Лихорадка.

      Мальчишка начал свой рассказ: в общем то жилось нам хорошо всем, государство эту деревушку благоустроило.. — Да, по вашим домам это очень даже видно. — С привычным сарказмом возмутился шатен, на что получил толчок в плечо от друга. Парнишка помолчал пару секунд и продолжил: Давайте я лучше перейду сразу к сути. У меня есть одна догадка. У нас в деревне, на окраине возле озера, жила парочка. Дед Василий, да старушка Мария. Жили они душа в душу, как ни зайдешь к ним в гости, бабка то ему вяжет что-то к зиме, то они чай вместе с конфетками пьют. Мм.. а конфетки то у них всегда такие вкусные были, они меня частенько угощали. Если видели их на улице, шли они под руку, никогда не ругались, да в один день дедушка то и пропал..       Мальчишка прокашлялся, поник немного. Было видно как тяжело даëтся ему этот рассказ. — Загулял дед. На молоденьких потянуло его. Ну, тëтеньки лет 30 точно. В деревне об этом прознал первый его старый друг, он то никому не рассказывал. Только вот однажды тëтка Марфа пошла в колодце воды набрать. Дак колодец находится возле того самого озера, где дом тот находится. Она то и увидела как дед целуется с какой-то женщиной. Ой.. шуму то сколько стояло. — Андрюшка почесал затылок, вспоминая, что ещё упустил. Самому то ему историю не рассказывали, он лишь подслушивал разговоры своей бабушки с еë подружками. — Точно! Поговаривали, что он целовался не просто с женщиной, а с...       В дверь резко заколотили. — Откройте, блять!! Откройте, они рядом!       Младшенький на удивление не испугался, для своего возраста он был очень храбрым, хотя.. оно и понятно, пожил бы ребёнок в таких условиях ещё месяц и, наверное, мог бы сравнить себя с терминатором. Андрей приоткрыл дверь, но с защëлки снимать не стал. — Язык показывай. — Твëрдо проговорил тот, но мелкая дрожь звучала в детском звонком голосе. Пока мальчик осматривал рот девушки, друзья переглянулись между собой задавая друг другу немой вопрос. Язык? Причём здесь язык?       С неохотой и явным недоверием парнишка открыл дверь, запустил молодую даму, ту самую, которую парни видели снаружи, и быстро захлопнул дверь снова. — Сука, я бежала от этих тварей, какого хуя вы съебались от меня. Конченные. Такие разговоры конечно никому не понравились, особенно Джону. — Эй, дамочка, поаккуратнее с выражением. Тут дети и откуда, мать твою, мы должны были знать о том что ты не заражена, ты ни звука не издала. И.. и как ты вообще тут оказалась.       В ответ на это, закатив глаза, девушка показала пальцем на порванные колготки и грязную юбку, намекая, ято пришлось немного покарабкаться по забору.       Она переводит взгляд на Линча, молчаливо осматривая столь прекрасную мадемуазель, с менее прекрасным лексиконом. Если отбросить в сторону неопрятный вид одежды, она и правда была очень красива. Светлые, шелковистые прямые волосы спадали на оголëнные белоснежные плечи, худощавое и изящное телосложение окутывала лëгкая персиковая полупрозрачная рубашка. Изящные тонкие запястья были поставлены на бëдра, которые обрамляла грязноватая юбка. из под густых длинных ресниц на него смотрели зелëные глаза, такие же как и у самого брюнета.       В мгновение на лице девушки сменилась мимика и она показала свою улыбку. От чего сам Егор непроизвольно улыбнулся, но тут же переключил свой взгляд на Андрея. — Думаю стоять тут толпой не лучший вариант, эй, парень, может присядем и ты договоришь то, что хотел. — Да, пройдëм в зал. Там есть диван.       Что же насчёт Джона? Не понравилась ему эта девушка, скептически он отнëсся к столь резкому появлению. Да и мало ли она заражена, хоть он ещё и не знает симптомы. Ещё и эти "гляделки" между ней и его другом. А может это ревность? Бред. Джон опять погрузился в собственные мысли, уже было хотел сесть рядом с приятелем, но вот незадача, на свободном месте уже уселась потенциальная пассия, которая в моменте представилась некой Милой.       На споры не было времени, Джон уселся на стул, скрестив ноги в позе лотоса и даже не посмотрел в сторону Линча. — На чëм я там остановился.. Ах да, так вот, поговаривали у нас, что дед тот.. Но бедного Андрея опять перебили. — Егорушка, расскажи мне потом начало истории. — Тот молча кивнул в ответ.       Егорушка? Это когда он успел стать Егорушкой? Что это вообще за херня. То есть для кого-то он Линч, а для какой-то девки с улицы он уже Егорушка. Даже не возмутился скотина. Ему ведь даже не нравятся подобные розовые сопли. Неужели эта девушка ему и впрямь понравилась? —...Дед Василий целовался не просто с тëткой, а с русалкой. Баба Марья прознала об этом быстро, дак еë инсульт то и схватил. Померла она за три дня до начала этой чертовщины.. — Глаза Андрюшки заблестели от поступающих к ним слëз. — Потом.. первой жертвой стала подруга моей бабушки, а следом и она сама. Василий то из домишки своего все эти три дня не выходил, а как вышел, рот его был весь чёрный, в какой-то слизи. В язвах. Я сам видел. В окошко. Стоял и смотрел как бабушка моя с бабой Шурой прощается. Он то на неë накинулся и полез. — Резкая пауза. — Не подумайте, что я странный или что-то не то увидел, но полез он еë целовать, а потом.. потом и на бабушку мою. Тут Андрюшка не выдержал и расплакался. — Я же сирота. Никого у меня кроме бабушки не было, а теперь я и вовсе один. Бабулечку я с того для то и не видел, но знаю что по деревне она ходит, по ночам слышу как зовëт меня, но я боюсь, страшно мне выходить. — Всхлипывает мальчишка и берёт рядом лежащую вязанную подушку, утыкается в неë и ревëт. Нечего ему больше сказать.       Мила сразу же ринулась к ребëнку, заключая того в объятия и поглаживая по спинке. Тем временем приятели отошли в сторону обсуждая произошедшее. — Что думаешь? Жаль его конечно, но не думаешь, что он где-то приукрасил? — Причин не верить не было, но всë равно беспричинное недоверие Джона сопровождало его в любой ситуации. — И... серьёзно? поцелуи? — Не думаю что пацан врëт. Только вот как это всë остановить. Думаю, нам нужно поймать одного и проверить. — Илиии. — Растянул шатен, сам не ожидая от себя того, что скажет подобное. — Нам нужно сходить к тому озеру.       Линч улыбнулся и одобрительно кивнул. К этому времени Андрюша почти успокоился и мог лишь издавать редкие всхлипывания. — Послушай, Андрей, а эти.. твари, так сказать, вообще спят? Или может утихают ночью?       Протерев глаза потрëпанным рукавом, мальчик тяжело вздохнул. — Ночью их меньше, конечно, но я не раз замечал что под утро, как только начинает подниматься солнце, они окончательно затихают на несколько часов точно. — Решено, в 4 утра мы с Джоном отправляемся на озеро. Как я понял, это на другом конце деревни, так? Парнишка молча кивнул.       Весь оставшийся день Егор потратил на сборы камер и прочего реквизита. Всë это время девушка постоянно расспрашивала о "непонятных штучках, в которых так отлично разбирается Егорушка", за чем неодобрительно наблюдал Джон.       Андрей заваривал ребятам травяной чай, а шатен угощал всех едой, которую он всë же успел прихватить с собой. — Егорушка, а эта штучка объектив, да? Он приближает, отдаляет и снимает? — Верно, Мил, быстро учишься.       Милая беседа этих двоих постепенно становилась главным раздражителем Джона. Она же стала основной причиной раннего ухода спать. На деле же юноша просто занял свободную комнату и пялился в потолок. Чëрт, он ведь даже не успел обговорить ту ночь в отеле.       Незаметно для всех начало темнеть. Шатен мирно спал, а ребята увлеклись разговором. В конце концов все разошлись по разным комнаткам, Миле парень уступил свою комнату, Андрей ушёл туда, где он раньше всегда спал, а самому Линчу пришлось спать на диване.       И вот уже глубокая ночь. Часа два, не меньше. Джон с трудом приоткрывает тяжёлые веки после сладкого сна, но от чего же? Он чувствует на своëм лице что-то влажное, что-то уже.. знакомое?       Мягкие губы Линча касаются щëк друга, от чего тот невольно просыпается. На этот раз он уверен, что это не сон. Либо же Джон может посчитать себя больным ублюдком из-за столь реалистичных извращённых снов с собственным лучшим другом. — Мх.. Линч? — Тот поднимает совершенно невинные глаза, но лишь на первый взгляд, если приглядеться, то легко можно увидеть как в них горит похоть и желание. Брюнет что-то невнятно мычит, попутно целуя чужую шею. Джону было достаточно расслышать среди этого невнятного мычания, смешанного с полустонами своë имя, как по телу пробежалась колкая дрожь, а в области паха стало тесно.       Внутри юноши борьба, сопротивляться или же... позволить. Позволить овладеть собой. Он позволяет, он безоговорочно позволяет. Что же с ним творится? Он сам толком не осознаëт. Да и вроде как не хочет. Влажный язык скользит по изгибам шеи, спускаясь всë ниже. — Линч, подожди.. одежда.       Но тот не слушает, брюнет уже меж ног, одной рукой он стискивает подол свитера вверх, оголяя чужой торс и тут же наклоняется ниже. Влажные горячие губы оставляют следы на животе парня, от чего Джон закатывает глаза расплываясь в экстазе. Возможно, сейчас ему так жарко из-за всей одежды на нëм, но в глубине души есть убеждение в том, что тепло, проходящее по всему организму и покалывание пальцев – результат парня напротив.       Чужая рука докасается паха и слегка сминает его. Вторая же, свободная ручка пихает юношу в бок, а тот инстинктивно двигается к стене. Егор ложится рядом и разворачивает приятеля к себе. Своë колено он протискивает между чужих бëдер, упираясь в пах. — Боже. Блядство..       Неловкость и смущение окутывают Джона, от чего Линч быстро помогает избавиться просто заткнув рот поцелуем. Юноши прижимаются друг к другу как можно ближе, дыхание у обоих учащается. Егор трëтся своим коленом о возбуждённый член друга. Боксеры и джинсы поверх плоти создают дополнительное трение и необычные ощущения, от которых у младшего буквально дрожат колени.       Горячие языки сплетаются между собой, а обжигающее учащëнное дыхание словно служит неким ритмом. Линч покусывает чужие сладкие губы, не давая вставить и малейшей фразы. Колено изредка прижимается крепко, буквально вплотную, как бы надавливая на член через ткань, от чего Джон мычит в поцелуй и хватается за чужое плечо, крепко сжимая и впиваясь ноготками. Очередной толчок и Джон чувствует как покалывание волнами проходится от низа живота по всему телу. Юноша не отлипает от брюнета, наоборот, вжимается в чужое тело ещё крепче, прикусывает губы и жмурит глаза, ощущая, как изливается от простого петтинга. Неохотно отрываясь от губ друга, шатен всë ещё крепко держится за плечо, но Линч уже спешит смыться с "места преступления" на что Джон хватает того за рукав и тянет к себе. — Линч, останься. Молча, без какой-либо реакции старший останавливается и пялится на разгоряченное тело. — Мне бы только одежду снять.. после этого. Останься.       Джон приподнимается, а друг так и продолжает молча стоять и смотреть. Шатен снимает с себя джинсы и нижнее бельё. Прикрываясь подолом свитера, протягивает руки вперёд и брюнет без сопротивлений ложится рядом, обнимая парня, который до сих пор толком не отдышался. Глаза смыкаются сами собой, причём у обоих. В конце концов под мирное дыхание оба засыпают в обнимку.