Спасти возлюбленного из книги

      — Тот пуффендуйский староста, Седрик Диггори, — внезапно начала Ребекка, нарушив тишину. — Вы с ним прямо одновременно вошли в Большой зал. После дежурства столкнулись в коридоре?       Рука Дианы замерла, крепко сжимая перо. Обычно бледные щеки девушки залились румянцем. Малфой опустила голову, пряча лицо за каскадом волос, надеясь скрыть смущение.       — Да-да, прямо у дверей столкнулись, — кивнула Диана. Эйвери бесстрастно хмыкнула.       В диван рядом с Дианой со всей силы плюхнулся Эдриан, от чего блондинка подскочила и выронила перо. Пьюси поднял инструмент для письма и, под пристальным взглядом девушки, аккуратно положил его на ее книгу. Парень раскинулся на кожаном диване, практически заняв большую его часть. Правую руку он закинул на спинку за Малфоем.       Диана заметила книгу в руках друга, и Эдриан это подметил.       — Я попросил бабушку передать мне пару книг по истории магической Британии, а она ещё прислала том о чистокровных волшебных родах, — сказал Пьюси, крутя в руках увесистую книгу. — Тут кстати и ваши имена есть.       После слов Эдриана Диана и Ребекка отвлеклись от своих письменных работ по трансфигурации и с интересом взглянули на книгу. Парень открыл её и начал быстро листать страницы. Когда Пьюси остановился, Диана заметила на заголовке большой стилизованный герб Малфоев: два дракона поддерживали щит, на котором преобладали зелёный и чёрный цвета. В центре щита выделялась изящная буква «М». Диана привыкла видеть эту эмблему практически каждый день в Малфой-Мэноре. У каждого Малфоя был собственный металлический значок с этим гербом, который можно было прикрепить к любой одежде. Несмотря на то, что Диана не особо любила носить этот символ, она всегда держала его при себе. Сейчас значок лежал на дне её чемодана.       Диана взяла книгу и начала листать её, не слишком вникая в текст. Её больше интересовали разделы о современных членах семьи. Точнее, о самой себе.       — Я немного почитал про вашу семью и заметил, — Эдриан бросил взгляд на Диану, — что, кроме тебя, Диана, среди Малфоев вообще нет упоминаний женщин, рождённых в этой семье.       Диана задумалась. Действительно, за все годы своей жизни как Диана Малфой, она ни разу не встречала или не слышала упоминаний о женщинах из рода Малфоев. В библиотеке Малфой-Мэнора была книга с их семейным древом, но и там Диана не могла припомнить имён женщин, рождённых в семье Малфоев. Были упомянуты лишь жёны её предков, ставшие Малфоями через брак. Например, Нарцисса.       — Я и сама о них ничего не знаю, — сказала Диана и уловила недоумевающие взгляды друзей.       Наконец, она дошла до страницы, где увидела знакомые имена.       «Сын Абраксаса Малфоя — Люциус Малфой II, женат на младшей дочери Сигнуса Блэка III и Друэллы Блэк (урожденная Розье), Нарциссе Малфой (урожденная Блэк). Их первенец — Диана Малфой, родившаяся в 1978 году. Их единственный сын и наследник — Драко Малфой, родившийся в 1980 году», — мысленно прочла Диана. Девушка про себя отметила, что особых подробностей не было. Хотя эта книга явно была подробнее, чем родословная в Малфой-Мэноре, которая в основном состояла лишь из имён и дат жизни лишь одних Малфоев. Что-то похожее на гобелен семьи Блэков, только перенесённое на страницы старинной книги. Внезапно её осенила мысль: раз её имя присутствует в таких книгах, значит, она должна быть и на гобелене с родословной Блэков. Ведь в книгах упоминалось, что Драко там изображён, а значит, и она должна быть там, как старшая дочь Нарциссы Блэк.       Пролистав ещё несколько страниц, Малфой наткнулась на главу о роде Эйвери. Ближе к концу, её внимание привлекла короткая запись, состоящая всего из трёх имён: Итан Эйвери, его младшая сестра Изабелла Эйвери и дочь Изабеллы — Ребекка. Изабелла Эйвери была мертва, а какая-либо информация о её муже отсутствовала. Это вызвало у Дианы беспокойство, смешанное с интересом. Блондинка бросила короткий взгляд на свою рыжеволосую подругу, но, снова приняв безразличное выражение лица, передала книгу Ребекке. Эйвери равнодушно скользнула взглядом по страницам книги.       «Знает ли она что-то о своих родителях? — задумалась Диана, глядя на Ребекку. — Отец ведь пару лет назад упоминал, что она не чистокровная. Может ли быть, что её отец...»       Диана покачала головой, пытаясь избавиться от неприятных, навязчивых мыслей. Её это не должно волновать — семейные дела других людей не её забота. У Дианы и без того было полно собственных переживаний.       — О, Диана, ваши с Драко имена есть и в разделе про Блэков. Вы с ним упомянуты в самом конце, — произнесла Эйвери, возвращая книгу Эдриану. Парень взглянул на последнюю страницу и ахнул.       — Сириус Блэк — твой двоюродный дядя?!       — Ну да. Я думала, вы в курсе, — с невозмутимым выражением ответила Диана, снова переключаясь на домашнее задание по трансфигурации. — Мы с Драко через Блэков состоим в родстве со многими волшебными семьями.       Пьюси изумлённо покачал головой, захлопнул книгу и положил голову на плечо Малфой. Блондинка никак не отреагировала. Ребекка исподлобья взглянула на друзей и едва заметно ухмыльнулась. Но, похоже, Диана, погружённая в свою письменную работу, и Эдриан, который наблюдал за её увлечённостью, этого не заметили.

***

      Утро перед походом в Хогсмид выдалось холодным. На улице уже чувствовался дыхание приближающейся зимы. В гостиной Слизерина, расположенной глубоко в подземельях, ледяной холод проникал сквозь стены, пробирая до самых костей.       — Значит, через час-полтора встретимся у трёх метёл? — переспросила Ребекка, перед тем как трио слизеринцев разошлось по своим делам.       Эдриан кивнул с хмурым лицом.       — Да, — ответила Диана, кивнув и одарив друзей улыбкой.       Через пять-десять минут ходьбы Малфой достала из внутреннего кармана мантии маленький листок, сложенный вдвое.       «В день похода в Хогсмид в кабаньей голове, в полдень», — гласила записка, которую Диана нашла в своей книге по древним рунам.       Вдалеке Диана уже заметила старый, мрачный и явно непривлекательный паб. Слегка нахмурившись и поёживаясь от холода, она ускорила шаг, направляясь к заведению.       Внутри место оказалось, если не хуже, то уж точно не лучше, чем снаружи. Помещение было грязным и запущенным. Всё, что попадалось Малфой на глаза, было покрыто толстым слоем грязи и пыли, вызывая у неё лишь отвращение.       Диана оглядела посетителей паба — казалось, каждый из них занимался чем-то запрещённым. В дальнем углу она всё же заметила того, кто её сюда позвал.       — О, Диана! — Диггори вскочил со своего места, как только блондинка подошла к небольшому квадратному столику, за которым он сидел.       Диана оценивающе осмотрела место и заметила, что оно было чистым. Ни следа пыли ни на столе, ни на стуле не оказалось. Седрик, похоже, заметил её взгляд.       — Я специально привёл в порядок этот столик, зная, что ты не терпишь грязи, — с улыбкой произнёс Диггори, всё ещё стоя. Диана удивлённо подняла бровь, и на её губах мелькнула лёгкая улыбка. — Присаживайся.       Пуффендуец обошёл Диану и отодвинул стул, приглашая её сесть. Она села, не позволяя себе расслабиться, оставаясь настороже.       Когда они оба уже сидели друг напротив друга, в воздухе повисло неловкое и напряжённое молчание. Малфой продолжала смотреть прямо на Седрика, ожидая, что он заговорит первым. Однако парень лишь молчал, его взгляд метался по углам помещения. Диггори, заметив настойчивый взгляд Дианы, неловко улыбнулся. Он попытался взглянуть на девушку, но всё ещё продолжал отводить глаза в сторону. Слизеринка заметила, как уши парня заметно порозовели, и явно не от холода.       — Сегодня холодно, не так ли? — наконец, собравшись с мыслями, выпалил Седрик, посмотрев на Малфоя.       Диана приподняла бровь, непонимающе глядя на пуффендуйца.       — Ты позвал меня в это место только для того, чтобы поговорить о погоде? — с лёгкой иронией спросила она, скрестив руки на груди. Седрик тяжело вздохнул.       — Ты права... Прости, — проговорил парень, опустив голову, словно пытаясь спрятаться от её взгляда.       Теперь уже Диана тяжело вздохнула, её напряжённые плечи слегка расслабились, но в глазах всё ещё тлело непонимание.       — Ты ведь хотел поговорить? — спросила она, теперь уже мягче. — Разве не поэтому ты позвал меня сюда?       Диггори замер на мгновение, словно взвешивал слова. Воздух между ними казался таким плотным, что его можно было разрезать.       — Тут такое дело... — замялся Диггори. Он вновь глубоко вздохнул, будто пытаясь выпустить из лёгких все страхи и сомнения. Подняв на Диану серые глаза, в которых зажглась новая уверенность, он продолжил: — Кем мы теперь стали? После того случая...       На этих словах щеки пуффендуйца вспыхнули алым, и он неловко отвёл взгляд, словно что-то искал за спиной Дианы.       — Кто мы друг другу теперь? — продолжил Седрик, тихо, почти шёпотом. — Кто я для тебя?       Диана застыла, словно время на мгновение остановилось. Слова Седрика эхом прозвучали в её голове, отзываясь чем-то болезненно знакомым. Её сердце внезапно забилось быстрее, как будто пыталось догнать то, что она давно старалась скрыть. Что-то тёплое и тревожное поднялось внутри, смешиваясь с воспоминаниями о «том случае». Она не ожидала, что он решится заговорить об этом так скоро, не думала, что ей придётся так скоро с этим столкнуться.       Она хотела ответить сразу, но слова словно застряли в горле. В её голове разгорелась внутренняя борьба: признать ли то, что на самом деле тянуло её к нему, или отступить назад, скрыв свои чувства за маской равнодушия. Гордость и мысли о том, кем она является, подсказывали ей одно, но сердце тянуло в другую сторону.       Диана невольно прикусила губу и опустила взгляд. Она чувствовала, как в груди разливается лёгкая паника, но вместе с ней приходило что-то новое — тёплое и одновременно пугающее.       «Кто он для меня?» — мысленно повторила она, задавая этот вопрос не только ему, но и себе.       Но разве она не сделала свой роковой выбор тогда, в тот вечер, когда позволила разуму уступить перед сердцем и чувствами? Да, именно так. Может, это и было правильным решением, а может, этот выбор приведёт к последствиям куда худшим. Она знала, что возможно этот шаг будет стоить ей гораздо большего, чем она сейчас осознаёт. Но это будет потом. Где-то в будущем, которое пока не имеет формы. А сейчас... Сейчас она не могла противиться своему желанию — прожить этот момент, раствориться в чувствах, которые казались запретными, но такими манящими. Её годы без войны, без постоянного страха за завтрашний день были временем для того, чтобы наконец позволить себе слабость. Она заслужила это право, пусть даже оно казалось опасной игрой с огнём.       Диана знала, что этот «запретный плод» может оказаться горьким, что однажды ей придётся заплатить за него. Но сегодня она была готова рискнуть. Стук её сердца заглушал все предупреждения разума. Сейчас девушка желала лишь отдаться нежным чувствам и запомнить каждую деталь в Седрике — его голос, взгляд, тепло рук. Запомнить его запах и прикосновения, на случай, если однажды она не сможет его спасти. Она уже сделала свой выбор — осознанный или нет, но неизбежный.       — А кем друг другу могут быть парень и девушка, которые уже целовались? — с лёгкой усмешкой произнесла Диана, её взгляд казался игривым.       Диггори сначала удивлённо посмотрел на неё, не ожидая вопроса на вопрос, но затем на его лице появилась тёплая улыбка. Он на мгновение задумался, как будто прокручивая в голове этот вопрос, затем ответил, слегка склонив голову набок:       — Может, это зависит от того, что значит для них этот поцелуй?       Пуффендуец снова посмотрел на неё, в его глазах читалась нежность, но и неуверенность, как будто он тоже пытался найти ответ на этот вопрос для себя.       — И что же для тебя значил тот наш поцелуй? — снова вопросом на вопрос ответила Малфой.       — Я думаю, что мои слова, которые я сказал тебе в тот вечер, уже являются ответом на этот вопрос. Для меня это было что-то из разряда сна наяву — запретное желание, о котором я мечтал втайне. — Седрик сделал паузу, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Этот момент был полон всего, что я не осмеливался выразить раньше.       Он взглянул на Диану, пытаясь понять, какие мысли крутились в её голове. Диана, казалось, размышляла над его словами, её выражение лица стало более серьёзным, но потом ее лицо озарилось улыбкой.       — Считай, что ты и за меня ответил, — произнесла девушка после минутной тишины.       После её слов Седрик изумлённо округлил глаза, не понимая, что сказать. Его реакция очень позабавила Малфой. Она протянула руку и взяла в свои ладони его правую руку, которая всё это время покоилась на столе.       Мгновение они сидели в тишине, и в воздухе ощущалась особая связь, как будто их сердца говорили на одном языке. Диана улыбнулась, почувствовав, как парень сжал в своей ладони её пальцы.       — Ты никогда не был мне безразличен. Но я не могла... — Диана замолчала, сомневаясь, стоит ли говорить Седрику то, что все эти годы сковывало её как невидимые цепи. Девушка сглотнула, чувствуя тяжесть слов на языке. — Если бы я позволила себе это чувство, меня бы презирали в Слизерине. Я бы потеряла свой статус, свой авторитет, благосклонность родителей. Возможно, узнав о подобном, они и вовсе забрали бы меня из школы.       На самом деле Диана никогда так не думала. Она только сейчас поняла, что Люциус и на такое мог бы пойти, лишь бы не осквернить священное имя «Малфой».       Её сердце сжалось от боли. Опустив взгляд, Диана уже собиралась отдёрнуть руку, опасаясь, что её признание могло задеть Диггори. Но Седрик не позволил ей это сделать. Его пальцы лишь крепче сжали её руки, не давая им ускользнуть.       — Я на всё согласен, если ты будешь рядом со мной, — тепло улыбнулся Диггори. — Я готов ждать тебя столько, сколько потребуется. Даже если ты никогда не будешь готова к отношениям с полукровкой, я и это приму.       Внутренности Дианы неприятно скрутило. Её сердце, казалось, готово было сделать сальто от волнения. Его слова были как светлый маяк в её смятённой душе, и она понимала, что в этом ожидании есть что-то большее — надежда на будущее, которое они могли бы разделить. И Диана хотела верить в него. Малфой почувствовала, как её охватывает прилив тепла. Эти слова вместе с надеждой, заполняли её сердце и страхом. Девушка уже долго молчала, пытаясь собрать мысли в единое целое, но в её груди уже росло понимание: быть с ним — это не просто желание, а необходимость.       — Два года, — резко начала Диана серьёзным тоном. — Через два года, когда мы закончим школу и оба станем совершеннолетними, мы будем свободными и самостоятельными людьми, которых никто не сможет контролировать. Но до того момента лучше не раскрывать наши отношения. Я боюсь, что мой отец может сделать с тобой или с твоими родителями что-то плохое.       Малфой пожала плечами и сделала паузу, её взгляд скользил по столу. Затем она продолжила:       — Он вполне может сделать так, чтобы твой отец потерял работу в министерстве и может испортить твоё будущее, — проговорила блондинка на одном дыхании. Седрик внимательно выслушал её и затем улыбнулся.       — Не переживай. Всё будет хорошо. Я ждал больше четырёх лет, пока ты меня заметишь, так что два года — это пустяки.       «Через два года я смогу уговорить тебя уехать из страны вместе, чтобы быть подальше от войны. Но только если ты тогда будешь ещё жив», — с этими мыслями Диана ощутила неприятное покалывание в области груди. Она сглотнула, будто хотела проглотить эти слова, но они всё равно оставались в её голове, как тяжёлый груз.       — Тогда увидимся на пиру в честь Хэллоуина? — произнёс Седрик уже на улице, завязывая вокруг шеи пуффендуйский шарф.       — Ага, — с улыбкой ответила Диана.       Малфой поднялась на носочки, нежно поцеловала своего теперь уже парня в щёку и, едва заметно смутившись, быстро направилась прочь, пряча руки в карманы своей мантии. Холодный ветер развевал её золотистые волосы. Седрик смотрел ей вслед, улыбаясь, пока её фигура не скрылась в тумане, окутавшем дорожки деревушки.

***

      Уже несколько дней небо над Хогвартсом затянулось свинцовыми тучами, и вскоре проливной дождь обрушился на замок и его окрестности. Крупные капли хлестали по окнам, стуча по стеклам, словно пытаясь проникнуть внутрь. Ветер усиливался, холодные порывы пронизывали до костей каждого, кто решался выйти наружу.       К вечеру стало совсем холодно — прохлада пробралась и в коридоры замка, и классы, где обычно всегда было уютно и тепло. Ученики, не привыкшие к таким суровым переменам погоды, быстро приняли решение остаться в своих гостиных. Огонь потрескивал в каминах, создавая иллюзию тепла и безопасности, и большинство предпочли углубиться в книги, игры или просто расслабиться, избегая ненастья за стенами. К тому же, все ученики старались ходить большими группами, после ночи Хэллоуина, когда оказалось, что Сириус Блэк проник в замок.       Только редкие фигуры мелькали в коридорах — старшекурсники, спешившие в библиотеку или обратно в свои гостиные.       Диана с хлопком закрыла книгу по трансфигурации, которую читала, чем напугала Ребекку, погружённую в своё чтение на кровати.       — Ты куда собралась в такое время? — поинтересовалась Эйвери, когда заметила, что блондинка накидывает на себя тёплую мантию.       — Верну книги в библиотеку и возьму парочку новых, — ответила Малфой, кивая в сторону трёх книг, лежавших на столе.       Эйвери лишь хмыкнула, наблюдая, как Диана, поправив мантию, направилась к двери, несмотря на довольно позднее время.       — Не задерживайся и будь осторожна.       Услышала Диана её или нет, Ребекке было неизвестно — к тому моменту, как она договорила, Малфой уже захлопнула за собой дверь. В комнате на мгновение повисла тишина, нарушаемая лишь шумом чёрного озера и потрескиванием огня в камине. Ребекка покачала головой и вернулась к своему чтению, подумав, что Диана всегда была такой — непредсказуемой.       В коридорах замка уже царила тьма и пустота, если не считать редких мерцающих факелов и призраков, время от времени мелькавших вдалеке. Тени от огня танцевали на каменных стенах. Казалось, что каждый шорох, каждый вздох эхом разносился по пустынным переходам Хогвартса.       Однако в библиотеке оказалось куда оживлённее, чем в тёмных коридорах. Свечи и лампы освещали пространство, создавая уютную атмосферу. За столами, утопая в стопках книг, сидели учащиеся — в основном, пятикурсники и семикурсники, погружённые в подготовку к СОВ и ЖАБА.       Диана подошла к столу мадам Пинс, быстро записалась и направилась вдоль высоких стеллажей, чтобы вернуть книги, взятые ещё неделю назад. Её шаги были еле слышны, а запах старой бумаги и чернил окружил её, словно унося в другой, более спокойный мир. Именно такая атмосфера всегда нравилась Диане в библиотеке.       Расставив взятые прежде книги по местам, Малфой принялась искать другие необходимые ей учебники. Тонкие пальцы слизеринки скользили вдоль ряда книг. Читая названия, она иногда вытягивала особенно старые и увесистые тома, открывала их, листая пожелтевшие страницы в поисках нужных сведений.       С головой погрузившись в чтение, Диана не заметила, как кто-то тихо подошёл к ней сзади. Она медленно вела взглядом по строчкам названий на полке, сосредоточенно прищурившись, когда неожиданно почувствовала тёплое прикосновение к щеке. Кто-то осторожно поцеловал её, и этот момент был настолько внезапным, что Малфой вздрогнула, выронив из рук две тяжёлые книги, которые с глухим стуком упали на пол. Сердце от неожиданности пропустил удар, и девушка резко развернулась. Вместо каких-либо слов или возмущении, на языке застыла тишина, когда Диана увидела Диггори, который, стоя напротив, смотрел на неё с озорной улыбкой. Его взгляд был полон теплоты, и, поймав её смущённый взгляд, он тихо рассмеялся.       — Прости, если напугал.       Седрик наклонился и поднял упавшие книги, но не спешил возвращать их Диане, словно намеренно задерживая момент. Девушка фыркнула, пытаясь скрыть смущение, и, отвернувшись, сделала вид, что её это вовсе не волнует.       — Что ты тут делаешь? — полушёпотом спросила Малфой.       Седрик прислонился к полке, наблюдая за ней с лёгкой улыбкой.       — Сидел, читал. А когда уже собирался уходить, заметил тебя, — его голос, хоть и тихий, звучал звонко и весело.       Диана почувствовала, как что-то теплое разливается по её телу. Она не могла скрыть радости от того, что снова видит Седрика. После Хэллоуина у них почти не было времени на общение. Даже на совместных уроках они сидели в разных концах класса, избегая взглядов в сторону друг друга под давлением своих друзей. Её настроение часто падало из-за того, что они не могли свободно проводить время вместе. Диана хотела бы узнать, что на самом деле думает Седрик по этому поводу. Диггори никогда не расскажет ей всей правды. Как бы ни складывались обстоятельства, он всегда скажет, что всё хорошо. И даже при этом, Диана понимала, что применять к нему легилименцию было бы настоящим предательством. Это выглядело бы так, словно она вовсе не доверяет ему. Её мысли вертелись вокруг этого, но в конце концов она решила, что должна уважать его личные границы и верить ему, даже если сомнения продолжали терзать её. Диана знала, что Седрик продолжит улыбаться и угождать ей со словами «все в порядке», даже если ему будет досадно от всей этой ситуации. Он всегда был так внимателен к ней, что всегда старался создать вокруг Дианы атмосферу лёгкости. Готов перенять на себя её груз. Это её и беспокоило — она не хотела, чтобы его доброта стала бременем для него же самого.       — Кстати, первый матч в этом году состоится между гриффиндором и пуффендуем.       Мягкий голос Седрика вырвал Диану из пучины её мыслей.       «Точно. Матч, когда дементоры появятся на поле», — вспомнила Малфой.       — Это будет твоя первая игра в качестве капитана, не так ли? — проговорила блондинка, стараясь придать своему лицу максимально беззаботное выражение.       Седрик кивнул, его глаза заискрились. Диана почувствовала, как её собственное волнение утихает, глядя на его счастливое лицо.       — Я уверена, ты отлично справишься, — подбодрила она. — Вы выиграете.       Настолько уверенное заявление Малфоя о победе пуффендуя над гриффиндором удивило Седрика, но он лишь улыбнулся ещё шире.       — Спасибо, — тихо сказал Седрик, — ты даже представить не можешь, как мне важна твоя поддержка.       Пуффендуец протянул свободную от книг руку. Взяв руку Дианы, он поднёс её к губам. Оставив на тыльной стороне руки девушки мягкий поцелуй, Седрик прислонился щекой к её ладони и закрыл глаза. Щёки Малфоя сразу вспыхнули красным, а её сердце стучало так, что казалось, будто его биение отдаётся эхом по всей библиотеке. В этот момент Диана почувствовала, как мир вокруг них расплывается.       — Седрик, — тихо произнесла она, но слова застряли у неё в горле.       Пуффендуец медленно открыл глаза, и в них светилась теплая искра понимания. Он осторожно отпустил руку Малфой, и она, забрав свои книги, улыбнулась ему.       — Встретимся завтра на рунах, — сказала слизеринка, пытаясь сохранить лёгкость в голосе.       С этими словами Диана чмокнула Седрика в губы и быстро исчезла за книжными стеллажами, оставив его одного с улыбкой на лице.