Проблемы отношений с девушками из RWBY

Жон любил думать, что он не был полностью бесчувственным. Конечно, иногда он совершал глупости, например, не понимал, насколько сильно Вайсс его не любит, но, если не считать этого, он всегда гордился своей способностью точно понимать людей. Если бы не его член, который всё портил, он, наверное, мог бы прожить всю жизнь, не выставляя себя полным идиотом. В конце концов, читать людей никогда не было для него таким уж сложным занятием, за исключением тех случаев, когда гормоны затуманивали ему голову. По крайней мере, так он думал, пока не начал встречаться с Рин. На самом деле это не должно было быть трудно, но в ней было что-то такое, что все усложняло. Она была очень тихой и скромной, не говоря уже о том, что она была стоиком. Конечно, у Норы, похоже, не было проблем с тем, чтобы читать её, но, опять же, они знали друг друга с детства, так что в этом был смысл. Это было похоже на то, как его мать инстинктивно отличала близнецов друг от друга, хотя он был почти уверен, что она почти всё время, пока они были маленькими, напивалась дешёвым вином из тетрапака. Проведи столько времени с кем-то, и в конце концов научишься инстинктивно понимать его. Если бы только ему так повезло. Потому что прямо сейчас ему было трудно понять, чего именно Рин от него хочет. Она лежала на кровати и медитировала. Жон тем временем с головой погрузился в чтение комиксов, хотя ему было трудно сосредоточиться, потому что она то и дело приоткрывала глаза, чтобы посмотреть на него, и закрывала их, как только он поворачивался в её сторону. Честно говоря, это немного раздражало — он думал, что она чего-то хочет, но она, казалось, намеренно избегала его, заставляя гадать. Конечно, проницательный читатель, вероятно, поймёт, что у этой проблемы было простое решение: он мог просто спросить её… но, чёрт возьми, он был мужчиной, и это было соревнование между ними двумя. На кону стояла его мужская гордость, и он не собирался проигрывать своей девушке, если только что-то не заставит его проиграть. (Есть те из вас, кто не понимает, но поверьте мне, когда-нибудь вы осознаете, насколько важно для нашей мужской гордости быть первыми в глупых вещах. Я собирался написать большое гипотетическое заявление, адресованное всем женщинам, которые это читают, и попытаться убедить их, что это на самом деле очень важно и совсем не глупо, но давайте будем честны: женщин, читающих этот фанфик, примерно ноль. Шансы на то, что хоть одна девушка будет в восторге от этого мусора, примерно такие же, как на то, что RT внезапно сделает Синдер убедительным и интересным персонажем или сделает Оскара не таким уж ужасным. Моя аудитория — одна большая сосисочная вечеринка, по сути, фанфик-эквивалент мужской раздевалки. Не хватает только едва прикрытой гомосексуальности и запаха дезодоранта «Акс», но дайте мне немного времени, и я найду способ втиснуть их в сюжет. Что, вы ожидали чего-то высокоинтеллектуального? Я вас умоляю, друзья мои, вы здесь уже столько глав, и вам лучше знать, что от меня не стоит ожидать никакого юмора, кроме самого низкоинтеллектуального. При таком темпе мне останется не больше пяти глав, прежде чем я буду вынужден просто цитировать это дурацкое видео «Фу, воняет» или что-то столь же грубое.) В любом случае, суть в том, что, хотя Жон мог бы просто спросить её, что случилось, это было бы оскорблением его мужской гордости, сродни тому, чтобы остановиться и спросить дорогу или отказаться дрочить на сиськи Ян — он просто не смог бы считать себя мужчиной, если бы сделал это. Поэтому он сидел, отчаянно пытаясь притвориться, что Рин его не бесит, хотя это было совсем не так. — С меня хвати! — наконец закричала Нора, привлекая внимание остальных троих обитателей комнаты. — Что такое, Нора? — спросила Пирра, приподняв бровь. Нора подошла к Жону, скрежеща зубами. Жон удивлённо моргнул и слегка отпрянул в страхе, когда она схватила его комикс и отбросила его в сторону, а затем уставилась на него. — Ты, — прорычала она. Он нервно сглотнул. — Д-да, мэм? — Сделай нам всем большое одолжение и просто спроси её, чего она хочет, хорошо? Наблюдение за тем, как вы двое ходите вокруг да около, сводит меня с ума. Ну, это было другое дело — одно дело отказаться от своей мужской гордости, проиграв соревнование, и совсем другое — потерять её из-за того, что Нора разозлилась на него и разбила его яйца. Честно говоря, он, наверное, должен был ожидать этого, когда начал встречаться с Рин — они с Норой были практически неразлучны, причём самым нелесбийским образом, какой только можно себе представить, что, честно говоря, было немного удивительно — он думал, что они встречаются, особенно учитывая, что Нора настаивала на том, что они не вместе, но, как оказалось, они были просто очень хорошими подругами… которым было комфортно друг с другом… настолько, что они обычно вместе принимали душ по утрам и вечерам и даже помогали друг другу одеваться… Ну да, в те дни у него действительно был неплохой запас фантазий, как вы могли догадаться? В любом случае, суть в том, что он, возможно, был достаточно глуп, чтобы расценить действия Рин как вызов его мужественности, но он не был настолько глуп, чтобы рисковать и злить Нору. Быстро вскочив с кровати, он подошёл к Рин, которая всё ещё медитировала, и откашлялся. Она медленно приоткрыла один глаз, не прерывая медитацию. — Да, любимый? — Д-да, эм… тебе что-нибудь нужно? Она приподняла бровь. — С чего ты взял, что мне что-то нужно? — Ну, ты всё время поглядывала на меня краем глаза. Я решил, что тебе что-то нужно. — Ах, это. — Она пожала плечами. — Я просто наслаждаюсь твоим присутствием. Это очень успокаивает. Что ж, это определённо раздражало. Должно быть, это отразилось на его лице, потому что Рин нахмурилась. — Что-то случилось? — спросила она. — Я тебя побеспокоила, да? Жон поспешил отбрехаться, отчаянно качая головой. — Вовсе нет, детка! Хех. Да, совсем не о чем беспокоиться. — О, это хорошо. Как однажды сказали древние мистральцы: Последовала непонятная тарабарщина, которую Жон даже не надеялся понять. Он перевёл взгляд на Нору и Пирру, которые, казалось, были в таком же замешательстве. Сбитый с толку, он снова повернулся к Рин. — Эм, не могла бы ты объяснить на вейлском? Её глаза озорно сверкнули. — Как говорили древние мистральцы: «Мужчина, который ссорится с девушкой весь день, не получит ничего ночью». Жон почувствовал, что краснеет, но не так сильно, как Пиррха. — Д-да, ну… Я буду иметь это в виду. Уголки губ Рин слегка приподнялись, но она ничего не сказала, а вместо этого вернулась к медитации. Жон неловко переступил с ноги на ногу и посмотрел на Нору, которая показала ему большой палец вверх. Убедившись, что она довольна, Жон быстро вернулся к своей кровати и взял комикс. Слава богам, что его девушка не была такой стервой, чтобы воспользоваться Норой, чтобы заставить его делать всё, что она хотела, иначе он бы точно сломался.

***

Отношения с Рин, естественно, не обходились без своих причуд. Жон ожидал, что всё будет не так гладко — в конце концов, они были парой подростков с бушующими гормонами, находящимися в самом разгаре полового созревания, с совершенно разными характерами и очень немногими общими интересами, и… Хм. Почему они вообще начали встречаться? Неужели их связывала только физическая близость? Потому что, если подумать, у них было не так уж много общего. Не то чтобы в том, чтобы просто быть с кем-то, потому что ты считаешь его милым, было что-то плохое, просто это казалось… поверхностным? Но даже так он был более чем готов закрыть на это глаза по целому ряду причин, но в основном потому, что их секс был довольно хорош. Это тоже было мелочно? Возможно, но ему, честно говоря, было всё равно. Не стесняйтесь жаловаться на его мелочность; он просто кивнёт, прежде чем сунуть в Рин старую добрую вейлскую колбасу. Как бы то ни было, если не считать поверхностности, единственное, что беспокоило его в этих отношениях, — это то, что они казались какими-то надуманными. Было просто странно, что два человека, которым не следовало быть вместе, каким-то образом всё равно оказались в отношениях. Как будто какая-то внешняя сила сталкивала их друг с другом ради собственного развлечения. Это было бы похоже на то, как если бы Руби вдруг начала встречаться с каким-нибудь глупым фермером из Мистраля — то есть это было бы настолько глупо, что перестало бы быть просто глупым и стало бы откровенно дебильным. …Почему он вдруг почувствовал себя главной достопримечательностью на карнавальной площади? Неужели так себя чувствуют животные в зоопарке? Может, ему стоит спросить об этом Блейк или Вельвет? Ладно, это становилось странным, так что он просто собирался двигаться дальше. Так что отношения с Рин в целом проходили довольно спокойно, без особых проблем; особых жалоб тоже не было. Кроме одной. — Рин, пошли! И эту жалобу звали Нора. Рин моргнула, не утруждая себя подняться со стула. — Прости, Нора, я обещала Жону, что проведу с ним время. — Но ты проводишь с ним каждую ночь! — Потому что мы занимаемся сексом. — Ну, мы не можем этим заняться, так что мне нужно провести с тобой время как-то по-другому! Так что давай, ну же! Жон устало вздохнул. Ему нравилась Нора, правда нравилась, но она была властной даже в хорошие дни, а это было до того, как он начал встречаться с Рин. Теперь, когда они начали встречаться, Нора стала ещё более требовательной. Он не мог её винить — в конце концов, эти две девушки были лучшими подругами с детства, — но в то же время это было просто нелепо. Она относилась к Рин как к защитному покрывалу, без которого она бы сникла и умерла от одиночества. Честно говоря, ей повезло, что они с Рин оказались в паре во время инициации — Жон был уверен, что у нее случился бы сердечный приступ, если бы Рин была в паре с кем-то другим. Нора продолжала тянуть Рин за руку, но та не сдвинулась с места. — Прости, Нора. Я проведу с тобой время позже. Нора сникла и печально вздохнула, опустив голову. — Хорошо, Рин… Ого, теперь ему просто стало плохо. Честно говоря — и он говорил это совершенно искренне — наверное, было бы проще, если бы они обе были лесбиянками. Они и так были практически неразлучны, не говоря уже о том, что были настолько близки, насколько могут быть близки два человека, которые не являются братьями или сёстрами или любовниками, так что тот факт, что ни одна из них не испытывала влечения к представителям своего пола, был, честно говоря, немного печальным. Это было похоже на то, как если бы идеальные отношения были представлены миру, но боги заявили: «Неа, хуй вам, вы не получите ничего настолько прекрасного и чистого» — и сделали так, чтобы обе стороны никогда не испытывали влечения друг к другу. И снова Жон почувствовал, что что-то не так, как будто какой-то космический поворот судьбы разлучил Рин и Нору, каким-то образом затронув и его. Ладно, больше никакого «Тыквенного Пита» перед сном. Подумав об этом, Жон откашлялся. — Прости, Нора. Знаешь что, я сделаю что-нибудь, чтобы загладить свою вину. Ты не против? К его облегчению, Нора кивнула. — Вообще-то, нет. — Хорошо. Чего ты хочешь? — Ленивца. — Ладно, лени- — он сделал паузу. —… — ленивца. — Ленивца. —… Типа, как домашнее животное? — Конечно, это было бы замечательно. Ладно, ну. — …Угу. У тебя, э-э, есть на это причина или…? — Мне нравятся ленивцы. Разве этого недостаточно? — …Полагаю, нет, но это помогло бы понять, почему ты ставишь передо мной невыполнимую задачу. — Это вовсе не невыполнимо. — Правда? — Да, просто пойди и возьми одного из зоопарка. И вот в чём загвоздка. — …Давай проясним: ты хочешь, чтобы я проник в зоопарк. — Да. — Ты хочешь, чтобы я нашёл вольер с ленивцами — в котором, кстати, обитают исключительно ленивые, грязные животные, кишащие грибками и паразитами, известные своими очень острыми когтями и сильной неприязнью к посторонним, — и проник в него незамеченным. — Угу. — И ты хочешь, чтобы я поймал одно из этих отвратительных животных, принёс его тебе и подарил, чтобы ты могла…не знаю, делать с ним что-то. — Это верно, да. — Ладно, просто хотел убедиться, что мы на одной волне. Сказав это, он посмотрел на Рин, безмолвно умоляя её о помощи. К сожалению, она, казалось, не заметила его беспокойства и лишь понимающе кивнула. — Полагаю, никто не будет возражать, если один ленивец пропадёт на час или два. — Рин! —… О, я должна была не согласиться? — Да! — …Ну, ты забираешь «Время Норы», которое она очень любит. Я не могу её за это винить. О, нахуй все. Конечно, две лучшие подруги будут держаться вместе, оставив его в дураках. Тем не менее, похоже, у него не было особого выбора — в этих отношениях сделать Рин счастливой означало сделать Нору такой же счастливой. Чушь какая-то, учитывая, что он был в отношениях только с одной из них, а другая была самым надоедливым третьим колесом в мире, но неважно. Секс был достаточно хорош, чтобы терпеть это безумие хотя бы ещё немного. Чего? Он сильно увлёкся? Что ж, позвольте не согласиться — по крайней мере, он действительно получит секс в результате этой сделки, и, кроме того, его девушка даже не занималась сексом на стороне. Технически это делает его не извращенцем. К вашему сведению, анонимные интернет-комментаторы. Вздохнув от досады, Жон кивнул. — …Хорошо, я достану тебе ленивца. — Отлично! — сказала Нора. — Ты лучший, Жон! С этими словами она убежала, напевая себе под нос. Жон смотрел ей вслед, удивлённо моргая. … Меня только что обманула Нора? Это определенно было так. Боже, это было все равно что снова играть в видеоигры с Руби, хотя, по крайней мере, когда Руби приставала к нему, она требовала чего-то милого и детского, например, коробку Тыквенного Пита под его кроватью, или пакет печенья Вейлских Скаутов, которое он берег для особого случая, или пару нижнего белья Пирры. Да, последнее было странно. Оказалось, что Руби действительно — по-настоящему — любила «Тыквенного Пита», а также всё, что с ним связано, включая Пирру. Это имело смысл, учитывая, что она и так постоянно ела сладкое. Честно говоря, ему, наверное, стоило удивиться, но после того, как Нора заставила его залезть в ящик с нижним бельём профессора Гудвитч в качестве платы за то, что он лишил её времени Рин, его уже ничто не могло удивить. Он нашел там страпон и немного смазки. А потом он вспомнил, что профессор Гудвитч была очень гетеросексуальна и, как известно, однажды встречалась с генералом Айронвудом, и, по слухам, они до сих пор тайно встречаются. К счастью, в «Биконе» была очень хорошая команда психотерапевтов, иначе душевные травмы были бы невыносимы. В любом случае, где он остановился? Ах, да, на моменте, где он врывается в зоопарк ради Норы. Потому что, очевидно, у обычных отношений было слишком мало требований, так что к ним прилагалась куча условий. Поднявшись со своего места, Жон тяжело вздохнул. — Ладно, думаю, мне лучше поскорее покончить с этим, — объявил он. Рин кивнула. — Хорошо. Постарайся не попасться. Отличные слова поддержки от девушки, которая почти не проявляет эмоций. Иногда он задавался вопросом, зачем вообще продолжать такие отношения. Её глаза озорно прищурились. — И когда ты вернёшься, я думаю, мне придётся как-то компенсировать тот факт, что я не возразила Норе. А потом он вспомнил зачем. Сглотнув от волнения, Жон кивнул. — Д-да. Я, э-э, тогда просто пойду. Рин больше ничего не сказала, лишь понимающе кивнув, когда Жон отправился в путь. Это явно будет отстой, но, по крайней мере, обещание, что позже его девушка сядет ему на лицо, того стоило, верно? …Верно?

***

Естественно, оно того не стоило. — Ай! Рин сделала паузу, отводя от него ватный диск. — Пожалуйста, не двигайся, — сказала она. — Тебе легко говорить — это не тебе натирают кожу спиртом ой! Он поморщился, когда она в очередной раз приложила дезинфицирующее средство к его ранам, что заставило ее тоже поморщиться. — …Я действительно сожалею об этом, — сказала она. — Я не должна была позволять Норе заходить так далеко. Если она ожидала, что он скажет, что всё в порядке, то она этого не услышит — эта чёртова ленивая тварь всю дорогу обратно в Бикон извивалась и царапалась. Слава богам, у него была аура, иначе его бы разорвали на куски, как бумагу или те кошачьи игрушки, которые Блейк хранила у себя под матрасом. В итоге он отделался лёгкими царапинами, ничего серьёзного. Кстати, забавно, что Блейк думала, будто никто об этом не знает. Буквально единственная причина, по которой над ней за это не смеялись, заключалась в том, что мысленный образ того, как она играет с кошачьими игрушками, был намного милее, чем должен был быть, а, как известно всем людям, милота затмевает все остальные чувства. Тем не менее, он сделал мысленную пометку ненавязчиво предложить Норе, чтобы она приняла в виде следующей услуги то, что он установит в комнате RWBY скрытую камеру, чтобы застать её за этим занятием, потому что это казалось очаровательным. В качестве примечания: ладно, это было странно, что его время в Биконе не закончилось именно так. Обычно, если ты ставишь скрытую камеру в комнате общежития для девочек, это означает, что тебя собираются вырубить электрошокером или что-то в этом роде, но здесь это означало лишь то, что он получил пару миллионов просмотров на ДастТьюб. Странно, как всё обернулось. Жон зашипел, когда Рин прижала ватный диск к ещё одной его ране. — Наверное, это само собой разумеется, но теперь я действительно ненавижу ленивцев. — Не дай Норе услышать, как ты это говоришь, — предупредила Рин. — Мало того, что для тебя ничем хорошим это не кончиться, так она ещё и потребует, чтобы я с тобой рассталась. О, в этом он не сомневался. Более того, вся эта ситуация только укрепила её любовь к ленивцам, потому что чёрт возьми, конечно же, эта глупая тварь полюбила её в ту же секунду, как она взяла её на руки. С другой стороны, по крайней мере, он ненавидел Вайсс, если судить по тому, что он продолжал пугать её, поворачивая голову под неестественным углом, чтобы посмотреть на неё. Это имело смысл, поскольку семья Вайсс была ответственна за вырубку огромного количества лесов ради создания новых шахт. Вау, так Вайсс не только косвенно угнетала целую расу людей, используя их в качестве рабов, но и угнетала дикую природу, доводя её до вымирания. Поистине худшая из девушек. Ей лучше надеяться, что Дымный Медведь — всего лишь миф, иначе он придушит её, когда она в следующий раз отправится в Изумрудный лес, а Жон не в настроении помогать после того, как она отвергла его в прошлый раз. Было ли это мелочно с его стороны? О, конечно… но, с другой стороны, она была настоящей стервой. Неужели так трудно было просто сказать: «Нет, ты мне не интересен, пожалуйста, перестань спрашивать»? Ей не нужно было вести себя как последняя дура. В конце концов, шутка вышла боком ей самой — буквально единственным человеком, проявившим к ней хоть какой-то интерес спустя несколько месяцев, оказался какой-то придурок из Шейда, который никому не нравился и смертельно боялся воды. Да, он бы отлично подошел девушке из места, где всегда идёт снег и дождь. Определённо, это была судьба. Сделав последний мазок, Рин выбросила использованный ватный диск и аккуратно наложила ещё одну повязку на рану Жона. Он благодарно кивнул и хотел встать, но она мягко усадила его обратно. Он в замешательстве посмотрел на неё, но, увидев её взгляд, всё понял. — Кажется, я обещала тебе, что заглажу свою вину, — заявила она. —… Да, — рискнул Жон. Она закатила глаза. — Ты ужасен в романтике, ты это знаешь? Она и сама была не так уж хороша, обычно лишь констатировав очевидное или говорив что-то на мистральском, что ему приходилось просить перевести. Но он не собирался этого говорить. — А теперь расслабься и позволь мне сделать всю работу, — предложила она. Что ж, ей определенно не нужно было повторять дважды.

***

Так что, каким бы приятным ни был секс с Рин — а он был по-настоящему приятным, как он всегда и представлял себе секс, — он не мог компенсировать некоторые другие трудности, с которыми сопряжены отношения. Конечно, этого было недостаточно, чтобы он действительно расстался с Рин, но эти мысли постоянно крутились у него в голове, когда он думал о ней, что было довольно грубо со стороны его подсознания, так как это ещё больше усложняло ситуацию, но всё же. И нет, дело было не только в Норе. — Скажи, Жон, — начала Ян. Блондин остановился на середине укуса. — Да, Ян? — Итак, я должна спросить… Вот оно. — …Хм, что именно вас с Рин сблизило? — Ян! — закричала Руби. — Что? Это резонный вопрос. Я имею в виду, ты сама должна признать, что они странная пара. И пошло, поехало. Честно говоря, он, наверное, должен был ожидать этого от других людей, учитывая, что сам часто думал о том же. Как бы ему ни было неприятно это признавать, Ян — и все остальные, кто задавал этот вопрос, — не выходили за рамки дозволенного, когда задавали ему этот вопрос, ведь они с Рин действительно были странной парой. Но это не означало, что ему нравилось отвечать на один и тот же вопрос снова и снова. Серьезно, Ян только что спросила его об этом, а до этого ему пришлось иметь дело с Блейк. К счастью, он заставил ее замолчать, посветив лазерной указкой на пол, но, к сожалению, она не могла попадаться на это каждый раз. Напомнив себе, что позже нужно будет выложить тот ролик на ДастТьюб, он покачал головой и снова посмотрел на Ян. — Я почти уверен, что уже объяснил тебе почему, Ян. — Что ж, извини, если я не сочла это веской причиной. На это он закатил глаза. — Неужели мне нужна ещё одна причина, кроме того, что я считаю её милой, а она думает то же самое обо мне? — …Э-э, да? Если ты гонишься только за внешностью, ты кажешься поверхностным. — Ну, очевидно, что между нами есть и более глубокая эмоциональная связь. То, что она хорошо выглядит, стало лишь началом моего интереса. — Хорошо, тогда продолжай и объясни свою «более глубокую эмоциональную связь». — …Это не то, что можно измерить, знаешь ли. — Значит, ее не существует? Жон нахмурился. — Зачем ты постоянно спрашиваешь меня об этом? — Я просто пытаюсь понять, что ты за человек, — сказала Ян, пожимая плечами. — Как и все остальные здесь. Жон застонал. — Серьёзно, ребята? Вам действительно кажется странным, что мы с Рин встречаемся? — …Может, немного? — рискнула Вайсс. — Я не хочу принижать Рин или что-то в этом роде, но вы двое, кажется, не очень хорошо ладите. Это странно, учитывая, что ты, возможно, ближе к Руби на эмоциональном уровне, чем к ней. На это он приподнял бровь. — …Ты хочешь сказать, что я должен расстаться с Рин и вместо этого встречаться с Руби? — Кстати, напоминаю, вообще-то я здесь, — вмешалась Рин. — Нет! — сказала Вайсс, качая головой. — Я говорю… — Послушай, как бы мне ни нравилась идея, что ты играешь роль наперсницы для той, кто явно слишком неуклюжа, чтобы пригласить кого-то на свидание, — начал Жон. Руби возмутилась. — Что?! — В Рин меня все устраивает. — Я не неуклюжая! Ян, скажи ему! Ян просто усмехнулась. — Э-э, прости, сестрёнка, но… — Предательница! С этими словами Руби набросилась на сестру, и они быстро устроили одну из своих фирменных ссор. Блейк снимала всё это на видео, время от времени бросая в них льены и комментируя, что кому-то стоит притащить грязь. Жон не обращал на это внимания; подобные выходки были настолько привычными, что практически потеряли для него смысл. Вместо этого он продолжал следить за Вайсс. — Как я уже говорил, я очень счастлив с Рин. — Хорошо, потому что я не пыталась свести тебя с Руби. — Тогда зачем так подробно расспрашивать о моих отношениях? — Он приподнял бровь. — Вайсс… ты ревнуешь, что я встречаюсь с Рин? — Ты что, дурак или что-то в этом роде? Честно говоря, мне плевать на ваши отношения. — Но ты часто спрашиваешь о них. Это подозрительно, если хочешь знать моё мнение. — Потому что я просто пытаюсь понять, что тобой движет! — Да, потому что я тебе интересен. Вайсс, мне жаль, но ничего не выйдет — у меня уже есть девушка. — Я не хочу с тобой встречаться, идиот! Жон отмахнулся от неё. — Ну же, Вайсс, сейчас не время быть цундере. — Цун — что? Жон мысленно поблагодарил свою девушку за то, что она познакомила его с миром гиков, прежде чем повернуться к Блейку. — Итак, что у тебя за история? Почему тебя так интересует моя личная жизнь? В ответ она лишь пожала плечами. — Я обожаю плохо написанные любовные романы. Да, он мог сказать, что то, что у неё было с Ян, говорило само за себя. Серьёзно, этим двоим нужно было перестать дразнить друг друга и просто заняться сексом, потому что это становилось невыносимым. Он не видел такого сексуального напряжения между двумя людьми с тех пор, как его мать и отец поспорили, кто дольше продержится без секса. И точно так же, как-то пари закончилось тем, что спальню пришлось переделывать, он был уверен, что в какой-то момент общежитие команды RWBY просто взорвётся. По крайней мере, когда это наконец произойдет, он сможет забрать деньги, которые поставил на то, что это случится. Серьёзно, нужно быть идиотом, чтобы не понять, что между этими двумя всё было неизбежно, как бы плохо они не ладили. Казалось, что сама Вселенная сговорилась, чтобы свести их вместе, как бы искусственно это ни выглядело. Почти как у него с Рин, только не так странно, потому что между ними была связь — а именно, Блейк любила тунец, и эти отношения определённо дали бы ей что-то, если вы понимаете, о чём он. Ответив на этот вопрос, Жон оглянулся на тех двоих, которые ещё не ответили. — А вы? Зачем вы продолжаете спрашивать меня о моей личной жизни? Нора и Пирра переглянулись. — …Честно говоря, я просто хочу убедиться, что ты хорошо относишься к Рин, — ответила Нора. — Не беспокойся об этом, — ответила Рин. — Тогда, думаю, мне просто нужно следить за этим, чтобы знать, когда моя лучшая подруга будет свободна. Да, — подумал он. — Тем не менее, это был, пожалуй, наименее раздражающий ответ из всех, так что спасибо Нора за то, что ты не была совсем уж ужасной. Воистину, ты слишком хороша для этого грешного мира, по крайней мере, в этом конкретном случае. Осталась только одна. — А ты, Пирра? — спросил Жон. Чемпионка лишь пожала плечами. — О, я вроде как была в тебя влюблена. —… Серьезно? — Ага. Очень влюблена. —… Долго? — О, всего-то с начала года. Так что ничего особенного. Он… честно говоря, не мог понять, была ли она саркастична или нет. По интонации было понятно, но, опять же, в Пирре не было ни капли злобы — однажды он видел, как она случайно врезалась в дерево, а потом извинилась перед ним, например, — так что было трудно сказать наверняка. По крайней мере, казалось, что у всех остальных была та же проблема, потому что все остальные за столом внезапно прекратили свою деятельность и посмотрели на Пирру. — В таком случае, ты, э-э, действительно неплохо справляешься с этой ситуацией, — рискнула Вайсс. И снова Пирра пожала плечами. — Я не разрушительница отношений, поэтому не собираюсь пытаться разрушить то, что кажется хорошими отношениями. — Тогда зачем рассказывать об этом сейчас? — Чтобы он, по крайней мере, узнал об этом и имел возможность выбора в будущем. — Это довольно коварно с твоей стороны, — прокомментировала Ян, сидя на полу, где она держала Руби в захвате, пока младшая девочка извивалась в её руках. — Я имею в виду, что он, очевидно, по-прежнему мне нравится. Я просто хочу, чтобы он знал об этом на случай, если захочет, чтобы кто-то утешил его после расставания. — Почему ты рассказала нам об этом только сейчас? — спросила Блейк. — Потому что, очевидно, я могу открыто говорить о таких вещах только тогда, когда из этого ничего не выйдет. Это ужасное проклятие, с которым, я надеюсь, никому из вас никогда не придётся столкнуться. Посмотрев на Жона, она снова пожала плечами. — Я просто хочу немного объедков с пиршественного стола, разве это слишком большая просьба? — Э-э… — запнулся Жон, изо всех сил стараясь выглядеть так, будто он просто растерялся. Потому что внутри он кричал так громко, как только мог. ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТЫ ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ, ЧТО Я МОГ ТРАХАТЬ СЕКСУАЛЬНУЮ РЫЖЕВОЛОСУЮ АТЛЕТКУ С НАЧАЛА ЭТОГО ЧЁРТОВА ГОДА? ТЫ ЧТО, БЛЯДЬ, ШУТИШЬ СО МНОЙ? АААААААААА Тем временем Рин воспользовалась моментом, чтобы откашляться, и отвлекла его от мыслей. — Ну, э-э… если у нас ничего не выйдет, думаю, мы дадим тебе знать, — рискнула мистралийка. Пирра кивнула. — Да, это было бы неплохо. Спасибо, Рин. — Эм… без проблем? Чёрт возьми, в этой ситуации было до хрена проблем. Почему у Пирры был какой-то комплекс, из-за которого она не могла выговориться, если только это не был самый неподходящий момент, который только можно себе представить? Честно говоря, ей повезло, что у него действительно появилась девушка, потому что хуже всего это неловкое признание могло закончиться только в том случае, если бы она умерла от рук какого-нибудь безумца сразу после того, как сказала ему. Он не понимал, почему его мысли пришли к этому, ведь это было глупо и неоправданно трагично, но ситуация и так была довольно странной, так что, наверное, лучше было не задумываться об этом. — Ладно, — сказал Жон, вставая со своего места. — Что ж, если никто не возражает, мне нужно сделать домашнее задание. — Тебе нужна помощь? — Спросила Рин. — Спасибо, но я, кажется, сам справлюсь. Очевидно, он не собирался делать домашнее задание, он собирался сидеть в душе и плакать из-за того, что упустил свой шанс оттрахать Пирру, возможно, мастурбируя. Эй, может, у него и была девушка, которую он любил, но это была Пирра. Вы видели эту девушку? Какой у неё пресс. Обычно он не зацикливался на упущенных возможностях, но, да ладно вам. — Хорошо, — кивнула Рин. — А до тех пор просто помни: как однажды сказали древние мистральцы… А затем она начала нести какую-то мистральскую тарабарщину. Жон нахмурился. — Хм, и что это значит? — Это означает, что мужчина, который рыбачит в колодце другой женщины, часто ловит крабов. Ладно, к чёрту мастурбацию — она явно знала, что должно было произойти. Он почувствовал себя виноватым, но лишь немного, потому что это была Пирра. Никто из вас не знает, каково это, потому что вы не знаете, как это прекрасно — случайно заглянуть ей под платье. Это похоже на то, как если бы твоя девушка разозлилась на тебя за то, что ты не отвёл взгляд во время сцены секса в фильме с Джеймсом Пондом — конечно, она злится на тебя, но в конце концов ты остаёшься в выигрыше. Конечно, это относится только к хорошеньким девушкам из Понда, так что просто не обращайте внимания на Биби Даль. Наверное, с моей стороны было великодушно считать её девушкой Понда, учитывая, что он даже не спал с ней, но я делаю это только ради этой шутки, к чёрту этого персонажа. К чёрту также Камиллу Монтес, весь этот фильм был полной чушью, и она не помогла, появившись в нём. Серьёзно, как можно было перейти от персонажа, который был настолько же хорош, как и Веспер, к персонажу, который был таким дерьмом, как Камилла? Сценаристы, должно быть, пили моторное масло или что-то в этом роде. Возможно, есть и другие дерьмовые девушки из Понда, но на этом я остановлюсь. — Э-э, верно, — сказал Жон. — В любом случае, я догоню вас всех позже. — Пока, Жон, — сказала Ян, продолжая обнимать сестру и посмеиваясь. — И постарайся не поймать ни одного краба! Отлично, это была ещё одна вещь, которой они собирались использовать для шуток. Спасибо, Рин. Что бы я без тебя делал?

***

Прошло несколько дней, а значит, наступили выходные. И как бы Жон ни хотелось провести их в четырех стенах и просто расслабиться, ему нужно было сделать кое-что важное. Понимаете ли, в эти выходные у Рин был день рождения, и хотя все они собрались вместе, чтобы устроить для неё большую вечеринку, он хотел провести с ней немного времени наедине. Это было легче сказать, чем сделать, потому что она не особо распространялась о себе, так что он мало что о ней знал. Но всё же он сделал обоснованное предположение и был почти уверен, что выбрал правильно. В конце концов, есть вещи, которые нравятся всем девушкам, так что он выбрал самый безопасный вариант. Конечно, он хотел, чтобы это осталось в секрете — Рин, по сути, всю жизнь была бесчувственной девушкой, и он очень хотел увидеть выражение её лица, когда она поймёт, какой сюрприз он ей приготовил. Это стоило немалых денег, но в конце концов он был уверен, что всё это стоило того, чтобы увидеть её улыбку. Добраться туда, конечно, было первой проблемой, но, к счастью, она легко решилась, когда он начал уклоняться от вопросов Рин, одновременно попросив её надеть повязку на глаза и позволить ему вести её туда за руку. К счастью, она подыграла ему и не обвинила в том, что он пытается завести её в какое-нибудь сомнительное место, чтобы воспользоваться ею. Он не понимал, почему его мысли устремились в этом направлении, ведь если бы он действительно хотел заняться с ней сексом, то ему нужно было бы просто попросить её об этом, но, возможно, дело было в том, что завязывать девушке глаза и водить её за руку, как будто она маленький потерявшийся щенок, само по себе жутко. Жители Вейла определённо так думали, учитывая, сколько раз его останавливала полиция и Рин приходилось выручать его, прежде чем его ударили электрошокером или что-то в этом роде. К счастью, несколько неловких разговоров с полицейскими были худшим, что могло с ними случиться, и вскоре они оба оказались за пределами города. — Ну вот мы и на месте, — объявил Жон. — Можешь снять повязку с глаз. Рин сделала, как ей сказали, сняла повязку и прищурилась, когда солнце наконец попало ей в глаза. —… Ладно, не то чтобы я не ценю этот жест, но действительно ли повязка была необходима? — Конечно! Я не хотел портить сюрприз, Рин. Мистралийка устало вздохнула. — …Ладно, конечно. В чём, собственно, сюрприз? — Я так рад, что ты спросила! Следуй за мной. Жон осторожно взял её за руку и повёл по тропинке, на которой они оказались. — …Знаешь, это действительно странное место для сюрприза, — предположила Рин. — Мы что, в нескольких милях от города? А что, если мы наткнёмся на Гримм? Это было абсурдно — Охотники патрулировали город, так что поблизости не было ни одного Гримм. Нет, по-настоящему стоило бояться Белый Клык — они вроде как присутствовали за пределами города, поскольку мир за стенами был довольно беззаконным, но он не собирался говорить об этом Рин; последнее, что ему было нужно, — это чтобы она переключилась с беспокойства о Гримм на беспокойство о том, что её засунут в Фурсьют или что-то в этом роде, что Белый Клык вообще делал со своими жертвами? Ладно, это было глупо — очевидно, он знал, что «Белый Клык» делал со своими жертвами. В конце концов, он не просто так втайне называл их «Парнями-Живодёрами». «Втайне», потому что, как бы то ни было, он не хотел, чтобы Блейк застала его за тем, что он называет их «Парнями-Живодёрами» — это был спор, который он не хотел начинать ни сейчас, ни когда-либо ещё. Почему она всё ещё считает нужным защищать «Белый Клык», несмотря на то, что ушла от них и признала, что у них были проблемы? Честно говоря, кому какое дело? В данный момент ожидать от Блейк последовательности — всё равно что ожидать, что новый фильм с Джеймсом Пондом будет хорошим. Если вы так думаете, то заслуживаете того дерьма, которое на вас свалится. Серьёзно, «Не время умирать» выглядел так, будто это будет полный отстой. Как же вы, придурки, посмели использовать Рами Малека в роли злодея? А он-то надеялся увидеть парня, сыгравшего Снафу и Фредди Меркьюри, в чём-то другом. Вот это настоящая «обезьянья лапа». Куда вели его мысли? Да какая разница — в тот момент он просто пытался отвлечься от того факта, что Пирра хотела прыгнуть на него и оседлать, как быка на родео. Разве это плохо — думать об этом, когда его девушка прямо здесь, и к тому же у неё день рождения? Наверное, но это же Пирра. Вы бы сделали то же самое не только с Пиррой, но и почти со всеми женскими персонажами в этом сериале, и даже не пытайтесь отрицать это, грёбаные лжецы. Я прекрасно представляю, как выглядит история вашего браузера, если вы это читаете, и позвольте мне сказать вам, что вы добавляете в закладки эти извращения от Маллобауда и Имиоши не просто из любопытства, вы, дегенераты с безупречным вкусом. Боже, что творится в моей голове? — подумал Жон про себя. — Все: больше никакого «Тыквенного Пита» перед сном. На этот раз я серьезно. Наконец они добрались до развилки… э-э, буквально развилки на дороге, а не развилки на дороге, которая заставляла его выбирать между Рин и Пиррой. Да, он всё ещё переживал из-за этого, а как иначе? Попробуйте выбрать между двумя женщинами, одна из которых очень милая, а другая — супергорячая, и посмотрим, что вы почувствуете! Как бы то ни было, отогнав эту мысль (что удалось ему с трудом), Жон повёл свою девушку по верному пути. Они свернули за угол, и он встал перед ней, вытянув руки. — Сюрприз! — радостно воскликнул он. Рин тут же широко раскрыла глаза, и у неё отвисла челюсть. Жон не смог сдержать широкой ухмылки — это была именно та реакция, которую он хотел увидеть! Чёрт, это стоило того — это будет здорово. — Хе-хе, ничего себе, — сказал он, потирая затылок. — Ты, должно быть, очень рада прокатиться верхом, Рин. Судя по выражению её лица, так оно и было — у неё отвисла челюсть, и он видел, как в её глазах заблестели слёзы счастья. От одного взгляда на неё у него защемило сердце. Конечно, путь был долгим, и, конечно, аренда лошадей обошлась ему в кругленькую сумму, но это стоило того, чтобы увидеть улыбку Рин. Его девушка вдруг громко и отчётливо сглотнула и сделала шаг назад. Улыбка Жона дрогнула. — Э-э, милая? Что-то не так? — Лошади… — пробормотала она. Ладно, это было не то, чего он ожидал, — она говорила почти испуганно. — Рин? Ты в порядке? — Л-л-лошади …! Да, определённо что-то не так. — … Тебе не нравится? Прости, если не нравится; я не подумал… Он так и не закончил, потому что Рин воспользовалась этим моментом и пулей ринулась обратно тем же путём, что и пришла, всё время крича от страха. Жон тяжело вздохнул, прежде чем броситься за ней. Боже правый, даже когда я пытаюсь сделать что-то хорошее, я всё порчу. Может ли быть что-то хуже?

***

Оказалось, что может — по-видимому, у Рин был глубоко укоренившийся страх перед лошадьми из-за нераскрытого инцидента в её детстве, о котором она отказывалась говорить, но который настолько травмировал её, что она провела остаток своего дня рождения, прячась под одеялом, как маленький ребёнок, посмотревший страшный фильм. И это действительно было знаком того, что Вселенная ополчилась на него. Серьёзно, страх перед лошадьми? Серьёзно? Почему это не могло быть что-то нормальное, например, клоуны, пауки или Вайсс в период месячных? Но нет, грёбаные лошади. Что, лошадь убила её семью или что-то в этом роде? Невероятно. Как бы то ни было, помимо раздражения из-за абсурдности ситуации, Жон чувствовал себя плохо по целому ряду причин. Две самые серьёзные из них заключались в том, что он серьёзно напугал свою девушку и случайно испортил ей день рождения, а менее серьёзная — в том, что ему не вернули льены за несостоявшуюся конную прогулку. Алчные ублюдки. И я собирался порекомендовать это маме и папе как подарок на день рождения Джун… О, и была еще одна маленькая проблема. — Эй, Жооооон, — прошептала Нора ему на ухо. Акцент на слове «маленькая», но только в связи с тем, что Нора была практически карликом, потому что на самом деле это была огромная проблема. Серьёзно, почему парни «Ремнанта» были такими высокими, а девушки — такими низкими? Что с этим не так? Это было похоже на обратную эволюцию. Дайте им достаточно времени, и девушки начнут буквально помещаться у вас на ладони. Как бы то ни было, Жон тут же застыл, не дописав домашнее задание, и почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Д-да, Нора? Он не осмеливался обернуться — он знал, что там, за его спиной, его ждёт демон. Очевидно, Нора собиралась наказать его за то, что он чуть не заставил Рин обмочиться, но он не осмеливался даже представить, какой новый ад Нора для него приготовила, потому что не хотел подвергать себя таким пыткам даже мысленно, а также потому, что это, несомненно, померкнет по сравнению с настоящим. Кроме того, он довольно хорошо представлял, как она его накажет, и это предполагало умелое применение её молота к его коленям. Словно по сигналу, Нора ударила молотом по столу рядом с ним, расколов его без особого труда. Жон нервно сглотнул, когда она наклонилась ещё ближе, чтобы прошептать ему на ухо. — Тебе лучше начать бежать, Жонни. Знаешь, насладиться ногами, пока они у тебя есть. Очевидно, она сказала ему это только потому, что ей нравилось ощущение погони. Однако он не собирался указывать ей на это. Конечно, его шансы на то, что ему удастся сбежать целым и невредимым, были где-то между ничтожными и шансами на то, что Руби тайно не трахает своё оружие, когда в комнате никого нет (то есть их не было), но он, по крайней мере, должен был попытаться, потому что мама Арк не воспитывала слабаков и потому что, каким бы неизбежным ни был конец, он отказывался сдаваться без боя. С другой стороны, он заскулил как маленькая сучка.… Да, он закричал, как маленькая девочка, и выбежал из библиотеки. Да, люди видели. Нет, он не жалел об этом, в основном потому, что у него не было времени пожалеть об этом, прежде чем карликовая психопатка погналась за ним. Он надеялся, что Гудвич поймет, в каком затруднительном положении он был; если нет, то ему, вероятно, придётся выслушать от неё нотацию по поводу сопутствующего ущерба. И именно в этот момент Жон Арк осознал. Неужели всё это действительно того стоит? Я имею в виду, что Рин мне нравится, но действительно ли она мне нравится по-настоящему? Возможно, я мог бы избавить нас обоих от многих проблем, если бы просто расстался с ней… Это определённо было пищей для размышлений. Жаль, что у него не было возможности долго размышлять об этом, прежде чем Нора наконец поймала его и сломала обе ноги, как будто они были хрустящими хлебными палочками. К счастью, он не почувствовал боли; звука ломающихся ног было достаточно, чтобы он почти мгновенно потерял сознание. Когда свет померк, у него осталась только одна мысль. Да, к черту все это.

***

Жон с трудом открыл глаза и, моргая, уставился на флуоресцентные лампы. Присев, блондин сонно потёр глаза. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, где он находится — в больничном крыле Бикона, с которым он близко познакомился после того, как одна из его последних попыток заигрывать с Вайсс закончилась тем, что его чуть не размазал Арма Гигас. Можно было бы подумать, что помощь Вайсс в освоении призыва помогла бы ему завоевать её расположение, но нет, она по-прежнему была холодной стервой. Но это было нормально — он был почти уверен, что у неё фетиш на папочку, и вдобавок к тому, что он не хотел с этим связываться, у него уже была девушка. Но ненадолго. Да, ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы прийти в себя и вспомнить внутренний диалог, который он вёл с самим собой до того, как Нора догнала его, а также своё окончательное решение. Чувак, это будет отстой. По правде говоря, он не знал точно, как Рин отреагирует на их разрыв, но он видел достаточно дерьмовых романтических фильмов, чтобы понимать, как это скорее всего произойдёт, и этого было достаточно. Добавьте к этому тот факт, что в данный момент он был прикован к больничной койке с двумя сломанными ногами, и он не возлагал больших надежд на то, как всё пройдёт. Если подумать, может быть, мне стоит подождать, пока я не встану с больничной койки. Конечно, эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась: если его собиралась убить ещё одна сумасшедшая женщина, то, будет лучше, что он уже находится в больнице и ему останется только вызвать врача. Его размышления прервал скрип открывшейся двери больничной палаты. Его не удивило, что это была Рин, хотя по какой-то причине она держала в руках бумажный пакет. Увидев его, она застыла, но затем её лицо смягчилось. — Ты проснулся, — сказала она, подходя к его кровати. — Да, — ответил Жон. Кряхтя, он сел. — Сколько я был без сознания? — Примерно день. — Ах. Насколько серьезен был ущерб? — Если бы Гудвич всё ещё умела плакать, я думаю, она бы заплакала. — Боги… ладно, сколько мы с Норой должны будем за это заплатить? — Это ещё под вопросом. Гудвич хотела оставить вас с Норой в школе на всю жизнь… то есть после выпуска. Не спрашивайте меня, как это должно работать. К счастью для вас двоих, Озпин наложил вето на это в пользу чего-то, что, вероятно, окажется более мягким. — Но мы не знаем наверняка. — Как я уже сказала, это всё ещё под вопросом. — Она пожала плечами. — В любом случае, как ты себя чувствуешь? — Как будто по мне проехал асфальтный каток. — Это недалеко от истины. О, кстати, Нора говорит, что теперь вы квиты. Да, как будто это должно было его как-то утешить. Честно говоря, он уже почти смирился с Норой — эта девушка, по сути, руководствовалась совершенно иной системой морали, чем обычные люди, и для неё было вполне приемлемо переломать кому-то ноги за то, что он заставил её лучшую подругу плакать или что ему больше нравятся вафли, чем блины. Нет, он не забыл о «Вафельном инциденте», как и повара «Бикона». Оглядываясь назад, Рин, вероятно, должна была предупредить их о том, что произойдёт, когда они откажутся от блинов в пользу вафель, но к тому моменту было уже слишком поздно. Не обращая внимания на то, что Норе, учитывая причинённый ею ущерб, вообще разрешили посещать Бикон, Жон сосредоточился на том, что нужно было сделать. Ладно, Жон. Просто сделай это. Скажи, что ты с ней расстаёшься. Не забудь сказать ей, что дело не в ней… а в Норе. Я уверен, она поймёт. Жон сделал глубокий вдох, собираясь с силами, чтобы сделать то, что нужно. Это было ради всеобщего блага — очевидно, что Рин и Нора должны были быть неразлучны, а он был просто ненужным третьим колесом. Если бы он просто покончил с этим, то избавил бы их обоих от боли. От этого было не намного легче, но, по крайней мере, отступать было некуда. Он открыл рот, чтобы сказать это, и- — Хей, Жон? Мгновенно сдувшись, он вместо этого посмотрел на свою, как он надеялся, вскоре бывшую девушку. — Да, Рин? Она прикусила губу. — Я… хочу кое-что обсудить. — Ладно, говори. — Я думаю, нам следует расстаться. Ладно, это не то, чего он ожидал. Он недоверчиво уставился на неё. — …Что? — Я думаю, нам стоит расстаться, — повторила она. Покраснев, она отвела взгляд. — П-прости, я… — Н-нет! — сказал Жон, качая головой. — Нет, я, пожалуй, согласен. —… Правда? — Да. — …Почему? Неужели я вдруг стала недостаточно хороша для тебя? О боже, они это сделали. А он-то надеялся, что Рин окажется хотя бы немного разумной, особенно если это она попытается расстаться первой. — Послушай, разве мы оба не понимаем? — взмолился Жон. — Мы оба согласны с тем, что эти отношения должны закончиться. Можем мы, пожалуйста, просто объяснить почему и расстаться по-хорошему? Рин поджала губы, но кивнула. — …Хорошо. Дай угадаю: ты расстаёшься со мной из-за Норы? — Так легко понять, да? — Да, та же причина, по которой я с тобой расстаюсь, — устало вздохнула мистралийка. — Я люблю Нору как сестру, но она усложняет мне жизнь. — Неа, она определённо этого не делает, — признал Жон. Рин покачала головой. — Честно говоря, я не знаю, о чём я думала, вступая в отношения здесь. Нора… ну, она незрелая. Очевидно, она будет чувствовать, что я уделяю ей недостаточно внимания. Может быть, со временем она перестанет так сильно зависеть от меня, но, к сожалению, сейчас это не так. — Она снова вздохнула. — Итак, прости, но я с тобой расстаюсь. Что ж, это было на самом деле удивительно, учитывая, как в его мыслях она чуть не набросилась на него за то, что он пытался порвать с ней. Чёрт возьми, это было логично — женщина будет несчастна, если только не она сама разрывает отношения. Он вдруг обрадовался, что снова официально одинок, потому что это была одна из мыслей той категории, о которых если его девушка каким-то образом узнаёт, то заставит его сожалеть об этом, заставив спать в собачьей будке. Тем не менее, в глубине души ему было немного грустно, что всё закончилось именно так, потому что, если не считать проблем, которые создавала Нора, их отношения были довольно стабильными. Конечно, Рин слишком сильно любила Атлас и часто говорила безумные вещи о Мантле, когда рядом никого не было. Конечно, она часто мастурбировала, представляя генерала Айронвуда, когда думала, что все остальные спят. И, конечно, иногда она бормотала во сне какую-то тарабарщину, которая не имела смысла, но, казалось, была отголоском Великой войны или чего-то в этом роде, например: «Солдат, иди домой, это не твоя война» или «Да пошёл ты, солдат, я убью тебя, солдат», или просто бессмысленную мистральскую тарабарщину, которую никто, кроме неё, не понимал. Но знаете что? Она была хорошей девушкой и заслуживала лучшего. Вернувшись в реальный мир, Жон кивнул. — Хорошо. Мне жаль, что у нас с тобой ничего не вышло, Рин. — Как и мне. Я думала, что у нас что-то получается, но этому не суждено было случиться. — На её лице появилась слабая улыбка. — Я… думаю, что Пирра будет счастлива. Казалось, она пыталась на что-то намекнуть, но он не был настолько глуп, чтобы попасться в эту ловушку — он знал правила, а правила гласили, что между расставанием и знакомством с новой девушкой должен быть период ожидания, и что, если не соблюдать это правило, ты становишься придурком. Так что, как бы ни было больно возвращаться к своей руке, он справится. Рин встала, отряхиваясь. — Что ж, я, наверное, пойду. Но прежде чем я уйду… Она полезла в бумажный пакет, вытащила пластиковый термос и протянула ему. — Это тебе. Это немного поможет твоим ногам. О, разве это не чертовски здорово? Он точно знал, что это было — один из её мерзких «оздоровительных напитков» со вкусом, цветом и консистенцией сточных вод. Очевидно, она ожидала, что расставание будет намного более неприятным, чем оно оказалось на самом деле, иначе она бы не взяла с собой этот контейнер с ядом. Если отбросить шутки, он понял, в чём дело: Рин пыталась помочь, даже если её помощь была нежелательной и ненужной. Тем не менее, она выжидающе смотрела на него, явно намереваясь остаться, пока он не выпьет. Черт возьми, я должен был порвать с ней давным-давно. — Э-э, спасибо, Рин, — наконец-то выдавил из себя Жон. Он заставил себя улыбнуться. — Думаю, я выпью его прямо сейчас! Открыв термос, он поднёс его к губам, молясь, чтобы это не убило его. Это было… это было ужасно. На вкус это было так, будто он выпил отвар носка, которой не снимали месяц, к тому-же набитый кошачьим дерьмом, и в то же время это обжигало, как будто он выпил рюмку виски с корицей. Ему казалось, что он только что выпил порцию всех типов гепатита. И вот так просто он почувствовал, что снова угасает, а на краю его зрения заплясали чёрные точки. Рин что-то сказала, но он не услышал; наверное, это была очередная чушь древних мистральцев. Она мягко улыбнулась ему, прежде чем наконец уйти. У Жона было достаточно времени, чтобы поблагодарить свою счастливую звезду за то, что она никогда не использовала его в качестве подопытного кролика для своих снадобий, прежде чем он окончательно отключился. Слава богам, что с этим дерьмом покончено, — подумал он, на последних секундах сознания.