Выбери "Да"

Феликс всю жизнь следует правилам. Четкий распорядок дня, который никогда не нарушается. Планирование недели каждое воскресенье, которое проверяют родители. Личный дневник, в котором всё пишется по одному плану. И который тоже проверяют родители. Феликс - тот самый ребёнок, а затем и подросток, который всегда один. Не ходит на прогулки, не ходит на тусовки, учится идеально, так ещё и в тхэквондо успехи делает. В 8 Феликсу всё равно, в 12 немного обидно, а в 15 становится одиноко. Пока не переводится Хёнджин. Он - самый яркий и громкий. Он есть всегда и везде. От его присутствия поначалу у Ликса в глазах рябит, а уши вянут от слишком громкого смеха. Хван учится так же хорошо, как Ли, но слишком отличается. У него есть друзья, он обожает танцы, но совершенно не думает над поступками и будущим. Феликсу кажется это странным. Необычным. Чем-то сказочным, потому что он не привык к такому. Хван подходит сам - даёт свой номер, предлагает пообщаться. Феликс прячет кусочек тетрадки от родителей, а потом забивает номер Хёнджина, подписывая как "Странность". Феликсу становится тяжело придерживаться плана. Он общается с Хваном круглосуточно, даже в школе, даже в перерыве на тренировке, даже пока делает уроки, даже когда планирует неделю. Ликс в тайне от мамы ложится на несколько часов позже или встаёт раньше, потому что уроки не доделаны, а прекращать переписки с Хваном из-за низкой успеваемости Ликс точно не хочет. Феликс недосыпает, меньше ест, но терпит. Хван слишком необычный в общении, и Феликсу очень нравится это. И нравится, что у него есть друг. Хёнджин определяется с универом буквально за день до начала подачи документов. Феликс же знал всё лет с 11. Хенджин поступает по конкурсу в один из лучших танцевальных универов страны. Феликс же готовится стать юристом. Как и знал с 6 лет. Хван собирает вещи, чтобы переехать в Сеул. Хван оправдывает звание странности, потому что уезжает за месяц до начала учёбы, оставляя Ликса одного. Родители Феликса покупают билеты, чтобы вернуться в Австралию. Вместе с сыном. Ли узнает об этом за день до вылета, когда все вещи собраны. У Феликса разбивается сердце, и никакой пластырь не может его склеить. Ликс сбегает ночью, забирая с собой все свои вещи, потому что таковых оказалось очень мало. Он покупает билет до Сеула, приезжает туда и звонит Хвану. -Феликс? Ты чего так поздно? Или уже рано? - Хван зевает прямо в трубку, и Ли становится стыдно. Кажется, здесь странный только он. -Я в Сеуле. Могу переночевать у тебя? Пожалуйста. -Конечно, без проблем. Адрес сейчас скину. Или тебе вызвать такси? -Не стоит, я дойду. Хван отключается и через минуту присылает адрес. От вокзала идти минут 15 пешком, поэтому Феликс выдвигается. Хван встречает у многоэтажки, молча помогает с чемоданом, размещает Ли в своей спальне, а сам уходит в гостиную. Феликс чувствует себя неуютно, потому что нарушил чужую зону комфорта. Ли не спит всю ночь, ища объявления о работе, пишет в несколько мест. А затем решает поступать вместе с Хёнджином. Мать названивает тысячу раз, а затем отправляет лишь одно сообщение. Я знаю, что это из-за твоего дурацкого Хёнджина. Оставайся с ним, педик. Ты нам больше не сын. Феликс даже ответить не может, потому что мать и отец заблокировали его везде. Может, оно и к лучшему, потому что теперь Ликс чувствует себя виноватым вдвойне и готов лететь в Австралию. Феликс плачет на коленях у Хвана, пока старший рукой проводит по мягким волосам, пересчитывает веснушки и родинки на руках, успокаивает. Ликс извиняется тысячу раз, обещает найти квартиру, работу, уехать, переехать в общежитие, не появляться в чужой жизни, не ломать её. Хван же тихо посмеивается, шепчет милости и просит остаться навсегда. На следующий день Феликс подаёт документы в универ, а потом понимает, что на танцы ходил несколько раз, и то, только чтобы смотреть на Хёнджина. Тем не менее, его принимают, и теперь он будет учится вместе с Хваном. Феликс часто гуляет, смотрит на уличных танцоров, заряжается мотивацией. Он всё реже планирует неделю, меняет распорядок дня и редко придерживается его, засиживаясь вместе с Хваном в студии и смотря вместе фильм. Феликс чувствует к Хвану безграничное тепло и сладость, потому что с ним Ли понимает, что нужен кому-то. Учебный год начинается неожиданно, вырывая из летнего настроения, заставляя становится профессиональным танцором. Феликс быстро учится, слушает советы Хвана, становится вторым после Хёнджина и даже не бесится по этому поводу. Ему нравится танцевать, он отдаётся полностью, растворяется в музыке и движениях, которые придумывает на ходу. Сдаёт зимнюю сессию на отлично, встречает новый год, отдыхает зимой и ловит первые снежинка ртом. И всё это совместно с Хёнджином. Феликс теперь понимает слова матери. Он действительно влюблён. Влюблён в изящные и точные движения Хвана по время танцы, влюблён в его еду, которую тот часто готовит на ужин. Влюблён в колечки на волосах за ухом, в улыбку с ровным рядом зубов, которую Хван дарит всем. Влюблён в чужую доброту и нежность, которой одаривает Хёнджин Феликса. Он влюблен в чужую странность, которая притягивает, засасывает, не даёт думать ни о чём другом. Феликс разговаривает о своих чувствах в начале февраля. Хван заметил, что блондин ведёт себя по другому, опять планирует всё до мелочей, ест и спит урывками, не заботится о себе от слова совсем. -Что с тобой? Феликс не хочет отвечать. Он не может признаться вот так сразу. Он не умеет. -Влюблён.

В тебя. В твои горящие глаза,чуднýю родинку под глазом.

-Это славно. Я тоже влюблён.

В меня? В мои неловкие попытки приготовить тебе завтрак? В зазубренные правила жизни?

-Почему не признаешься? -Я не уверен. -Ты же странный. -Почему? Всмысле странный? Феликс хочет завести тираду, рассказать о всём, что ему нравится в Хване, но он не может. Он не планировал такого. -Ты спонтанный. Хван удивляется, выключает огонь на плите и снимает блинчик. -А разве это не хорошо? Если стоит выбор мeжду «да» и «нет»,то однозначно «да». Сделaй это: скажи, встреться, обними. Поцелуй, признайся в чувствах, почувствуй адреналин. И пусть, если получится ерунда. Ты будешь знать, что хотя бы пытался, а это уже что-то да значит. Феликс после этого несколько дней ходит поникшим. Во всем Хван виноват. Сказал, что влюблён, выдал тираду про свою странность, а Феликс теперь себя плохо чувствует. Неужели планировать так плохо? Ликс не замечает, как наступает 14 февраля, а Хван, громко хлопнув дверью, уходит из квартиры. Феликс кажется это слишком странным, но тем не менее, он чувствует себя виноватым не пойми в чём. Хочется побежать следом, успокоить, поговорить, провести ночь вместе под звёздные небом, вдыхая снежинки и морозный воздух. Хёнджин, всё в порядке? Куда ты ушёл? Феликс видит, что Хван почти сразу заходит в сеть, читает и печатает ответ. Это вызывает крохотную улыбку и звёздочки в животе. Прогуляюсь до студии. Может, потанцую. Не переживай, ложись. Феликс действительно хочет лечь, потому что знает, что в такое позднее время в студии находится Минхо - её владелец и друг Хёнджина. Но всё равно что-то гложет внутри. Ли не может забыть слова Хёнджина, а затем берет свой дневник для планирования, перечитывает несколько раз. А затем сжигает его на балконе, рассыпая пепел на воздухе. Феликсу будто дышится лучше. Морозный воздух остужает горячее сердце и полные воздуха лёгкие, отрезвляет мысли, собирает по полочкам эмоции. И Ликс, неожиданно для себя, признает, что любит Хёнджина. Так просто. Без бабочек в животе, жжения на кончиках пальцев. Просто любит. Будто это данность, что-то генетически заложенное ещё у матери в животе. Феликс срывается с места, зыбывая переодеть домашние штаны и футболку. Воздух теперь пьянит, когда Ли бежит по пустым улицам Сеула, даже не следя за дорогой. Он бежит так, как чувствует сердце. Ликс настигает Хёнджина у входа в студию. Останавливается в нескольких метрах, глубоко дышит с одышкой, но смотрит со звёздами в глазах на Хвана. -Я же сказал, что в порядке, зачем ты.. -Я люблю тебя. Хван роняет ключи, теребит пальцами дверную ручку и, наконец, поворачивается. -Я люблю тебя, - Феликс повторяет, не для себя. Для мира, для окружающих, чтобы весь мир слышал это признание. Простое и лёгкое. Настолько спонтанное, что Феликсу из прошлого было бы тошно. -Ты любишь меня? Или очередная спланированная шутка? Сегодня же 14 февраля, верно? - Хван нервно смеётся, поднимает ключи и вставляет в замочную скважину с пятой попытки. Ликс подходит ближе, помогает открыть дверь, пропускает старшего вперёд, останавливаясь на пороге. -Я не планировал. Прибежал сюда следом, чтобы сказать тебе это. Феликс всё ещё тяжело дышит и понимает, что переживает. И чувствует кипяток вместо крови, который блуждает по телу, разгоняя адреналин. -Не верю. Ликс доказывает - подходит ближе, касается губами уголка чужих. А затем целует нос, щеки, чудную родинку под глазом. Хван не останавливает - сам тянется вперёд, наслаждается чужой спонтанностью, а затем целует сам. Так странно. Феликс не привык. Но привыкнет. Или уже?