«Через слёз к звёздам»

Люди не понимают друг друга Люди пугают да врут Pyrokinesis «Отказываю небу»

Отношения Гриффиндор и Слизерин всегда были натянутые. До того, что трещал весь Хогвартс. Постоянные стычки между студентами, издевки, проклятия исподтишка. И это касается двух факультетов сразу. Профессора пытались что-то сделать, но это было бесполезно. Если студенты не слушают деканов, разве они послушают префектов, когда и те сцепляются не на жизнь, а на смерть. Столько яда, что Замок мог спокойно погрузиться в него по самый шпиль Астрономической башни. Гриффиндорский префект, а именно Ремус Люпин, на дух не переносил слизеринского — Люциуса Малфоя. В нем бесило все, начиная от внешнего вида, заканчивая просто осознанием того, что студент существует. Блондин испытывал такие же чувства к шрамированному. А самым главным объектом для подражания младшекурсников был один из Мародёров. Эта колба с высококонцентрированным ядом валлийской кобры под именем «Северус Снейп». Да и Артур Уизли не отставал от лучших друзей. И всё было бы ничего, если бы эта шестёрка не донимала Люциуса каждый раз, когда встречает. И только невероятная выдержка не давала слизеринскому префекту пустить в них какое-нибудь темномагическое собственной разработки. Если бы Мародёры когда-нибудь задумывались о последствиях своих действий, Люциус очень сильно бы удивился. Но пока, об этом приходилось лишь мечтать. На Хаффлпафф и Рейвенкло было в разы спокойнее. Бенджамин Фенвик — негласный префект Воронов, уже несколько лет находился в трауре по погибшему брату, заразив этим и сокурсников. Дэнниэл Колдуэлл, которого блондин посадил в кресло префекта, исправно слушал его и пытался поддерживать порядок. Пусть это и было трудно, ведь гостиная больше походила на оранжерею, да и студенты не всегда слушались, если Бенджамина не было рядом. В это время у Барсучат было тихо так, что иногда казалось, что этого факультета не существует. Эдгар Боунс — их префект, не слишком много мог сделать для факультета из-за слепоты, но служил защитным щитом. Поэтому ему очень помогал Эдвард Тонкс, которого все называли ласково — Тедди. Они оба образовывали тот странный тандем, который понимали далеко не все.

Каждая ругань и каждая ссора трещину даст и станет расколом