素描 1.0. 浪漫又疲惫。

Порой жизнь так и норовит вставить палки в колёса. А потому весь день, будто по закону подлости, все валится из рук. И сегодняшний день не исключение. Пронизывающий до костей холод и стук тяжелых капель по крышам домов просто сводят с ума. Хлюпанье обуви, слякоть на дорогах, тяжелое дыхание и дверь наконец открывается. В ушах гудит, а сердце стучит, вырываясь из груди. Тепло разливается по телу, давая мысленно выдохнуть и привести себя в чувства. Милая девушка в фартуке, улыбаясь, разносит заказы, а в воздухе чувствуется стойкий аромат еды и кофейных зёрен. Отряхиваясь от воды, вымокший под холодным ливнем, молодой человек подходит к стойке, озвучивая свой заказ: —Раф с лавандовым сиропом, пожалуйста. На стаканчике напишите имя Лу Цзю. Человек за стойкой принимает заказ и снова приступает к работе. Уходить из теплого кафе, по крайней мере сейчас, нет никакого желания. Однако, даже не вглядываясь можно понять, что все столики уже заняты. За осознанием того, что придется делить столик с незнакомым человеком, следует шумный вздох. Из мыслей о том, к кому бы подсесть, посетителя выводит лишь оповещение баристы о готовности его заказа. Еле слышно проговорив себе под нос благодарность, Лу Цзю все же забирает свой кофе, а после направляется к единственному столику, человек за которым показался ему достаточно адекватным чтобы завести с ним диалог. Да, он знает что внешность не всегда показатель, но между матерью с ребенком, женщиной на высоких каблуках с накачанными губами и явно фальшивой грудью и одиноко сидящим парнем, смотрящим в экран телефона, выбор, казалось бы, был очевиден. — Извините, могу я к вам подсесть? Все столики заняты. Он попытался выдавить из себя дружелюбную улыбку, пока с его волос все еще стекала дождевая вода, уже успевшая стать не такой уж холодной, из-за теплой, во всех смыслах, атмосферы кофейни. Хотя, кажется, его собеседник и вовсе не обратил внимания на эту его попытку показать свои добрые намерения, одарив того лишь беглым взглядом. — Да, можете присесть... Лу Цзю, верно? Услышав свое имя, первым делом хочется спросить о том, откуда еще незнакомый человек знает тебя по имени, а потому, совсем позабыв о том, что оно буквально написано на его стаканчике с кофе, теперь парень только подсевший за этот столик уже не был уверен, что это было хорошей идеей. Между двумя молодыми людьми чувствовалось заметное напряжение. — А? Да, меня так обычно называют. Я Лу Цинъюнь. Лу Цзю сел за столик напротив незнакомца, после чего все же смог лучше разглядеть лицо собеседника. Выглядел он молодо, но отличали его от всех тех, кого можно было увидеть просто проходя по дождливой улице яркие алые глаза, из-за которых возникало плохое предчувствие касаемо этого человека. Они будто кровавое море войны, где лезвия мечей врезаются в чужую плоть разрывая ее на куски, борясь лишь за долгожданную победу. А холодный, беспристрастный взгляд лишь дополнял зловещую картину. Это завораживает, именно этот взгляд создавал вокруг него такую пугающую атмосферу. От такого вида по спине невольно прошли мурашки, а мысли рассыпались в кучку пепла, смешавшись с бурным потоком эмоций. Хотя, несмотря на холодный взгляд, голос парня, напротив, звучал нежно и успокаивал. — Меня зовут Лю Цзянхэ, приятно познакомиться. В глазах читалась насмешка над всем миром, при желании способная поставить на колени и заставить молиться самого господа. Эта уверенность красила его, но вместе с тем заставляла выглядеть пугающе. Однако, Лу Цзю пока не спешил с выводами, вместо этого отпив свой еще горячий кофе. Лю Цзянхэ, скучая, вертел между пальцами шахматную фигуру, которая так игриво блестела, отражая свет потолочных светильников и зазывая сыграть партию, дать ей раскрыть весь свой потенциал. Было трудно различить, что именно то была за фигура, можно было предположить, что это ферзь, основываясь на том, какой формы была фигура. — О! так тут есть доска для шахмат? Не играл в них со средней школы. Только сейчас он заметил то, что на каждом столике и впрямь была своя шахматная доска и набор фигур для игры, а некоторые люди заходили исключительно для того, чтобы немного поговорить за чашечкой кофе и поиграть в шахматы. Довольно приятное занятие на вечер, особенно если играешь с близким другом. Хотя, большинство людей все же заходили в кофейню просто чтобы вкусно поесть и было грустно смотреть на одиноко стоящие шахматные фигуры, так и ждущие свой черед вступить в игру. Собеседник обратил внимание на слова своего нового знакомого, а потому, видимо, решил предложить сыграть партию, раз уж они оба здесь прячутся от дождя. Он поставил фигуру, которую так старательно рассматривал и прокручивал между пальцами обратно на доску и взглянул на Лу Циньюня, даже не замечая, как того передернуло от холода в его взгляде. — Хочешь сыграть? Если да, то я не против составить компанию. Его голос был действительно приятным и помогал успокоиться, но этот холодный взгляд не давал расслабиться, что заставляло чувствовать угрозу. Однако, отказываться от, возможно, веселой игры не хотелось. — Думаю, это будет неплохой идеей. Как никак, уходить отсюда я пока не планирую. А ты, не боишься продуть мне? Стоило попытаться подогреть интерес к игре как у себя так и у противника, азарт тоже важная часть игры, даже если ставок не делается. Будет не интересно если человек будет играть не выкладываясь на полную. И так, ход за ходом, пешка за пешкой, диалог завязался сам по себе. Никто не был профи в игре, но порой главное это эмоции полученные во время этой самой игры. — Думаешь, я так легко сдамся? Ты меня недооцениваешь, А-Цзю. А вот Лю Цзянхэ явно был слишком уверен в себе и проигрывать не собирался. На самом деле, играть с ним было довольно приятно. Он всегда делал ход быстро, без заминок, точно зная куда нужно ходить. — Уже прозвища пошли? Мы знакомы не так долго. Кажется, ты слишком много себе позволяешь. Лу Цзю кинул недовольный взгляд на оппонента передвинув пешку на соседнюю клетку, но тот лишь посмеялся делая следующий ход, будто то, насколько по-идиотски он выглядит в чужих глазах было последним что заботило этого человека. Это злило, но так же заставляло кровь в венах закипать, а глаза гореть пламенем в предвкушении победы. Не заметить подобное воодушевление было трудно, но Цинъюнь предпочел съязвить в ответ на подобное игнорирование. — Вижу, издеваться над людьми твое хобби. Верно? Манера общения Лю Цзянхэ была на удивление приятной. Он не был раздражающим или навязчивым, будто всегда знал что именно стоит говорить в той или иной ситуации. Даже зная его всего несколько минут уже хотелось залезть к нему в мозг и разузнать, чем же все-таки заняты все его мысли. Хотя, вскрыть человеку череп прямо на столике в кафе будет плохой идеей. Да и мысли об экспериментах над людьми всегда заставляли тошноту подступать к горлу, а внутренние органы сжиматься. — Хорошая партия выходит. Вижу, тебе и самому это по душе. Занимался этим раньше? Человек напротив, казалось, всегда говорил спокойно. Хотя с его стороны были некоторые колкости, в остальном диалог шел легко и непринужденно. — Ну, вообще меня научил старший брат. Я тогда еще в школе учился. На самом деле, не так приятна игра шахматы, как находиться в кругу семьи. Лу Цзю любил вспоминать вечера, которые они с братом проводили за игрой в шахматы или карты, пока их младшая сестра наблюдала и делала ставки на то, кто же победит и заберет себе дополнительную порцию мороженого к ужину. — Вот как. Было бы интересно послушать еще. Игра была довольно напряженной, но диалог шел все так же легко. Противник, кажется, на самом деле не очень то интересовался всем тем, что ему говорили, но все же слушал, иногда, между делом, вставляя пару слов просто чтобы поддерживать диалог. — Ну, о моей семье не много можно сказать. Брат работает хирургом, у него несколько высших и своя клиника, сестра недавно устроилась на работу в отделение милиции недалеко от дома, поднабраться опыта в качестве стажера, а я как и брат в медицину подался, только по другой специальности. Собеседник, кажется, удивился ответу. По крайней мере, брови его немного приподнялись, да и в глазах проскользнуло что-то похожее на реальный интерес. Однако, эта эмоция очень быстро сменилась лукавой насмешкой, а улыбка расползлась по его лицу. — Так ты врач? Наверное, все девушки в округе желают записаться на прием к такому очаровательному молодому врачу? Эти слова заставили Лу Цинъюня рассмеяться, настолько глупо они звучали в его глазах. На его работе, если кто-то и мог с ним заигрывать, то только отходящие от наркоза люди, несущие полный бред. — Ну, не совсем. Я анестезиолог, поэтому не думаю что кто-то смог бы заигрывать со мной в трезвом уме. Человека напротив явно разочаровало то, что его подкол оказался неудачным. Он с наигранно недовольным лицом переставил фигуру с одного места на другое, но все же решил продолжить нести околесицу с неподдельныи весельем. Эта ситуация кажется довольно забавной. — Опровергаю! Будь я девушкой, меня бы это не остановило. Будь у Лу Цзю во рту кофе, он бы уже трижды подавился от такого заявления и начал смеяться не в себя. Нужно же придумать такой до смешного глупый ответ. — А это признание? Хотя, думаю, Циншуан не понравится то, что мой парень будет красивее чем она. Слишком сильная конкуренция. Довольно забавно. Сейчас Лю Цзянхэ уже не выглядел таким холодным и пугающим, как в начале. Возможно, у них даже выйдет поладить в будущем. Хотя, о каком будущем идет речь, они и часа не знакомы. — Циншуан это, я так понимаю, твоя сестра? Только сейчас, когда его об этом спросили, Цинъюнь вспомнил, что его собеседник еще не знает имен его брата и сестры. Для него это было довольно неловко, вот так начать общаться с почти незнакомым человеком с такой легкостью, будто они знакомы уже не один год. — Да, именно так. Сестра Се Циншуан, а брата зовут Се Цинсюань. Услышав имя Се Цинсюаня, Лю Цзянхэ распахнул глаза в удивлении, но сразу после быстро вернул на лицо все то же спокойное выражение лица, что и раньше. — Мне кажется, я уже где-то слышал это имя. Случайно не твой ли брат заведует одной из самых элитных клиник в нашей области? Если так, то это действительно удивляет. Этот вопрос вызывает мимолетное ощущение кома в горле. Возможно, Лу Цзю просто немного перенервничал в начале из-за угрожающего взгляда человека напротив и мысли его зашли не туда, куда нужно. Хотя этот вопрос был резонным, ведь трудно сдержать удивление, когда совершенно случайный человек вдруг оказывается родственником кого-то известного на всю страну своим невероятным талантом в медицине. — Да, именно так. Мы работаем вместе, а потому часто видимся. Мой брат довольно известный хирург, я всегда восхищался им в детстве. — О как... Настолько хороший человек? Должно быть, вы очень близки. Лу Цзю вздохнул, будто пытаясь успокоить нежеланные мысли. Он сделал глоток кофе, а после, почувствовав острый приступ тошноты, резко встал из-за столика. — Мне самую малость поплохело. Я скоро вернусь! Цинъюнь в спешке убежал в сторону мужского туалета, с трудом сдерживая рвотные позывы. Лишь заперевшись в туалетной кабинке, он смог выпустить на волю все содержимое своего желудка. Мерзость какая, единственная мысль, которая лезет в голову в такой ситуации. Глаза слезились, горло жгло, а голова кружилась. М-да... Так себе посиделка. Лишь подойдя к зеркалу можно было рассмотреть тот ужас, который произошел с волосами и лицом уже изрядно вымотавшегося от такого резкого приступа тошноты Лу Цзю. Пучок, ранее закрепленный серебряной шпилькой с ласточкой уже совсем распался после такого, а в серебристых глазах, казалось, проплывали искры. Вот что действительно значит "вывернуло наизнанку". Даже после того как Лу Цзю умылся и наглотался воды прямиком из под крана чтобы убрать отвратительное жжение в горле, он чувствовал себя отвратительно, а поскольку скреплять пучок заново было бы долго и неудобно в нынешней ситуации, он достал из кармана обычную резинку для волос и собрал растрепавшиеся локоны в длинный хвост. Было жаль красивую прическу, но ничего не поделаешь. Измотанный и будто побитый жизнью, он все же вернулся за столик, игнорируя скользящий по нему взгляд, будто спрашивающий, что же это все-таки было. Паршивый сегодня денек, однако. Хоть бери и рассыпайся в оскорблениях, надеясь что это хоть как-то поможет снять уныние. — Прости что так резко ушел, почти ничего не сказав. Продолжим игру? Голова все еще шла кругом, но неприятные ощущения после внезапного опустошения желудка уже почти прошли и можно было немного расслабиться. Не каждый день такое происходит. Видимо, сегодня правда очень неудачный день. Лю Цзянхэ все еще выглядел непонимающим. Для него, по всей видимости, был в новинку тот факт, что кто-то посреди спокойного диалога может просто сбежать в туалет и выблевать себе весь желудок, а после вернуться как ни в чем не бывало, предлагая продолжить эти посиделки будто ничего и не было. — Ты точно впорядке? Выглядишь паршиво. — В полном. Просто немного нездоровится. Давай все же продолжим партию? Он настаивал на своем, а потому не оставалось ничего другого, кроме как просто согласиться продолжить партию. Повисло неловкое молчание, все никак не выходило подобрать слов. — Может расскажешь еще что-нибудь о себе и своей семье? Слишком уж уныло в тишине сидеть. Эта тишина в действительности напрягала. Хотя и светская беседа не всегда идет на пользу в таких ситуациях, но ничего другого не остается. Нужно как-то разбавить гнетущую атмосферу. — Тут кофе вкусный. Я часто бываю в этой части города и иногда захожу сюда, но обычно беру кофе на вынос. — Да, кофе в этом месте правда замечательный. Помню, раньше на этом месте был простой магазин. Захаживал сюда как-то, когда еще жил в этом городе до переезда. Рад что выдалась возможность вернуться. Понемногу, но тема для разговора все же нашлась. Приятно, когда есть что обсудить с человеком, даже если вы почти не знакомы. Лу Цзю всегда нравилась такая спокойная атмосфера при общении с людьми. За диалогом они совсем уже и позабыли про игру в шахматы. — Я тоже раньше жил на этой улице и часто заходил купить что-то. Приятные воспоминания, даже как-то жаль, что нельзя вернуться в прошлое и вновь пережить эти моменты. — Скучаешь по беззаботным денькам? Понимаю твое желание вернуться. Могу рассказать тебе про ягненка, мне его старший брат подарил! Многим было бы интересно рассказать о своем первом питомце, ведь часто домашние животные очень сильно влияют на то, кем становится человек в итоге, но Цинъюнь, видимо, не был рад тому, чтобы послушать о маленьком домашнем ягненке, а потому сразу предложил перевести тему. — Да-да. Старший брат, ягненок. Не стоит распинаться об этом. Давай лучше о чем-то другом. Как тебе здешние десерты? Лю Цзянхэ был разочарован тем, что его даже не захотели послушать, но быстро переключил свое внимание на что-то другое. Порой казалось, что он понимает намного больше, чем говорит. — О, да, они очень вкусные. Давай просто продолжим игру. Вижу, тебе не слишком интересны истории про животных. — Домашние любимцы все равно рано или поздно умирают. Животные не живут так долго, не вижу в этом смысла. Это не совсем то, что стоит говорить при разговоре, но это не имеет значения. Сейчас больше всего хотелось поговорить о чем-то неважном, хотя эти слова и могли обидеть собеседника. — Прости. Наверное, я выразился слишком грубо. Я не считаю твои слова бессмыслицей, я просто... — Не стоит извиняться, все в норме. Я просто подумал, что это могло бы поднять настроение. Вижу, у кого-то явно плохой день. При первой встрече Лю Цзянхэ казался угрожающе холодным, но при этом очень тактичным и доброжелательным. Его внешняя отстраненность и поведение никак не сходились между собой, что вызывало излишнюю настороженность по поводу этого человека. Интересно, он всегда такой обходительный с другими, или лишь старается создать хорошее впечатление у нового знакомого? — Мы так и не закончили игру. Давай продолжим. Партию в шахматы можно было бы давно закончить, если бы никто не отвлекался на посторонние разговоры и неловкое молчание, но вышло так, что только сейчас она наконец начала подходить к своему завершению. Вот и почти конец. Всего пару ходов до того чтобы поставить шах и мат противнику. Сердце стучит в предвкушении, глаза снова сияют огнем. А вот и последний ход, фигура легко стучит по доске и вся уверенность в победе в этой партии пропадает не оставляя и следа. Проиграл. Так просто взял и проиграл. довольно печально, хотя нельзя сказать что это разочаровывает. Даже несмотря на некоторые неловкие моменты, вечер был веселым и хотелось бы повторить эту игру в будущем. Может быть тогда и удастся наконец победить. — Впечатляет... А-Цзю, ты проиграл. Улыбка на лице оппонента, радующегося своей победе, выглядела такой искренней, что и самому Лу Цзю захотелось рассмеяться и поздравить его с этим, но тот решил держать себя в руках. — Да, я проиграл, ты огромный молодец. Неплохой вечер вышел, надеюсь мы сможем еще как-нибудь сыграть. Дождь льет уже не так сильно, мне пора домой. Все еще наполовину полный стаканчик с кофе так и стоял на столе, но вряд ли кто-то сейчас захочет до конца выпить уже порядком остывший кофе. В конце концов, его поднимают со стола, но не выбрасывают. По стаканчику осторожно водят черной ручкой, старательно выводя на нем цифры. Это номер телефона. Щелчок, Лю Цзянхэ убирает ручку обратно в карман и протягивает своему собеседнику его уже остывший кофе. — Было приятно познакомиться. Напиши мне, как будет время. Взглянув на номер на стаканчике, уже даже как-то и не хочется выбрасывать его в мусорку. Да и оставшийся кофе жалко, пусть он уже и остыл. Залпом выпив все что осталось, Цинъюнь прощается и выбегает из кафе спеша по дороге домой, игнорируя усталость. Легкий дождик все еще проходился моросью по уже мокрой земле, а легкий ветер приятно обдувал лицо. Воздух был влажным и приятным, а настроение было куда лучше. На улице было уже темно, обувь все так же хлюпала по з лужам оставшимся после сильного ливня, заставляя поверхность воды колебаться разбрызгивать мелкие капли воды в разные стороны. К чему же приведет подобное знакомство и зачем эта встреча вообще случилась? Кто-ж его знает. Мысли уходят куда-то в сторону, прохлада приятно обволакивает тело и уже не хочется ни о чем думать. Сейчас охота просто прогуляться под приятным мелким дождем и пойти домой лишь под утро, когда солнце уже будет подниматься. Эта ночь будет долгой, впереди ждет интересная прогулка по ночному городу.