Соль на губах

На дне, куда не может заплыть человек, живут самые таинственные существа. От акул до русалок и сирен. Эти существа очень умные, плавают на дне, собирают вещи, что затонули. Сражаются за территории точно также как и люди, разговаривают и веселятся. Плавают за рифы, иногда всплывают на поверхность. Русалы защищают свои дома, а русалки продолжают род, заботятся о своих детях, наводят чистоту. Мидория Изуку обычный русал, с красивыми длинными зелëными волосами, с малахитовыми глазами. Хвост переливается всеми оттенками зелëного, от самого тëмного до самого светлого. Изящен, но силëн. Обожает плавать с другими наперегонки, ловить рыбу и плавать на поверхность, наблюдать за людьми. Он прекрасно осознавал кто это, что они делают и что говорят. Изуку была интересна музыка, она лилась из деревеньки неподалеку от моря. Вечером, когда уже солнце садилось, русал всплывал наверх, прятался за камнем и смотрел на мужчину, который держал в руках флейту. Музыка была веселая, лилась не переставая. Человек всегда был одет в одно и тоже, простая рубаха бежевого цвета, чëрные штаны с ремнями на бедрах и мощные сапоги, способные раздавить кого угодно. Блондинистые волосы, которые торчали во все стороны, как ëжик, и рубиновые глаза. На шее висел клык, продолговатый и желтоватый. Изуку думал, что это клык какого-то зверя. Но точно не знал кого. Он иногда видел на берегу леса оленей или медведей. Но это были не они. Как и прошлые разы Изуку всплыл на поверхность, устроился на камне, спиной ложась на скалу и прикрыл глаза. Мужчина как обычно начал напевать мелодию, а после запела и флейта. Сегодня музыка была грустной. Она тяжело лилась, затягивая во водоворот чувств и эмоций. Не замечая за собой, Изуку стал напевать за музыкой. Человек резко остановился и прислушался. Но услышал лишь шум моря и крик чаек вдалеке. Он покрутил головой, но ничего не найдя, продолжил, лишь глядя на поверхность моря. Тем временем Мидория, прикрывая свой рот, прятался в воде. Острые когти царапали кожу, но ему было наплевать. Он просто не удержался и запел в след мелодии. Нужно быть осторожнее. Он обречëнно уплыл на дно к своей матери. Он обещал, что поможет ей в украшение дома. Скоро у них праздник, день рождение принца. Мидория не часто его видел, лишь знал, что тому столько же сколько и Мидории, то есть 100 лет. Русалки живут несколько столетий, пока не теряют свои силы. Мидория был очень юн, полон сил и храбрости. Пускай он и был красив, но русалки к нему не часто подходили. Их настораживали его интерес к чему-то земному, человеческому. Многие считали людей просто глупыми существами с двумя ногами. Сирены так вообще утягивали за собой их, питаясь ими. Мидория не понимал их, лишь странно смотрел, когда другие про это говорили. Русал считал людей вполне умными, они одеваются, умеют говорить, играют чудесную музыку, не такую как у них. Поэтому иногда даже спорил с русалками. У него есть друзья. Воинственный Иида, он участвует в патрулирование города, потому что самый быстрый. Обожает точность и идеальность, подражает своему брату, который занимает высокий пост. И его подруга Урарака, милая русалка, которая обожает всë милое, очень энергичная. Показывает и рассказывает самые свежие новости. Он честно обожает своих друзей. – Эй, Мидория! Изуку повернулся, он уже почти доплыл до дома, как его позвали. Развернувшись, он с усталостью обнаружил Моному. Надоедливый русал, который вечно ко всем липнет. Что-то кому-то доказывая. – И тебе привет Монома. Что-то нужно? – Нужно, найти самые красивые кораллы и принеси их во дворец. Меня попросили, но раз ты ничем не занят, то думаю великодушно возьмëшь это на себя. Мидория открыл рот, попросили Моному, а ему отдуваться? Вот ещë. – Я занят. Я обещал помочь матери. Монома состроил обиженную мордочку. – Ну пожалуйста, я не успеваю. – Нет. Мидория быстро развернулся и уплыл. Вслед он услышал кучу не хороших слов. Их дом был недалеко от ларьков с рыбой. Милый небольшой домик со всеми удобствами, нужно было помочь матери развешать цветы, украсить дом изнутри. Поэтому долго не думая, он принялся за работу. – Изуку, ты такой у меня хороший. Когда уже ты приведëшь ко мне русалочку? – Ну мам, ты же знаешь, что они мне не интересны. По крайней мере сейчас. – Знаю, дорогой, но буду ждать. Мидория улыбнулся, мать ждала маленьких детишек. Но он ещë молод и это ни к чему. Сначала нужно выучиться. Он очень хочет помогать оборонять свой дом, свой город. – Изу, дорогой, тут к тебе. Мидория заинтересованно высунул голову из-за двери, на пороге стояла Урарака, в руках держала вкусности. – Это вам! Урарака радостно замахала своим розовым хвостом. – Ох спасибо, милая. Проходи давай. – Не успеваю, мне нужно уже плыть, я обещала помочь Моме. Изуку может мне помочь? – Да, конечно. Изу, иди помоги Урараке. – Иду! Мидория поцеловал мать в щеку и уплыл. Как только они отплыли достаточно далеко, Очако схватила его за руку своей маленькой ладошкой и потянула за скалы. – Что ты... – Тише! Они чего-то подождали и поплыли на вверх. Мидория недоумевал, что они делают. Свет от Луны был всë ближе и ближе. Они всплыли на поверхность. Море было спокойно. – Что мы тут делаем? – Хочу познакомить тебя с людьми. – Сделать что!? – Познакомить с людьми, я разговорилась с одним парнем на пляже. Он помог мне выпутаться из сети, такая лапочка. Мидория в шоке смотрел на подругу, но та была серьёзна. Поэтому ничего не оставалось, как подчиниться. Они плыли относительно недолго, до самого пляжа. Там уже сидело два человека. Красноволосый зубастый мужчина и блондин. Они о чем-то разговаривали пока не услышали всплеск воды. Красноволосый радостно замах руками, подзывая русалок. Мидория замер, этот блондин был тем самым, который играл на флейте каждый вечер. Он робко подплыл к берегу и лëг на живот, так, чтобы половина тела была на берегу, другая в воде. Урарака радостно завопила. – Кири! Привет, я привела друга. Знакомьтесь, это Изуку - мой лучший друг. Ещë есть Иида, но я его не нашла. Кири осматривал русала, который смотрел в ответ. – Привет, я Киришима, а это Кацуки. Киришима показал пальцем на блондина, который с особым интересом осматривал русала. В свете луны русалки становились просто до невероятности красивыми, хотелось их спрятать от всех, любоваться только одному. Но долго они на суше не смогут, погибнут. На самом деле мало кто знал про этих чудесных существ. Пока Очако и Киришима о чем-то болтали, Кацуки разговаривал с Мидорией. – Ну что, Деку, как там внизу, под водой? – Я не Деку, а Изуку. Мидория нахмурился, совсем не таким он представлял этого человека. – Не хмурься, тебе не идëт. Голос мужчины был хриплым и грубым. Говорил он прямо и не боялся других. – Хорошо под водой, тихо, хотя на нас иногда нападают сирены. – Ну нихрена, ещë и сирены существуют. Так вот кто топит наши корабли. Мидория осматривал мужчину поближе. Ровный красивый нос, густые брови, рот постоянно в ухмылке, правое ухо было проколото. Мидории он напомнил пирата. Не хватало лишь повязки на глаз и чëрного длинного плаща. – Чë вылупился Деку? – Ничего. Мидория улыбнулся, совсем застенчиво, но искренне. Кацуки застыл. Его глаза быстро двигались, осматривали русала. Стройный юноша, с прекрасной бледной кожей, в некоторых местах кожи чешуйки под цвет хвоста, красивые клыки. А самое главное шикарное лицо и прекрасная улыбка, сладкая, как мëд. Кацуки нахмурился, а Изуку лишь лениво водил своим хвостом туда-сюда. – Ты очень красиво играешь на флейте. Изуку подставил руки под подбородок и уставился на мужчину. Тот, рисуя палкой на песке фигурки, остановился. Он ошарашенно посмотрел в ответ и спустя секунду нахмурился. – Откуда ты знаешь? – Я приплываю сюда каждый вечер, чтобы послушать твою музыку. – Ха, а смелости подплыть не хватает? Бакуго усмехнулся, но было видно, что он переживает. – Откуда я знаю, как ты отреагируешь на меня. Вдруг забьëшь. – Не неси чепухи. Мидория лишь кивнул. Оставшееся время он молчал, ждал пока Урарака закончит. Когда настало время уплывать, Кацуки вдруг сказал: – Эй, Деку. Приплывай завтра вечером, я буду ждать. Мидория, подумав секунду, кивнул. Урарака с удивлением смотрела то на одного, то на другого. По пути обратно он все ей рассказал. Следующий день двигался очень медленно, народ веселился, дети играли в салки, русалки готовили еду, русалы добывали еду. Все были заняты, Мидория весь умотался. Тем более сегодня он учил новый приëм с копьëм, чтобы защищаться. Наконец-то, когда пришëл вечер, Мидория тихо всплыл на поверхность и поплыл к берегу, где его уже ждал Кацуки. Тот вырисовывал круги на песке. – Каччан? Кацуки оторвался от дела и снова нахмурился. – Какой к чëрту Каччан, я Кацуки, рыбья ты голова. – Раз я Деку, то ты Каччан, это справедливо. Мидория задрал голову и усмехнулся. – Ах ты! Кацуки попытался достать до Мидории, но лишь споткнулся и упал в воду, подняв кучу брызг. Изуку захохотал. А Кацуки принялся материть всех и раздражëнно поднимался на ноги. – Чего ржëшь? – Ты так смешно упал! Кацуки зарычал. Над ним смеëтся рыба! Блондин фыркнул и поправил волосы, он снял ботинки и поставил их на сушу. Все-таки они дорогие, за 20 золотых на рынке купил. Прочные и надëжные. Кацуки присел на корточки рядом с Мидорией, вода приятно обмывала ноги. Мужчина достал флейту и быстро перебирая пальцами, начал играть мелодию. В этот раз музыка была тихая и спокойная, как этот вечер.Солнце садилось, окрашивая мир на яркие оранжевые цвета. Мидория перевернулся на спину и уставился на Кацуки. Его волосы иногда двигались от порывов не сильного ветра, рубиновые глаза были устремлены в даль, рубаха была насквозь промочена и красиво просвечивала. Весь он был идеалом. Мидория стал считать его искусством. Кацуки прикрыл глаза на окончании мелодии и повернул голову к Изуку. Тот не стесняясь смотрел в ответ. Кацуки наклонился и поцеловал русала, вкус его губ был солëным, но прекрасным, как и он сам. Мидория прикрыл глаза и отдался чувствам. Поцелуй был нежным. Кацуки оторвался первым и лишь снова сел на корточки. Они не разговаривали до самого утра, а после просто разошлись. На губах лишь осталось тепло, а в сердце любовь.