Призрак Вдовы

Лондон.  Белокурый ас оглядевшись по сторонам и узнав местность пригорода Лондона, уверенно идёт к когда-то оставленной машине Иена, стажера Джейн Фостер. Ловко открывает дверцу не выпуская её из рук и укладывает на переднее сиденья. Выныривает весьма споро со своими внушительными габаритами из салона и садится в машину за руль, заводит двигатель, чем сильно удивляет шпионку — видимо, не в первый раз приходится водить автомобиль. 

***

Ей чудом удается по припрятанному на поясе мобильному вызвонить Джейн и договориться о месте встрече. Вскоре им приходится сделать остановку в ближайшей подворотни, потому что водитель из Тора абсолютно никудышный, а левостороннее в Лондоне ничуть не облегчает ему задачу. Теперь чудом сидевшая на попе ровно женщина вполне уверенно крутила руль и давила на педали, шустро управляясь с механикой в таком состоянии. Джейн встречает их у самого подъезда и непонимающе меряет Тора взглядом, когда он открывает дверь и подхватывает на руки Мармору, что минутой назад с первой попытки припарковала автомобиль на свободное место. — Что…что случилось? — взволнованно произносит Фостер, оказавшись рядом с ними в короткое мгновение. — Пойдемте скорее наверх. И несколько замявшись ведет их с Тором в свою квартиру. — Тор! — в квартире их встречает радостная Дарси с веселой улыбкой и явным удивлением в голосе. Одинсон уверенно ступает широкими шагами за суетящийся Форстер и затем бережно опускает её покалеченную тушку на мягкий диван. Оглядывает взволнованным взглядом, а заметив плед, расправляет в один взмах и накрывает. Она не обращает внимания на торопливый рассказ Льюис, мельком заметив, как Тор вешает Мьельнир на вешалку в прихожей. Неповоротливо вытаскивает из-за спины мобильник и заметив незанятого парнишу, окликает: — Иен? — по памяти зовет русоволосая и стажер тут же оборачивается, приветливо улыбнувшись. — Купи самые сильные обезболивающие, что найдешь в ближайшей аптеке. И еды на всех, что-нибудь покалорийнее, — оглядывается на высоченную фигуру полубога и подумав, добавляет, —…и побольше. Протягивает ему банковскую карту, вынув ту, словно волшебник из пустующей ладони. Парниша удивляется и весело улыбается, подобно ребенку в зале на представлении. Но вскоре понятливо кивает и быстро уходит, надевая на плечи свою куртку.  — Эрик? — Мармора привлекает внимание ученого выглядывая с дивана в гостиной. — Мармора! — радостно кричит тот, но, когда выскакивает из-за стола, она равнодушным взглядом осматривает того. Потому что тот без штанов. В белье. — Рад тебя видеть. Ты из Асгарда?   — Вы… Без штанов, — растерянно замечает Фостер.   — А ему так лучше думается, — тут же поясняет в стороне Дарси. — Мне нужны все ваши разработки по аномалиям. Срочно. — с холодной строгостью сообщает Руденко. Возвращается все внимание к мобильному в руке и по памяти набирает необходимый мобильный номер, подносит к уху и ждет пару гудков. Честно, это был сейчас последний человек с которым ей хотелось говорить, но критичность всей ситуации вынуждала отложить собственные эмоции в долгий ящик. Как всегда. «Куда пропала, заноза? И почему я должен следить за твоей кошкой?» — недовольно ворчит на том конце трубки Старк. — Нет времени, — серьезный сиплый голос в секунду отрезвляет мужчину и тот затихает, — Объявляй общий сбор. Всю информацию вышлю на почту. И бросает трубку не дожидаясь ответа. Знает, что Джарвис в случае чего повторит запись звонка. Следом набирает рабочий номер Ника Фьюри и через три гудка снова слышит строгий мужской голос: «Слушаю, Руденко.» — Все аномалии, происходящие в самых разных уголках мира за последнее время, связаны с астрологическим событием под названием «Парад планет». Все имеющиеся данные по информацию вышлю на рабочую почту. Все многим серьезнее и масштабнее, чем Вы думали. — коротко и по делу хрипит женщина, устало потирая переносицу. Она буквально валилась с ног. — Уровень опасности? — Пятый. — тут же отзывает Мармора, давно взвесив степень угрозы. — Советую предпринять меры обеспечения безопасности для всего населения планеты. И главное, разработать и распространить инструкции действий при попадании в аномалии.  На последнюю рекомендацию ответа не следует, но шпионка догадывается в каких чувствах пребывает Ник. Он настроен решительно, как и всегда. Звонок через пару секунд сбрасывают и она устало роняет руку с мобильным рядом с собой. Отстраненно слушает суетливую болтовню ученых, чутко отслеживая суть, и быстро переключает свое внимание на вернувшегося стажера. Удовлетворенно кивает на полный, довольно приличных размеров, пакет контейнеров с готовой едой и тянется рукой к пакетику из аптеки. Быстро вытряхивает несколько коробочек с препаратами на колени и подтянувшись на локтях, вчитывается в рецептуру. Многозначительно хмыкает сделав вывод, что этих препаратов ей не хватит надолго. Вынимает из оставленного рядом пакета бутылку воды. Выпивает разом приличную горсть таблеток за два раза, под ошарашенные и встревоженные взгляды некоторых присутствующих.  — Мне нужны все имеющиеся материалы. Сейчас же. — с усилием поднявшись и заняв горизонтальное положение строго командует женщина, впиваясь тяжелым взглядом в Эрика и малость растерянную Фостер.  Уже через шесть минут Руденко отправила два письма со сканами всех имеющихся материалов и своими поясняющими комментариями, в надежде, что Старк и агенты ЩИТа, читающие все это, разберут и поймут, что к чему. И в кротчайшие сроки предоставят план решения. — Как здоровье, Эрик? — между прочим интересуется Тор, замерший между зонами гостиной и столовой-кухни. Селвиг хохочет, раскидывая руки в стороны. — Твой брат ведь не придет? — с лица мужчины, все еще стоящего посреди комнаты в трусах вместо брюк, радостная улыбка слетела в секунду. — Нет?   — Локи умер. — мрачно замечает ас. — Отлично, — из груди профессора вырывается полный облегчения вздох, удивляя всей присутствующих своей откровенной бестактностью. Тор выглядел, мягко говоря, растерянным. — То есть, я соболезную. Эрик стремится обнять разбитого Тора, и от цепкого взгляда опытной шпионки не ускользает очевидное — стоит лицу мужчины пропасть из поля зрения Одинсона, как он снова счастливо и с явным облегчением улыбается. Ох, если бы это было так, в чем она очень сильно сомневалась. Так подсказывало её чутье. Опытный дирижер с первых секунд распознает фальш оркестра, как и опытный шпион, что сотни раз разыгрывал свою смерть, почувствует лживость разыгранного представления. Сильные анальгетики немного уняли повсеместную боль, что позволило ей теперь в принципе двигаться. Беззвучным движением зовет Тора присесть на диван и спокойно распаковывает принесенные Иеном контейнеры с едой. Парнишу также зовет ближе. Раздает им по порции мясной лапши и подробно показывает асгардцу как правильно держать палочки, что у того весьма скоро даже получается. А затем отключается от окружающего мира и молча поглощает ещё теплую пищу, только сейчас ощутив звериный голод. Слушает происходящее в пол уха, по старой привычке, давно выработанной до рефлексов. Маликет убит окончательно и бесповоротно, как и его приспешников и верных слуг она истребила одним взмахом рук, что и осознать сразу было не легко… Огромная, безмерная мощь силы древней реликвии истребила целую рассу древних существ стоило ей только пожелать этого. Но теперь Эфир представлял из себя не багрово-красную тягучую и изменчивую субстанцию, а плотный алый камень. Объяснений причины смены его агрегатного состояния у русоволосой не было, только предположения и теории. Например, на это повлияло уничтожения его древнего поработителя… Других наиболее логичных и весомых версий не было. Когда лапша в коробочке заканчивается Мармора медленно и коряво поднимается на ноги, чувствуя ноющую боль по всему телу. Без труда находит ванную комнату и решает привести себя в порядок, а взглянув в зеркало замирает на пару минут. Теперь понятно почему на неё так пристально смотрели все. По всему лицу, шее и зоне декольте едва расходились багровые и синие-фиолетовые гематомы, а белки глаз из-за разрывов капилляров стали кроваво красными. Зелёные радужки жутковато светились. Ей не было необходимости заглядывать под костюм, ведь она хорошо помнила боль по всему телу, и быстро сообразила, что это лопались капилляры и некрупные сосуды по всему телу от напряжения. Нужно будет провериться на переломы и внутренние и кровотечения… Что ж, бывало и хуже. Прохладная вода приятно охлаждала чуть отекшее из-за травм лицо и шею, на пару секунд облегчая боль, помогая отеку сойти быстрее. Смывая с лица и шеи пыль Свартальфхейма, вода стекала черная, хотя сначала на синевато-фиолетовой коже этого было почти незаметно. Распущенные волосы были тщательно вычесаны и заплетены, к её позору, с частыми передышками из-за назойливой ломоты в руках. Через мучительно долгих десять мину у неё на голове красовались две крепки косы. Возвращается она в кухню к остальным, как раз вовремя. Джейн наконец заканчивает шебуршать листами каких-то расчетов и кивает им с Тором в сторону компьютеров.  — В самый пик схождения Маликет планировал ударить по точке соприкосновения девяти миров.  — Отчего его сила только возрастала, — угрюмо дополняет ее слова Селвиг, — Для каждой новой мишени мощь нарастает по экспоненте, до вселенского масштаба.  — Но есть одно «но», — встревает Мармора хмуро наблюдая за общими обсуждениями. —…Но Схождение недолговечно, — также вклинивается и хмурый Тор, — Он должен был оказаться в нужном месте в нужное время. — Это первое «но», а второе — Маликет мертв. — устное подтверждение общей догадки побуждает облегченные вздохи и несмелые радостные улыбки на лицах. — Теперь необходимо определить границы аномалий и обезопасить людей повсеместно. — И как узнать где и когда? — задает вполне уместный вопрос Льюис, стоящая от Марморы по левую руку.   — Следуя ориентирам, — с неясным энтузиазм, вспыхнувшим в глазах Селвиг поднялся на ноги.         Она шагает за ним, как и все остальные на короткое мгновение переглянувшись с озадаченным Тором.   — Такое уже случалось. Тысячи лет назад. Наши предки тому свидетели, — ученый сбрасывает с обеденного стола лишнее, тут же раскатывая там карту, — Все колоссальные постройки: у майя, китайцев, египтян — возникли за счет гравитационных аномалий Схождения. Нам оставили карту. Вот и раскрыты главные тайны древности о монументальных постройках совершенно не вписывающихся в технические возможности того времени. Мармора внимательно следит вместе со всеми, как Эрик чертит на карте по линейке, соединяя координаты всех главных достопримечательностей планеты, пытаясь определить точку пересечения. И только сосредоточенно хмурится заметив палец профессора на отметке «Гринвича» в центре Лондона. Не глядя выхватывает мобильный и быстро печатает смс Нику с новыми данными, копирует и пересылает Старку. — Грани между мирами почти растворятся, — вступает Джейн, так и не отводящая взгляда от карты, — Физика. Забудьте про физику. Всплески и провалы в гравитации, искривление пространства, сама ткань бытия затрещит по швам. Тор призывает молот, пока Селвиг роняет что-то про необходимость одеться полностью, а шпионка отступает с пути суетящегося ученого. Всё внимание от возникшей суеты забирает к себе мобильный завибрировавший в ладони. На экране высветилось «Тони Старк». «Знала бы ты, как мне хочется тебя отшлепать,» — с напускным возмущением заявлении Тони в своем стиле. — «Как ты умудряешься находить все эти приключения на свою шикарную задницу?» — На счёт первого и не мечтай, а на счёт второго — они меня сами находят. Вы скоро будете здесь?   «Я жду, когда до башни доберется Клинт и Капитан, и мы вылетаем к вам.» — Отлично. — отвечает шпионка, обдумывая новый план действий.   «Пока ничего хорошо,» — Тони фыркает, цокнув языком. — «Как ты?» — В порядке: руки, ноги на месте, голова соображает. — отмахивается она, умалчивая о полученных травмах. «Может, нам стоит обсудить произошедшее,» — оптимистично предлагает Тони, будто сейчас это было столь же важной темой для обсуждения, что и Схождение. Видимо, для него, да. — «Ты нагло сбежала, хотя это я привык уходить первым...» — Уж точно не сейчас, — с заметным раздражением отвечает Мармора, — Как решим проблемы всемирного масштаба, может быть.  «Так, что там за заварушка с Эфиром?» — мужчина тут де переводит одну неудобную тему на другую. — Долгая история, потом расскажу. — отнекивается женщина и бросив сосредоточенный взгляд на всю собравшуюся компанию, роняет короткое, — Мне пора.  И не слушая дальше, сбрасывает звонок. Снова. Читает пришедшее оповещение на телефон сосредоточенно хмурясь. — По всему миру, по всем каналам и по всем радио частотам сейчас диктуют инструкции безопасности на время Схождения. Вам стоит тоже остаться дома для своей же безопасности, — громко, привлекая внимание каждого, объявляет она. Внимательно заглядывает в лица Эрика, Дарси, Иена и Джейн. Оборачивается к замершему у прихожей Тору. — Тебе необходимо доставить Камень реальности в Асгард.  — Тебе придется отправить со мной, — невесело с тенью сожаления произносит Громовержец. — Мой отец и старейшины пожелают узнать подробности. Руденко только поджимает губы с толикой досады.  — Ладно. Хорошо, я отправлюсь с тобой. Соглашается без лишних споров, хотя сама хотела бы сейчас проспать, как минимум, целые сутки. Последние запасы сил были на исходе.  — Но сначала заглянем в Гринвич.

*** 

Гринвич. Проходя к набережной она видит солдат в знакомых костюмах с эмблемами ЩИТа на плечах. Показывает свой значок одному из агентов и проходит внутрь оцепления.  — Агент Руденко. — коротко представляется она ответственному агенту шестого уровня допуска и шагает с ним рядом, ожидая отчет. — В радиусе нескольких кварталов на улицах пусто. Местная полиция с нами сотрудничает и сдерживает гражданских. — Быстро тараторит мужчина бодро шагая, а замолчав, ожидает дальнейших распоряжений. — Мстителей, по прибытию, пропустить и укрепить периметр. Всех, кто окажется на улицах во время пика Схождения, убрать с улиц в ближайшие квартиры. Если понадобиться, сдерживать под угрозой смерти. — стальные нотки в голосе говорят агенту о всей серьезности ситуации, а тяжелый взгляд закрепляет нужный эффект.  Мужчина быстро отстает и хватается за мобильный, пока шпионка шагает дальше, осматривая местность. На набережной пусто и тихо — это хорошо. Меньше будет пострадавших после. В хмуром дождливом небе проклевывается первое окно в один из девяти миров, кажется это был Альфхейм. Высоко в небе проглядывал кусочек пышущей цветом и жизнью зеленой растительности. Окно в чужой мир стремительно расширялось. — Насколько я понял, это ненадолго. — вклинивается Тони, приземляясь совсем рядом, — Привет. Выглядишь…паршиво.  — И тебе привет, Старк. — с холодной усмешкой, больше похожей на оскал, отвечает Руденко. — Семь минут. Контроль периметра теперь на вас. Я полечу в Асгард. — Прости, что..?  Забрало шлема само откидывается наверх, представляя ей мужское лицо с ярким возмущением и удивлением вперемешку. — Всеотец требует от меня ответа, потому что именно меня угораздило убить белолицего засранца. — намеренно подробно-без подробностей сообщает Мармора, убедительно заглядывая в карие глаза мужчины.  Высоченная фигура Тора появляется рядом, красноречиво намекая, что женщине пора заканчивать с бессмысленной болтовней.  — Мне пора. Наблюдает короткое приветствие товарищей и не пропускает колкую шутку Старка про практически белые волосы Тора. Поднимает решительный взгляд к лицу Полубога и уверенно кивает, давая добро.  — Держись крепче, — с усмешкой  рекомендует Бог Грома, неожиданно бережно, но крепко прижимая её к себе за талию. И женщина послушно обхватывает широкие крепкие бока в доспехах обеими руками. Настойчивое чувство дежавю селится в мыслях.  Тор уверенно поднимает молот к небу задирая голову, а в следующие секунды во круг них уже вполне привычно начинают играть радужные плотные всполохи, подхватывая и стремительно поднимая вверх.  Всего пути она просто не замечает, намеренно игнорирует. Закрывает глаза и опускает голову на холодную броню доспеха чужой груди, терпя усилившуюся головную боль, легкое головокружение и тошноту.  Асгард. Стоит воину уверенно выйти из потока ярких радужных переливов света, их окружает отряд в количестве восьми эйнхериев, беря мидгарскую деву под стражу, как преступницу. Руденко не возражает и не сопротивляется, предвидя такое развитие событий. Это было вполне ожидаемо, после их шустрого побега. Женщина улыбается и кивает Хранителю моста в знак приветствия, что также встречает их как и в первый раз, с легкой улыбкой на невозмутимом лице.  — Рад новой встречи с Вами, Леди Мармора. — величественно грохочет асгардианец сверкнув неестественно желтыми глазами. — Как и я, Хеймдалль. — улыбается шире и послушно следует в окружении воинов в позолоченных доспехах. Верные стражи Одина уводят её за пределы золотого чертога к привязанным лошадям на помосте радужного моста.  Женщина приветливо похлопывает подготовленного для неё коня по шее и с легкой грацией запрыгивает в седло, подхватывает поводья. Но напускная легкость дорого ей обходится — все тело пронизывает тянущая сильная боль. Терпеливо ждет своих сопровождающих и несильным толчком ног пускает коня шагом, а с позволения возглавляющего отряд, переходит на рысь.  Конная прогулка не идет на пользу шпионке пострадавшей после дуэли с Маликетом, а лишь отнимает последние силы. К моменту, когда отряд стражей вместе с её лошадью останавливаются у ступеней во дворец все её тело гудит от боли. Мармора позорно вываливается из седла и едва стоит на гудящих ногах. Мидгарская дева было мертвенно бледной, но скорее трупно — учитывая её оттенок кожи с повсеместными обширными гематомами. Дыхание тяжелое и учащенное, но лбу выступил холодный пот. Кажется, у неё начался жар и это очень нехороший признак. — Господа…думаю, мой визит…к Всеотцу придется отсрочить..на…неопределенный срок… — дипломатично выдавила из себя она с придыханием и схватилась одной рукой за седло лошади, чтобы удержаться на ногах. Ещё немного и девушка упадает без чувств. Ей необходима медицинская помощь и срочно. — Мне…нужен лекарь… Пара стражей, переглянувшись между собой, подходят ближе и, отцепив мижгардку от лошади, подхватывают под руки. Мармора сама едва перебирает ногами, уже не в силах и этого делать. Плетется уронив голову на одно из своих плеч. Сейчас, казалось, что она сделана из чугуна. Пускай несут, если её физическое состояние не важно. Главное, чтобы не заставили идти на своих двоих — на такой подвиг у неё уже сил не хватит. Даже и не просите. Но до тронного зала они так и не доходят. Небольшой отряд в количестве восьми эйнхериев останавливается и равняется, как по команде, приветствуя неизвестного ей военачальника, чьи мыски сапог она видит первыми, а стоит поднять тяжелую голову — этим военачальников оказывается Хогун, что сейчас выглядел несколько мрачнее обычного.  Мармора натягивает на лицо приветственную улыбку, но та получает уже очень вымученная и фальшивая. Совсем…жалкая. — Согласно отданному приказу царя Одина теперь я буду сопровождаю виновную. Вы свободны. — твердо и собранно сообщает ванир волю царя эйнхериям. Не дожидается, когда воины отпустят пленницу и девушка свалится им под ноги. Подходит сам и подхватывает на руки безвольное тело покалеченной мидгардки.  Руденко лишь тихо стонет от боли где-то в пояснице и под ребрами справа и в левом колене, когда брюнет ладонью обхватывает ноги под коленями. Последним усилием прислоняется горячей щекой к прохладным щиткам нагрудного доспеха и тут же забывается в дреме в приступе усилившегося жара.  Чувствует расплывчатое в своей реальности прикосновение чего-то прохладного, даже холодного и шершавого к щеке. И не замечает когда окончательно проваливается в тревожный крепкий сон.  

***

Сознание пробивается сквозь хрупкую завесу сна словно нехотя, тяжело и медленно. Слышит сильные ароматы разных масел и душистых трав женщина раньше, чем может что-либо разглядеть в полу мраке. Было очень жарко и душно. Воздух вокруг будто состоял из плотного, но невидимого её глазу пара — настолько был густым и тяжелым.  Следующее, что выяснила мидгардка то, что она была практически полностью обнажена и лежала в теплой душистой воде. На теле ощущалась лишь тонкая длинная нательная рубаха.   Совсем рядом раздался плеск воды. Русоволосая отчетливо чувствует всем телом мелкую рябь и крупные волны бегущие по воде. Затем тело постепенно погружают в воду глубже и через несколько секунд она чувствует твердое дно. Спиной положили на наклонную поверхность, что не позволило её голове опуститься ниже уровня воды и захлебнуться.  Вокруг зазвенело столь пронзительно, что она поморщилась от пронзительной боли в висках, а затем все тело загудело тягучей и сильной болью, будто кости начали вибрировать на очень низких частотах. Мармора могла только тяжело дышать и тихо стонать от мучительной боли, не чувствуя больше ничего — будто в одно мгновение она осталась один на один с этой болью. Невыносимо. Но сил на слезы уже не было.  Неожиданно груди коснулось что-то прохладное и невесомое, принося каплю облегчения в море, казалось, нескончаемых мук. Наконец она смогла приоткрыть глаза и, к собственному удивлению, увидела перед собой лицо женщины невероятной красоты удивительно похожей на неё саму, только с белоснежно-светлыми бровями и длинными прядями светлых волос. Нет, она не было альбиносом глаза были чарующе темными, карими. Черты лица незнакомки ей были откуда-то знакомы, хотя русоволосая точно не встречалась с ней. Она бы узнала, будь это так.  Тело представшей женщины на вид чуть старше тридцати было, будто соткано из белого света звезд и ночной прохлады, что сейчас приносила столь желанное успокоение.  — Хамингья..? — хрипит не своим голосом Мармора сухими губами, протягивая мокрые пальцы к силуэту духа. А стоит коснуться очертаний лица незнакомки, как возникшее видение рассеивается в воздухе, пропадая вместе со спасительной прохладой чуть ниже ключиц. Все это лишь игра воображения на грани смерти..? Или мучительная явь?.. В звенящей тишине, подобно весеннему грому, раздается мелодичная речь на неизвестном ей наречии. Громко и требовательно звучала непонятная по своему смыслу фраза, буквально насильно принуждая снова открыть глаза.  — Ú-úva na, ae ú-gwae. — уже мягче скомандовал голос с приятным теплом. — Maer, ú-vanim, nán sí dîr…. — Боль… Постоянно больно. — в ответ зашептала женщина, повернув тяжелую голову на голос. Глаза застилала пелена неясного тумана, что разглядеть что-то кроме общего силуэта высокой дамы у неё не получилось, сколько она не пыталась сфокусировать взгляд на профиле светлого лица.  — Sendiel na nîn…благость света и жизни,..o chennin, a nethia hi o ngeled…Избавь её от страшного недуга….darthar na hennaid fael. Cenna i…молодое тело…a i fëa ibrin. Hlaruva i command i naith! — сознание переводит чужой язык будто с перебоями, а потому понимает она лишь отдельные отрывки фраз. Вдумчивый глубокий шепот разнесся в воцарившей тишине женским голосом, будто сливаясь с воздухом и с дыхание, предположительно, асиньи. Слова были тверды — подобно камню, но тихи — подобно редкому плеску воды и проникновенны — словно аромат масел, проникавших в грудь вместе с тяжелым дыханием.  Постепенно мидгардке стало невыносимо жарко и душно. Воздуха вдруг стало ужасно не хватать, но сколько бы не старалась она вдохнуть поглубже ртом — все было мало. Кожу с новой силой жгло и снаружи, и изнутри огнем боли и нестерпимого зуда, казалось, унять эту агонию способно только беспамятство. Казалось, что хуже чувствовать себя физически не возможно, когда разрывающая боль пронзила все тело: от самого темечка до розовых пят. Теперь пылало огнем не только плоть, но и кости, казалось, пылала огнем сама душа... Хриплый совсем тихий протяжный сип вырвался из приоткрытых губ, вместо оглушительного крика боли. Все тело выгнулось дугой от напряжения, забилось мелкой дрожью, чуть не соскользнув в воду. На месте её удержали пара чьих-то сильных рук, уверенно прижав одной рукой плечи к камню, надавив на кость грудины под ключицами.  Стоило бушующему пламени боли отступить, как девичье сознание тут же провалилось во тьму.