Спокойной ночи.

Руки до жути дрожали, а слёзы так и текли, не останавливаясь. Девушка проснулась в холодном поту, чуть ли не задыхаясь. В последнее время у неё такого не было. Точнее, никогда не было. Она думала, что уже отпустила, но нет, наоборот. Воспоминания будто накатились по-новой, добивая вроде сильную Мизи, что недавно сбежала и оказалась в нормальной компании. Та села на кровать, пытаясь успокоиться, но ничего не выходило. Дыхание было неровным и, кажется, истерика куда сильнее, чем в прошлые разы, когда не осталось сил ни на что, и та просто лежала, засыпая с глазами, которые полны слёз. Тогда ей ничего не снилось, сон был только пустотой, что почти всегда чувствовала девушка, но сейчас во сне.. Суа. Там была Суа. Её любимая, ненаглядная Суа. Бог, что умер на глазах, будто его и не было. Но нет, она помнила её. Такую с виду апатичную, но до жути милую. Её улыбку, нежный, высокий голос, волосы, как в одну из ночей, когда небо было чистым, и виднелись звёзды. Будто река ночью, такая чистая и никем нетронутая, в некой степени загадочная, о которой знал наверное только один человек во всём мире. В ней отражалась вся вселенная. Суа всегда называла Мизи своей луной, солнцем, когда же подруга звала её своей звёздочкой, что сияет ярко-ярко, но только сейчас приходило осознание, что это значило. Девочка уже давно смирилась с тем, что может умереть. Она неоднократно говорила с подругой о смерти, обсуждая, что будет потом. Нет, та не говорила об этом как о чём-то плохом, им с самого рождения внедряли, что смерть - это покой и больше ничего не будет. Ни мучений, ни репетиций, ни раундов, сделанных на потеху монстрам. Одни плюсы. – Знаешь почему я называю тебя своей луной? – едва заметно улыбнулась Суа, глянув на девушку, пока плела венок. – Нет.. Не знаю.. Это потому что!... – но Мизи ничего не придумала, поэтому лишь задумчиво опустила глаза, поправив очки, а после снова взгляд вернулся к ней. Та только усмехнулась и, прикрыв глаза, ответила: – Потому что звёзд много, а луна одна. Знаешь для кого звёзды светят? Мне кажется до людей и монстров им нет дела. Ты никогда не думала о том, что они могут светить ради луны? – похоже, она переняла легкомыслие и воображение Мизи, говоря такие вещи. – Я буду так же светить для тебя, когда будет ночь, пока большая и красивая луна освещает дорогу. Пусть я и не буду выделяться, буду едва заметной и меня будут путать с другими, но постараюсь светить сильнее всех. Даже утром, когда ты будешь солнцем, что так ярко блестит и за ним не будет видно звёзд вокруг, я буду смотреть за тобой. Даже если ты меня не видишь и чувствуешь, что я не рядом, – изящные белоснежные пальцы связывают стебельки. Чуть позже аккуратно оставив венок на голове Мизи, пока та несколько секунд с недоумением смотрит на неё. Сщуривает глаза, будто пытаясь разглядеть подружку, на что Суа тихо смеётся. Девочка, не думая о её словах, также улыбается, а после добавив и завязав ещё немного стебельков, отдаёт подруге. – Суа, глупышка Суа! Ты всегда будешь выделяться, ты всегда будешь важна для меня – она улыбается и целует в щёку, заставляя лечь на траву. – Ты для меня подобна Бог.. Нет, подобна вселенной, Суа! Даже не думай, что я забуду тебя. Я буду любить тебя. Всегда буду любить... – говорит последние слова тихо, специально для подруги, прижимаясь к ней, прижимая руку Суа к своей груди, к самому сердцу. *** – Мизи.. Хэй, Мизи, всё в порядке? – незаметно для себя, Хёна оказывается рядом с розоволосой, аккуратно гладя её по голове. Девушка всхлипывает, после чего резко обнимает ту. Хёна невероятно тёплая. Её руки, такие вроде грубые от всех её боёв с роботами и многим другим, сейчас ощущались совсем по-другому. Она гладит так нежно как только может, прижимая Мизи к себе и укладывая её голову на плечо. Пока что ничего не приходило на ум, что можно было-бы сказать. Только прикосновения могли хоть как-то передать всю ту поддержку, которую хотела выразить Хёна. – Мизи, я с тобой, слышишь? Даже если всё будет плохо, то я буду с тобой. Я защищу тебя и сделаю всё, чтобы мы были счастливы. Я понимаю, что ты всё ещё думаешь о прошлом, но не нужно на нём зацикливаться. Сейчас ты не у них, тебя не ждут ещё раунды, они не смогут навредить тебе. А если навредят.. – она вытирает заплаканные глаза и с недоумением смотрит на девушку. – ..то я конечно же защищу тебя, ты о чём! Ха-ха, Мизи, ты даже не представляешь, насколько ты крута. Я не думаю, что кто-то заслуживает твоих слёз – снова вернулась в своё обычное состояние Хёна. Именно в такие моменты было заметно как же она светится, стараясь поддержать Мизи. Прижала к себе посильнее, кажется, слегка ненарочно душа и трепля по волосам. Слышится смех обеих, после чего кареглазая опрокидывает подругу на подушку, когда сама нависает сверху, отдышавшись. – Мизи, твои глаза как два солнышка. Может я и не смогу понять всей той тоски, что ты испытываешь, но надеюсь, что смогу заставить сиять тебя намного сильнее. Всё же, я как и любой другой человек не могу жить без солнца, ха-ха – сначала говорит так нежно, а после более легко, кажется, особо не задумываясь. Хёна перевернулась и легла рядом Мизи, всё ещё держа руку на её голове, когда же пальцы младшей бережно перебирали локоны спасительницы. – Спасибо, большое спасибо.. я не забуду тебя – последние слова говорит очень тихо, слишком тихо. Она приподнимается на локтях, заставляя встать и брюнетку, после чего останавливается и смотрит в глаза. Кажется, на несколько секунд призадумалась над правильностью действий. В принципе, в этом нет ничего такого, верно? Девушка берёт щёки Хёны в свои ладони, а ледяные кончики пальцев чувствуются у висков, контрастируя с тёплой кожей. Мизи медленно целует её, решив так отблагодарить уже, возможно, не подругу. Сразу покрываясь румянцем, стараясь снова лечь, и чтобы та не видела её смущённого лица, отвернулась. Брюнетка только тихо хихикает с такого, после чего едва слышно говорит: – Спокойной ночи, милая, – Хёна прикрывает рукой тыльную часть ладони Мизи, стараясь как бы согреть её. Девушка жмётся несколько мгновений, после чего прижимает руку к своей груди, самому сердцу.