником. Зарплата хорошая.       – Ну… Почему бы и нет? – пожал плечами князь. – После всех этих сражений я не против погрузиться в рутину.       В два часа ночи Влад заснул прямо на диване, и Кощей, укрыв его пледом, подумал, что их дружба принесёт пользу им обоим, и уж точно никто из них больше не будет встречать ни один следующий Новый год в одиночестве.