Тёмное солнце, взошедшее над Совёнком

      После ужина Гвиндолин вместе с Избранным Немёртвым пошёл к своему домику. Конечно, смысла в этом было немного, ведь Гвиндолин понятия не имел, как подготовиться к походу, что для этого нужно взять и так далее. Поэтому он решил отправиться сразу на площадь, чтобы там дождаться начала похода.       Он сел на скамейку и начал терпеливо ждать. Через минуту он почувствовал, как веки его тяжелеют. Чтобы отогнать сон, он встал со скамейки и начал ходить туда-сюда по площади. Через пятнадцать минут, как и было условлено, Ольга Дмитриевна появилась на площади в сопровождении Слави, Шурика и Электроника. Увидев Гвиндолина, вожатая слегка удивилась.       – Гвиндолин, ты уже тут? Тебе, что, не нужно ничего с собой в поход брать? – спросила она, подойдя ближе.       – Мне просто нечего с собой взять, Ольга Дмитриевна. – вежливо ответил Гвиндолин. – Так что вот, стою тут и жду.       Тем временем на площади успел собраться весь остальной отряд. Убедившись, что пришли все, Ольга Дмитриевна объявила:       – Первый отряд! Сейчас мы отправляемся в поход. Разбейтесь на пары и идите за мной. Старайтесь не отставать.       Все пионеры начали делиться на пары и вставать в строй позади Ольги Дмитриевны. Лена подошла к Гвиндолину.       – Пойдём вместе? – спросила она с надеждой в голосе, протягивая руку.       – Конечно. – ответил он, беря её за руку.       Сразу за ними в колонне шёл Семён в обнимку с Алисой. Он то и дело что-то шептал ей на ухо, что, судя по громкому смеху, очень её веселило. Перед Гвиндолином шли Славя и Мику. Последняя без умолку болтала о чём-то своём, а Славя внимательно её слушала. Ну, или очень умело делала вид, что слушает. О чём именно говорила Мику, Гвиндолин понять не мог, так как слишком уж быстро она говорила.       Солнце уже начало потихоньку приближаться к горизонту. Небо окрасилось в оттенки оранжевого, голубого и розового. Отряд дошёл до леса, который в вечерних сумерках стал выглядеть чуть более зловеще, чем при дневном свете. Как только отряд вошёл в лес, с ветки ближайшего дерева, громко каркая, слетел чёрный ворон. С другого дерева в этот же момент улетел белый голубь.       Ещё где-то около десяти минут отряд шёл по лесной тропинке, пока вокруг становилось всё темнее и темнее. Гвиндолину стало не по себе. Он слишком долго прожил под светом своего иллюзорного солнца, и сейчас, в окружении многочисленных деревьев и покрывающей их тьмы, он чувствовал себя некомфортно. Лена, тоже почувствовав себя не в своей тарелке, крепче вцепилась в руку Гвиндолина. Оба они почувствовали себя немного легче.       Когда отряд вышел на небольшую полянку в центре леса, Ольга Дмитриевна остановилась и произнесла:       – Остановимся здесь. Славя, на тебе лежит ответственность за разведение костра. Остальные, можете ей помочь и потом устроиться поудобнее.       Все сразу разбрелись искать хворост для костра. Гвиндолин с Леной, собрав по небольшой охапке на каждого, скоро вернулись к месту привала. Славя достала из кармана какую-то коробочку, достала оттуда короткую палочку с коричневой головкой, чиркнула ею по коробке. На конце палочки загорелся огонь.       – Это спички, – шепнула Лена на ухо Гвиндолину, увидев его выражение лица. – Для разведения огня. У вас же в мире такого нет?       – Нет, – прошептал в ответ Гвиндолин, смотря на то, как Славя подносит спичку к куче хвороста, отчего та вскоре загорает. Огонь ярко горел, освещая и согревая всех вокруг себя, что было очень кстати, так как ночной воздух уже был довольно холодным.       Кто-то из отряда притащил к костру несколько брёвен, на которые уселись все участники похода. Алиса тут же достала из чехла, который всё это время с собой тащила, гитару и начала играть. Перебирая струны, Алиса начала что-то негромко напевать, но Гвиндолин не слушал. Он смотрел на огонь, слушал, как трещат горящие ветки и вспоминал то время, когда в его мире огонь ещё горел.       Перед его взором предстал тронный зал Анор-Лондо, где восседал его отец. Сам Гвиндолин был в этом зале всего лишь один раз в своей жизни, но он прекрасно запомнил его внешний вид. Запомнил величественные колонны, держащие невероятно высокий потолок, огромные окна на всю стену, через которые ярко светило настоящее солнце, трон Великого Повелителя Гвина, сделанный из золота и украшенный множеством драгоценных камней. Всё это промелькнуло перед взором Гвиндолина, пока он сидел у костра рядом с Леной. Вспоминая всё это, он сам не заметил, как по его щекам полились слёзы.       Лена осторожно коснулась его плеча.       – Что с тобой? – тихо спросила она.       – Ничего, – утерев слёзы, так же тихо ответил Гвиндолин. – Просто нахлынули воспоминания. Не обращай внимания.       Тем временем Алиса перестала играть (она всё это время пела песню битлов Yesterday), а Ульяна, которая, судя по всему, только этого и ждала, сказала громко:       – Ну а теперь время рассказывать истории!       Все, включая Гвиндолина с Леной, повернулись в сторону Ульяны. Она, встав со своего места, начала внимательно разглядывать каждого присутствующего, словно бы ища того, кто больше всего подойдёт на роль рассказчика. Наконец, остановившись взглядом на Гвиндолине, она воскликнула:       – Ага! Вот ты, Гвиндолин, и будешь историю рассказывать. Только давай что-нибудь интересное, желательно, чтобы ещё немного страшное.       Гвиндолин опешил. Несколько секунд он сидел, молча смотря на Ульяну, которая с блеском в глазах смотрела на него.       – Историю… – сказал себе под нос Гвиндолин, думая, стоит ли вообще в это лезть. Внезапно, ему вспомнились слова, которые он услышал во сне от мистера Нанси: “О любом боге должны рассказывать истории. Иначе, что это за бог такой?”. Может, рассказать им историю о нём самом? Гвиндолин подумал именно так, а потом с сожалением осознал, что он в своей жизни не сделал ничего такого особенного, о чём можно было рассказать.       Заметив удручённое выражение лица Гвиндолина, Избранный Немёртвый быстро сообразил, что к чему.       – Я могу рассказать историю вместо него. – сказал он.       Ульяна тут же обернулась к нему.       – Ну давай тогда, рассказывай, не томи. – сказала она.       – Сейчас я вам поведаю историю, – прокашлявшись, сказал Семён, посмотрев на Гвиндолина. – Историю… об одном боге.       Все присутствующие, включая Ольгу Дмитриевну, затаили дыхание в ожидании начала истории. А Избранный Немёртвый начал:       – Это был одинокий бог, который очень любил лунный свет. Проблема была в том, что в его родном городе всегда светило яркое солнце. А поскольку никто из его родных и знакомых не любил свет луны, так, как любил он, то и друзей у него не было. Так он и сидел в одиночестве, пока не встретил… – Тут Избранный посмотрел Гвиндолину, сидящему прямо напротив него, прямо в глаза. – Рыцаря. Этот рыцарь тоже был одиноким. Его также никто не принимал, так как он тоже любил лунный свет больше солнечного. И вот рыцарь познакомился с одиноким богом. Конечно, они не стали вдруг закадычными друзьями, – Избранный при этих словах невесело улыбнулся. – но постепенно они стали всё больше доверять друг другу. И всё было хорошо, пока… Один коварный змей не обманул храброго рыцаря. А другой не менее коварный змей в это же время обманул одинокого бога. Так дружба между рыцарем и богом исчезла без следа.       Голос Избранного Немёртвого становился всё более низким и холодным по мере того, как он рассказывал.       – А то, что произошло дальше, – продолжил он. – Уже никто не помнит. Кто-то считает, что рыцарь убил бога, кто-то наоборот, думает, что это рыцарь погиб от рук бога. Так или иначе, эту историю я вам рассказал, чтобы донести одну мысль: любая дружба может быть разрушена, если друзья поддаются обману. Потому что сила – в правде. Вот и сказочке конец.       Повисла тишина, нарушаемая лишь звуками горящего огня. Заговорить первой решила Ольга Дмитриевна:       – Это была… очень интересная история, Семён. Сам придумал?       Избранный Немёртвый, лицо которого во время рассказа было до ужаса мрачным, в один миг снова стал бодрым и весёлым.       – Я на ходу придумывал, – смущаясь, сказал он. – Так что получилось не очень складно. Но получилось, что получилось, не будем об этом.       Тут Ольга Дмитриевна посмотрела на циферблат своих наручных часов и ахнула:       – А время-то, время! Уже давно отбой! – Она встала со своего места и властным голосом произнесла: – Пионеры! Тушим костёр и возвращаемся в лагерь!       Отряд быстро стёр все следы своего пребывания в лесу, после чего вместе с Ольгой Дмитриевной вернулся в лагерь. Дойдя до площади, все разбрелись по своим домикам. По дороге к своему жилищу, Гвиндолин сказал Избранному Немёртвому:       – Спасибо тебе.       – За что это? – удивился Избранный.       – За историю. – объяснил Гвиндолин. – Обо мне никогда не рассказывали историй. А эта, хоть и не очень подробная и правдивая, очень даже неплохой получилась. Спасибо.       Зайдя в домик, они без лишней болтовни легли на свои кровати и заснули, едва коснувшись головой подушки.