the Escape.

      Изрезанная плоть зудела, тянула и болела. Порезы уже покрылись засохшей коркой, которая лопалась при малейшем движении. «Так хочется пить…»       Она не спала. Просто не могла уснуть. Встать с холодного каменного пола не было сил и желания. В этом не было ни капли смысла. Её ужасно тошнило. В глазах то и дело плясали темные пятна, предвещая скорый обморок. Но что-то не давала ей этого сделать, заставляя оставаться в сознании.       Здесь было сыро, холодно и мрачно. В то время как вампир с наслаждением пил вино в соседней комнате. Уютной и теплой. Темно-красная жидкость ассоциировалась с её вязкой кровью. Он осознал что никогда не насытиться ею в тот момент, когда вкусил её в первый раз. Соленая, с металлическим привкусом, почти не отличалась от чей-либо другой. Но было в ней что-то, что пробуждало в нём желание осушить бледное тело, не оставив и капли крови.       Астарион крепко засел в её голове, читая мысли и переворачивая воспоминания верх дном. Их первая встреча, их жизнь до его Возвышения и после. Но сейчас это было совершенно не интересно. Он сказал, что даст ей поспать пару часов. И он соврал. Вампир крепко держался за её сознание, не давая провалиться в долгожданный сон. Астарион чувствовал как она страдает, как саднит её изрезанное тело. Знал как сильно она ненавидит его и жалеет о встрече с ним. Ему не нравилось то о чем она думала. Однако, ему все ещё было интересно узнать о том, чем живет его любимая.       Она живет прошлым.       «Почему она просто не может принять нового меня? Неужели ей так трудно быть верной своему выбору? Радоваться тому, что я наконец-то обрел свободу?»       Его лицо исказилось в отвращении. Астарион потер глаза, кидая быстрый взгляд на большие часы висящие на стене. Пару часов прошли быстрее, чем он думал. Кажется, пора вернуться и составить компанию своей возлюбленной.       Услышав как отворился дверной замок, Тав замерла в ожидании. Казалось что прошла целая вечность, прежде чем Астарион вернулся. В нос ударил запах перегара. Преодолев расстояние между ними, Астарион стал рядом с девушкой. Девушка взглянула вперед, отмечая то, как блестит его обувь.       — Надеюсь, ты успела отдохнуть? — его голос был нежным и ласковым.       Тав открыла рот, пытаясь произнести что-то, но из горла вырвался только сдавленный хрип. Её тело дрожало от холода и боли. Краем уха она услышала шепот исходящий от вампира. Его заклинание подействовало мгновенно и она закричала, хватаясь ладонями за свои раны. Будто измельченное стекло вперемешку с солью втирали в её обнаженную взору плоть. Порезы жгли с такой силой, что она пыталась прогнать это чувство раздирая свою кожу ногтями, сопровождая свои действия душераздирающим криком.       Боль отступила так же резко, как и появилась. Девушка открыла глаза осматривая места, где ранее находились кровавые разводы. Вместо зияющих ран она увидела отвратительные шрамы, которые белыми полосами тянулись вдоль её кожи.       — Я не слышу слова благодарности, любимая. Разве ты не хочешь поблагодарить меня? — Астарион нахмурился внимательно осматривая её тело. Она обязана пасть на колени перед ним, целуя ноги. Обязана восхвалять и благодарить его, за то что он освободил её от изнуряющей и ноющей боли.       — Спасибо… — Тав прошептала единственное слово, на которое у неё хватило сил, надеясь что он услышит.       — Хватит мямлить, что ты там пытаешься сказать?       Он всё прекрасно слышал, просто специально заставлял её тратить силы и унижаться перед ним.       — Или ты не хочешь получить это? — его губы растянулись в улыбке. Он глумился над ней, махая стеклянной бутылкой прямо перед её лицом, наполненной неизвестно чем. Но жажда была сильнее, ей было плевать даже если это была болотная жижа. Её руки моментально потянулись к бутылке, но Астарион ловко убрал её в сторону, не давая даже коснуться стекла кончиком пальца.       — Я хочу услышать искренние слова благодарности. И тогда ты получишь то, что хочешь. Я жду, милая.       Превозмогая отвращение и слабость, Тав встала на колени, кланяясь в ноги вампира.       — Спасибо тебе, Астарион… — она коснулась губами его ботинка. — Я благодарна тебе за твою заботу… — теперь второго. — Прошу, позволь мне… — она снова потянулась рукой к бутылке. Надежда на его милостыню таилась глубоко в душе, скребя своими когтями и сдавливая сердце.       — Такой исход мне нравится. — Астарион довольно прикрыл глаза, но лишь на пару секунд. — Позволь я позабочусь о том, чтобы утолить твою жажду, любимая.       Он присел напротив, хватая девушку за подбородок и приставляя к её губам горлышко, принуждая пить. Почувствовав терпкий вкус красного вина, она скривилась, пытаясь отвернуться. Однако цепкие пальцы вампира не давали ей двинуться и на миллиметр. Астарион вливал в неё свой любимый напиток не давая ей вдохнуть, пока не заметил что алкоголь вытекает из её рта, капая на пол.       — Неблагодарная сука. — яростно прошептав, он отнял бутылку и с размаху кинул её в стену, наблюдая как осколки стекла и остатки вина разлетаются по комнате. Тав зажмурилась, закрывая лицо ладонями. — Вставай. Тебя нужно вымыть. Воняешь как бродячая псина.       «Как точно ты это подметил, Астарион.»       Медленно встав с пола, девушка побрела следом за вампиром. Голова кружилась от большой дозы алкоголя, а пальцы на руках и ногах обомлели от холодна. Ступая босыми ногами по полу, Тав буравила спину Астариона взглядом полным ненависти. А он чувствовал этот взгляд без особых усилий. Не оборачивался, знал что она идет следом и не посмеет и лишнего шага сделать без его разрешения.       Открыв одну из многочисленных дверей, он наконец-то повернулся к девушке. Тав без колебаний вошла в ванную комнату. Дверь захлопнулась, однако Астарион оказался не за дверью, как она предполагала, а за её спиной.       — Сама разденешься или мне помочь?       «Знаю я твою помощь…»       Она расстегнула порванную, заляпанную кровью и местами грязную рубашку, не препятствуя её падению. Взору Астариона открылась обнаженная спина его любимого отродья. Позвоночник выпирал острыми бугорками, демонстрируя дефицит веса. «Морит себя голодом. Ради чего? Чтобы выглядеть как обтянутый кожей скелет?». Его глаза блуждали по её телу, изучая каждый сантиметр. Ни один шрам не остался без внимания. И когда Тав сняла нижнее белье, Астарион продолжал осматривать нагое тело без единой капли стеснения.       Девушка чувствовала себя униженной. Ей было по настоящему мерзко от самой себя. Такой слабой, беззащитной. Раньше она дралась на равных с противниками, была ловкой и сильной. А сейчас… А что сейчас? Хрупкая как крылья бабочки. Казалось тронешь её и она рассыплется на тысячи маленьких кусочков. Но Астариона это не волновало.       Когда её тело опустилось в теплую воду, она выдохнула. Мышцы немного расслабились, однако она все ещё была начеку. Мерзкий скрип резанул слух. Астарион подвинул стул к ванне, усаживаясь на него. Не произнося ни единого слова, пальцы потянулись к её лицу, убирая с него прядь черных волос.       Кончики его пальцев очертили болезненно-острые скулы, спускаясь ниже, к линии челюсти. Ладонь плавно спустилась ниже, поглаживая тонкую шею, которая так манила его. Астарион наклонился ближе, убирая мешавшие ему волосы. Провёл кончиком носа по полупрозрачной коже, вдыхая аромат её тела. Вампир считал что её тело было идеальным. Какой бы изувеченной, уставшей и болезненной она не была, он любил каждую клетку его отвратительного непокорного тела.       Тав вздрогнула, чувствуя леденящее кожу дыхание на своей шее и обжигающий нос перегар. Все это заставило её поежиться. Сердце пропустило удар, когда она почувствовала тёплые губы на своей шее. Его язык вывел неизвестный, даже ему, узор на чужой коже, уже предвкушая вкус её тёплой крови. Не медля ни секунды, он вонзил свои острые, как бритва, клыки в её шею. Когда она вскрикнула, Астарион почувствовал как ликует его внутренний демон. Он не осторожничал, жадно делал большие глотки, высасывая жизненные силы вместе с кровью. Хотел показать ей, что ему ни чуть не жалко её. Доказать что он здесь власть.       — Астарион, хватит… Пожалуйста… — он остановился, вслушиваясь в тихую просьбу. Остановился не потому что она попросила. Остановился, потому что насытился.       Встав с места, вампир вытер свои губы тыльной стороной ладони, убирая маленькую капельку крови. Он хотел больше, но не мог себе этого позволить. Он выпил бы всю эту чертову кровь до дна, но не хотел чтобы она покидала его. Его глаза горели разыгравшейся жаждой, поэтому он поспешил покинуть ванну, бросив напоследок.       — У тебя есть 10 минут на то, чтобы искупаться. Когда закончишь, пойдёшь в мою комнату и приведешь себя в порядок.       Как только дверь с грохотом захлопнулась, Тав дала волю эмоциям, высвобождая наружу очередную порцию слёз. Место укуса неприятно жгло, голова кружилась ещё больше, ком встал поперек горла уступая место тошноте.

Она ненавидела его.

Так сильно, что готова была утопиться прямо в этой ванне, чтобы не дать ему насладиться её муками.

Но он не дал бы ей так легко покончить со всем.

А ей не хватало смелости даже попытаться.