Худшая

Гермионе удалось немного поспать — только благодаря зелью. Уже с утра стало известно, что занятия возобновили. А потому нужно было собираться на учёбу. Грейнджер снова не пошла на завтрак — ей не хотелось видеть Тома и мелькать перед всем курсом, который подозревает её в нападении. С одеждой и макияжем девушка стараться тоже не стала — замазала следы на лице и шее плотным слоем тоналки, надела свободную рубашку и юбку ниже колен. Волосы распустила, чтобы тоже прикрывали шею. В качестве обуви выбрала простые чёрные туфли на плоском ходу. Первым уроком была нумерология. Гермиона едва ли помнила, что вообще там было в последний раз, потому что постоянно прогуливала предмет. Она села на привычное место рядом с Реддлом, стараясь не смотреть на него. Сидящие впереди ученики обернулись, смерили волшебницу обеспокоенными взглядами, а затем, отвернувшись, начали о чём-то шептаться между собой. — Ты доволен? — Грейнджер с вызовом взглянула на Реддла. При всех он ударить её не посмеет. Парень ухмыльнулся. — Тем, как ты выглядишь? Не очень. Что за невзрачный вид? — Я не о том спросила. — А я не о том ответил. И что? Гермиона промолчала, поняв, что лучше не спорить. Она достала тетрадь, положила её перед собой и приготовилась внимательно слушать профессора Вектор. Урок начинался как обычно: преподавательница объявила тему, магический мел вывел её на доске, а ученики зашуршали учебниками. Внезапно волшебница почувствовала на своём бедре пальцы Тома. Они сперва погладили её коленку через юбку, а затем опустились ниже, начав медленно приподнимать шерстяную ткань. Грейнджер дёрнула ногой, пытаясь сбросить его руку. Но Реддл был настойчив. Он уже гладил её бедро, с каждым движением взбираясь всё выше... Девушка незаметно толкнула мага локтем в бок и прошипела: — Прекрати. Однако взглянув на него, Гермиона убедилась, что услышана не будет. Серые глаза Тома смотрели на неё сквозь пелену желания. И одновременно пугали своим холодом. «Если отпрошусь выйти, он выйдет следом. И тогда... Будет ещё хуже.» Девушка застыла, позволив ему добраться до трусов. Проведя пальцем по её лобку, Реддл тяжело засопел. А Гермиона с мольбой в глазах смотрела на профессора Вектор, пытаясь поймать её взгляд. Но преподавательница была так увлечена объяснением материала, что не замечала ничего. Тогда Грейнджер перевела взгляд на спину Драко, сидящего в левом ряду от неё. Казалось, ему было скучно — парень лениво чертил что-то в тетради, растёкшись по парте. Гермиона закрыла глаза и попыталась представить, что это он сейчас сидит рядом с ней. И что это его тонкие, бледные пальцы уже отодвинули в сторону полупрозрачную ткань. Но не выходило. Слишком уж её тело болезненно реагировало теперь на прикосновения Реддла. Том уже активно пробирался пальцем внутрь, от чего девушке хотелось взвыть — далеко не от удовольствия. А потому, не выдержав, она вскинула руку и перебила преподавательницу, начав звать её: — Миссис Вектор! Миссис Вектор! Пальцы Тома сразу же покинули её трусы и вернулись на колено хозяина. — Да, мисс Грейнджер? Женщина вопросительно взглянула на Гермиону из-под полей своего колпака. — У меня вопрос... Может ли число имени противоречить гороскопу? — Ого, — профессор усмехнулась. — Да вы совершенно меня не слушаете! Ведь именно об это я говорила пару минут назад! Все впереди сидящие обернулись, чтобы смерить Грейнджер полными осуждения взглядами. Но волшебнице было нужно именно это — всеобщее внимание, которое не позволит Реддлу продолжить. Она также заметила, что Малфой был единственным, в чьём взгляде не было презрения. В ярко-зелёных радужках мелькнуло нечто иное... Обида? Боль? Впрочем, не важно. Всё равно сидящий справа от неё человек (если его можно так назвать) отнял любые шансы на разговор с Драко. Когда урок закончился, Гермиона сразу сорвалась с места. Но тщетно — Реддл быстро догнал её в коридоре. Схватил за локоть и заставил остановиться. — Тебе не надоело меня позорить? — его глаза бегали по сторонам, провожая идущих мимо сокурсников. — Что это было на уроке? — Я стараюсь учиться, только и всего, — пожала плечами Грейнджер. — А ты мне мешал. — Кстати, что там с заданиями? Не церемонясь, Том оттянул ворот её рубашки и ухватился за цепочку, чтобы вытянуть амулет. Волшебница постаралась удержать его, но не успела. Взглянув на цифры, Реддл нахмурился. — Почему так мало баллов? Ты вообще выполняешь задания? — После всех моих залётов место старосты всё равно не светит, — процедила Гермиона сквозь зубы. — Отдельное спасибо за последний тебе. — А я при чём? — парень придвинулся к ней. — Разве я виноват, что ты шлюшка, которая липнет ко всем подряд? — Может и шлюшка, — натянуто улыбнулась девушка, — но Теодора Нотта не трогала. А весь курс теперь считает иначе. — Понял, — лицо Тома исказила недовольная гримаса, и он попятился. — Впрочем, наплевать. Я и без отдельной комнаты найду, где тебя пялить. Гермиона сжала зубы. Ей захотелось треснуть мага по кудрявой голове. Но Реддл уже ускользал от неё сквозь толпу, направляясь в противоположную сторону коридора. Почувствовав, что теряет самообладание, Грейнджер забежала в туалет и сразу же заперлась в одной из кабинок. Она опустила крышку унитаза и приземлилась сверху, крепко сжимая руками сумку. Едва девушка достала из кармашка флакон, как за пределами кабинки раздался смех, а затем — женские голоса. Кажется, это были подружки Джинни: Демельза Робинс и Сьюзен Боунс. Кто-то из них повернул кран — зашумела вода. Затем Демельза заговорила: — Ты слышала, что натворила эта идиотка Грейнджер? Говорят, это она пыталась Нотта Круциатусом. — Серьёзно? Сьюзен выключила воду. — Ага, представляешь... Правда, доказательств нет, одни лишь слухи. Но знаешь, я не удивлюсь, если так оно и окажется. — Ещё бы. Она такая мразь, что давно пора её пинком отсюда выгнать. — Ага... Помнишь, как она к Поттеру клеилась? И Джинни облила грязной водой. Психопатка! Гермионе на краткий миг захотелось вышибить дверь кабинки ногой и показать этим двоим, кто здесь мразь и психопатка. Но, взглянув на флакончик, который она всё это время сжимала в руках, Грейнджер смогла удержаться. Вместо того, чтобы творить справедливость, волшебница вытащила зубами пробку и сделала быстрый глоток, позволяя приятному холодку пройти путь от языка до желудка. Тем временем голоса снаружи уже стихли. Кажется, ушли. Покинув кабинку, девушка повернула ручку крана и с облегчением сунула руки под ледяную воду. Зелье подействовало: теперь Гермионе было уже наплевать, что там болтали эти две курицы. Она провела мокрыми руками по волосам и посмотрела прямо в глаза собственному отражению. Но тут же вздрогнула, потому что кабинка, расположенная прямо за её спиной, резко открылась. Наружу вышла Полумна Лавгуд. — Гермиона? — растерянно произнесла когтевранка. Глядя на неё через зеркало, Грейнджер быстро кивнула в знак приветствия. Полумна заняла умывальник справа от неё. И, едва включив воду, заговорила: — Не обращай внимания на эту болтовню. Я вот не верю, что это была ты. Покосившись на Лавгуд, Гермиона хмыкнула. — Правда? Блондинка вытащила из сумочки кусок мыла в форме лотоса, и начала активно мылить им ладони. — Правда, — произнесла она между делом. Грейнджер следила за ней через зеркало, пытаясь понять, издевается Лавгуд или говорит правду. Но по этому бледному, слегка блаженному лицу было ничего не понятно. Да и вообще, умеет ли она иронизировать? «По моему, она всегда говорит всё в лоб». Полумна тем временем была сосредоточена на смывании мыльной пены с рук. Когда она закончила, то выключила кран, повернулась к волшебнице и внезапно добавила: — Ты не такой человек, который ради забавы станет пытать. Лапать чужого парня? Да. Унизить словесно? С радостью. Окатить грязной водой? Ещё как! Но Круциатус? Не-а... Это не твой стиль. Грейнджер растерянно усмехнулась. — Спасибо, Полумна... Наверное. Пожав плечами, Лавгуд ответила: — Обращайся. Проводив уходящую когтевранку удивлённым взглядом, Гермиона вдруг поняла, что ей стало...легче? Или это зелье подействовало в полную силу? Однако жить дальше стало возможно. И даже нужно, ведь иначе Том Реддл останется безнаказанным.

***

Гермиона не отпускала надежды навестить Теодора. Всё же это было её единственным шансом. Если Тео вспомнит, кто на него напал, то Реддла тут же схватят. Но как до него добраться? Это была та ещё задачка, требующая изощрённого планирования. Нужно было уличить момент. Поймать время, когда Том будет максимально чем-то занят. И не сможет найти ни секунды, чтобы за ней следить. Гермиона вдруг вспомнила, что сегодня среда. А через урок — зельеварение. «Тест! Помню, как облажалась с ним перед Монкли...» Зная, как Реддл трепетно относится к учёбе. И как боится оплошать перед обожаемым им Слизнортом... Это можно использовать как шанс. Пальцы Грейнджер мелко затряслись от волнения.

***

Волшебница еле отсидела прорицание, на котором снова не было Тома и Пэнси. На этот раз Гермионе было плевать — наоборот хорошо, что он хоть иногда отвлекается от неё. «И как я могла любить его?.. Да и любила ли?» Её взгляд вдруг сам пополз в сторону Драко, упёршись в его затылок и спину. Грейнджер вновь вспомнила тот день. Который смело могла назвать самым счастливым днём в жизни. Проведённый рядом с ним, без забот и тревог. Пусть даже пришлось собирать навоз и улепётывать от дракона. Но увы — всё закончилось, едва начавшись. Сейчас Малфоя нельзя подпускать к себе и на пушечный выстрел. Да он и сам не захочет приближаться... Особенно с учётом всего того, что о ней болтают. Едва прозвенели колокола, Гермиона отправилась на обед — там она почти ничего не ела. К её радости, Том сосредоточенно повторял материал. А значит, тест для него по-прежнему важен. Когда обед закончился, они сразу направились в кабинет зельеварения. Реддл не разговаривал с ней: он снова погрузился в учёбу с головой. И, кажется, заметно нервничал. Все уже схватились за перья. Гораций Слизнорт заклинанием раздал каждому по листку с заданиями. Грейнджер даже не стала читать свой: она и не собиралась сдавать тест. А лишь ждала, пока Том примется за выполнение. И для вида рисовала в тетради злые рожицы, ожидая удобного момента для исполнения задуманного. Прошло около получаса. Реддл был так сосредоточен на тесте, что, казалось, не замечал ничего вокруг. Слизнорт, возвышаясь в своём кресле, читал газету и периодически позёвывал в кулак. Другие ученики тоже увлечённо писали. Оглядевшись, Гермиона поняла: пора. Она медленно встала из-за парты, стараясь не скрипеть стулом. И, опустившись на четвереньки, начала аккуратно ползти в сторону двери. Удивительно, но её никто не замечал. Только Гойл в один момент бросил на волшебницу удивлённый взгляд, и уже было раскрыл свой рот. Но девушка заметила, что у парня на коленях лежит учебник, из которого тот списывает. Она быстро приложила палец к губам, а глазами указала на улику. Парень угрозу понял. Потому молча насупился и продолжил что-то калякать в своей тетради. Добравшись до тяжёлой двери, Грейнджер медленно открыла её. Как только образовалась достаточная по размеру щель, в которую можно выскочить, петли внезапно издали короткий скрип. Испугавшись, Гермиона быстро метнулась наружу.

***

Она летела по коридору в сторону больничного крыла, не разбирая дороги. Плюс одно грубое нарушение дисциплины с её стороны — сбегать с урока, да ещё и с теста... Можно было, конечно, отпроситься выйти. Но тогда Реддл бы точно что-то заподозрил. Достигнув высоких белых дверей, Гермиона замедлилась. И, аккуратно приоткрыв одну, проникла внутрь. Было слышно, как в одной из комнат мадам Помфри громко отчитывала помощницу за испорченные лекарства. — Лиззи, ну что за бардак? Я же ясно сказала — не хранить зелье от фурункулов рядом с античихоточной сывороткой! Сыворотка иногда взрывается! Смотри, теперь всё перемешалось... — Простите, мадам Помфри... Я случайно... Двери кладовой, в которой шёл это разговор, были прикрыты, а потому Грейнджер без проблем прокралась мимо. Она сжимала в правой руке палочку — на всякий случай, в надежде, что использовать её не придётся. Но уже за следующим поворотом надежда лопнула. Из-за угла выскочила вторая помощница: хрупкая брюнетка, держащая в руках металлический поднос с какими-то таблетками. Она успела лишь округлить глаза и приоткрыть рот. — Конфундо! Девушка растерялась, рассеянно покрутила головой и, развернувшись, пошла обратно, не обращая никакого внимания на Гермиону. Волшебница немного успокоила саму себя, пару раз глубоко вздохнув и выдохнув. Затем продолжила путь. Наконец, пройдя мимо ещё трёх пустых кабинетов, она достигла основной части больничного крыла — светлого помещения с высокими потолками. По обе стороны от входа в которое уходили вдаль длинные ряды коек. Казалось, здесь никого нет — Грейнджер немного ускорилась, шагая вперёд. На одной из десятков кроватей она увидела лишь какого-то первокурсника, который то ли спал, то ли был без сознания. А затем застыла, заметив свою цель — Теодора Нотта. Парень с отстранённым лицом читал газету, иногда мизинцем ковыряя в носу. Он совершенно не замечал, как к нему подкрадывается Гермиона. А потому вздрогнул и подскочил на месте, когда она резко зашептала: — Тео... Привет. — Грейнджер? Его глаза выглядели напуганными. — Как ты? — спросила волшебница, аккуратно коснувшись пальцами края простыни. — Нормально, — пробормотал Нотт, еле заметно сдвинувшись на вторую половину кровати. — Слушай... Я спешу, — Гермиона нервно потеребила рукав. — Помнишь вечер нападения? Это была не я! Мы с тобой поговорили и я сразу ушла, ты помнишь? В глазах Теодора сперва мелькнула растерянность, за ней — сомнение. А затем тёмно-зелёные радужки стали какими-то стеклянными и безжизненными, сразу напомнив Грейнджер... Взгляд Реддла. Руки Нотта резко дёрнулись вперёд, а пальцы вцепились в шею девушки, крепко сжав её. Гермиона захрипела и задёргалась, пытаясь вырваться. Но Тео держал её так крепко, что попытки оказались тщетными. Сверля её лицо жутким взглядом, парень прорычал: — Думаешь, ты смогла меня обдурить? Нет, докси. Я всегда на два шага впереди! Паникуя, Грейнджер нащупала на тумбочке металлическую кружку, схватила её и вслепую ударила Нотта. Она угодила юноше в висок, расплескав при этом недопитый чай по всей постели. Маг сразу же отпустил шею. Но едва девушка вскочила, как он начал пытаться поймать её за ноги, кинувшись вперёд и начав обхватывать колени. Гермиона упала на соседнюю кровать и начала отпинывать Нотта от себя. Парень упорно цеплялся, ногтями, царапая ей лодыжки. С его лица при этом не сходила зловещая улыбка. Содрав с девушки одну из туфель, он уже было собирался вновь кинуться за ней. Но волшебница перекатилась по койке, спрыгнула с другой стороны и со всех ног помчалась прочь. Сердце колотилось, дыхание не восстанавливалось, руки и ноги мелко дрожали. На выходе Грейнджер чуть не сшибла мадам Помфри, и, игнорируя её громкие возмущения, вылетела за дверь. «Как он это сделал? Как?» Логичным предположением было лишь одно — Теодор Нотт находился под Империусом.

***

Гермиона влетела в женский туалет и вновь заперлась в кабинке, чтобы спокойно отдышаться. Взгляд упал на ноги — одной туфли не было. Девушка даже не заметила, как пробежала почти через весь замок в носке. Она схватилась за голову, не зная, что делать дальше. «Реддл всё продумал... Он хочет уничтожить меня!» В носу защипало, а отчаяние сдавило грудь. Сумка с зельем осталась в кабинете зельеварения... От этой мысли стало ещё тревожное. Гермиона нервно погладила себя по плечам, пытаясь успокоиться и придумать новый план. Но никакой спасительной мысли в голову не приходило. Разве что... Грейнджер сама испугалась своей идеи. Но, кажется, оставалось только это. Девушка вышла из кабинки, бегло оценила себя в зеркале и покинула туалет. Её целью был кабинет Дамблдора. Пока не кончился тест, Реддл не мог ей помешать. «Я сдам его. Расскажу директору всё, как есть». Полная решимости, Гермиона направилась на первый этаж — именно там располагался временный кабинет директора, пока Директорскую башню ремонтировали. Пока она сбегала по ступенькам, белый носок на ноге без туфли становился всё более серым. Но Грейнджер было всё равно. Главное — добраться. Главное — чтобы Реддл всё ещё писал тест. И главное, чтобы Дамблдор ей поверил. Спустившись на нужный этаж, Гермиона продолжила бежать. Пока не увидела в другом конце коридора полную фигуру в белом халате. Приглядевшись, волшебница оторопела и застыла на месте — то была мадам Помфри. Сжимая в руке её потерянную туфлю, женщина решительно направлялась к кабинету директора. Грейнджер растерялась. Что делать? Догонять? Объясняться? Умолять? Пока она думала, за спиной мадам Помфри внезапно кто-то мелькнул. Блеснула красная вспышка. Затем ещё одна. И ещё. То было заклятие Остолбеней, наложенное несколько раз подряд. Целительница отлетала, ударяясь то об одну стену, то об другую. Наконец, она упала посреди коридора. Дрожащий выдох вырвался из груди Гермионы. Она подбежала к женщине, приподняла обеими руками её кудрявую седую голову и поняла, что дело плохо. Из носа мадам Помфри шла кровь, а глаза были плотно закрыты. Едва волшебница собралась закричать и позвать на помощь, сзади кто-то подкрался. Холодная ладонь крепко легла на её губы, не давая им пошевелиться. Грейнджер застонала и задёргалась. Но вдруг ощутила, как к её виску прикладывают палочку. И тихо шепчут: — Петрификус Тоталус. Это был голос Реддла. Руки Гермионы неестественно быстро вытянулись вдоль тела, ноги выпрямились и застыли. Она упала на пол рядом с мадам Помфри. И могла теперь лишь бессильно наблюдать, как Том поднимает с пола её туфлю. А затем закидывает её на плечо, словно мешок, и уносит прочь.