Король не может без своего фаворита

тэхён просил что бы чонгук зашёл к нему, так чонгук и поступил —тэ, айщ—сморщился от боли в плече—ты звал меня. —бедный мой, ты обработал рану? —да.. намджун заставил меня —мне уже начинает нравиться твой брат —изменять мне побежишь? —бегу спотыкаюсь—закатил глаза—он молодец что тебя заставил сходить к лекарю —я сам изъявил желание сходить к нему —слабо верится —не верь, твоё дело тэ лёг на кровать—иди сюда—указал на место возле себя лёг рядом—ты уснёшь и я уйду —давай вместе спать? —я не уверен что смогу—смотрит на него кроличьим взглядом —ааа не смотри на меня так—легонько толкнул в плечо —вот сука, нахуй в больное то?—ухватился за плечо —прости, не знал... давай лучше спать? —давай.—прижал парня к себе *** ещё пол года они так встречались, наедине трахались, целовались, обнимались, что только не делали, а на людях делали вид что даже не знают друг друга. не долго длилось это счастье, японцы вторглись в южную Корею. 1592 год стал самым ужасным для чонгука и тэхёна. чонгука досрочно забрали воевать, тэхён как и полагалось остался в городе. *** чонгук не паниковал, не первая драка, всего год на войне и он будет дома, разве не в этом заключается смысл жизни настоящего воина? глядишь и в историю попадёт. сейчас 16 век, именно в этом веке происходила всякая дичь, запоминающийся век правда? чона беспокоило несколько вопросов: а что с моим тэ? а если я умру, то что с ним будет? а если он найдёт мне замену? лишь последний вопрос казался ему жалок. даже если он будет живой, то тэ это не просто друг или даже парень, он его величество. не чону было решать с кем ему быть, тэ выбрал его, это уже радует, но если что то случится то он просто найдёт другую альфу и всё пойдёт попизде. первая неделя длилась как ад, даже ад казался раем по сравнению с этим. он выжил, уже радует, но вот кашлять кровью стал, это его смущало, но жизнь одна, радуйся Чон чонгук что ты вообще родился. —чан бин, судя по расчётам японцы на западе —чонгук, есть вода? —да, да есть—протянул ему флягу с водой—мы же не давно были у речки, почему не набрал? —я уже выпил —ох боже мой, научись экономить—закатил глаза —да не парься ты —если ты сдохнешь от обезвоживания, не мои проблемы, у нас тут и так голодовка, не жрём неделями, а ты даже воду экономить не умеешь —умею я, всё пошли к остальным, скоро привал заканчивается встал с земли—пошли—протянул ему руку —идём они оба направились в лагерь, где их уже ждали остальные —ну где вы оба возитесь? мы заждались вам уже —а я думал вас съели —ын у, давай без этих шуточек —чонгук не душни —джин заебись —теперь ты обязан со своим братом меня познакомить —отстань от меня, ты даже не из моего города —я перееду к вам, разрешение у меня есть —ты хоть знаешь кем ты работать будешь? —ну тебя же взяли стражем —у меня отец им был, я с самого детства в этом ебаном городе —ой всё, заткнулись оба —чимин, ты тоже душнила —джин, правда заткнись —ой ладно, ладно в их отряде было 40 человек. в начале, за 3 дня их стало 36, грусновато конечно, но жизнь такая штука, что хочется умереть. все через это проходят, как без этого. *** шёл пятый месяц войны, их осталось всего 10. они были как братья друг другу, всегда помогали и делились едой, вообщем как настоящие товарищи. на шестой месяц чонгуку вообще не фортануло, на открытом поли было несколько ножевых ранений, а так же множество стрел в его теле. он терпел, он знал что должен выжить. но всё же сознание он потерял и его срочно отправили в родной город, воевать он больше по видимому не поедет слишком уже пострадал бедолага, как тэ будет на это реагировать это уже отдельная история после приезда чонгука в город, все сразу об этом узнали, но тэхёна к нему не подпускали, слишком уж ослаб наш чон чонгук. он уже неделю не может очнуться, некоторые лекари уже начали думать что всё, подох наш чон чонгук. но на следующий день всё же очнулся, но не с кем не разговаривал. тэ всё же пустили к нему, чонгук обрадовался но все так же молчал, он уже позабыл как выражать эмоции и просто лежал с каменным лицом и смотрел на того —чонгук... я скучал —... —взял того за руку—я тоже, но не суждено нам вместе быть, найди мне замену, не долго мне осталось—еле выдавив из себя предложение, сказал тот —тебя через неделю обратно заберут —знаю. чонгук постепенно восстанавливался и через неделю его забрали на службу. *** дни превращались в недели, недели в годы, эти годы были самыми мучительными для тэ, он совсем потерял связь с ним. чонгук перестал писать ему письма, на это были причины, японцев становилось всё больше, но всё же они одержали победу. 1598 год, всё ужасно, одного мучила тоска по любимому, второго мучили постоянные боли и мучения на службе. это все закончилось всех выживших отправили домой, всё своё время они проводили вместе, гуляли, спали, ели. они уже давно сбросили хуй на ебучий устав, им просто хотелось проводить время вместе. [вечер] —чонгук... тебе не кажется что пора бы уже и о детях задуматься? —я задумывался об этом, но боялся что ты уйдёшь от меня —я тебе каждый день о детях говорю —плохо говоришь значит —выеби меня —так бы сразу и сказал—поцеловал его—дверь закрыта? а то думаю слуги заценят если увидят —да уж, картина не для слабонервных —картина как я втрахиваю тебя в матрас не самая наилучшая для окружающих —а для меня лучшая —для тебя только самое лучшее —из твоих уст это слышать непривычно —с моей стороны всё привычно слышать —это уж точно—оседлал его бёдра—я не люблю медлить тэхён стянул с того верхнюю одежду, обнажая его торс. он оглядел чонгукого тело, покрытое несколькими шрамами разного происхождения—откуда шрам на ключице? —просто стычка с чернокожими была... я выкрикнул "добро пожаловать, тут секс без правил черножопые сучки " ну не удержался —дурак—поцеловал его—тебя в общество вообще нельзя выпускать —молчи одним движением чон перевернул тэ на спину. он поднял глаза и заглянул тэхёну в лицо. это было одной из прелестей его величества —ты мастерски возбуждаешь одним лишь взглядом —о да, это я умею делать чонгук быстро сложил всё два на два и получив в итоге восемнадцать с плюсом, он поддался вперёд целуя пухлые губы Ким тэхёна. чонгук открыл рот мокро сплетая их языки. с влажными поцелуями спустился к шее, затем к груди, пока тэхён окольцовывал его бёдра ногами, вжимаяся Пахом в твёрдый стояк альфы. —так не пойдёт—выдаёт омега—если хочешь выебать меня, то будем играть по моим правилам чонгук кажеться ахуел от такого заявления —ты издеваешься? —издеваюсь—игриво сказал тот —шалунишка чонгук недолго думает и проталкивает пальцы в внутрь тэхёна—ты весь течёшь, у тебя потоп там? —не занимайся хуйнёй чонгук хоть и нехотя вытаскивает пальцы и вытер их об простынь. освободившись от лишней одежды, Чон навис над омегой. через несколько мгновений его член был внутри тэхёна. омега ухватился за плечи альфы, откидывая голову назад и прикрывая глаза от удовольствия. он поддаётся вперёт двигаясь навстречу чувствуя что жар внизу живота стремительно растёт. чонгук утикаеться носом в шею, наваливаясь всем телом на омегу. тэхён чувствовал как горячая сперма наполняет его. —ты кого хочешь, мальчика, девочку? —желательно обоих —двойня за раз.. думаю не самая лучшая идея —а ты не за раз —каждый год рожать тебе буду? —иди ты Чон лёг возле ким тэхёна прижав его к себе. *** тэхён забеременел, это было вполне ожидаемо. чонгук безумно радовался о том, что скоро у них будут дети, даже мысль о том что он станет отцом радовала его. его абсолютно не волновал пол ребёнка, ему хотелось просто быть отцом. через долгих 9 месяцев тэхён наконец то родил, девочка, имя ей они ещё не придумали. —как назовём? —джу? —промычал альфа—нет... дженни —дженни? не плохое имя..—взял её на руки—она на тебя похожа —такая же красотка будет —красивый, но тупой —сила есть, ума не надо —да, да это про тебя как раз таки —ой помолчи. дженни росла казалось быстро, но время шло как обычно. вот ей уже целых 7 лет, она стала умолять альфу брать с собой на разветку. его величеством чонгук так и не стал, он отказался от этого, он хотел продолжать защищать их город. —пап, ты обещал покатать меня на лошадке —ой, пошли, заманала со своей лошадкой —еее—начала танцевать свой победный танец усмехнулся с этого—хах, ничего больше придумать не могла? —пошли уже, а то папе скажу что ты обманываешь меня —и как же? —на лошадке меня не катаешь —садись —батя пасиб за коньячок —щас по губам получишь за "батю" и за "коньячок" тоже —ну пап —что пап? —ну пап —... —сел сзади неё—удобно? —намана —тебя к учителю корейского сводить или что? разговариваешь на непонятном языке —не надо, я и так знаю. и слово намана это нормально —в курсе —тогда что тебе не понятно батёк? нахмурился—я тебе точно по губам дам —а почему папе можно называть тебя так, а мне нет? —когда он называл меня так? —ну помнишь когда бал был —он был пьян —а что это значит? —слишком много вопросов задаёшь, словесный понос начался? —да папа, нет —едь молча —ладно ладно... БАТЯ ТАМ ЧЕРНОЖОПЫЕ СУЧКИ легонько треснул по губам—я тебе что говорил... нельзя их так называть. —можно —всё мы едим домой —ну папа —всё дома их ждал тэхён с готовым ужином. он просто сидел и наблюдал за служанками. —любимый, мы дома —наконец то, садитесь уже