Я увижу твой силуэт в ярких лучах.

Постоянные слова с чужих губ, твердили о том, что он любил его, до потери пульса. "Люби меня, люби меня" – раздовался голос в голове, агрессивный, но в то же время ласковый, волнующийся за него. Чувствовать эти слова с чужих уст, было приятно, после всех этих оскорблений в его сторону. Меркурий любил, изначально пытался полюбить, и всё же у него получилось. Венера лишь просит любить его, тихо, неспеша, пытаясь не испугать и так постоянно нервного Меркурия. Он начал сожалеть, сожалеть о том что он делал до этого. Всё так резко поменялось. Меркурий помнит те моменты когда Венера легко побивал его или по шутке оскорблял. После Венера признался и искупил свою вину. А Меркурий даже объяснения не попросил и простил его. Но что то в их отношениях ему не давало покоя, возможно. Его психологические отклонения? Уже все давно поняли, что с Меркурием что то не то. Стал более дёрганным и нервным. Кто же мог подумать, что этому парню, который был для всех спасательным кругом, самому понадобится это. После того как все это резко началось, Венера стал помогать и успокаивать его. Но Меркурий не понимал, в глубине души он желал сам почувствовать то чего не может, хоть что-то. Любовь, боль, ненависть: для него стало чем то необычным, потому что он перестал чувствовать это. Казалось что за ним следят уговаривают что то сделать с собой. Меркурий е-ли как не делал это, пытаясь сосредоточить разум на чем то другом. С каждым днём получалось все хуже и хуже, на что Венера принял решение, что будет жить с Меркурием. Никто не думал, что грубый и вечно ворчливый Венера, сможет и захочет успокаивать его. Паранойя – вот что первое мучало его. Казалось будто, даже из ручки, из чая за ним следят. А зеркала вовсе стали главными врагами. Было не в терпёж, наконец то разбить их, почувствовать лёгкую свободу в нескольких местах, хотя это чувство вечно преследовало его. В один из таких дней, Меркурий просто хотел привести себя в порядок, но в груди начало зарождаться чувство обеспокоиности. Казалось, что за ним следят. Горькое ощущение внутри груди. Воздух будто стал тяжелее, стало не по себе, ритм дыхания сбился. В порыве эмоций, Меркурий просто замахнулся ударяя свои кулачки об стекло, что резко начало разбиваться. Боль. Он почувствовал её, хотелось чувствовать дальше, наконец то почувствовать, но нет ему не нравилось это чувство, оно не достовляло ему комфорта. Просто хотелось прикасаться к чему то, острому, чего он ещё не трогал, либо уже позабыл об этих ощущениях. Осколки так и давили на кожу, оставляя следы крови, что капали на пол. На глазах образовались капли слёз от острой боли, но её он отодвинул на второй план. Он желал ощущений, но в то же время не хотел чтобы его тело отражалось в стекле. В то время Венера сидел в их комнате, как вдруг услышал резкие вдребезги. Резко встав, он направился к тому месту. Заметив Меркурия на полу с окровавленными руками, он что то прикрикнул, помогая вставать ему. Сказав что-то тихим голосом, он направил его в зал.

***

Спустя полчаса, все стало в порядке, руки были забинтованы. – Как ты? – спросил Венера, смотря на Меркурия. Ответа не послышалось, чужой взгляд был направлен на его руки, осматривая их. Но Венера привык не слышать ответа от него. С того времени Меркурий стал более молчаливым. Если в те разы, он не так сильно разговаривал, то сейчас можно вообще подумать, что он немой. Резко переведя взгляд на Венеру, он сжал руки и вдруг резко ударил его. Чёрт, было предсказуемо. Несмотря на его игры в молчанку, Меркурия стало легче тронуть или разозлить. И чтобы утолить свой пыл агрессии, он начинал драться, лишь поэтому некоторые обои были содраны, но им это никак не мешало, да и другие привыкли наблюдать за этим. Меркурия поддерживали все, он много кому помогал, и сейчас они помогали ему, но всё бестолку. Хотелось максимально поддержать его в этот момент, но ничего не срабатывало. Но внезапно в один день всё прекратилось.

***

Стоя около зеркала в ванной, которое до сих пор там находилось. Меркурий всегда старался не смотреть в него, но в один день он всё же взглянул. Всё закончилось катастрофой. Опять те же самые звуки в ушах, что затмевали все остальные. Почему именно с ним? Он же всем хотел как лучше, помогал другим, но не себе. Гул в ушах. Голоса в голове. Нет, он не может. Не хочет их слышать. Несмотря на то, кем он является сейчас в своём рассудке он понимал, то как сильно Венера старается помогать. Он простил ему всё, неважно, в те моменты он не хотел быть одним, а когда появился такой шанс, Меркурий конечно не отказался от него, лишь бы быть с кем то. Это похоже на использование человека, но не так. В глубине души Меркурию так же сильно нравился Венера, но что он мог сказать в те моменты когда его называли "заикаи" и "писклёй". Он не мог сделать ничего. Всё таки, разум его был затуманен. Взяв нож из кухни, он направился в комнату. Шепот в ушах все также твердил: "убей его, убей" Меркурий убил. Венера пытался достучаться до него, чтоб он услышал его. Он с лёгкостью мог навредить ему, но ему не хватило сил, чтоб сделать это с любимым человеком. Смотря на окровавленный труп, Меркурий выронил нож из своей руки, и упал рядом с бездыханным телом. Нет, как же так. Голоса прекратились. Именно это им надо было? Чтоб он потерял любимого человека, который был готов помочь ему в этой беде? – Не оставляй меня одного. – он положил свою кровавую руку к щеке, как когда то это делал Венера. – пожалуйста, открой свои глаза. Умолял Меркурий. Это не может всё так закончится. Взяв нож вновь в руки, он сказал. – Я не оставлю тебя, мы обязательно встретимся там, где нам обоим будет лучше, ведь так? Пожалуйста.. – тихо сказал мальчишка, почувстовав резкую боль в шее. Алая кровь разбрызгала весь пол и обоих парней. В глазах начало мутнеть. Наконец-то он будет рядом с родным человеком, без каких либо проблем. Смотря в пустоту, вдалеке начал виднеться яркий свет как первые лучи солнца, а после очертания знакомого силуэта.