Доверие - это ошибка Блэков

Проспав всю ночь в теле рыжей лисы, чтобы привыкнуть, Эвелин вернулась под утро в свою комнату, где мирно, под одеялом, спала Пэнси. Через тридцать минут нужно вставать. Она решила пойти в душ первой. Ванная комната не особо отличалась от остального замка: такие же стены, к которым если прикоснуться можно почувствовать пробивающий холод; два душа, два туалета и четыре раковины. Приняв теплый и успокаивающий душ, девушка вернулась в комнату и стала прихорашиваться. Из-под кровати она достала свою маленькую косметичку. Подвела маленькие стрелки, накрасила губки бледно-красной помадой. Свои волосы она лишь расчесала, так как давно перестала мучиться со своими кудрями. — Пэнси, радость моя, вставай! – потрясла подругу за плечо Эвелин. Паркинсон, как всегда укрылась второй подушкой, чтобы не слышать голоса подруги. – На мне это не работает. Вставай, или я тебя водой оболью! — А я в тебя Круцио кину. – раздражённо ответила Пэнси, наконец, присаживаясь на кровати. Она сама недавно заснула. Делала домашнее задание, которого было очень много. Девушка бы не занималась этим, если бы родителям не приходили письма от куратора их факультета с жалобами на их дочь. Плохое поведение, ужасные оценки и ещё что-то, что Пэнси уже и не помнит. В последнем письме, Флоренция и Гаррет высказали дочери все последствия, если она не исправит свои долги и поведение. Чтобы ей не перестали давать деньги и не оставили под домашним арестом ещё на одно лето, Пэнси пришлось взяться за ум. — Ну вот скажи мне, сегодня третье испытание в чемпионате, на кой чёрт этот старик поставил нам уроки? Зато чемпионы сегодня ,наверняка, отдыхать будут. – положив сонную голову на плечи Эвелин, Пэнси буквально засыпала. Под "стариком" она имела в виду Альбуса Дамблдора. — Не завидуй. – откинув голову подруги, сказала Эвелин и хихикнула, когда Пэнси косо на неё посмотрела. Её руку потянулась к своему столику, и взяв первое что попало, кинула в подругу. – Эй! Это не честно! У меня даже нет ничего! — Вот и получай! — Закройте рты, обе! – крикнула сонным голосом Дафна Гринграсс, поворачиваясь к шумным соседкам, которых по утрам она ненавидела из-за их утренней бодрости. — Прости, Дафна... – повернувшись к соседке, сказали брюнетки. После чего вернулись в рукопашную. Через пару минут схватки, в которой одержала победу Эвелин, всё таки разбудив подругу, девушки стали заниматься своими делами. Эвелин ждала свою подругу, чтобы вместе пойти кушать, а Пэнси занималась ванными процедурами. Дафна и Мелисса уже проснулись, благодаря своим "любимым" соседкам, и пошли в ванную, чтобы тоже умыться. Комната с первого курса изменилась. Раньше она была менее обжитой, а сейчас здесь коробки косметики, разных духов, нарядов; цветы от поклонников. На кроватях, которые по приезду были чистыми, появились подписи с именами девочек, а также много сердечек. В какой-то дождливый выходной день на втором курсе, их очень сблизило это увлечение. Каждая поделилась чем-то своим. Дафна о своей сестричке, которую родители слишком балуют. В то время как Дафна работает и трудится не покладая рук, чтобы восхитить своих родителей, те замечают только младшую- Асторию. Мелисса рассказала, как упрашивала родителей купить ей кошку, но те не соглашались, так как это шерсть и вонь. Но Миллисента на зло им подобрала миленького черного котенка. Долгое время она скрывала "Эби", но, будучи застуканной домовиком, была вынуждена обо всё рассказать маме с папой. Те оставили кошку, но под предлогом идеального поведения девочки и её похудению. Пэнси рассказала о своей влюбленности в Теодора Нотта, о которой знает теперь вся их комната. Вот только, она была уверена, что она ему не понравится. Эвелин рассказала про маггловских известных личностей. Маггловские песни были чудесные, красивые и завораживающие. А когда девочки видели альбом с певцом, чуть ли не падали. Естественно, у девочек появились свои кумиры, грубо говоря. Одним из них стал Златопуст Локонс- автор своих подвигов, написавший свою биографию. Многие девочки влюбленно смотрели на него. По крайней мере, в комнате только Эвелин не испытывала к нему симпатию. Может, потому что не читала его книг, а может из-за его слишком смазливой мордочки, больше похожей на золотое яйцо? Она больше склонялась ко второму варианту, так как первый бы её тоже не увлек. — Иди, наверно, без меня. – выйдя из душевой, сказала Пэнси. Эвелина удивлённо выкинула брови. – Мне волосы сушить надо, красится, одеваться. — А ещё она пообещала пойти вместе с Тео. – проходя мимо подружек, сказала Дафна и показала Пэнси язык. Та закатила глаза. — Ладно, я тогда кушать. Удачки. – сказала Эвелин и вышла из комнаты. Она застыла, увидев Драко. Он тоже её увидел. И быстро среагировав, ушел обратно в комнату. Не то, чтобы он её испугался, да и не ссорились они, но Эвелин вообще не понимала такого отношения. Вплоть до конца первого курса, Драко постоянно привлекал к себе внимание Эвелин, но та игнорировала. А после летних каникул, он перестал с ней пересекаться. В Косом переулке, когда семья Уизли, вместе с Гарри и Эвелин, закупались книгами, они встретили Малфоев. Люциус смотрел на неё, и делал это довольно долго. Но в итоге, ничего не сказав, вышел из магазина вместе с сыном. Эвелин направилась в большой зал. Сейчас многие ребята стояли в очередях к умывальникам и душам, поэтому в зале было человек тридцать-ранние пташки. Сегодня одной из них была Эвелин. Она села за свой стол и принялась за овсянку. К ней присоединился Блейз, а за ним Астория Гринграсс. — Что у нас на завтрак? – перед тем как сесть на скамью, весело спросила Астория. Увидев овсянку, она скривила лицо, и отодвинула тарелку от себя. Эвелин даже по её действиям могла понять, что девочка очень избалованная. – Боже, этот старик походу вообще с ума сошел. Кормить нас - элиту общества - этой дрянью. — Стори, возьми бутерброд или ,вон, панкейки есть.– сказала Аврора Сноу, которая ходила и наблюдала за всеми, как настоящая староста. Вот только вчера, вернувшись с очередной тренировки Гарри, Эвелин подслушала, как Аврора жаловалась своим подружкам, что Снейп на неё взъелся за то, что она не следит за своими подчинёнными. — Дай мне их.– сказала Астория, косо посмотрев на Аврору. Было видно, что староста факультета еле сдерживается, чтобы не кинуть в студентку каким-нибудь панкейком. Блейз закатил глаза и уставился молча в свою тарелку, тыкая в ней вилкой. Эвелин посмотрела на Асторию. — Слушай, ты, вроде, не инвалид, так что сама можешь достать себе еду. Тем более, она не далеко. – сказала Эвелин, посмотрев на тарелку с панкейками, которые Астория могла взять, просто потянувшись немного рукой. — Заткнись, грязнокровка. Я из чистокровной семьи, леди из высшего общества, как ты смеешь мне что-то говорит, уродка! – кричала на весь стол девушка, вскакивая со своего места. Эвелин тоже поднялась. — Может я и грязнокровка, но посильнее тебя буду. – громко сказала девушка. Накипала злость, ведь девушка не унижала Гринграсс, но та посмела почему-то высказать ей такие слова в довольно грубой форме. — Успокоились обе!– громко крикнула Аврора, утихомирив девушек. Естественно, она бы оставила этот спор и спокойно наблюдала за ним, но в зал зашёл Северус Снейп, от которой вчера ей влетело. – Сядьте на свои места и продолжайте завтракать. Вот твои панкейки, Астория. — Ты молодец, хотя бы попыталась.– прошептал Блейз, немного наклоняясь влево, чтобы похвалить подругу. В конце завтрака Эвелин отправилась на уроки, а Гарри повели в какую-то комнату, чтобы встретиться с родственниками для поддержки на сегодняшний завершающий тур. В конце учебного дня, за обедом, Дамблдор попросил всех, кто будет участвовать в турнире, отправиться к лабиринту, а болельщикам посоветовал спокойно поесть и также идти на трибуны для поддержки своих друзей. Эвелин вышла со своего стола и напоследок обняла Седрика и Гарри, желая им удачи. Она хотела, чтобы кто-то из них выиграл, ведь они защищают честь Хогвартса. С Седриком они стали довольно близки после матча по квиддичу между Пуффендуем и Слизерином. Празднуя победу их факультета, победители пригласили команду Слизерина в их гостиную. На торжестве Эвелин и Седрик разболтались и пришли к общему мнению, что, Снейп- кретин старый. Как они пришли к подобным выводам никто не понял, но это их объединило. Также в начале этого года они, вместе с семьёй Диггори, отправились на чемпионат мира по квиддичу. Проведя много времени в пути и на самом матче, ребята ещё больше укрепили свою дружбу. — Удачи вам, ребята. Через час началось третье испытание и участники начали заходить. Болельщикам оставалось лишь ждать и гадать, кто выиграет. Посмотрев влево Эвелин увидела Драко, смеющегося в компании Креба и Гойла. Драко посмотрел влево, из-за шутки Гойла и наткнулся на взгляд Эвелин. Парень быстро увёл взгляд, вновь возвращаясь к друзьям, но уже с менее весёлой улыбкой. — Эви, ты куда смотришь? – отрываясь от Дафны, спросила Пэнси. Она посмотрела на белобрысого в другом конце трибуны и всё поняла. – Хватит на него пялится, он давно тебя не замечает. — В том-то и дело, замечает. Вот только потом быстро отводит взгляд или уходит, а точнее убегает. – шёпотом, наклонившись к подруге, сказала Эвелин. Пэнси посмотрела на подругу, раскрыв глаза от удивления, и отодвинулась назад.– Что?! — Ну тут два варианта. Либо он избегает тебя... — Я дура что-ли, не понимаю?- спросила Эвелин смотря на подругу. — Не перебивай. Либо он тебя избегает, либо влюблён. – сказала Пэнси, складывая руки на груди. Эвелин на неё покосилась и сделала вид, что ничего не понимает. – Я то знаю. – О чём говорят, самые красивые девушки?– подошёл Теодор Нотт и сел на трибуну сверху. — Обсуждаем твоего друга. – лукаво улыбнулась Пэнси. — Какого друга? У меня их много, могу помочь. – наклонился ближе к своей девушке. Пэнси поцеловала его в щёчку, после чего взяла его руку своей и положила обе руки на мужские колени. — Дра-ко Мал-фой. – по слогам прошептала Пэнси, смотря на Тео. Эвелин удивлялась способности подруги манипулировать людьми. А особенно своим парнем. Ручку кладёт куда надо, посмотрит по-кошачьи, улыбнётся: и всё, дело в шляпе. Благодаря Пэнси Эвелин тоже научилась некоторым махинациям. Но только, чтобы побесить Фреда. За своим столом то и дело подходит к какой-нибудь девочке и начинает с ней разговаривать, играя с прялкой её волос. Потом что-то шепчет на ухо, смотря на Эвелин, которая всегда на это, по неволе, смотрит. — А что с Драко? – не понял Теодор. — Что он думает о Эвелин? Ты ведь тоже заметил, что он её избегает. — Ааа, вы об этом. Да там всё просто. Его отец запретил ему с тобой общаться. Это вроде произошло в прошлом году или в позапрошлом. Короче, ты ему не понравилась. Ещё и грязнокровка, ай! – вскрикнул парень, когда Пэнси рукой его ущипнула за колонку. – Ну, это не я так говорю, а Люциус Малфой. — Ах, так вот оно что. Хорёк. И отец его тоже хорёк, хотя нет. Он- пингвин. – разозлилась Эвелин и встала со своего места, чтобы уйти подальше и меньше наговорить что-то про Малфоев в присутствии Пэнси и Тео. — Эй!- крикнул кто-то сзади, на что Эвелин не обернулась, так как желания особого с кем-то разговаривать не было. – Эвелин, постой! — Эви! – окликнул её Фред. Почему именно Фред? Только он, называл её Эви именно так. Как-то нежно и с какой-то надеждой. Девушка оглянулась, стоя уже очень близко к краю лабиринта. Она сложила руки на груди, смотря внимательно на мальчиков. — Джорджи, приветик. – она немного наклонила младшего близнеца к себе и поцеловала в щёчку. Парень улыбнулся и посмотрел на брата. – И тебе, Фред. Так, чего звали? — Слушай, наша мама, очень хотела с тобой поговорить. – сказал Джордж, приобняв Эвелин за плечи. — Молли? А что случилось? — Ну, ей что-то нужно. — А, ну я попозже к ней подойду, мне нужно... – не успела девушка закончить предложение, как кто-то на трибунах крикнул: — Смотрите! - и все посмотрели на верх. В небе мерцали красные искры, что означало, выбывание кого-то из участников. — Выбыла Флёр Делакур! Академия магии Шармбатон! – громко произнёс директор. На руках профессора Макгонагалл девушку вывели из лабиринта. — Капец, так быстро? – удивился Фред, а после перевёл взгляд на Эвелин, которая на него перевела взгляд. Джордж повернул голову и увидел как брат и любимая смотрят друг на друга. — И не говори, братец, – привлёк на себя внимание Джордж, – очень быстро. — Выбыл Виктор Крам! Школа Дурмстранг! – прокричал Дамблдор. Крама быстро вывели из лабиринта. — Господи, остались Гарри и Седрик! – обрадовалась Эвелин. Она, как и все студенты Хогвартса болели за своих чемпионов. – мальчики, вы за кого? — За Гарри. — За Гарри. — Я тоже за Гарри. – сказала Эвелин, но позже вспомнила, что хотела кое-куда отойти. – Так, я пошла! — Давай мы с тобой сходим? – предложил Джордж. Эвелин на него улыбнувшись посмотрела. Фред посмотрел на брата без улыбки. — Нет, Джорджи, не надо. Я сама. После этого девушка отправилась обратно в Хогвартс. Ей нужно было немного отлежаться. И придти в себя. После сказанного Тео, что Драко запретили с ней общаться, Эвелин немного расстроилась. Было ощущение, что её просто бросили. С одной стороны, ей было всё равно на Малфоя, но с другой стороны, ей хотелось с ним дружить. Когда они проводили на первом курсе время в гостиной, делая домашние задания, они неплохо сдружились. Но уже на втором курсе, он отстранился, будто ,действительно, ему кто-то запретил с ней разговаривать. Во внутреннем дворе школы, девушка решила подышать свежим воздухом. Все студенты были на трибунах, так что в школе не было ни звука. Она села на фонтан, немного окунув руку. Холодную, мокрую ладошку она приложила ко лбу, призывая мурашки. На смену раздумий о Драко, девушка перешла на близнецов. Она понимала, что встречаться с близнецом своего бывшего парня, это аморально. Но при этом было некое желание отомстить Фреду за его приглашение на святочный бал Анджелину. С одной стороны, Эвелин понимала, что не быть же ему одиноким до конца жизни. Он молодой, красивый парень с чувствами.. Но с другой стороны, Эвелин еле себя сдерживала, когда видела, как он чуть ли не целовался у неё на глазах с другими девушками из разных факультетов. Всех, кроме Слизерина. Она не понимала, были ли чувства к Джорджу настоящими или это была просто возможность забыть Фреда с помощью его же брата. Или она пыталась отомстить ему. Она не понимала. — Дорогая, а ты чего тут одна сидишь? – спросила подошедшая миссис Уизли. Она выглядела немного озадаченно, увидев девочку в школе, а не на трибунах. — Та мне просто немного плохо стало. Там очень шумно. — Может тебя к мадам Помфри? Ох, старая я, она же сейчас у лабиринта, обследует Виктора и Флёр. — Спасибо, но мне не нужно к мадам Помфри. Я просто хочу немного отлежаться. – сказала Эвелин смотря на женщину снизу вверх. — А вы, что-то хотели или тоже плохо себя почувствовали? — Милая, – сказала женщина, присаживаясь на фонтан,– я хотела с тобой серьезно поговорить. — А, да, конечно. – собралась Эвелин, и стала более бодрой. — Я хотела поговорить, на счёт своих сыновей: Фреда и Джорджа.– начала женщина. Эвелин немного нахмурила брови. – Понимаешь, я знаю о том, что в прошлом году ты встречалась с Фредом. Он все уши про тебя прожужжал. Слал нам с отцом письма, как любит тебя. А теперь.. Фред умалчивает. Я знаю, что ты девочка очень прилежная, надеялась, что ты сможешь его настроить на учёбу, чтобы они с Джорджем, уже перестали придумывать эти свои шутки. Но теперь Джордж без умолку говорит о тебе. — И что? У мальчиков свои чувства, миссис Уизли. Я не могу с этим ничего поделать. С Фредом мы уже расстались. Между прочим, из-за его ревности. А с Джорджем у нас очень хорошие отношения. — Но ты ведь понимаешь, что встречаться сначала с одним близнецом, потом с другим- это аморально? — Я не встречаюсь с Джорджем. Почему он про меня что-то вам говорит, я не знаю. Простите, миссис Уизли, но мне очень плохо, я бы хотела пойти отлежаться, до свидания. Девушка встала и быстрым шагом направилась в сторону спален. Неужели миссис Уизли действительно думает, что Эвелин такая? Ей было очень обидно, за то, что миссис Уизли думает о ней, как о разлучнице. Это явно был камень в её огород. Неожиданно её тело пробила мелкая дрожь. Такого она раньше не испытывала. Чувство будто что-то внутри печет, будто она сгорает изнутри. Девушка сомкнула губы в тонкую полосочку и закрыла глаза, опираясь об стену, уже внутри замка. — Куда вы меня ведёте профессор? – услышала очень далеко голос Гарри Эвелин. "Что он здесь забыл? Разве не должен быть в лабиринте? Или всё уже закончилось?" Девушка, всё в том же состоянии, пошла на голос. Она подошла к башне, которая вела к личному кабинету профессора Грюма. Поднявшись по лестнице, после того, как захлопнулась дверь, Эвелин стала прислушиваться. Невыносимая боль мгновенно охватила тело девушки, из-за чего ноги подкосились. Она бы упала, если бы не удержалась за перила. Дальше было всё, как в тумане. Вспышками она просыпалась, но всё было не понятно.