Тайна

Для Танджиро настали тяжёлые дни.       Наставник теперь вместо обычной доброжелательности излучал обиду и частенько подкалывал её. Честно говоря, раньше девушка даже не задумывалась о том, что у её учителя такой острый ум. Он всегда казался ей немного рассеянным и порой неловким, он мог забыть что-то важное и никогда не проявляет чудес остроумия. Сейчас же его воображение фонтанировало и бурлило, и Танджиро частенько не знала, что ему ответить. Это выглядело, как борьба. Борьба колкостями. Иногда слова Ренгоку звучали даже ласково, а иногда (что случалось редко) девушка понимала, что, кажется, если не сегодня, то завтра её вполне могут вышвырнуть из поместья. Один только раз она осмелилась ему сказать:       — Ну и вышвырните меня из поместья!       Но все догадки Танджиро на счёт этого обломились. Девушка думала, что сейчас он либо: а) спокойно покажет на дверь; б) начнёт ругаться, но не выгонит; в) начнёт игнорировать или подкалывать ещё больше. Но нет. На её заявление он улыбнулся и ответил:       — Ну уж нет, девочка моя. Ты сюда пришла чтобы стать моей цугуко, и уйдешь только через мой труп. Пока ты не станешь столпом ну или пока не победишь меня в равном бою — выхода отсюда тебе не видать. Запомни это. Мои намерения серьёзны.       Танджиро тогда полностью уверилась в любви своего наставника. Он явно хочет её прикончить.       На миссии Танджиро ходила часто, в напарники ей даже доставался Томиока или кто-нибудь из столпов. Ни для кого уже не было секретом то, что Танджиро был девушкой она сама каждому из них поведала это, да и в целом по ней было видно, кем она является. Теперь она носила униформу своего размера, перестала наносить макияж, чтобы сделать своё лицо похожим на мужское, перестала подстригать свои длинные ресницы. Теперь она была полноценной девушкой, и нередко некоторые охотники присвистывали ей вслед. Танджиро это немного смущало, но не радовало. Если не считать последнего, всё её в целом устраивало. Кроме её наставника.

***

      Однажды на тренировки к ним забежала Мицури. Ренгоку кивнул ей (у них начинался спарринг, и он не хотел отвлекаться). После чего он и Танджиро сорвались с места и начали быстро наносить друг по другу удары и отбивать атаки. Когда все закончилось поражением Танджиро, он подошёл к лежащей на полу Камадо и присел рядом с ней на корточки.       — Ну что, как ощущения? — язвительно спросил парень.       — Лучше не бывает, — ответила Танджиро. — И вообще, у меня бывало и получше, — с иронией улыбнулась она. Последние слова были сказаны тихо, чтобы только Ренгоку мог её услышать. Он и услышал.       — Какой же у тебя острый язычок, — он улыбнулся, но не ласково.       — Привет, ребята! — видя, что они закончили, встряла Мицури. Ренгоку обернулся к ней.       — Привет, — сказал он спокойно и встал.       — Здравствуйте, Канроджи-сан, желаю вам доброго здравия, — прохрипела младшая, с трудом поднимаясь с пола. Она чувствовала, что по всё её тело покрывают синяки.       — Ох, бедная Танджиро! Тебе даже встать трудно! — якобы с жалостью бросил парень. Мицури подошла к Танджиро.       — Бедная! Смотри-ка, у тебя синяк на щеке, — холодные пальцы столпа любви коснулись её горящей щеки.       — Да уж, Танджиро, эту тренировку ты будешь вспоминать каждый раз, когда посмотришь в зеркало, — кажется, столп пламени сегодня был особенно не в духе, но был очень разговорчив. Танджиро сначала взгрустнулось, а потом она разозлилась, но не стала ничего говорить.       — Однако, Танджиро, ты стала такой красивой! Если сравнивать тебя в нашу первую и последнюю встречу, ты просто изменилась до неузнаваемости! И даже синяк не мешает! Тем более, что он небольшой. Ренгоку-сан, докажите, что Танджиро похорошела!       Камадо напряглась и внезапно поняла, что с момента у реки прошло уже месяца четыре, а он так и ни разу не сказал ей, что она красивая. Он вообще не говорил ей комплиментов. Даже Томиока, с которым она ходила на задания и который был не особенно разговорчив иногда говорил ей что-нибудь приятное.       Что же сейчас столп пламени ответит на вопрос Мицури?       Танджиро с некоторым волнением смотрит на столпа пламени и видит, что он внимательно её разглядывает. Начиная с ног и заканчивая глазами, в которые он потом и смотрел пару мгновений. И эти пару мгновений она чудовищно напрягалась. Наконец, мужчина произнёс:       — Что ж, Мицури, твоя правда. Камадо стала и вправду лучше.       Танджиро разочарованно выдохнула. Чтобы не заплакать, ей нужно было немного задержать дыхание. После чего она вернула себе самообладание.       Стала лучше? Даже в этих словах она уловила иронию. Девушке стало обидно до невозможности, но показывать этого она не стала. А чего она ожидала от своего наставника? Что он начнёт расхваливать её? Если он и делал это, то достаточно редко. Каждое его хвалебное слово можно будет записывать в блокнотик и день, в который оно было сказано, отмечать, как большой праздник.       Танджиро почувствовала, что в глазах защипало, и это было не то что плохим признаком, а просто ужасным. Как же хорошо, что столпы начали о чём-то оживлённо переговариваться, а потом они и вовсе вышли в другую комнату. Танджиро осталась одна. Он с горестью посмотрела на деревянные катаны, что лежали перед ней. Одна из них была короче, а другая длинней. Не потому что так и должно быть, а потому что однажды во время их с Ренгоку битвы парень замахнулся на неё мечом, а она подставила самый мыс, и он отлетел в сторону. Это было тогда, когда она ещё была "парнем". Довольно давно, месяцев шесть назад. И эта катана с отломанная мыском стала её собственной. Ренгоку сказал, что их так будет легче отличать.       Камадо взяла длинную катану и осмотрела её. Такая злость тут обуяла ее! Он делает назло — она в долгу не останется!       Девушка взяла свою стальную катану и быстрыми движениями стала отчаянно пилить деревянную. Когда катана была поделена на три части, Камадо успокоилась. Она встала и пошла к себе в комнату, чтобы там подумать обо всём, что она сегодня пережила.       Уже будучи в комнате она легла на кровать и повернулась к стене. "Камадо и вправду стала лучше"! Красота! Она стала лучше! В чем же? Стала сильнее? Научилась хамить?       В целом и общем наставник относился к ней нормально, только ей не нравились его подколы. Особенно когда злится. Что же сегодня уже произошло? Почему теперь у них не проводятся задушевные разговоры по ночам? Раньше же были! Или то, что она девушка, так сильно его удивило, что теперь...       Конечно! Как же она раньше не додумалась! Он предвзято относится к ней как к девушке. Раньше он был открытым, а сейчас словно замкнулся в себе. Он отдалился от неё. Но ещё часто Танджиро улавливает его запах. Он пахнет... Да, иногда злостью, хотя на лице сияет улыбка, иногда грустью, а ещё... Недоверчивостью. Сначала Камадо это жутко напугало. Вдруг он до сих пор не может определиться, какого она пола? И хочет проверить? Но затем поняла, что не в полах-потолках дело. Но вот в чем — она так и не узнала.

***

      Танджиро думала и не заметила, как уснула. Проснулась она оттого, что её трясли за плечо.       — Вставай, Камадо, — услышала девушка голос Ренгоку. Она лениво бросила взгляд наверх и увидела нависшего над собой учителя.       — Что вам надо? — спросила она вяло, поворачиваясь обратно к стене.       — Во-первых, тренировки нужно продолжать, а во-вторых — кто сломал катану?       — Честно? Не я, — сразу же отнекалась она. Танджиро не видит его лица, но представляет, какое оно. И улыбается уголком губ.       Она слышит тяжёлое дыхание столпа и ей кажется, что он сейчас разорвёт её.       — А ну вставай, кому я сказал! — громко и строго произнёс он. Девушка даже вздрогнула. И по инерции поднялась, стараясь, чтобы он не увидел на её теле дрожь, вызванную столь резким и громким звуком. — И марш в зал! Я жду! Если не придёшь через две минуты — будешь бегать вокруг поместья сто раз. Лишних! — с этими словами он вышел из комнаты, оставляя Камадо одну. Девушка взглядом скользит по стене и останавливает его на двери. Ей очень обидно. Пришёл, разбудил — и сразу же на нож подкинул. Совсем офигел. Таких наставников нужно получать.       Она пришла вовремя, так что лишних сто кругов бегать ей не пришлось. Но это не обозначает, что мужчина не нашёл способа хорошенько потрепать девчушку. Они тренировались до десяти часов ночи.       — Завтра в семь утра ты на ногах. Каждые пять минут опоздания — двадцать отжиманий, — сказал он напоследок. Танджиро выслушала его равнодушно. Она была слишком измучена.       — И ещё — зачем ты сломала катану? — спросил Ренгоку. Его строгий взгляд проскользил по её фигуре и остановился на лице. Камадо с вызовом посмотрела прямо ему в глаза.       — От мух отмахивалась, — сказала она и захотела уйти, но мужчина схватил её за плечо и развернул к себе.       — Теперь я буду сражаться с тобой на настоящих катанах. Что будешь делать?       — Я хочу спать. Тренировки окончены? — спросила она. Внезапно в его глазах она увидела нечто вроде тоски, брови перестали сводиться к переносице, но его голос звучал куда строже:       — Да. Можешь идти. Спокойной ночи.