Happy valentines day!

Белые снежинки, чем-то напоминавшие маленькие оторванные кусочки облаков, кружились, мягко падая и превращаясь в капельки воды на ладони Вару, завораживали, заставляя забыть обо всем и бросаться вперед, подскакивая и стараясь поймать наиболее крупную и красивую, а затем, потерпев поражение и столкнувшись с другим таким же дураком, поскользнуться на ледяной дороге и упасть в его же объятия. Заливаясь смехом, Вару на несколько секунд прижимал тяжело сопевшего лидера к себе и как-то даже нежно стряхивал снег с его фиолетовой вязаной шапки, в конце-концов не выдерживая и давая легкий шутливый подзатыльник, отчего Пик, оскалившись, спихивал валета в холодный сугроб, но не сумев стереть с родного раскрасневшегося от холода или же от подобной близости лица наглую ухмылку. Озорные искорки, что ежесекундно вспыхивали в зеленых глазах, обрамленных густыми черными ресницами, в которых красиво застревали так любимые Вару снежинки, просто не позволяли Королю долго злиться на своего названного братца. Тот лишь вскидывал голову, прекратив смеяться, и пристально смотрел на Пика, словно спрашивая: «Ну и что же ты мне сделаешь?». А Пик, стиснув кулаки, снова бросался на валета, сгребая в охапку и вслушиваясь в привычный хруст снега под тяжестью их тел. Часы показывали десять часов утра, а календарь — четырнадцатое февраля, отмеченное красным цветом, который был присущ только выходным и праздникам. Точно такая же дата, разве что на час позже, красовалась на вкусно пахнущей бумаге, что держал в руке Вару. Пик, переводя дыхание, с непониманием оглядел листок, протянутый ему, а затем, ухмыльнувшись, поднял голову, буквально притягивая к себе за розовые щеки голову Вару. Расстояние между ними сократилось и, чувствуя исходящее друг от друга тепло, клоны выдыхали горячий воздух, тут же превращавшийся при контакте с ледяной реальностью в пар, едва заметными клубами поднимавшийся вверх. — Билет? В кино? — вопрос из уст лидера звучал больше как утверждение, но вопросительные нотки четко давали понять, что он требует разъяснений. — Билет. В кино. Подтянувшись, Вару практически сел Пиковому Королю на колени, одной рукой приобнимая за плечи, а второй, с билетом, помахивая перед носом, на котором красовался довольно-таки милый, как он считал, шрам. — Ты, я, «Дэдпул», кинотеатр, без четверти одиннадцать. Смешок. — Терпеть не могу Райана Рейнольдсона, — желтые почти кошачьи глаза сверкнули. — Глупый смазливый актеришка. — …И не опаздывай. Далее последовало легкое, но уверенное касание теплых покрытых неотличимым слоем блеска губ чужих, которые сильно потрескались на морозе и местами покрылись неприятной корочкой. Пик, будто уже не удивляясь наглости своего валета, отстраняться не стал, лишь сквозь полуприкрытые глаза наблюдая за зеленоволосым приколистом. Оторвавшись от губ лидера, Вару выкарабкался из сугроба, то и дело проваливаясь под снег и что-то грозно шепча в адрес так не желающей уходить зимней погоды. А билет, что медленно, но верно терял тепло рук Пятого, остался лежать на коленях намокших в снегу черных штанах Пика. Король сидел на холодной поверхности еще минут десять, опомнившись лишь тогда, когда фигурка Вару скрылась за первым поворотом. *** — И все же ты пришел. Я знал, что ты согласишься, — коварное нечто подобралось сзади, просовывая ладони сквозь руки Пика и заключая того в крепкие и теплые объятия. — Я даже в буфет успел зайти, пока ждал тебя. — Должен же я составить компанию своему нерадивому валету в такой… Кхм… Особенный день, — мягко отстранившись, Король посмотрел на большое здание кремового цвета с кучей ярких вывесок и афиш, в основном на тему фильма, который им и предстояло созерцать следующие два часа, — Но учти, что я все еще могу развернуться и уйти, так что заткнись и дай мне свою чертову руку, газон. С улыбкой выдохнув, зеленоглазый встал рядом с Восьмым, осторожно дотрагиваясь кончиками пальцев до горячей раскрытой ладони, а затем без капли сомнений схватив ее и сжав, не желая отпускать. Чувствуя приятный поцелуй в щечку, Вару обрадованно встрепенулся и потянул Пика за собой в распахнувшиеся двери кинотеатра. А снежинки все также спокойно слетали на припорошенную снегом землю, не беспокоясь о том, какие вещи происходят в окружающем их мире. И так все во веки веков — снег будет падать, февраль будет холодным и скользким, а влюбленные парочки будут ходить взявшись за руки.