Комната ожидания

      На самом деле, у Ким Докчи проблем до жопы. Как и у Ю Джунхёка, хотя у него только третья регрессия — тут он ещё не такой сумасшедший. Но Ким Докча не так прост, как может показаться. И дело даже не в том, что он читатель, знающий все фишки «Путей выживания».       Ещё у него никогда не было проблем с определением ориентации — всегда думал, что гетеро. Хотя иногда он мог видеть фанатское творчество по «Путям Выживания» с Ю Джунхёком и каким-нибудь мужчиной, тем же Нирваной, например. В этих работах его ничего не пугало, и бывало, что он находил какой-то интересный фанфик, которым тоже зачитывался. Какое-то время он даже путал, что было каноном романа, а что — фаноном.       В конце концов, он читатель. Он может читать что угодно, это его полное право, как и любого читателя. Ким Докча не был из тех, кто яростно доказывал, что Ю Джунхёк ну прям обязательно должен быть с Нирваной вместо какой-нибудь Ли Солвы или ещё какой-нибудь прекрасной женщины. Ему было всё равно, ведь любовные похождения Ю Джунхёка не были основой этого романа.       Так и оставалось.       На самом деле, Ким Докча пару раз задумывался о том, какой же член у Ю Джунхёка — это было уже после попадания. Да, это ненормально. Абсолютно. Но вся ситуация была слишком абсурдной, чтобы осуждать кого-то за мысли о размере члена главного героя. Всем было всё равно, даже автор романа не был заинтересован в отношениях Ю Джунхёка настолько, чтобы писать порно посреди апокалипсиса. Ким Докча считает, что это хорошо, что роман не скатился в гаремник.       Но это вообще не меняло того факта, что Ким Докча хотел его трахнуть. Ещё это было одно из тех желаний, которые не подходили под какие-то логичные объяснения — вот хочет и всё тут. Проблема была даже не столько в самом Ю Джунхёке, который перед Нирваной утверждал, что он не гей (хотя потом они мерзко сосались в углу перед тем, как Докча отправился спасать Чон Хивон — но это уже детали), сколько в том, что у них не было ни времени, ни места для уединения. Да и сам Ю Джунхёк испытывал крайне смешанные чувства касательно Ким Докчи.       Однако стоит признать тот факт, что они целовались. Вот прямо с языком. Ким Докча, несмотря на их разницу в росте (не то чтобы большую, но ощутимую), даже как-то прижал Ю Джунхёка к стенке и поцеловал. Тот даже не сопротивлялся. И не гундел потом, что губы опухли.       И это не меняло ситуации с сексом. Ким Докча им вообще раньше не особо интересовался, сексом этим. Но, видимо, это у Ю Джинхёка очередной скилл — заставлять бедного-несчастного девственника Ким Докчу хотеть его.       Но случилось нечто — они, наконец, остались наедине. Правда, физически они были пока что мертвы и ожидали воскрешения, а для этого ещё нужно было пройти Преемственность Истории. Это был сложный выбор даже для Ким Докчи, который вообще редко колебался с того момента, как попал в «Пути Выживания». Ким Докча предполагал, что их никто не видит и не слышит, потому как Бихью ничего об этом не сказал. Так что они могли делать вообще всё, что хотели.       — Знаешь, а ведь все переживают, — сказал Ю Джунхёк с привычно мрачной рожей.       — Мне жаль, — сухо ответил Ким Докча. — А ты как?       — Да ты мудак, Ким Докча, — выплюнул Ю Джунхёк. — Третий раз уже помираешь. Только воскрешаешься, а мир всё прежний. Достал меня.       — Ну, что поделаешь, — Ким Докча пожал плечами. — Можешь вломить мне, если станет легче.       — О, раз ты предлагаешь, — хмыкнул Ю Джунхёк и, поднявшись с дивана, прижал к нему Докчу. Он хотел замахнуться, но глядя на красивое лицо перед ним не смог ничего сделать. Нет, с Докчой по-другому надо, ему эти удары — что в лоб, что по лбу.       — Э, и что ты делаешь? — Ким Докча скорчился в непонимании. — Может, поцелуемся хоть? Всё равно нас никто не видит.       — Знаю.       Ю Джунхёк действительно коснулся его губ своими. Это было слишком нежно для такого, как он. Ю Джунхёк в фанфиках был ещё грубее, чем есть, и Ким Докча совершенно не ожидал, что он будет настолько аккуратно целоваться. Не то чтобы это в первый раз, но он удивляется этому всегда.       «А что будет, если мы прямо сейчас тут и переспим?» — нахмурился Ким Докча. Ю Джунхёк это заметил:       — О чём задумался? Это важнее поцелуя со мной?       Единственное, что всегда оставалось и каноном, и фаноном — тот факт, что Ю Джунхёк пиздец какой эгоистичный. Правда, в новелле это не выражалось такими фразами, но там таких ситуаций и не было. Ким Докча снова не знал, что ему делать.       «Позориться нужно до конца. Да и мне интересно, как он отреагирует», — решил Ким Докча.       — Я хочу тебя. Вот прямо здесь, — сказал он, смотря прямо в тёмные глаза Ю Джунхёка. Он молчал, но Ким Докча понял: он довёл главного героя до определённой степени ахуя. А это постараться нужно, потому что Ю Джунхёк всё ещё регрессор, который в жизни достаточно вещей повидал.       Но, видимо, ему никогда не предлагали заняться сексом в общественном месте.       — Ты совсем ебанулся? — спросил Ю Джунхёк.       — Ну а что я сразу? — хмыкнул Ким Докча. Он немного двинул коленом, коснулся им паха Ю Джунхёка, который немедля тихо простонал, прикрыв глаза с длинными ресницами. Он тут же выпучил глаза, осознав, какой звук вообще издал. — О, так у тебя нет опыта? Это мило.       Не то чтобы у Ким Докчи самого был опыт. Но как будто у Ю Джунхёка была возможность узнать это.       — Я бы хотел сделать это с тобой.       «Он слишком милый, чтобы я прекратил. Мне кажется, я сейчас дошучусь», — подумал Ким Докча.       Ему нравилось насмехаться и смущать Ю Джунхёка — в эти моменты он переставал быть тем страшным главным героем-регрессором с постоянными приступами депрессии и экзистенциальными кризисами. В эти моменты он становится самым обычным человеком без каких-либо подобных приколов, забывал обо всяких Детекторах Лжи — просто смотрел на Ким Докчу с красными щеками и охреневшими глазами.       Но Ким Докча понимал: кринж нужно заканчивать. Ю Джунхёк и пиздюлей ему дать за такие приколы может.       Однако его колено всё ещё касалось паха Ю Джунхёка. Ким Докча не знал, что делать с этим. И не знал, хочет ли прекратить это. В конце концов, они впервые за столько времени остались наедине по-настоящему. Рядом не было никого из группы, а за стенами — созвездия да другие воплощения, которым вообще на них всё равно.       — Ты серьёзно? — спросил Ю Джунхёк.       — Да, — Ким Докча кивнул. Ладно, ему слишком интересно, что будет делать Ю Джунхёк.       Ю Джунхёк просто взял и посадил себе на колени Ким Докчу. Несмотря на их совсем не большую разницу в комплекции, он всё ещё был способен это сделать. В конце концов, он всё ещё главный герой. А главному герою позволено всё — в том числе и трахнуть сильнейшее воплощение Сеула. С Нирваной он о таком ни разу не задумывался, потому что Нирвана был просто сумасшедшим. Ким Докча в его руках кажется гибким, аккуратным и тонким.       Ю Джунхёк только сейчас стал замечать, насколько же странно, что Ким Докча — сильнейшее воплощение, с таким-то телом. Он-то аж на третьем месте и вон какой накачанный, а Ким Докча… ну, просто очень ловкий. Несмотря на высокие уровни характеристик, физически Ким Докча не особо изменился. Ю Джунхёку кажется, что ему ничего не стоит снова скинуть его в пасть какому-нибудь монстру, как в первую встречу. Но он не будет этого делать — есть кое-что гораздо интереснее.       Ю Джунхёк положил руки ему на талию, которая, кажется, почти такая же тонкая, как у женщин, и снова поцеловал. На этот раз с языком, забираясь в рот, будто пытаясь съесть. Иногда действительно хотелось его съесть — но это не было связано с похотью, он скорее хотел его убить. Но это раньше. Сейчас у них — влажные жаркие поцелуи, прикосновения, от которых Ким Докча к нему льнёт всем телом. Костюм-тройка у него хоть и красивый, но Ю Джунхёку не очень нравится:       — Я даже штаны с тебя снять нормально не могу, — хмыкнул он.       — Зато красиво, — улыбнулся Ким Докча. Ю Джунхёк снова на него смотрит и не может отвести взгляд. Ему слишком нравится то, что он перед собой видит. И вот этого человека кто-то называл Уродливым Королём? У него такая белая кожа, хитрые тёмные глаза и чёрные-чёрные волосы вкупе со стройной фигурой.       — Не уверен, что у нас получится зайти далеко, — задумчиво сказал Ким Докча. — У нас даже нет смазки.       Ким Докча никогда бы не подумал, что ему понадобится хоть что-то, связанное с гейскими фанфиками про Ю Джунхёка.       — Какой ещё смазки? — Ю Джунхёк нахмурился.       — Ну, анальной, — пожал плечами Ким Докча. Он небыли сильно уверен в своих познаниях касательно гейского секса, но надеется, что слэш-фанфики не врут хотя бы здесь.       Не то чтобы Ю Джунхёку стало понятнее. Хотя он знал, что, в отличие от женщин, из мужской задницы ничего интересного не выделяется. Ну, то есть, никакой естественной смазки в заднице нет, только то, что из головки выходит. Вот и возникла ситуация. Вот вроде смешно, а вроде и непонятно, можно ли вообще тут смеяться, потому что это треш.       Ещё смешнее был лишь тот факт, что у них скоро будет церемония Преемственности Историй, но самое важное для них сейчас — секс. Так что тут вообще не до токкеби и персонажей из других куполов. Ещё Ким Докча испытывал невероятный азарт от того, как всё в итоге сложилось. Интересно ведь, что Ю Джунхёк предпримет. Он ведь главный герой, а у главных героев совсем не принято сдаваться. А Ким Докча даже не персонаж, так что его в общем трудно отнести хоть к какой-то категории среднестатистического персонажа из новеллы.       Видя, что Ю Джунхёк в явном замешательстве, он не может не усмехнуться его покрасневшему лицу. Оно выглядело необычно лишь сейчас и только лишь из-за этого самого румянца, который придавал ему большей живости. Сам Ким Докча так и продолжал строить абсолютно бесстыдную рожу. Честно, он уже не уверен, что хочет обрывать этот странный и стыдный момент, обернув всё в шутку. Нет, Ким Докча слишком сильно не знал Ю Джунхёка, чтобы думать хоть о каких-то последствиях.       В конце концов, Ю Джунхёк не настолько ублюдок, чтобы порвать ему жопу. Максимум, что он сделает — даст подзатыльник. Или они устроят драку, и на церемонии появятся взлохмаченными и ещё более уставшими.       Не то чтобы Ю Джунхёк был фанатом любовных утех. Если Ким Докча мог подрочить раз-другой уже во взрослом возрасте, то уж точно не на главного героя «Путей Выживания» — это уже сумасшествие, если честно. После того, что произошло с Сеулом и миром в целом, трудно вообще представить, что у кого-то есть время и возможность заняться этим.       Но вот сейчас они могли. И это не давало Киму Докче покоя. Он хотел сделать хоть что-то с Ю Джунхёком — желательно, чтобы тот стонал так громко, что в двери постучат и спросят о самочувствии. Но вот Ким Докча на Ю Джунхёка смотрит и понимает, что тот снизу ни за какие шиши не будет. Но Ким Докча может заставить его стонать немного другим способом.       Даже если Ким Докча понял, что в любом случае будет снизу, это совсем не значит, что с его стороны не может быть никаких активных действий. Если честно, он уверен, что если с его стороны действий не будет — их вообще не будет, зная Ю Джунхёка.       — И что будем делать? — спросил Ю Джунхёк. Он действительно не понимал, чего можно ждать, учитывая, что это, мать его, сраный Ким Докча. Если он прямо сейчас предложит разнести это место к хренам — Ю Джунхёк не удивится, но поддержит.       Ким Докча хотел пошутить и открыть Котомку токкеби, но ему кажется, что Ю Джунхёку шока на сегодня достаточно. А то он вообще с инфарктом сляжет тут.       — В этот раз я сделаю тебе приятно. С тебя желание. Без ограничений, ясно? — дьявольски хмыкнул Ким Докча и слез с него, опустившись на колени.       «Так он выглядит ещё горячее. Главный, сука, герой, что с него взять», — ему даже фыркнуть охота. До Ю Джунхёка не доходит его намерение до того, как он расстёгивает его брюки.       — Блять, да что ты делаешь? — Ю Джунхёк сжал его подбородок. Ким Докча вырывается без каких-либо проблем.       — Собираюсь тебе отсосать, — преспокойно ответил Ким Докча, будто они разговаривали о погоде. — Мне казалось, что ты будешь рад.       Ю Джунхёк не был не рад этому. Просто вся ситуация казалась настолько бредовой, что он не понимал, куда себя деть.       Ким Докча приспустил штаны, достал и немного расстегнул рубашку снизу, чтобы ткань не мешала. Он взглянул вверх — с такого ракурса грудь Ю Джунхёка казалась даже больше (хотя куда уж больше). Однако лицо у него всё ещё смущённое, пусть он и хмурит брови, как может и пытается сделать вид, что он он возбуждён. Это было совершенно бессмысленно, ведь даже Докча уже сдался и признал, что хочет ему отсосать.       Доставать член Ю Джунхёка он совсем не торопится. Он лишь касается губами ткани белья, которая уже начала топорщиться. Судя по тому, что перед собой видит, Ким Докча может сказать, что член там немаленький. Совсем не маленький. От прикосновения тёплых губ и горячего языка Ю Джунхёк стонет сквозь зубы, прикрывая глаза чёрными длинными ресницами. Ким Докча прижимается, втягивает воздух, создавая вакуум, и их Ю Джунхёка выходит тонкий тихий писк. Ким Докча усмехается, смотря снизу вверх:       — Постарайся не шуметь. Мне, конечно, приятно, но нас и запалить за этим могут. А я бы не хотел, чтобы кто-то другой увидел то, что у тебя в штанах.       — Займись делом, достал болтать уже, — сорвался Ю Джунхёк и достал член из трусов. Он был ужасно возбуждённым от таких слабых ласк, и Ким Докча даже представить, что с ним будет дальше. И на сколько этот член войдёт в рот — пусть Ким Докча и был взрослым мужчиной, его рот явно не был способен полностью вместить этого грёбаного питона. Но он постарается.       Ким Докча никогда в жизни бы не подумал, что слэш-фанфики с главным героем могут пригодиться на практике. Но он был лишь читателем с хорошей памятью, так что он крайне смутно (хотя бы как-то), но представлял, что и как нужно делать.       Ким Докча коснулся языком головки, провёл им вверх-вниз по длине. Этого было достаточно, чтобы услышать заглушенные стоны Ю Джунхёка. Ким Докча взял головку в рот, его губы как будто идеально подходили для этого члена — по крайней мере, так казалось Ю Джунхёку. И ему это нравилось, пусть и ощущается максимально странно. Он не хотел спрашивать, откуда Ким Докча узнал, как это делать — ему хотелось, чтобы он продолжал.       Ю Джунхёк никогда бы в жизни не подумал, что попадёт в ситуацию, когда ему будут отсасывать в гостевой комнате на Банкете Созвездий, а он только стонать и будет. Но Ким Докча прекрасно работал языком, и Ю Джунхёк прижал руку ко рту, чтобы издавать звуки потише.       Ким Докча достал член изо рта и увидел, что с головки Ю Джунхёка побежала естественная смазка. Он широко открыл рот и снова взял головку, но теперь двигался дальше — он остановился лишь на половине, потому что головка коснулась стенки горла, и он чуть не закашлялся. Ю Джунхёку внезапно захотелось, и он положил руку на затылок Ким Докчи. Короткие тёмные волосы, казавшиеся жёсткими и жидкими, оказались мягкими и шелковистыми, и Ю Джунхёку пока что понравилось именно перебирать пряди. Ладонь Ю Джунхёка на голове кажется большой — но тут дело скорее в том, что Ю Джунхёк сам по себе просто большой.       Ю Джунхёк вполне мог использовать свой член в качестве оружия массового поражения — вот что кажется Докче.       Выделяющаяся смазка капает и в рот, и на язык Докчи, она вытекает у него прямо изо рта, прямо по этим зацелованным ярким губам. Ю Джунхёк смотрит вниз, и ему, конечно, охота насадить его на член до конца — да только вот не влезет.       Ким Докча снова вынимает член, но лишь до головки — её он посасывает, облизывает со всех сторон, а затем снова насаживается, хотя и не до упора. Ю Джунхёк прекрасно видит и чувствует, как он обводит языком его член, пока головка касается то нёба, то стенки горла. Ю Джунхёку настолько хорошо, что он готов забить на спасение этого ебучего мира, лишь бы Ким Докча просто продолжал ему сосать.       Ким Докча не понял, но в какой-то момент Ю Джунхёк стал настолько охреневшим, что взял его а затылок и приложил силу, чтобы двигать его головой сам. Вот тут возбуждённым почувствовал себя уже Докча — и не менее удивлённым, на самом деле. Он чисто инстинктивно схватился за роскошные накачанные бёдра Ю Джунхёка — и, кажется, это лучшая опора для Ким Докча.       «Ёбаный свет, да пусть он меня ими задушит», — проскочило в голове у Ким Докча.       Теперь Ю Джунхёк настолько разошёлся, что просто трахал его рот своим членом. Ким Докча тоже был возбуждён, но по-настоящему это ощутил, стоило Ю Джунхёку взять всё в свои руки. Ким Докча понял, что его любимая часть тела Ю Джунхёка — его большие накачанные бёдра. Он их развёл, чтобы не мешать, и Ким Докча просто физически не может попросить его этими бёдрами придушить. Рот у него сильно занят широким большим членом, который даже входит не полностью.       Ким Докча и не представляет, каким предстал перед Ю Джухёком. А он это видит, у него краснеют лицо и уши, потеют ладони, но он всё ещё выглядит не хуже любого греческого бога. Ким Докча не преувеличивает, он ведь всего лишь внимательно читал «Пути Выживания» и прекрасно помнит, что Ю Джунхёк был описан едва ли не самым красивым мужчиной на свете. А сейчас он этому самому красивейшему мужчине на свете сосёт и ни о чём не жалеет.       Где-то далеко Ким Докча понимает, что по губам что-то течёт, а вот Ю Джунхёк сверху во всех деталях видит это. Он даже не понимает, что его возбуждает больше: вид или действия. Ким Докча начал просто охренительно (Ю Джунхёк действительно пытался сдержать стоны), смотрел на него этими своими тёмными глазами, которые от его слов казались ещё темнее сейчас — в них плескалось что-то такое завлекающее, отчего даже Ю Джунхёк с его хвалёной выдержкой сдался. Хотя Ю Джунхёк, на самом-то деле, только при Ким Докче срывался как ни перед кем другим.       Возвращаясь к виду Ким Докчи, это полный пиздец. Ю Джунхёку кажется, что он мог бы сдохнуть от возбуждения только от этого. Он сам раскраснелся, его губы растянулись вокруг члена, который не заходил дальше половины. Взлохмаченные от руки Ю Джунхёка волосы прикрыли прикрытые глаза — Ю Джунхёк не понимал, почему Ким Докча на него сейчас не смотрит. По губам у Докчи текла слюна со смазкой Ю Джунхёка, которая спускалась с подбородка аж на шею. Ю Джунхёк не может этого видеть, но ему кажется, что это всё у Докчи теперь под идеально белой рубашкой.       А ещё Ю Джунхёк совсем перестал следить за громкостью стонов. В дверь вдруг постучали:       — С вами всё в порядке? — спросил какой-то женский голос. — Могу я зайти?       — Нет! — тут же крикнул Ю Джунхёк, пытаясь не стонать. Хватка у него ослабла, и теперь Ким Докча смог вернуться к собственному темпу. — Со мной всё в порядке!       — Точно? Может, всё-таки помочь вам? — ручку повернули с той стороны, но дверь почему-то не открылась.       — Не нужно, правда!       — Ну ладно.       Послышались удаляющиеся шаги, и Ю Джунхёк наконец смог выдохнуть.       «Это было близко», — подумал он, а затем опустил взгляд на Докчу. Он кончил ему в рот, и Ким Докча явно не спешил со спермой что-то делать, и Ю Джунхёк зажал рот, пытаясь не орать.       — Твою... блять, подожди, — Ю Джунхёк принялся рыться в карманах плаща. Посмотрев на стол с фруктами, он увидел там салфетку и протянул Ким Докче.       — Да ты нечто, — хмыкнул он, выплюнув. — Тебя так возбудил тот факт, что кто-то мог увидеть, что тут было?       — Завали, — фыркнул Ю Джунхёк. — Когда нам уже выходить?       Ким Докча рассмеялся: неловкого и смущённого Ю Джунхёка он видит впервые, и ему это его состояние нравится.       — Будет смешно, если ты так стонал, что просрал момент, когда нужно выйти.       — Иди нахрен.       Им повезло: как по заказу голос Бихью приказал выйти, чтобы пройти на церемонию.       — Ширинку-то хоть застегни, позорище, — усмехается Ким Докча и идёт вперёд. Ю Джунхёк не знает, специально ли, но он, кажется виляет бёдрами — либо же он попросту сошёл с ума, и ему уже такие вещи видятся. Брюки он всякий случай проверил.