Не зови меня назад

Тебе было семнадцать. До сих пор не могу представить, что ты тогда увидел в моих зелёных глазах, что разделило наши жизни на «до» и «после». Твоя красота, ум, выдержанность, навыки - ты покорил меня одним прикосновением, которое стёрло мою способность. Ты спас меня из одной бездны, закинув в другую, ещё хуже и чернее, чем прежде. Но даже спустя столько лет, я продолжаю тебя... Я просыпаюсь в ужасе от звона будильника, не понимая, что происходит. Солнце бьёт по глазам и только через несколько секунд всё встаёт на свои места. Это моя комната, комната, в которой я прожила 8 лет лет или точнее просуществовала. Родители хотели сделать здесь ремонт, но почему-то забросили эту идею, поэтому помещение напоминало камеру сумасшедшего: частями не было обоев, от стен исходил холод, где-то виднелись рисунки брата яркими фломастерами, которые ему разрешили сделать до ремонта. Теперь они со мной. Рука дотянулась до линз, в последнее время зрение начало сильно падать, уже добравшись до пяти с отрицательным знаком. В какой момент нужно было собрать остаток сил в кулак и взойти на «мост золотых ворот» или пойти бродить в лес Аокигахари, чтобы не совершить ошибки, загубившие жизни многих? Наверное, в первую же нашу встречу на злополучном вечере, где собрались самые «сливки» японского общества (туда на работу меня пристроила моя бывшая одноклассница, я дала ей списать на выпускном экзамене, её отец с нерадостью принял меня новой официанткой). –Никого не оставлять в живых!, – первое, что я услышала от тебя. Сказанная в суматохе фраза, пока гости вечера метались из стороны в сторону, падали от пулевых ранений в окрашенных алым рубашках, отдавалась эхом в моей голове. Я забралась под стол и обратилась к Богу, это было моё первое обращение, но через время до меня дойдёт осознание, что трубку поднял дьявол. Моя способность активировалась сама, никогда не умела её контролировать. Меня защищала невидимая гончая, я смотрела на мир её глазами, в том числе и на тебя, а потом ничего... Ты заблокировал мои силы, а после вытащил за руку из-под стола, кинув на холодный кафель. Надменность. Мы обоюдно презирали в том момент друг друга, так мне казалось. Но это было обоюдное восхищение. Если бы меня спросили: «Чьи глаза ускоряют ритм твоего сердца?» Я бы без раздумий назвала те, что принадлежат Осаму Дазаю. –Как тебя зовут? Ты состоишь в какой-то организации?, — моё молчание тебя раздражало, поэтому девичье бледное горло быстро оказалось сжато –Юмико Курахаси. Я просто официантка Дорога. Мафиози. Животный страх. Здания сменялись одно за другим, люди в очках, наручники на мои запястьях –Юмико Курахаси? Чем она тебя так заинтересовала?, – босс портовой мафии спрашивал это у тебя, попутно разглядывая испуганное нечто рядом. Глаза бегали по тёмным стенам, грозно давящим на сознание, по всему, что было рядом: бутылка вина, деревянный стол, одинокая свеча из белого воска, угасающая в пустоте –Она одарённая. Невидимая гончая, с которой у неё зрение одно на двоих будет очень полезна в разведке, тем более способность обладает мощной грубой силой Так меня приняли в Портовую мафию и отдали в подчинение Накахары Чуи. Недовольств у моего наставника было море, но ему было меня жалко, он даже лучше меня понимал, вот что ввязалась неразумная Юмико. Он учил меня управлять способностью, стрелять, используя различное холодное оружие, жаль, что попытки научить меня борьбе всегда разбивались о мои страхи что-то сделать не так. Мы сдружились. Таким образом, прозвучал приказ, который я запомнила навсегда –Да хватит тебе называть меня так, просто Накахара,у нас разница всего год, – парень покраснел, но взъерошил мои рыжеватые волосы и продолжил занятие. Я дарила ему улыбку, а он с радостью её принимал. В день, когда способность забрала моё зрение, Накахара не смог приехать, Мори выписал новое задание, приехал тот, кого я меньше всего ждала, им стал ты. На ощупь я нашла ручку двери, перед этим упав и разбив коленку. Впервые твои уста говорил с такой тревогой –Юмико, ты как? Совсем ничего не видно? –Нет, из глаз лились слёзы, а из раны на ноге кровь –Мы решим этот вопрос, – Твои забинтованные руки подхватили хрупкое тело и понесли его на кровать, – Полежи, я принесу аптечку Забота. Новое слово, что появилось в нашем словаре чувств. Тактильная забота –Щипит сильно, – мою рану начал нежно обдувать искусственно созданный губами в трещинах ветерок. Ты увидел меня настоящую - без косметики, со всеми веснушками на лице и плечах, со всеми многочисленными родинками на бледной коже, всё то, что скрывала, что б вписаться в «идеал», существующий в Японии. Меня окутал стыд за себя. Эти мысли были странными с учётом того, что ты гладил плечи и голову испуганного зверька, что завернулся в комочек и отказывался вылезать из убежища. В тот день ты всегда был рядом, приготовил ужин, покормил с ложечки. Мы уснули в объятиях друг друга. Может на бумаге наша история кажется милой. Заботливый Дазай, готовый прийти на помощь. Но это обман. Ты жесток, Осаму, очень жесток. Ты уничтожал Акутогаву слой за слоем, стрелял в уже мёртвых, пытал, воровал. Однажды в качестве наказания я мыла пыточную после твоих «развлечений». Куски кожи, мяса, открывались от измазанных кровью стен с противным хлопанием, меня несколько раз вырвало, даже запах впитал в себя ноты смерти, страха, угасшего огонька в каком-то человеке и пламя твоей безжалостности. Все ужастики - просто фильмы, реальность, созданная тобой в миллион, нет, в бесконечность раз хуже. А знаешь, что ещё хуже? Я влюбилась, как в тех самых добрых сказках, жаль, что с раннего детства нам дают инструкцию любви, но как разлюбить - такого никто не напишет. Даже я не смогу, ведь я продолжаю тебя любить.